without me

Через неделю после выхода альбома, компания Ренджуна выпускает предварительную версию игры с частью саунд-треков. За счёт этого Донхёка снова затягивает в работу, и его расписание пополняется рекламой игры. Его компания заключает контракт с игровой, и у Хэчана появляется новая категория слушателей, что увеличивает продажи альбома. Первые несколько дней он проводит в городе, а после уезжает в маленький тур, где поёт на радио и различных фестивалях. У него нет времени думать о произошедшем, и тем более вспоминать о Марке, когда в самом разгаре новая ветвь его творчества. Компания решает, что после этого мини-тура будет неплохо поехать в турне, и уже начинает работу над этим. - И где же этот парень, что буквально четыре года назад обивал пороги музыкальных компаний?- восклицает Юта, когда они пересекаются в расписании. Юта приехал из Японии, чтобы поработать с новыми продюсерами, и с Донхёком они знакомы ещё с Кореи, когда вместе снимали квартиру во время учёбы. Кто бы мог подумать, что они оба станут певцами. - Рад наконец-то увидеться,- Донхёк тонет в его огромных объятиях. - И я, в Америке у меня жуть как мало друзей, поэтому видеть знакомое лицо для меня почти как возвращение домой,- шутит Накамото. Они в комнате отдыха звуковой компании. Помещение маленькое, отведённое под гримёрку, в углу стоит туалетный столик, рядом поставили вешалку, где стилист развесила одежду Донхёка для записи, пару стульев, диван и журнальный столик, заваленный снеками, фруктами и напитками. У Хэчана сегодня запись в студии, где он исполняет OST игры. Это видео должны свести с кадрами игры, и выпустить на официальном канале игровой компании. - Видел твоего менеджера,- Юта валится на диван, тут же стаскивая со столика пачку чипсов,- у нас ещё есть в районе получаса, чтобы пообщаться. Донхёк улыбается. В последний раз они виделись год назад, когда у него был тур и он заезжал в Осаку на пару дней. - Смотрю, работа сейчас в самом разгаре? Ли улыбается. - На самом деле, я даже очень рад этому. Не нужно придумывать способы занять себя,- объясняет он. - А что? Ты всё это время был свободен?- усмехается Юта. Донхёк крадёт у него чипсину: - Я два месяца не мог написать и строчки, так что да, в какой-то степени я был свободен. Накамото кивает, но его взгляд меняется. Он явно хочет что-то спросить, но не решается. Донхёк никак не хочет помогать ему с этим. - Чем ты занимался весь год?- спрашивает младший, неумело избегая явного вопроса. Юта в шутку вспыхивает: - Ты что, не следишь за моими релизами?! Я выпустил целый альбом четыре месяца назад! Донхёк должен признать, что слышал только одну песню. Но он улыбается, и даже достаёт телефон, где открывает в приложении купленный цифровой альбом. - О, так ты тот счастливчик, у которого нет диска?- Юта улыбается.- Уж прости, у меня буквально ничего с собой нет, но может я смогу отправить тебе один альбом уже из Японии. - Это будет клёво. - А как тебе...- Юта произносит название песни, и Донхёк, не понимающий японский, кивает. - Очень красиво, припев просто замечательный. Накамото хмурится, улыбка на его лице становится дежурной, почти стандартной. - Хёк-а, ни в одном моём альбоме нет такой песни,- Юта откладывает чипсы в сторону и смотрит на него печальным, сочувствующим взглядом.- У тебя всё хорошо? И это то, что больше всего Донхёк ненавидит. Сочувствие. - Конечно. Прости, у меня не было времени послушать все песни, но я попрошу поставить что-нибудь на радио завтра. - Тебе не обязательно это делать,- Юта улыбается.