fetish.

Олафактофилия – сексуальное удовольствие, получаемое от запахов и ароматов _____ Я тот самый маньяк запахов: я люблю запах свежескошенной травы, запах краски, запах старой книги и только что постиранной вещи. Я не представляю свою жизнь без дорогих одеколонов от Hugo Boss или Gucci. Мне даже страшно представить, что значит быть девушкой и душиться женскими духами – мужские пахнут гораздо притягательнее. Наверное, поэтому я латентный гей. Когда я иду по улице и мой нос улавливает запах какого-то дорогого одеколона мимо проходящего мужчины, видит Бог, я чуть ли не кончаю себе в штаны. Я готов выливать на себя литрами эту гадость, но я все равно не чувствую свой запах. Когда-то давно кто-то сказал мне, что тебе лучше всего подходят те духи, которые ты сам не чувствуешь. Я полностью не согласен! Я хочу вдыхать то, что выливаю на себя в безмерных количествах! С дебютом я знал, что моя мания, мой фетиш, однажды проявят себя, и будет трудно. Я ошибался. Потому что оказалось чертовски, просто охуенно трудно. Единственный запах, который я никогда в жизни не чувствовал, это запах человека. Да. Именно человека: живого тела, не пота, не крови. Человек. Я кончил, ребята. Пак Чанель, когда начались выступления, обнимания, фансервис пока еще на слабом уровне, сводил меня с ума. Он пах Хьюго Босс и он пах собою. Причем второй запах явно перебивал первый, и я просто упивался этим ароматом. Я любил обниматься с Чанелем, утыкаться в грудь и дышать, пока тело не потребует нормального кислорода без примесей. Чанель смеялся и обнимал меня в ответ. По ночам я кончал от воспоминаний. Я знал, что если в группе пройдется слушок или кто-то узнает, меня сразу вычислят. Из всех присутствующих на педика со стажем походил только я, к собственному сожалению. Точкой кипения стало, когда нас поселили в одну комнату. Первое время я не мог найти с ним общего языка, мы постоянно ссорились (ладно, я постоянно орал на него и игнорировал), но Чанель всегда извинялся первым, полностью принимая свою вину. После мы уже могли полноценно считаться братанами, постоянно доставали группу, шумели, смеялись так, что земля дрожала, а ночью я слушал, как он громко дышал на соседней кровати и дрочил. С каждым днем он становился мне все роднее, а его запах сводил с ума, его нельзя было перебить никакими духами. Откровение. После камбека, после очередного тяжелого дня, когда мы ввалились в общежитие за полночь, я увидел, как Чанель бросил футболку в грязное белье, а позже, уже ночью, достал её оттуда и дрочил в туалете, прижимая к себе заветную вещицу. Чанель носил её, она была с Чанелем весь день, соприкасалась с его накаченным телом, пропиталась его ароматом. С этими мыслями я кончил, стараясь не испачкать футболку, хоть она завтра утром и отправилась бы в стирку. Подстраховка никогда не помешает. Это стало зависимостью. Теперь я не мог кончить, не вдыхая аромат Пак Чанеля. Это стало привычкой - тырить его футболки одну за другой, а после возвращать, будто ничего не было, и это не я пять минут хныкал в туалете, растягивая себя пальчиками и представляя, что это делает Чанни. Да, я извращенец и латентный гомосексуалист, но у меня просто нет выбора: я мечтаю, чтобы меня трахнул почти двухметровый брутальный репер с охуенным как будто прокуренным басом, от которого меня колотит так же, как и от его запаха.

