fetish.

Гематофилия – эротическое притяжение к крови (либо к самой жидкости, либо к наличию крови на партнере. ____ Я фетишист крови. У меня начинает все внутри бурлить, когда я вижу, как кто-то порезался, поранился, мне хочется слизать выступавшие капельки, а потом пробовать снова и снова. Я охотник. Я настоящий волк, оборотень, про меня и моих сородичей сложено много легенд и мифов, все это – не более, чем небылицы и сказки. Я живое подтверждение тому. Мое обоняние развито на двести процентов, я могу чувствовать запах крови в радиусе десяти километров, и благодаря этому выбрал себе жертву с самым сладким запахом крови. Его зовут Бен Бекхен, и он мой названный хозяин. В виде волка я сильно похож на западносибирскую лайку. С одним отличием – я не умею гавкать, но, похоже, мой маленький Бен этого не заметил. Это женоподобный ученик музыкальной академии на отделении скрипки, поэтому мне приходится с удивительной периодичностью слушать его игру, к счастью, он довольно хорошо играет. В личной жизни Бекхену не особо везет, во многом благодаря мне, потому что Бек приводит своих девушек к нам в квартиру, и те в течение часа-двух вылетают отсюда с визгом. Первое время Бекки постоянно ругал меня, отчитывал, говорил, что отправит в школу для кинологов, но он всегда врал. И на следующий день в доме появлялась новая девушка, которая, так же, как и остальные, пребывала недолго. Вскоре Бекхенни перестал водить баб, но стал чаще пропадать – тогда я понял, что он водит их по ресторанам и кафе, пару раз прятал его карточку или бумажник, делал так, что он опаздывал на час или два, так что это тоже быстро сошло на нет. Вот еще! Как будто я буду делить пять литров идеальной крови с кем-то! Позже, когда девушки у Бека закончились, в его жизни появилось два парня. Первый – китаец с удивительно выразительными глазами, ушуист и спортсмен. У них ничего не получилось (нет, на этот раз была не моя вина! Китаец, правда, милый), Тао променял моего бекончика на какого-то смазливого… тоже китайца, и они уплыли в закат, в Китай то есть. Вторым оказался канадский… тоже китаец. Он был так же оборотнем, мы почувствовали оба, и чуть не перегрызли друг другу глотки. Бекон тогда шарахался меня несколько дней. Мне вообще интересно, каково ему живется рядом с волком вот уже почти год. Бекон понятия не имеет, кто я на самом деле. А я желающий трахнуть его фетишист крови.

***

- Черт! – Ругается Бекхен, хлопая дверью. Очередное свидание – и мой женоподобный бекончик отшит. – Меня настолько это заебало, что я переоденусь в девушку скоро и пойду на свидание с натуралом! Ты не представляешь, Чанни! – Он падает рядом со мной на диван, на котором я сплю, занимая большую часть. – Они постоянно спрашивают, готов ли отдать свою попку на растерзание их страпонам? Вот извращенки! Если бы я мог, я бы посмеялся. Эти куры не достойны трахать попку моего человека какими-то фальшивыми членами. - Аащ! Мне в этой жизни хоть когда-нибудь повезет? – Бек запускает пальчики себе в волосы, оттягивая их со злости, и падает на меня. Я, наконец, прекращаю делать вид, что сплю, и обращаю на него внимание. Мой человек обнимает меня за шею. - Знаешь, Чанни, я подумываю начать встречаться с той недотрогой с отделения пианино, с Анжелиной, помнишь её? Анжелина? Конечно, помню! Та сучка, после свидания с которой моя идеальная кровь пришел… прилетел на крыльях любви и еще полвечера впаривал мне о том, какая она умная, красивая, добрая, любит цветочки и не матерится. В постель он её не затащил и встречаться не предложил, потому что она, видите ли, слишком милая, и он не имеет права портить этот божий одуванчик. Я вертел этот божий одуванчик на