- В Америке я не самый известный певец, так что я ничего не потеряю и ничего не получу. Но всё же я надеюсь, что ты не будешь скрывать от меня свои переживания. И те статьи,- он неопределённо проводит рукой,- про ограбление. Твоя компания сказала, что это правда, поэтому я надеюсь, что ты правда в порядке. Донхёк улыбается в ответ, но чувствует, что выражение лица у него сейчас не самое радостное. За последний месяц Юта первый, кто решился поговорить с ним на эту тему. На всех интервью они заранее определяли границы, но Донхёк всё равно чувствовал, что всем очень интересно. - Я не слышал о Марке ничего с того самого дня, как он попал в больницу,- объясняет всё же Донхёк.- Но нам придётся встретиться, чтобы урегулировать всю эту ситуацию. Весь мир так и жаждет узнать, подал ли я на него в суд и в каких отношениях мы теперь находимся. Юта осторожно касается его руки. - Всё будет хорошо. Твоя компания очень заботиться о твоей безопасности, и я рад этому. Очень плохо, что релиз альбома и игры совпал с этими событиями. - Ну, я предполагал, что такое может случиться, но обычно он совершал что-то вроде мелких краж. - Могу я тебе чем-то помочь? Донхёк усмехается. - Можешь больше не спрашивать об этом? Юта кивает. - Тебя нужно привести в порядок перед записью, иначе менеджер больше никогда не впустит меня к тебе. После волшебной руки Юты, менеджер всё же зовёт визажиста, и та поправляет ему макияж. У них уходит около шести часов на общую запись, на маленькое интервью, где он отвечает на вопросы об игре и о процессе создании песен, а после менеджер отвозит его в отель. На завтра он только будет на одном радио-шоу, и его вечер совершенно свободен. Они договариваются Ютой о встрече в каком-нибудь ресторане, и после Донхёк решает позвонить Ренджуну, пока ждёт доставку еды в номер. - Ты только что прервал наш вечер кино,- говорит старший, как только берёт телефон. - Ты пропускаешь всё веселье, Хёк!- на заднем фоне кричит Джемин. - Я только освободился, поэтому был бы непротив присутствовать на вашем вечере кино,- шутит Донхёк, пролистывая каналы на телевизоре. - Ну, у тебя ещё есть время, чтобы прилететь из... где ты вообще сейчас?- говорит Джемин, и Ли понимает, что Ренджун поставил на громкую связь. - Чикаго. - Ну, двое суток на машине, и ты у нас. - Не слышу восторженного голоса Джено,- отвечает он. - Ну, в этот раз из аэропорта тебя вытаскивать не нужно, так что я непротив твоего приезда. - Ты же позвонил, не ради того чтобы сказать о том, где ты находишься?- прерывает их Ренджун. - Ну, я мог бы выйти на видео-звонок, если бы хотел поговорить со всеми вами или позвонить сразу Нана. - Как грубо,- Джемин усмехается. - Оставим вас, голубки. Джено, пожалуйста, хватит наливать туда соус! Его голос удаляется, и Донхёк догадывается, что те выходят из комнаты. - Всё в порядке?- спрашивает Ренджун, его голос значительно ближе. - Ты уже второй человек, кто спрашивает меня об этом сегодня. - Ты ведёшь отсчёт? Донхёк вздыхает. - Как там Марк? - Ты думаешь, я слежу за ним?- голос Ренджуна становится жёстче. - Ренджун, прошёл почти месяц, я уверен, что ты глаз с него не сводил и явно вытаскивал из дерьма, пока я не там. - На удивление, ты прав только частично,- усмехается старший.- Я присматриваю за ним, но из дерьма не вытаскиваю. Потому что мне совершенно плевать, что он ночует в той забегаловке, куда его взяли на работу официантом. - Он устроился на работу? - Через неделю, после того как ты приехал из Парижа. Видимо, закончились украденные деньги, и деньги с продажи твоих вещей. Донхёк всхлипывает. Он и не заметил, как начал плакать. - Оказывается, он помнил, где твой дом за городом, и пытался туда пробраться, но твоя компания увеличила там штат охраны, так что его сразу же поймали, и позвонили мне, как твоему доверенному. Я не стал подавать на него в полицию, но если он ещё раз что-то сделает в твою сторону, одной полицией я не ограничусь. - Он что-нибудь говорил? - Кроме того невнятного звонка на мой номер? Ну тот звонок, в котором он умолял меня дать ему твой новый номер. - Спасибо,- шепчет Донхёк, не в силах совладать с голосом. - Ну, ты потратил год на то, чтобы понять, что он последний мудак. Но