***

- Бекхен-аа! – Зовет Чанель чуть ли не из кухни, а я закатываю глаза, не отвлекаясь от ноутбука. Он вламывается в нашу комнату, ругаясь про себя… Я поднимаю на него взгляд... И о черт, я готов провалиться сквозь землю: он абсолютно (ладно, только по пояс) обнажен. Черт! - Чанель, у нас затонировали окна? – Я стараюсь не выдавать своей паники от его вида. - Что? – Он хлопает своими огромными глазами. - Почему ты голый? Лидер предупреждал тебя не ходить так, тут фанатки сейчас в окна не залезают разве, а фоток с улицы они уж смогут наделать! Оденься! На самом деле, даже самые бешеные фанатки не лазили к нам в окна (но еще не вечер ведь, мы не так уж и популярны, чтобы лазили), это просто птичка на клювике принесла, что какая-то сумасшедшая залезла и чуть ли не сфоткала меня в чем мать родила! Ладно, я наврал! Зато Чунмен-хен больше никому не разрешал оголяться. Ну а что? Не все желающему сделать это Пак Чанелю торсом светить. Я итак с ума схожу – у меня скоро мозоли на моих идеальных пальцах появятся! - Я не могу найти ни одной своей футболки! – Жалуется Пак, выкидывая футболку в своих руках на кровать. - Эта тебе чем не нравится? - На ней штукатурка! Посмотри! – Он сует мне в руки бежевую вещицу, и я с ужасом нахожу на ней несколько белых пятен. И это далеко не штукатурка. Три дня назад. Во время репетиции в туалете агентства, последняя кабинка. Господи, я мудак. - Возьми футболку у Криса. – Пожимаю плечами в ответ, кидая в него вещью. – У вас все равно размеры одинаковые. Он бурчит что-то про то, что китайский лидер будет возмущаться, но выходит из комнаты. В коридоре его, судя по всему, ловит корейский лидер, громко отчитывает и даже не слушает оправдания. Меня больше волнует – как этот идиот мог перепутать пятно от штукатурки и пятно от спермы. Но спасибо ему за это. - Блядь! – Громко ругается Чанель, врываясь на кухню с утра. Он не обращает ни малейшего внимания ни на шок Чунмена, ни на возмущение Кенсу. – Узнаю, какая стерва пиздит мои футболки – выебу! – Матерится он, а я уже готов вскочить и сделать чистосердечное признание, лишь бы Пак сдержал обещание, но воздерживаюсь… К сожалению. Когда репер уходит, Чунмен что-то бормочет Крису про невоспитанность нынешних детей и вздыхает, будто смиряясь со своей участью. Ифань ему ничего не отвечает, лишь понимающе кивает, и его взгляд подозрительно долго задерживается на мне, от чего становится не по себе. Неужели знает? У меня недотрах. Я воздерживался ровно три дня, не крал чанелевские футболки, опасаясь быть пойманным. Но когда китайцы благополучно съебали в свой Китай, я дал волю своим загребущим ручкам, и поздно ночью, когда Чанель полноценно спал, не храпел, не кряхтел, и не дышал, словно бежал кросс, я свалил в ванную. Отыскав в куче нужную мне вещь, я прижал её к себе, не собираясь церемониться, вздохнул и запустил руку в трусы. Блаженство. Но я мудак. Стою в три часа ночи в ванной чуть ли не раком и дрочу в чужую футболку. Я адекватный? Это был риторический вопрос. Кстати, это идея! Облокачиваюсь на стиральную машинку, уткнувшись носом в футболку, которую кинул на неё. Пальцы тянутся к колечку мышц, и я приятно вздрагиваю всем телом, когда проникает один, а затем с небольшим усилием и второй. Несколько толчков – и я попадаю по простате, давя стон в футболку. Кажется, я испачкал её слюной. Вторая рука активно дрочит, и я просто захлебываюсь в двойном оргазме через некоторое время. Не успеваю сообразить после прекрасного действа, как за моей спиной скрипит дверь… А я ведь стою раком к ней! Все мои прелести чуть ли не на всеобщее обозрение. Визжу, как девчонка, отскакивая и прикрываясь темной футболкой с ярким принтом. В дверях очумевший лидер. Не узнать футболку Чанеля невозможно, ведь только он в подгруппе носит такой огромный размер, да и яркие рисунки любит только он, особенно такие абстрактные, как на найденной мною. Я сглатываю, натягивая трусы, и