Чёрная звезда

Глава первая. Договор. В этом году весна рано пришла в Албанию. Снег сошёл быстро, проклюнулись на деревьях молодые листья, понемногу начали просыпаться те, кто предпочитает на зиму ложиться в спячку. В оврагах зашевелились змеи, они выползали наружу и грелись на камнях. Лес звенел от птичьего щебета, переплетающегося с журчанием воды и шелестом ветвей. Люди в этих местах бывали редко, а если и бывали, старались не наносить вреда никому из безмолвных обитателей. Но однажды в лесной чаще появилось нечто странное, тревожащее. Казалось, ничего не изменилось – так же светило солнце и весело бежала вода в реке, так же распевали на все голоса птицы. И всё же какая-то злая сила затаилась в самой глуши леса, у расколотого молнией дуба. Звери, особенно маленькие, стремились уйти от непонятной угрозы подальше, птицы не садились на ветви дуба, и только змеи, словно бы слыша чей-то неведомый голос, ползли к чёрному камню, лежащему у самых его корней. Позже то тут, то там находили безжизненные змеиные тела. На берег лесного ручья выбралась из зарослей молодая рыжая лисица. Попила воды, полюбовалась в зеркальную гладь на пробегающие по шерсти золотистые искры. Едва заметно вздрогнули кусты на другом берегу, и к воде спустилась вторая лиса – гораздо выше и изящней первой, снежно-белая шерсть сверкала серебром. Рыжая при виде её переступила с лапы на лапу, тявкнула, потом ещё раз, ещё. Белая кивнула совсем по-человечески, неизвестно откуда взявшийся порыв ветра шевельнул траву, и на месте лисицы возникла японка в белом с красными узорами кимоно. Кожа её была белой, словно присыпанная мелом, в чёрных волосах точно у висков, сверкали две седые пряди. - Айамэ, дочка, ты уверена, что это здесь? Лисица снова затявкала, и было ясно, что для женщины это не лай, а слова. - Да, мама, чувствую. Шагов десять ниже по течению. Змея. Она слаба, вот-вот умрёт, и я чувствую, что в её теле есть ещё одна душа. Не змеиная. Очень злая. Отнимает жизнь. Женщина нахмурилась, пробормотала что-то себе под нос. Лёгким прыжком перескочила через ручей. - Иди за мной, Айамэ. Нужно освободить змею. Но кто бы ни подселился в её тело, он не должен тебя увидеть. Они прошли примерно семь шагов, потом японка снова остановилась. Взмахнула рукой перед самым носом лисицы. - Теперь ты невидима. Стой смирно, если оно вдруг попытается захватить твоё тело - гони прочь, но не пытайся убить. Не стоит тебе пачкаться. Шаг, ещё шаг. Теперь женщина увидела змею, неестественно прямо растянувшуюся на земле, не обращающую внимание ни на что вокруг. Японка сложила руки «лодочкой», зачерпнула ими воздух, затем резко выбросила ладони вперёд. Раздался негромкий щелчок, судорога прошла по телу змеи, и рядом с ней появился изгнанный дух – белый клок густого тумана, принявший очертание лица, отдалённо напоминающего человеческое – плоское, безносое, безгубое, с глазами-щёлочками. Верхняя губа женщины дёрнулась, словно скаля зубы. - Глупый смертный, что ты сделал со своей душой?! - Как смеешь ты так говорить со мной? – голос существа напоминал змеиный шип, но всё же был человеческим, - кто ты такая?! - Может сначала назовёшь своё имя? - Так ли важно тебе знать имя несчастного, потерявшего всё, даже собственное тело? Я был бы бесконечно благодарен, если бы ты помогла мне снова обрести его. Женщина поморщилась, внимательно вгляделась собеседника, чуть прикрыв глаза. - Не знаю, что случилось с твоим телом, но душа твоя изрядно запачкана. Я вижу след многих проклятий. Ты отнял жизнь у многих людей, магов и не-магов. Даже у собственного отца. - Я всего лишь отомстил ему за смерть матери! Этот паршивый магл бросил и её, и меня когда узнал, что она ведьма! Мать умерла в нищете, на улице, а он жил себе, ни о чём не подозревая. - Мой второй муж тоже выгнал меня, когда узнал мою истинную природу. Но я никогда