я же хороший друг, и не оставляю тебя одного разбираться со всем этим дерьмом. Ренджун дико злиться, иначе не использовал бы такие слова, но Донхёк так ему благодарен за всё это. - Ты же знаешь, что я не оставлю тебя одного, Хёк-и. Я слишком хорошо знаю человека, который скрывается за Хэчаном. Возвращение домой начинается в поездки в компанию. Донхёк просит месяц отдыха перед объявлением тура, и ему уступают: новый альбом и контракт с игровой компанией принесли большие деньги, как ему, так и генеральному директору. Единственное условие, которое Донхёк ожидал,- решить все проблемы с Марком, и если всё же появится необходимость, подать на него в суд. Донхёк решает, что это крайние меры. Он просит менеджера подвести его в игровую компанию. На стойке ресепшена его узнают и пропускают без регистрации прихода. Джемина и Джено он находит на их этаже, в импровизированной зоне отдыха. - Наша маленькая звёздочка уже вернулась!- Джемин затягивает его в свои объятия, и Донхёк чувствует, что он стал сильнее. - Ты меня сейчас задушишь! Объятия Джено менее сильные, но более мягкие. Донхёк правда очень рад их видеть. - Ренджун немного занят,- говорит он виновато. - Ну, это я ворвался к вам, не предупредив. Так что я непротив подождать. Они около часа обсуждают последние новости, и Донхёк даже дарит им маленькие подарки, которые успел купить в своём туре. - Я всего лишь бы на встрече с композиторами, а Донхёк устроил здесь встречу с фанатами,- Ренджун качает головой, садясь на свободный пуф рядом. - Но что на счёт того, взять поесть и выйти на свежий воздух? Донхёк чувствует в голосе старшего усталость, но улыбается, соглашаясь. Они отправляют Джено и Джемина в ресторанчик тако недалеко от офиса, и Ренджун просит пару минут, чтобы успеть уладить что-то в своём кабинете. Донхёк решает пойти с ним, и пока Хуан возиться с чем-то в компьютере, решает проверить сообщения в телефоне. Менеджер желает ему хорошего отдыха и просит сразу же сообщать ему, если Марк снова объявится. Хэчан шлёт ему большой палец, надеясь, что такого ответа будет достаточно. - Ну и как прошёл твой мини-тур?- Ренджун кидает на него короткий взгляд, вбивая что-то по клавиатуре. - Моё турне по радио-станциям?- Донхёк усмехается и занимает кресло для гостей.- В принципе, неплохо. Но я бы очень хотел неделю вообще ни с кем разговаривать. - Тогда что насчёт отдыха?- Хуан переводит внимание полностью на него, откидываясь на кресле.- Я смогу выбить нам дней 5, можем поехать куда-нибудь, где никто не будет доставать нас работой и ещё чем-либо. Донхёк задумывается. Он только вернулся в город, и перспектива вновь куда-то поехать не особо его прельщает, но эта поездка могла бы дать ему ту необходимую разрядку и освобождение от эмоций. - Снимем домик на побережье, закупимся едой и выпивкой,- Ренджун улыбается.- Думаю, ребятам эта идея понравится. Мы давно не отвлекались. - Только если ты платишь,- улыбается младший, на что Ренджун пожимает плечами. - Сотрудничество с тобой принесло в мой карман довольно крупную сумму. - Чёрт, мы живём в получасе езды от побережья, но лучшая наша идея это снять домик и на пляже делать тоже самое, что мы делаем и дома? Серьёзно?- возмущается Джемин, раскладывая еду на журнальном столике в кабинете Ренджуна. Они застают Ренджуна и Донхёка, подбирающих варианты пляжных домиков, после возвращения из ресторана тако. - А есть ещё идеи? Что-нибудь, где не будет людей, тыкающих в Хёка пальцами,- Ренджун уже тянется за тортильей, но Джено кидает в него салфетками. - Горы?- предлагает Джено. - Я только вернулся с тура, можно что-нибудь поближе?- хнычет Донхёк, протирая пальцы салфеткой.- И пеший туризм не самое моё любимое занятие. - Но домик у пляжа? Я не позволю никому из вас тратить деньги на то, что у нас уже есть,- Джемин раздаёт тарелки и садится на диванчик.