Заученные фразы

— Говорю сразу: первого декабря у меня на столе должны лежать ваши социологические анализы остросоциальных тем, которые мы рассмотрим на сегодняшней лекции. Можете выбрать и свою тему, которую мы не станем сегодня рассматривать. Рекомендации и некоторые материалы я отправлю Элизабет на электронную почту, она перешлет остальным. Что же, начнем. Так началась первая в учебной неделе лекция социологии, которую преподавала блондинка сорока лет с очень уверенным взглядом. Гарри сразу знал, о чем будет писать — самоубийство. Эта тема давалась ему легко, к тому же занимала огромную часть всех мыслей парня, поэтому что-то он точно сможет написать. — Остросоциальные темы — важная часть профессии журналиста. Прибегнув к какой-то теме из этого жанра он может легко привлечь внимание к своему мнению, вызвать как положительные, так отрицательные реакции. Вступительное слово женщины Стайлс почти полностью прослушал. Ему нравилось писать по темам, которые интересны ему, поэтому за две минуты успел набросать примерный план каждой из частей своего анализа. — Мистер Стайлс, вы уже приступили к работе? — карандаш в руке замер и несколько студентов хихикнули, пока кудрявый не поднял голову. — Я составил план. — О, вы быстро. Вероятно, это тема очень близка вам, раз вы так молниеносно приступили к ее рассмотрению, — несмотря на смысл предложения, голос преподавателя не казался ехидным или насмешливым. Скорее всего, это просто был стиль ее общения. — Это самоубийство, — блондинка приподняла брови и несколько людей начали перешептываться. Да, шатен уже стал всем известен своими наклонностями к суицидальным темам. — Я ознакомлен, что многие считают суицид проблемой, поэтому попытаюсь рассмотреть тему с этой точки зрения. — А вы не считаете самоубийство проблемой? — кудрявый отрицательно кивнул и прикусил губу, ощущая руку Томлинсона на колене. — Человек губит собственную жизнь, что здесь хорошего? — Тут нет ничего хорошего, я отношусь к этой теме нейтрально. И кто должен губить человека, как не он сам? — женщина с интересом в глазах сделала несколько шагов вперед, не отрывая взгляда от студента. — Самоубийство — обдуманное решение самого человека, и только у него одного есть право на собственную жизнь. Выходя из этого, у него есть право и на свою смерть. — Разве это всегда обдуманное решение? Что-то плохое случается и все, человек опускает руки. Он способен сдаться и уже через пять минут убить себя. — Пять минут — также время. И как говорила Цветаева: «Если есть в этой жизни самоубийство, оно не там, где его видят, и длилось оно не спуск курка, а двенадцать лет жизни». — Вы уверены, что для вас это всего лишь тема для разговора? Ну вот, все же было хорошо: Гарри было интересно беседовать, но всё, как обычно, пришло к ожидаемому финалу — психоанализу. — Мы не на психологии, мадам, продолжим лекцию? Женщина ничего не ответила, лишь вернулась к кафедре и полистала папку, продолжая говорить об остросоциальных темах. Он чувствовал, как рука Луи все еще не отпускала его колено, а Найл украдкой поглядывал на него тревожным взглядом. Это был момент, когда все понимали, что Гарри не собирался менять решение.

***

— Она нечасто с таким интересом общается со студентами. Ты запомнишься ей, Стайлс, — в один момент сказал Малик, когда разговор пошел о социологическом анализе, на написание которого группе дали целых три недели. Гарри что-то пробормотал в ответ и кивнул, мгновенно прячась за кружкой с чаем. Компанией они сидели за уже привычным местом в кафе. Занятия уже закончились и парни остались, чтобы немного поразговаривать и поесть, ведь в заведении к тому же готовили вполне вкусную еду. Кудрявый заказал теплый салат, потому что не был голоден и все время просто сидел возле Луи, используя разговоры друзей как шум на задний план. Он, как обычно, погрузился в свои мысли, в сотый раз прокручивая в голове обсосанные до костей темы. Шатен почувствовал чей-то взгляд, но не стал поворачиваться, крутя в руке вилку и все больше опускаясь к недрам своей души. Отношения с Луи нравились ему. Они были очень банальными и немного детскими, но Стайлс этого и хотел, мешая старшему выводить их отношения на новый уровень. Они были на свиданиях всего три раза, ведь встречались не так уж и долго. Несколько раз шатен приглашал к себе домой, и вовсе не для интимной близости, но Гарри абсолютно не хотел оставаться наедине. Свидания были в людных местах и в остальное время они также были в окружении людей. Кудрявый подумал, что в следующий раз, когда Луи пригласит в свою квартиру он пойдет. Заранее подготовится, приведет тело в абсолютный порядок, ведь даже если старший пригласит его не для секса — он планирует заняться именно этим. Нужно же под конец жизни узнать, от чего все так тащатся. И да, парень знал, что первый раз это больно, поэтому планировал остановиться на трех занятиях сексом. Все эти расписания звучали странно даже в голове, но что поделать — Гарри странный. — Сейчас мы едем ко мне, — Стайлс мгновенно отвлекается от размышлений, услышав голос своего парня прямо у уха. Он хмурит брови и пытается обдумать сказанное быстрее, но ничего не получается. — Парни, нам уже пора. Гарри будто в трансе поднялся со стула и начал надевать пальто, краем уха услышав пошлую шутку Найла. Поднимает блокнот со стола до того, как Луи берет его за руку и тащит к выходу, даже не дав возможности нормально попрощаться с друзьями. На улице подростка сразу подводят к белому такси и перед дверью он наконец приходит в себя. — То есть к тебе, Луи? Почему ты не предупредил? — он не хочет казаться возмущенным, но все равно кажется таковым. — По-другому ты не согласился бы. Я хочу поговорить о том, почему ты меня морозишь, — шатен шире открыл дверь, глазами указывая кудрявому сесть внутрь. — Я не морожу тебя, — ответил студент, глупо закивав головой. — Тогда сядь в машину. Сейчас же. Голос не был грубым, но выражал такую уверенность, что ослушаться — последнее, чего хотелось.