не стала бы требовать, чтобы моя дочь его убила за это. Правда нам не пришлось скитаться и голодать, но всё же уверена – твоя мать не одобрила бы убийства мужчины, которого она любила. Но это не последнее твоё преступление, верно? Кровь единорога. Попытка убить невинное дитя. Причём вторая попытка. Во имя чего всё это? - Ты глупа, как и все люди! Что значит жизнь сотни людей, если можно получить взамен бессмертие! - Человеку не свойственно бессмертие. Попытки присвоить его не заканчиваются ничем хорошим, - японка говорила спокойным тоном, но в глазах её на миг зажглись алые огоньки, - ты отчасти прав – в таком виде, как сейчас, ты сможешь существовать долго, но не думаю, что тебе нравится такая жизнь. Иначе ты не стал бы вселяться в неразумных рептилий. - Так может тебе известно, как вернуть моё собственное тело? Я бы щедро наградил того, кто поможет мне в этом. - Вернуть тело теперь не сможет никто. Но возможно очистить и восстановить душу. Правда, только в том случае, если ты поймёшь чудовищность своих преступлений. Раскаяние позволит твоей душе закончить нынешнюю жизнь и отправиться дальше, чтобы переродиться для новой. - Сожаление и раскаяние – удел слабых, - безгубый рот растянулся в усмешке, - я много раз слышал подобную ерунду, но это не остановило меня! Теперь я истинный Повелитель смерти! Губы японки дрогнули, блеснули белоснежные зубы. Пальцы правой руки сжались в кулак. - Только один человек может быть так горд и слеп одновременно. Хотя человеческого в тебе осталось мало, лорд Волдеморт! Лицо бестелесного существа смазалось, превращаясь в клок тумана, который с быстротой атакующей змеи скользнул к женщине. Одновременно послышался голос по-прежнему невидимой Айамэ: - Мама, берегись! Он нападает! Женщина взмахнула рукой, кулак разжался, из него вылетела золотистая искра, ударила в клок белого тумана, и тот застыл на месте. Потом понемногу осел на землю, становясь всё более прозрачным. Бледная кожа японки, напротив, порозовела. - Идём, дочка. Он уже не опасен, - щёлкнула пальцами, убирая невидимую ширму. - Ты его убила? - Нет. Я забрала его энергию «ки», но не всю. Оставила немного. Даже зашедшего на пути от человека к демону так далеко, нельзя лишать шанса повернуть обратно. Нам лучше вернуться домой, Айамэ. Следует написать профессору Дамблдору о том, что здесь произошло. И не только ему. Мадам Розмерта протёрла последнюю кружку, с тоской уставилась в окно. Что за скверный день! Дождь моросит с утра, над Хогсмидом повис серый туман. Впрочем, порой именно в такие дни посетителей в трактире бывает больше, чем в ясную погоду. Звякнул колокольчик над дверью, в «Три метлы» вошёл седой человек с длинной серебристой бородой и пронзительными голубыми глазами. - Добрый вечер, профессор Дамблдор, - улыбнулась Розмерта, - вас уже ждут. Вон за тем столиком. Вообразите, она устроилась подальше от камина, небывалый случай в такую непогоду! - Добрый вечер, мадам Розмерта. Моя гостья не жалует открытый огонь, но думаю, ей не помешает горячее питьё. Принесите нам по кружке имбирного эля. - Будет на столе через минуту. Скажите, профессор, долго ли ещё дементоры будут отпугивать моих клиентов? Порой мне начинает казаться, что они нарочно долго ловят Сириуса Блэка, чтобы вытянуть побольше радости из свободных людей. - Я ещё раз поговорю с Министром Магии, но не могу ручаться за то, что он ко мне прислушается, - вздохнул Дамблдор. Он прошёл к указанному Розмертой столику. Сидящая за ним японка в чёрной бархатной мантии поднялась с места, низко поклонилась. - Рада видеть вас, Дамблдор-сан. Но не могу поверить, что вы добровольно согласились на то, чтобы Крадущие-радость обитали, рядом с детьми. - Не менее рад увидеть вас в добром здравии, Хакуину. Меня эта ситуация возмущает не меньше, чем вас, но Фадж не из тех, кто легко отказывается от своих