- Если вы так сильно хотите на пляж, то можно выбрать какой-нибудь частный, где будет меньше людей. Донхёк откусывает тако, уже привычный вкус Америки, и задумывается. С одной стороны, горы обещали бы уединение, но ему хотелось бы видеть и чувствовать воду под ногами. Привычка искать спокойствия у воды осталось у него из Сеула. Тогда, будучи бедным студентом, он часто прогуливался вдоль реки Хан, когда хотел освежить мысли. Океан имеет над ним какую-то власть, и, наверное, подсознательно он надеется найти своё умиротворение в мерном шуме волн. Остальные замечают его задумчивость, поэтому едят они в тишине. Через некоторое время телефон Ренджуна заходится мелодией, и он выходит из кабинета, чтобы ответить на звонок. - Странно,- Джемин прослеживает за тем, как за старшим закрывается дверь,- обычно он говорит при нас. - Может, это связано с работой,- Джено пожимает плечами. Ренджун пропадает минут на 10, поэтому они начинают обсуждать последние новинки в кино. Донхёк не смотрел фильмы в залах кинотеатра с того самого момента, как сходил на какой-то супергеройский фильм с Марком. Они сидели в конце зала, и Марк был после очередной пьянки: у него болела голова, и не слушалось тело. Донхёк тогда уговорил его пойти на этот фильм, и очень пожалел об этом после. Марк был раздражён и зол. Фильм они так и не досмотрели. - Так вот, не думаю, что этот дебют можно назвать плохим,- заканчивает Джено.- Для начала карьеры подойдёт и второстепенная роль. - Ты думаешь лучше медленно входить в киноиндустрию, чем кинуться на главную роль и получить Оскар? Они с Джемином начинают обсуждать плюсы и минусы популярности, когда Ренджун возвращается. Выглядит он обеспокоенно, и первым делом подходит к Донхёку. - Обещай мне, что позволишь мне помочь тебе. - Что случилось?- Донхёк встаёт с дивана, но Ренджун качает головой. Телефон Донхёка начинает звонить и на экране светится фотография его менеджера. Ли тут же отвечает на звонок. - Хёк? Не знаю, читал ли ты новости, но если нет, то лучше сядь. Донхёк не сдвигается с места. - Я знаю, что ты этого не делал, и никогда бы не пошёл на такое, поэтому моё доверие и доверие компании к тебе остаётся прежним. Я очень надеюсь, что рядом с тобой сейчас кто-то есть, потому что новость не самая лучшая. Донхёк почти срывается, но мужчина продолжает: - Он подал на тебя в полицию. Продажа наркотиков. И он продал журналистам личную информацию о тебе, так что сейчас в сети происходит какой-то ужас. Я настоятельно прошу тебя не читать новости о себе, и пожить пока у Ренджуна. Компания уже занимается этим делом, мы наймём лучших юристов... Донхёк скидывает звонок. Спустя три дня он находит в себе силы, чтобы выйти из комнаты. Его тело затекло от долгого отсутствия движения, и мышцы кажутся деревянными. В коридоре светло, выбирая квартиру, Ренджун когда-то удостоверился что в каждом углу дома будет достаточно света даже ночью. Но сейчас день, и солнце через окно в коридоре слепит его. В комнате он зашторил все окна и не пускал внутрь ни единого луча света. За барной стойкой на кухне сидит Джемин, что-то набирая на ноутбуке. Он в наушниках, поэтому появление Донхёка замечает не сразу, и пугается. - Извините, мне нужно отойти,- говорит он в микрофон, и Ли видит, как тот выходит из видео-звонка. - Прости, не хотел отвлекать,- Донхёк так и замирает на пороге кухни, не решаясь пройти. - Ничего, ты никак не отвлекаешь,- Джемин поднимается со стула, не зная, куда себя деть. Они молчат пару секунд, и после одновременно говорят: - Не хочешь поесть? - Я не буду мешать. Джемин морщится, словно чужая фраза приносит ему физическую боль. - Вчера я готовил самгетан, не такой вкусный, как в Корее, но всё же... У нас осталось немного, поедим? Они раскладывают маленькие столики, и садятся есть прямо на полу в гостиной. Джемин включает телевизор, и останавливается на каком-то фильме. Донхёк не вникает в сюжет, заставляет себя есть, потому что Джемин всё же постарался накрыть стол. Когда рекламу начинают крутить в третий раз, телефон Джемина оживает и подаёт сигнал. - М,- На что-то читает, а после вздыхает.