своем двадцатисантиметровом хую! Увижу стерву, все волосы повыдираю! - Она такая милая! И уж тем более не рискнет предложить мне пеггинг! Пусть это будет традиционный секс, но уж лучше я, чем меня! – Когда Бекки возмущался, он был до неприличия милым, но сейчас мне было все равно: какая-то миловидная сука с сиськами решила увести у меня моего человека?! Не позволю! – Завтра же пойду с ней на свидание… Уже пригласил! Представляешь, она быстро согласилась! Он такой счастливый, а мне хочется вцепиться в глотку той блядине Анжелине. У меня всего одна ночь, чтобы придумать, как не позволить идти Бекону на свидание. Я тихо хожу из угла в угол по квартире в своем человеческом обличии, вынашивая злобный план, но ничего не хочет лезть в голову, и я чуть не ору от безысходности. Они начнут встречаться, а я что? Я не готов к их серьезным отношениям, но и раскрывать Бекки правду тоже не готов! Как он среагирует на то, что я волк?! Через неделю Бекхен приходит домой уставший и слегка подбитый. У них с Анжелиной было очередное свидание, но в сравнении с предыдущими разами он выглядит не таким уж счастливым. Я заинтересованно вытягиваю шею. - Привет, Чанни. – Слабо улыбается он. – Хочешь кушать? Я подрываюсь с дивана и первым оказываюсь на кухне, Бек плетется сзади. - Мы поругались с Анжелиной. Так быстро? - Она сказала, что я недостаточно мужественный для неё. – Я кладу голову ему на колени, стараясь сделать взгляд как можно жалостливее, но внутри все ликует. Не переживай, мой женоподобный Бекончик, в тебе много мужественности, настолько, что на нас двоих хватит! Он гладит меня по голове: - Только ты меня любишь. Я облизываю его пальцы, как бы подтверждая. - Был бы ты парнем, я бы встречался с тобой. Ты очень красивый. – Он берет мою морду, и мы соприкасаемся взглядами. Я решаю все за секунду! Была-не-была! Он ошалело смотрит в мои глаза, а я с упоением вдыхаю запах его крови и ощущаю пальчики на своей коже. Он все еще держит меня, и я бы никогда не подумал, что его глаза могут настолько увеличится в размерах. Конечно, секунду назад ты признавался, что начал бы встречаться с собственным псом, а теперь перед тобой твой полуголый пес в виде человека. Поправка: я волк. Бекхен пытается отстраниться, но я не позволяю, запечатывая на его губах наш первый (надеюсь, не последний, потому что этот малый та еще впечатлительная истеричка) поцелуй. Он в шоке. В небольшом культурном шоке. - Бекхенни. – Нежно шепчу я своим прокуренным басом, отстраняясь. – Мой малыш… - Ч-ч-чанель? – Я киваю на его ахуй. – Ч-ч-ч-что это з-значит? Он так мило заикается, при этом краснеет и отводит взгляд, а я держу его лицо в своих ладонях, не позволяя ему сдвинуться с места. - Я оборотень. Он бегает от меня ровно три дня, но поскольку я живу в его квартире и уезжать вроде как не собираюсь, ему приходится возвращаться раз за разом, правда, поздно ночью, когда, как он думает, я уже сплю. Дверь привычно тихо закрывается, Бек разувается в коридоре, шлепая ногами по полу. Он снова приходит за полночь, останавливаясь в дверях гостиной, чтобы посмотреть на мой силуэт на кровати, и пойти дальше к себе. Он постоянно на меня смотрит исподтишка, будто я не вижу. На мне, что, узоры?! Когда дверь в его спальню закрывается, я иду к нему. Сейчас, как никогда, я хочу притронуться к его коже и хотя бы немного почувствовать крови. Хочу его крови. - Чанель! – Он кричит от неожиданности утром, что у меня уши закладывает. Я игнорирую это и только сильнее стискиваю его в объятьях. - Отпусти меня. – Цедит он сквозь зубы. - Бекхенни, спи, малыш. – Я сжимаю его попу, от чего он вздрагивает и ударяет меня кулаком в грудь, но я-то чувствую, как