идей. Единственное, что я могу – это не пускать дементоров в замок. Снова зазвенел колокольчик над дверью, на пороге появилась женщина в синей мантии. Если бы не бледная как мел кожа и седые пряди на висках, Хакуину была бы похожа на неё как две капли воды. Новая гостья скользнула взглядом по Розмерте, затем сразу подошла к столику в углу. Едва заметно поклонилась Дамблдору, потом, немного глубже, его собеседнице. - Пожалуй, я воздержусь от угощения, и перейду сразу к делу, - быстро произнесла она, - сестра написала мне о встрече с Неназываемым. - Я бы не стала утверждать наверняка, Куроину, - покачала головой Хакуину, - не такая уж редкость бестелесный дух. Волдеморт не первый, кто пытается присвоить бессмертие. А я не встречалась с ним, когда он ещё был человеком, чтобы узнать его сейчас. - Как бы там ни было, я хочу напомнить и тебе, и вам, профессор Дамблдор, что бороться с Волдемортом и его последователями Министерство магии Японии вменяет волшебникам вашей страны или вашим европейским союзникам. - Не забывай, Куро, что этот дух напал на меня. Пытался вселиться в моё тело. И я заметила кое-что, когда брала у него энергию. Было ощущение, что даже забрав её всю, я не смогу его убить. Будто бы что-то держит его душу в этом мире. Держит надёжно. - Сегодня речь пойдёт не о Волдеморте, - произнёс Дамблдор, - я хочу просить вас, Хакуину, и вашу сестру, раз уж она здесь, помочь контролировать дементоров. Они голодны. Их не пускают в школу, они не могут поймать Сириуса Блэка, и от этого злятся ещё сильней. Если им придёт в голову бунтовать, усмирить нескольким волшебникам, пусть даже и сильным, будет не под силу. - Сириус Блэк? – заинтересовалась Куроину, - бежавший заключённый? - Да, он. Он уже дважды пробирался в башню Гриффиндора. Он ищет Гарри Поттера. - Сириус Блэк бежал от Крадущих-радость… Вы уверены, профессор, что он действительно виновен в том, за что был арестован? - Куроину, я сам не раз думал об этом. Но чтобы узнать наверняка, нужно хотя бы поговорить с Сириусом. А он по-прежнему успешно скрывается. - Видимо занятный парень, - фыркнула Куроину, - хотела бы я познакомиться с ним поближе. - Если поможете мне, возможно, такой шанс и выпадет, - улыбнулся Дамблдор, - он может снова попытаться проникнуть в школу. - Делай как знаешь, Куро, но мы с Айамэ уже решили помочь. Министерство не запрещало нам обуздывать Крадущих-радость, так что закон мы не нарушим. - Уверена, что стоит вмешивать в это дело ребёнка, сестра? Кстати, где сейчас твоя дочь? - В лесном домике в пятидесяти милях отсюда. И она не ребёнок. Ещё немного, и сможет превращаться в человека. Но чтобы ночами патрулировать территорию школы и следить, чтобы дементоры не причинили никому вреда, не обязательно принимать человеческий облик. А если ты присоединишься к нам, ей не придётся одной отправляться за подпиткой энергии в ближайший город не-магов, одна из нас сможет сопровождать её. Надеюсь, вы помните о том, что нашему народу нужно брать с людей энергию «ки», чтобы поддерживать силы, Дамблдор-сан? Иначе с нашей помощи не будет толку. - Если обещаете, что никто из людей не пострадает. - Мы не получаем удовольствия от убийства людей, - улыбка Куроину ещё больше напоминала оскал, - так что не беспокойтесь. Но я хочу дополнительную плату. - Что это за плата? - Вы ведь помните, профессор, как после поражения Гриндевальда несколько его сумевших бежать сторонников привезли Крадущих-радость в Японию, чтобы отомстить нам с сестрой. Вы помните, какой ценой нам удалось их остановить? Помните? Хакуину потом пришлось три месяца прятаться от солнечного света, а я… Вы не можете теперь отказать мне в праве забрать свою плату! Не можете. Дамблдор взглянул в почти чёрные глаза Куроину, потом посмотрел на Хакуину, машинально теребящую седую прядь. - Условия те же. Ни один человек не должен пострадать.