- Не хочешь проехаться до офиса? Донхёк не выходил на улицу с того самого дня. Если быть честным, он вообще не двигался. Ренджун заставлял его есть, буквально впихивая ему в рот ложки, и это единственное, что поддерживало его состояние нормальным. Донхёку по-хорошему бы в душ, спа-салон и макияж, а не прогулка по улице. - У тебя есть пару часов, чтобы я успел привести себя в порядок? И всё же слишком любящему общение Донхёку тяжело оставаться в четырёх стенах в одиночестве. Никто не говорит о том, что его друзья буквально устроили дежурство, чтобы Хэчан всегда был с кем-то. На полках в ванной Донхёк находит свой любимый гель для душа, и огромную бутыль шампуня. Раньше, когда они с Ренджуном учились в университете, и делили одну комнату, они покупали такую же, потому что хватало на долго и стоило недорого. Старые привычки Ренджуна приехали с ним в Америку. Донхёк скидывает пропахшую одежду в стирку, и лезет в холодные струи. Ему хочется вскрикнуть, но через стенку Джемин явно вслушивается в каждый шум, поэтому он стоически терпит и настраивает температуру воды. Он скоблит кожу пальцами, втирает в неё гель для душа, чтобы выбить из себя запах. В первую ночь здесь Донхёк проснулся в криках, и был убеждён, что от него пахнет алкоголем и наркотиками, и Ренджун потратил два часа, чтобы успокоить его и уложить обратно. Донхёк знает, что от него просто пахнет немытым телом, но ему всё ещё кажется, что это запах спирта и химии. Вылезая из душа, он наконец видит себя в зеркале. Лицо опухло от постоянных слёз, глаза покраснели, бронзовая кожа стала отдавать серым, кости стали виднеться отчётливее. Лет пять назад, он бы очень обрадовался, что скинул вес, но сейчас он понимает, что ещё пару дней в таком режиме, и его придётся вести в больницу. Даже старания Ренджуна и его парней не заменят Хёку нормальную еду и солнечный свет. Он выходит из ванной, и облачки пара идут за ним. Джемин всё также сидит за компьютером, лишь поднимая взгляд, когда видит, что старший уже помылся. Донхёку приходится открыть шторки, и солнечный свет режет по воспалённым глазам. Три дня Донхёк разваливался на куски в тёмной комнате, а мир продолжал жить. Джемин даёт ему серую толстовку и потёртые джинсы, осветлённые перед выпуском альбома волосы они скрывают под кепкой, а опухшие глаза солнцезащитными очками. Донхёк хочет надеть капюшон, но младший предупреждает, что это может показаться странным в жару плюс 30 градусов. В офис игровой компании они едут на такси, и Ли очень надеется, что водитель его не узнает, поэтому старательно смотрит в окно, чтобы как меньше показывать своё лицо. Донхёк не разговаривал ни с кем, кто не Ренджун, Джемин или Джено, три дня. Телефон Хуан отобрал ещё в первый же день, потому что Ли уже собирался лезть смотреть новости. Все разговоры с менеджером, как догадывался Донхёк, Ренджун тоже взял на себя. Только из-за неизвестности о том, что про него пишут в СМИ, Донхёк боится заговорить с людьми. Офис всё также стоит, внутри кипит работа, и Джемин просто поднимается на свой этаж, Донхёк плетётся следом, но чувствует, что из-за своей неуверенной походки привлекает к себе только больше внимания. Он ещё больше съёживается, но ему кажется, что он только становится больше и больше. Господи, как же ему страшно и стыдно. За Марка, за его жизнь, за себя, за то, что оказался слишком добрым. Они доходят до кабинета Ренджуна, и Джемин открывает дверь своим ключём: - Я не хочу оставлять тебя одного, но у нас срочное совещание, а посторонним туда нельзя,- На включает свет и закрывает жалюзи. - Здесь есть всё, что поможет немного скоротать время. Донхёк кивает. Первым делом он