План по завоеванию сердца

Свобода - такое сладкое слово. Как приятно перекатывать его на языке, наслаждаясь каждой буквой. Не все могут понять настоящую её ценность. Все мы скованы цепями - долга перед Родиной, ответственностью за чужую жизнь, обязанностью быть правильным гражданином своего государства, моральными принципами и многими другими. Эти кандалы окутывают с ног до головы, давят и даже убивают. Все стараются сбросить как можно больше цепей, избавиться от давящих оков. Но чем меньше нас удерживает, тем больше человек похож на животное. Неразумное существо, действующее только на инстинктах. К сожалению, все мы будем опутаны цепями всю жизнь. Но всё это не материально. А вот железные обручи на тонких запястьях Ивушкина ощущаются, и причём очень хорошо. Точнее ощущались. Сейчас Николай стоит посреди поля, раскинув руки в стороны и ртом ловя одинокие капельки дождя. Тучи заволокли весь небосвод. В воздухе летал запах озона. Как же приятно ощущать под ногами не однообразные бетонные плиты, а чуть тёплую землю, прогретую за день лучами осеннего солнца. Осень - последний шанс. Зимой может и можно убежать, но это будет один из самых коротких побегов в мировой истории. Пройдёшь пару шагов и отморозишь ноги. На этом и закончатся похождения. Тупые фрицы даже не заметили пропажи. Как же долго пришлось планировать этот побег. На это ушло три месяца усердных трудов. Приходилось делать кучу нычек и изображать пай мальчика всё это время. Но все эти жертвы не сравнятся с ощущением крыльев за спиной. Коля не видел, но всем существом чувствовал, что вот ещё чуть-чуть и он сможет взлететь. Наивный ничего не подозревающий парень. Ведь по счёту это шестой побег, а за такое по головке не погладят. Тёмное небо озарила яркая вспышка молнии, на какие-то пару секунд стало светло. А потом Колю оглушил раскат грома. После наступило затишье. «Как перед бурей.» - появилась единственная мысль. Рука сама собой прошла по грязным сальным волосам, расчёсывая и приводя в порядок. Неподалёку раздался лай немецких овчарок. Один раз услышишь такую и на всю жизнь запомнишь. Мерзкие злобные твари, готовые в любой момент разорвать кого угодно. Не слушаются даже немцев. «Совсем близко, вот и добегался.» Голоса фрицев прозвучали в паре шагов, сил, чтобы бежать, не было. «Ничего, ничего. Мы ещё повоюем!» Резко развернувшись и выставив кулаки перед собой, Ивушкин никак не мог ожидать такого подвоха. Он увидел дымящийся револьвер в руке высокого немецкого офицера. Пуля прорезала воздух с тихим свистом, разрывая капли, которые попадались на пути в клочья. Горячий металл быстро приближался. Солдат успел лишь прикрыть глаза и попрощаться с жизнью, мысленно извинившись перед всеми. А потом была темнота, спасительная и такая нужна в этой непростой ситуации.

***

Первый день на новой работе прошёл мягко говоря не очень. Вначале ознакомление со своими апартаментами, комнаткой 7 на 10 квадратных метров. Здесь было всё старое, но чисто вымытое и вытертое. Сразу видно - ждали. Потом, не успевшего позавтракать и помыться после поездки, Хайна отправили на построение. А на улице было далеко не лето. Пришлось жаться под ударами нещадного ветра. Погода в это время года очень переменчива, то солнце, как пару дней назад, то ливень. Вот и сегодня с утра было тепло, а сейчас облака собирались в кучки и, кажется, сговорились пролить на головы грешных людей годовое количество осадков. Краем глаза паренёк наблюдал за своим начальством. Спина ровная, голова немного вздёрнута, глаза сверкают, или это просто блик, или он вправду светится изнутри. Вроде ростом Ягер не отличался, но казался как минимум на голову выше других. По плацу разносились подбадривающие и хвалебные речи. Точно не вспомнить о чём говорили, да и не надо, все разговоры в военные годы всегда похожи друг на друга, как близнецы братья. Всегда есть хорошие - свои, и плохие - чужие. Первая капля упала, кто бы мог подумать, прямо за шиворот бедного промёрзшего Тилике. На лице не дрогнула ни одна мышца, но внутри всё сжалось. И весь организм умолял убраться отсюда поскорее в тёплое уютное помещение, где покормят и обогреют. С каждой секундой дождь набирал обороты. Слава Богу, мероприятие закончилось - солдат и пленных отпустили под крышу. Дальше больше. С четвёртого этажа на первый, с первого в ангар, из ангара на пятый, с пятого в подвал и так целый день. Все ноги сбил пока отнёс все документы. Ладно бы люди были хорошие и сговорчивые, но нет, оказывается каждый второй - подлая крыса, которая любит мучить сослуживцев рангом меньше. В итоге, когда, казалось бы, всё переделал, Ягер дал дополнительное задание, конкретно - огромные пять папок. И пожелав удачи с их разбором, отправился к себе. Уже битый час Тилике сидит над первой, тёмно-синий и самой большой, папкой. В комнате было слышно только тиканье настенных часов, да тихие рассуждения мученика: -И что мне делать, уже 9 вечера, а я не завтракал? И что-то подсказывает, что ближайшую неделю мне этого не удастся сделать... Взгляд упёрся в приоткрытое окно, за которым барабанил дождик по крышам построек. С деревьев под напором воды опадали жёлтые и красные листы и медленно оседали на поверхности луж. Такая успокаивающая картина. Солдат рывком встал, случайно опрокинув стул, и направился прямиком в столовую. В голове Хайна созрел план по выполнению всей работы в кратчайшие сроки, но для этого нужны подходящие условия. «Во-первых, мне нужна еда. Без подзарядки мозг не будет работать. Во-вторых, холодный душ. Надо взбодриться. В-третьих, чистая одежда. Она нужна для... просто нужна. И в-четвёртых, много кофе, ОЧЕНЬ МНОГО.» Хорошему солдату надо многое уметь. Но самое главное - быть трудолюбивым и исполнительным. Ни того ни другого не было в Тилике. В школе ему не нравилось учиться. Постоянная зубрёжка очень надоедала, уроки быстро приедались. Он вообще не понимал зачем это всё нужно. Но что у Хайна было не отнять, так это его самолюбие. И именно эту черту в нём затронули, когда сказали что он и недели не продержится. О нет, такого он не прощает. Он продержится и не просто продержится, а его ещё будет сам Клаус лучшим считать. На лице расцвела хищная улыбка. Со стороны выглядело это очень пугающе. Ночь. Во всех коридорах темно. И в этой непроглядной темноте вышагивает одинокий человек с оскалом от уха до уха.