гормоны начинают распространяться по его крови. Еще совсем незаметно, но он уже возбуждается. - Если ты меня не отпустишь, я тебе врежу. - Ты боишься меня? Он молчит. А я целую его в макушку. - Не уходи, Бекки, побудь со мной. И хватит уже прятаться от меня. Я знаю, что ты меня хочешь. Он барахтается и возмущается, но обнимает меня за талию. - Ты же обещал со мной встречаться, помнишь? – Смеюсь я ему в волосы. - Иди нафиг. – Он пихает меня под бок. - Чанель! – Он бьет меня по рукам, когда я пытаюсь стащить кусок свежего мяса со стола. Я не могу терпеть до ужина! – Терпи! - Не могу, ну, Бекхенни ~~ - Я сейчас тебе врежу, если ты не сядешь. – Бек сверкает глазами, а я сажусь на стул, с которого открывается прекрасный вид на его тощую задницу. Я бы с удовольствием покусал её. - Нечего в моей попе дыру делать. – Бубнит мой мальчик. - Фу! Не добавляй овощи! Ненавижу овощи! – Я дергаю его за руку, а он вскрикивает. И я понимаю, что произошло, раньше, чем вижу. Он порезался. Перед глазами я вижу только маленькую алую точку на его пальце, которую хочу слизать немедленно, что и делаю. От этого Бек вздрагивает, напрягается, когда я жестко целую его, прижимая всем телом к тумбе. Ужин, похоже, придется немного отложить. Бекхен не готов, я чувствую, как страх прокрадывается в его разум, оттесняя остальные чувства. Я отхожу на шаг, чтобы не пугать своего мальчика, тяжело дышу и стараюсь не смотреть на него. Бек поправляет фартук и светлые волосы, так же тяжело дыша. - У тебя глаза красные. Черт, он заметил! Отворачиваюсь. - Что это значит? Чанель, ответь мне! Он беспокоится, впивается пальцами мне в плечо, разворачивая, и я встречаюсь с его удивленным взглядом. Не надо было ему это видеть. - Чанель? – Его голос смягчается. - Я люблю тебя. - Чанель, ты не ответил. - Мне нравится твоя кровь. Ты красивый… Господи. Меня просто трясет. Мозг тут же придумывает наш секс, где Бек скачет на моем члене в позе наездницы, он весь в крови прикусывает пальчики и смотрит на меня развратно-вызывающим взглядом. Я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать в реальности. Бекхен отпускает меня, сверля взглядом пол. Сидя на диване за просмотром телевизора в один вечер, я чувствую стальной запах крови. Такой запах может быть только у одного человека где-то далеко-далеко. Я подрываюсь, чувствуя опасность, и вылетаю из квартиры, еле-еле успев нацепить кеды и футболку с штанами. На улице прохладно, но меня это волнует в последнюю очередь. Как сумасшедший преодолеваю несколько кварталов быстрым бегом, даже не переводя дыхание, следую за запахом, от которого в горле сушит, а в штанах стоит. В одном из переулков нахожу Бекхена. Он лежит на земле в луже собственной крови, не двигаясь, но я-то знаю, он жив. Только без сознания. Мы возвращаемся домой, я несу его на руках, а он что-то бормочет. У него неглубокие порезы, но их много. Странно, но я не чувствую чужого запаха. - Ты нашел меня так быстро. – Он прижимается ко мне, когда я кладу его на кровать. Он пачкает простыни и меня в своей крови. А мне нужно срочно свалить и подрочить, не могу же я трахнуть его, когда он в таком состоянии. Выглядит он хотя вполне счастливым и здоровым, несмотря на нанесенные раны. Живо стягивает с себя футболку, и та отлетает окровавленная в другой конец комнаты. Он вновь прижимается ко мне, а я ничего не чувствую, кроме запаха его крови. - Чанни, слижи её. – Скулит он, а я повинуюсь. Та ночь была самой охуенной в моей жизни, потому что я до потери пульса вдалбливался в прекрасное тело, слизывая с него идеальную кровь. Привет, я Пак Чанель, фетишист крови. И я трахаю того, у кого она безупречна на вкус. Завидуйте, бичез!