замечает огромные мониторы на столе Рена, поэтому он просто ждёт, когда его оставят одного. - Донхёк, обещай мне, что не полезешь в интернет,- просит Джемин, явно понимая ход чужих мыслей. - У меня не хватит смелости пойти против Ренджуна. Младший усмехается: - Он может пойти против всего мира, Хёк, но если ты попросишь, он поставит этот мир на колени перед тобой. Донхёк правда пытается занять себя чем-нибудь. Он листает мангу, которой оказывается слишком много в кабинете главного дизайнера компьютерных игр, читает какие-то журналы, просматривает чужую почту. Лежит и сидит на каждой из возможных поверхностей кабинета. Ренджун обставлял это место по собственному вкусу: кабинет был разделен на зоны, в центре рабочая часть, в углу диван и журнальный столик, рядом пару пуфов, где можно просто отдохнуть. Шкафы наполнены разной литературой, в основном графическими романами. На полках фигурки персонажей. И самое главное очень большие окна, из которых виден город. Но Донхёк то и дело бросает взгляд на компьютер. Блок питания время от времени моргает, и Ли понимает, что он в спящем режиме, то есть, если пошевелить мышкой или нажать на любую клавишу... Трижды он подходил к столу и проводил по клавиатуре рукой, если компьютер и заработает, это будет чистой случайностью. Но экран такой же чёрный, и на четвёртый раз Донхёк всё же не выдерживает, нажимая на space. Экран приветливо загорается, а после сразу же появляется строка для пароля. - Я так и знал, что ты не сдержишься,- говорит Рен, входя в кабинет. Донхёк вздрагивает от его голоса. За ним стоят Джено и Джемин, и все трое выглядят так, словно их проехал грузовик. - Донхёк...- начинает Ренджун осторожно. - Скажи мне всё! Хватит меня оберегать, я не маленький ребёнок! Хуан вздыхает, входит в кабинет, младшие проходят за ним, опустив голову. Джемин закрывает дверь и они так и замирают на пороге с Джено, Ренджун же подходит к нему вплотную, останавливаясь в нескольких сантиметрах от него. Донхёк не поднимает на него взгляда, ему страшно, но он испытает такой гнев, что мог бы ударить друга. - Он сказал, что наркотики ему доставал ты, копы проверили твою квартиру, но ничего не нашли. Люди верят тебе, и твоей компании, все знают, что ты никогда бы на такое не пошёл. Ренджун замолкает. Следующие слова даются ему с трудом. - Он многое сказал о тебе. Подал в полицию как на диллера. Донхёк не поднимает головы. Худший кошмар в его жизни. Ему очень хочется проснуться в номере того парижского отеля. - Люди начали копать и нашли кое-какую информацию о тебе. Точнее о твоей семье. Донхёк усмехается. Его прошлое это тот ад, который явно понравится публике. - И что же они говорят? Ренджун кладёт ладони на его плечи и встряхивает. Ли в который раз удивляется его силе. - Каждый в этом грёбанном городе верит тебе, Донхёк. - Но у людей слишком много предрассудков...- вздыхает тот и прижимается к другу. Не то чтобы прошлое не отпускало его. Но может быть Марк это его подсознательное желание вытащить человека из наркотической зависимости? Он не смог спасти мать, вытащить отца, терпел побои и постоянные пьянки у себя дома. Каждая его невыпущенная песня о боли, которая была с ним всю его жизнь. За ярким лицом Хэчана скрывается мальчик, который пишет песни о спасении, пишет молитвы, просит прощения. Может, поэтому люди любят его песни? Потому что даже не смотря на редакцию, его тексты сохраняют в себе ту боль? Этот маленький мальчик, приехавший сюда из далёкой Азии, поющий песни о любви, о прощении, о жизни, всё ещё тот же ребёнок, испугавшийся громких звуков из их кухни. Когда истерика Донхёка проходит, Ренджун предлагает им всем выпить немного кофе. По воспалённым глазам каждого из них видно, как вся эта ситуация сказалась на них, поэтому Джено идёт в ближайшую кофейню. - Джемин, я... Я оставил свой планшет в переговорной, не мог бы ты сходить за ним?