глупая выставка и масляные краски

— Боль? О чем он? — Джисон встревоженно набирает номер, но слышит лишь короткие гудки, — Вот черт. Он буквально вылетает из кофейни и бежит прямо по улице. «Возможно, я успею его догнать.»       Пробегав по окрестностям около 10-ти минут, парень сел на лавочку возле какого-то жилого дома и опустил голову к коленям. Зачем он это делает? Зачем хочет его найти? Единственное, что было у Джисона, так это номер его телефона, который в данный момент был недоступен. «думай, думай, думай» — крутилось у него в голове.       Минхо знал, что такое произойдет, и именно поэтому он пошел дворами, чтобы Джисон его не догнал. Всю дорогу до дома он сдерживал эмоции, пытаясь не заплакать. Скатившись вниз по двери Минхо закрыл лицо руками и закричал. — Ты чего так кричишь? — послышался приближающийся голос из кухни, — Что с тобой? Минхо лишь молчал, голова болела, сердце вырывалось наружу, слезы накатывались снова и снова. Суни растерялась от этой картины, поэтому молчала вместе с хозяином, ожидая его ответа. — Сбежал, — хрипло произнес тот, — сбежал как трус. — Ты? — Как самый настоящий трус, — все повторял и повторял Минхо, — идиот. — Приди в себя, Ли Минхо, — Суни крикнула это так громко, что заставила парня поднять голову, — и расскажи мне все по порядку. — Он взял меня за руку, сказал, что ждал звонка, мы говорили, он грел мои руки, мы смотрели друг другу в глаза, — на автомате выдавал Минхо, пытаясь не упустить ни одной важной детали, — а потом ему позвонили. — И что сказали? — Да не знаю я! — Крикнул Ли и все же встал, — Я убежал! — Просто взял и убежал? — Не совсем… — Боже, только не говори, что ты еще и записку какую-то оставил?       Минхо лишь виновато опустил взгляд в пол, снял обувь и попытался быстрее пройти в комнату, чтобы упасть лицом в подушку и больше никогда ни с кем не разговаривать. — А ну стоять! — крикнула вслед Суни, — Что ты написал? — Что-то вроде «прости, я не хочу причинить тебе боль, так будет лучше» — Ты ему нравишься? — Не знаю, — Минхо не ожидал такого вопроса, но сам думал об этом. — Отвечай, Ли Минхо! — Суни не переставала кричать. — Кажется, да, — все еще тихо отвечает парень, — но я не уверен… — Зато я уверена, — кошка глубоко выдыхает и идет на балкон, — сигареты на подоконнике, иди сюда.       Минхо всегда слушался Суни, чего бы она не говорила. Она была для него чем-то большим, чем просто домашним питомцем. Без нее, на мнение самого Минхо, он бы уже давно был мертв, поэтому он был благодарен ей за все. Парень послушно плетется за кошкой, достает сигарету из пачки и закуривает. — Он тебе нравится? — от этого вопроса Минхо закашливается, — и только попробуй ответить по-дебильному, тогда я убью тебя сама. — Я боюсь умирать, Суни, я не хочу, — чуть ли не плача произносит Минхо, — Я соврал ему про свой день рождения.       Кошка лишь закатывает глаза и глубоко вздыхает. В этой ситуации она не осуждает Минхо, потому что отлично понимает все его опасения и страх перед смертью. — Напиши ему, пожалуйста, — совершенно спокойно говорит она. — Я не могу, — сразу же отвечает тот, — просто не могу. — Лино, послушай, — она подошла ближе и ткнулась мордочкой в его руку, — я не хочу, чтобы ты умирал, слышишь?       Парень лишь кивает и всхлипывает раз за разом. Он бы и написал, и позвонил, и сам пришел, но что-то внутри останавливало его. Что это? Страх? Боязнь быть отвергнутым? Скорее всего, Минхо просто не знал, что делать в таких ситуациях. Он не верил в любовь, а больше всего боялся верить в любовь с первого взгляда. К тому же, он не хотел даже думать о том, что эти чувства захлестнули его только накануне собственной смерти. — Ложись спать, а утром напишешь ему, хорошо? — Спасибо, — тихо отвечает Минхо и гладит Суни, — ложись со мной.       Суни довольно мурлыкает, заходит в квартиру и ложится на диван, бросая что-то вроде: «Достань плед, мне холодно.» Минхо быстро принимает душ, достает плед и забирается под плед. — Суни, — шепчет он, — спокойной ночи. — Доброй ночи, — она потягивается и обвивает руку Минхо.       