пытаюсь оправдаться, но выдавить получается какие-то жалкие булькающие звуки. Чунмен закатывает глаза: - Так это ты воровал его футболки? Он так облегченно вздыхает, что наступает моя очередь глаза удивленно округлять. - Я думал, у нас тут бешенный сталкер-фанаточка завелся! Сначала футболки Чанеля, потом, гляди, трусы Сехуна! Ты меня напугал, Бекхен! – Лидер улыбается, а у меня мозг отказывается воспринимать его слова. - То есть, тебе абсолютно нормально, что я тут дрочу на футболки Чанеля? Чунмен пожимает плечами: - У всех свои причуды… - Он собирается уходить, но останавливается. – Но тебе стоило бы закрываться. Ладно я, остальные бы шумиху подняли. Не забудь кинуть футболку в стирку. Спокойной ночи. Я остаюсь один. Охуевший с обконченной футболкой в руках. - Хен. – Когда я возвращаюсь, Чанель сидит на своей кровати и сонно потирает глаза. – Я проснулся, а тебя нет. Ты где был? Я улыбаюсь натянуто, но он в темноте не замечает, и провожу рукой по его коротким волосам. - Чего не спишь? Он дуется, но находится в полусонном состоянии, что это вызывает у меня волну умиления. Я умиляюсь с двухметрового репера с прокуренным басом, который больше меня раза так в два. Дожили. - Ложись спать. - Ты не уйдешь? – Глухо басит он, завалившись на подушку и пытаясь хоть немного оттянуть полный отруб. - Куда я денусь от тебя, глупый. – Ухмыляюсь. Он что-то бормочет и замолкает, окончательно погружаясь в сон, а я еще долго наблюдаю за его лицом, пухлыми губами от позы и тем, как он пускает слюни на подушку. Уебите мне с вертухи за такую любовь, пожалуйста! Когда я во второй раз просыпаюсь за ночь, Чанеля на противоположной кровати я не нахожу и на мгновенье впадаю в панику. Но дверь открывается, и Чанель заходит в комнату как можно тише, думая, что я сплю. - Хен? – Он сильно удивляется, когда мы сталкиваемся взглядами. – Эммм… Почему не спишь? - Меня интересует аналогичный вопрос, Пак Чанель. Репер молчит и теребит футболку в своих руках. Боже, еще одну футболку. Я немного залипаю, когда он протягивает её мне: - Я хотел отдать тебе её утром, но встретил лидера на кухне и решил сейчас… Ну… Даже в темноте я вижу, как он краснеет. Я тоже краснею: ЛИДЕР ЕМУ ВСЕ СКАЗАЛ БЛЯДЬ! - Чанель, это не то, что ты подумал… - Хен сказал мне, что это ты крадешь мои футболки, вот я и решил подарить тебе одну… Если они тебе нравятся. Я готов заорать, что мне нравятся отнюдь не они, а их хозяин, но вовремя прикусываю язык. - Спасибо, Чанель, но не стоит… - Глупый Бекон, возьми! Ты пачкаешь мне одежду! Мне не в чем ходить! Он пихает футболку мне в руки и идет в свою часть комнаты, отворачиваясь к стенке, когда ложится в кровать. Я тоже ложусь. Слишком близко рядом с лицом находится ткань, и я не сдерживаюсь, чтобы не вздохнуть. Футболка пахнет Чанелем. Башню сносит. Если я сейчас хотя бы шелохнусь, Чанель сразу спалит мою контору. Если пойду в ванную, он сделает это в разы быстрее. Если не подрочу – умру. На свой страх и риск засовываю руку в трусы, придвигая ближе ткань и утыкаясь в неё носом. Такое ощущение, что это не какая-то китайская тряпка, а Чанель лежит рядом. Я судорожно вздыхаю, тут же вспоминая, что не один. Блядь. Просто капсом и без цензуры: БЛЯДЬ. Потому что Пак Чанель поворачивается на кровати. Он даже не спит: во все глаза пялится на меня, на то, как я утыкаюсь носом в принесенную им футболку, и на мой стояк под одеялом. Я готов сгореть со стыда. Мне даже кажется, что постельное белье начинает загораться. Чанель ухмыляется, подпирая голову на локоть, и смотрит на меня. - Хен. – Его басистый шепот режет мой слух и тишину в комнате. – А ты знаешь, на обнаженное тело куда приятнее дрочить, чем на какую-то тряпку. В ту ночь, кажется, я свихнулся, потому что гребанный запах Пак Чанеля оказался в разы сильнее того, каким были пропитаны футболки. Привет, я Бен Бекхен, фетишист запахов и ароматов. Меня трахает идеальный запах в мире.