- просит Ренджун, и На, кивнув, выходит. Донхёк догадывается, что старший просто хотел остаться с ним наедине. - Мы решили приостановить выпуск дальнейших арок игры,- говорит Ренджун, с привычной ему прямолинейностью. Ли кивает. - До тех пор, пока судебный процесс не закончится,- продолжает старший.- Команда всё так же продолжит свою работу, так что твои песни увидят свет. - И что же этот свет обо мне подумает?- перебивает Донхёк, поднимая на него глаза. Ренджун вздыхает: - Нам плевать, что они все подумают, каждый встал на твою защиту, Хёк. У Марка не осталось друзей, его выгнали из той забегаловки, где он работал и жил, и как мне известно, сейчас он в одном из домов трезвости. Полиция решила, что его обвинения не могут быть рассмотрены, пока он в состоянии наркотического опьянения. - Суд всё же будет? - Это формальности, компания их уладит, тебе же нужно просто отдохнуть, прийти в себя, побыть с близкими. - Джун, я... - Мы уже забронировали домик в горах, там мало людей, к тому же это частная территория. Билеты уже куплены, вылет завтра. - Я не полечу один,- Донхёк встаёт с дивана и начинает мерить комнату шагами.- Отмените бронь и верните билеты. Я просто поеду домой. - Ты не дослушал,- Ренджун вздыхает.- Компания оплатила 4 билета, и арендовала целый дом. Поедут ещё несколько доверенных людей, Юта присоединиться чуть позже. Тэён сказал, что приедет к тебе, чтобы начать заниматься сет-листом для концерта. - Да не будет никаких концертов! Ренджун, как ты не понимаешь, что Марк сейчас творит полную херню! Я не могу это оставить вот так!- Его злость заставляет его ускориться, каждый шаг он делает с силой, а руки так и норовят свалить всё с полок. Ренджун усмехается: - Только не давай повод ему радоваться. - Что? Старший пожимает плечами. - Донхёк понял меня, Хэчан. На следующий день они всё же возвращают ему телефон. Донхёк лезет в интернет, и не решается читать статьи. Его палец замирает над ссылкой на какую-то статейку с громким названием "Собственный парень ограбил Хэчана на сумму более полумиллиона долларов". Ренджун замечает его замешательство, смотрит в экран его телефона, но ничего не говорит. "Не давай ему повод радоваться". У них доступ к вип зоне аэропорта, и в одном из укромных уголков Донхёк собирается с мыслями. - Всем привет, уверен, вы все уже наслышаны о новостях, что сейчас пишут и говорят обо мне. Хотел бы немного прояснить всё, чтобы вы не сильно волновались,- Донхёк улыбается, годы тренировок скрывают всю боль с его глаз. На видео он смотрится спокойным, чуть извиняющимся, но уверенным.- Мой бывший подал на меня в суд за распространение наркотиков, но за месяц до этого он полностью ограбил мою квартиру, продал всё, что там было. Я подал ответный иск, а также написал заявление на ограбление. Я бы очень хотел, чтобы вы не переживали за меня. Я всё тот же Хэчан, который поёт ваши любимые песни. Какой бы дерьмовой не была жизнь, у всех бывают падения. Мой бывший - моё падение. Но я обещаю, что теперь я смогу подняться ещё выше. Он переслушивает свою запись и отправляет в сториз. Хватило всего нескольких минут, как оно набрало несколько сотен просмотров, и Донхёк знает, через час там их будут тысячи, а через 10- миллион. - Здесь и сейчас, пока суд занимается урегулированием наших дел, а мой бывший просыхает от наркотиков, я буду вынужден реже появляться в интернете. Мне бы хотелось оставаться для вас всё тем же Хэчаном, быть для вас примером. А всей этой историей, я хочу показать вам, что правда всё же восторжествует. Он знает, что каждое его слово сейчас разберут по составляющим, каждое издание будет писать об его словах. "Не давай ему повод радоваться". Донхёк усмехается: он был достаточно глупым, чтобы заставить Марка оставаться с ним, не понимая, к чему это может привести. Но Ренджун прав, теперь его очередь заставить Марка страдать.