Почти всю ночь ему снились кошмары, от которых он просыпался, но вновь быстро засыпал. Проснулся Минхо без будильника где-то в 11 часов от непонятного чувства. Не обращая внимания на грохот на кухне, Ли первым делом включил телефон и увидел около 60-ти пропущенных от Джисона и пары смс с одинаковым содержанием. — Суни, а он волновался, — задумчиво произносит Минхо. — Естественно он волновался, — крик доносился с кухни, — задумайся. — А ты чего там делаешь?       Не дожидаясь ответа, Минхо встает с дивана, потягивается и идет на кухню. Суни же, слыша приближающиеся шаги, снова роняет что-то со стола и застывает в непринужденной позе. — Что это? — по всей кухне были разбросаны миски, кастрюли и какие-то продукты. — Ты достал! — Суни прыгает на подоконник и как ни в чем не бывало продолжает, — Вообще ничего не ел последние дни. — Ты… Хотела приготовить мне завтрак? — видя положительный кивок, Минхо умиляется, — Но ведь у тебя лапки.       Рассмеявшись, он обнимает кошку в благодарность за заботу и немного прибирается на кухне. Поддавшись на уговоры подруги, Минхо все же завтракает, умывается и приводит себя в порядок. — Пиши, — командует Суни, устраиваясь на диване рядом с хозяином.       Получая от нее за свои «Я не могу, я не знаю», Минхо все же собирается с духом, выдыхает и открывает диалог. Спустя минут 40 и 2 попытки заплакать, Ли все же готов отправить это смс, которое, возможно, изменит его жизнь. «Доброе утро? День? В-общем, привет, Сон~и. Я могу тебя так назвать? Почему начало напоминает какое-то предсмертное письмо? Хотя, возможно, так и есть. Извини, что тебе пришлось волноваться из-за меня. Я просто не мог поступить по-другому, потому что больше переживал за твои чувства и ожидания, которые я боюсь не оправдать. Я не хотел оставить в твоей памяти плохие воспоминания о себе, поэтому и пишу это сообщение. Возможно, мы больше никогда не увидимся, нет, я не уезжаю. Извиниться я должен не только за свой побег, но и за вранье. В понедельник мне будет 21 год, Джисон. Я не знаю, как работает вся эта система, а поэтому и не хочу, чтобы ты узнал о моей смерти через какие-то другие источники, потому что я уверен в том, что ты продолжишь меня искать. Мне нравилось проводить с тобой время, и я бы хотел сделать это снова. Знаешь… Посетить какую-нибудь выставку, выпить имбирный чай, вновь держать тебя за руку… Просто чувствовать тебя рядом? За много лет ты единственный, кто смог зажечь во мне огонь, вот только… Я не знаю, что с ним делать. Знаешь? К черту это все. Я просто хочу сказать тебе, что влюбился в тебя! Терять мне теперь нечего, надеюсь, ты будешь счастлив. Вспоминай обо мне хотя бы иногда. Пока еще живой Минхо.»       Нажав на клавишу «отправить», Минхо блокирует телефон, положив его рядом с собой и с громким вздохом откидывается назад. Перебирая в голове все возможные фразы, которые Джисон может написать ему (если он вообще это сделает), Минхо придумывает к ним ответы и ход дальнейших событий. Замерев в ужасе от звука нового сообщения, Ли выходит на балкон и закуривает. — Прочитать не хочешь? — интересуется только что вошедшая Суни. — Подожди.       Докурив, совершенно бледный Минхо возвращается в гостиную и дрожащими руками берет телефон. Совершенно не желая это делать, он все же открывает диалог и перечитывает содержимое смс два раза. «Скажи мне адрес.» Адрес? Что он имеет в виду? Как по приказу, Минхо отправляет свой адрес и откидывает телефон куда-то в сторону. — Успокойся, — Суни села к нему на колени, пытаясь привести в чувства, но парень не реагировал.       Ожидая самого страшного, Минхо пялился в одну точку на стене ровно до тех пор, пока в дверь не позвонили. — Открывай, — кричит Суни, — ну же!       Парень открывает дверь, не смотря в глазок и сразу же отходит назад на пару шагов. Перед ним стоял не менее бледный Джисон, явно не спавший всю ночь. Ли хотел было что-то сказать, но парень напротив его перебил: — Какой же ты все-таки идиот.       В этих словах не слышалось презрения или обиды, наоборот, они оба хотели бы рассмеяться от этого, но атмосфера не позволяла. — Я влюблен в тебя, Ли Минхо, — в одно мгновение Джисон оказывается перед Минхо и целует того в губы.       Хотелось плакать и смеяться, радоваться и злиться. Но больше всего не хотелось отрываться от таких сладких губ, потому что для Минхо это все было словно сном. Джисон первый отстраняется от парня, и глядя ему в глаза произносит: — Обещаю, что всегда буду рядом с тобой.