***

Квартира Луи была невероятной: двухэтажной, очень просторной и с большими комнатами. Лиам был из богатой семьи и до этого момента Гарри считал, что дом друга был самым красивым построением, которое он посещал. Но даже он не дотягивал до квартиры Томлинсона. На данный момент шатен проживал здесь один, но на первом свидании рассказал, что жил тут с родителями пока не родился третий ребенок. Хоть Гарри казалось, что тут поместится далеко не одна семья. Второй этаж не был полностью закрытым и лестница к нему находилась с правой стороны на середине гостиной; одна из стен комнаты, кстати, состояла из панорамных окон и имела выход на балкон. Времени осмотреться полностью кудрявому не дали, подзывая на кухню. — Хочешь что-нибудь выпить? — предложил Луи, остановившись у чайника. Младший вежливо отказался и прошел следом за хозяином квартиры обратно в гостиную, помещаясь на одном из трех, мать его, диванов. Целых трех. Гарри не понимал, почему родители его парня так богаты. — Я подумал, что мы обязаны поговорить о твоем плане убить себя. — Нет, — кудрявый яро замотал головой и уже хотел встать, но вовремя сдержался. — Я поделился, чтобы ты смог подготовиться. На определенный процент мое решение очень глупое, ведь если хочешь спокойно умереть — не нужно делиться этим с кем-либо. Но в тот момент я просто доверился тебя. И сейчас прошу тебя всего лишь быть со мной и наслаждаться проведенным вместе временем, каким бы эгоистом ты меня не считал. — Как мне наслаждаться, если ты не хочешь этого? — Луи поменял тему не на гораздо более приятную, но подросток благодарен и за это. — Мы ведем себя как лучшие друзья. Ты почти никогда не целуешь первым, не хочешь видеться наедине, не хочешь знакомиться с моими родителями и другими друзьями, банально не держишь меня за руку. — Я не был уверен, что ты хочешь этого, — пытается оправдаться шатен, хоть знает, что звучит неубедительно. — Чушь собачья, Стайлс, во всем ты уверен. Это ты не хочешь, и мне больно от этого, понимаешь? Я, блять, не вынуждаю быть привязанным или любить меня, но я даже не уверен, что нравлюсь тебе как парень. Может ты просто захотел поэкспериментировать перед, блять, смертью? — голос голубоглазого повышается и в груди младшего начинает щемить. Луи не заслуживал такого отношения, и прямо сейчас Стайлс начал безумно корить самого себя. — Я говорил, что ты мне нравишься. — Ты мог врать, — обозленно отвечает старший и откидывается на спинку дивана, закидывая руки на подушки. — Я не врал. Я скажу тебе все, как есть: ты мне нравишься как парень, но я не люблю публично проявлять чувства, а мы всегда при людях, поэтому и не целую первым. Я боюсь оставаться наедине, потому что тогда ты еще чудеснее, чем когда мы с друзьями, и именно в эти моменты я влюбляюсь еще больше. А чувствовать, что я влюбляюсь — это безумно болезненное чувство. Я не хочу расстраивать твоих родителей и друзей тем, что ты встречаешься со мной, ведь я действительно дерьмо, а не человек. Знаю, что за два месяца стал лучше и приятнее в общении, но в один момент мне может что-то не понравиться, я скажу какую-нибудь хуйню и твои родители расстроятся. А я устал расстраивать всех, с кем общаюсь. Это было нелегко. Ком подступил к горлу кудрявого и в каждом предложении он делал паузу, чтобы успокоиться нервы. Гарри чувствовал себя как оголенный провод, и в данный момент только прикосновения Луи могли стать электроизоляционной лентой. — И трудно было просто поговорить со мной? — подросток поднимает голову и видит улыбку шатена, отмечая, что в голубых глазах не было ни единого намека на озлобленность. Слова так легко лечили любые раны. Но еще легче наносили новые. — Я познакомлю тебя с родителями тогда, когда ты будешь готов, но я больше не позволю тебе мешать нашим встречам наедине, понял? — Да, хорошо, — Стайлс кратко кивает и слышит смех хозяина квартиры, что мгновенно вызывает улыбку. — И я постоянно хочу держать тебя за руку. Это в парочках меня не бесит. Луи сразу же берет руку студента в свои и трет, ощутив ее холод. Стайлс сомневается, что стоит делать это сейчас, но думает не больше пяти секунд, после чего пододвигается ближе к шатену и наклоняется к губам, медленно целуя. Рука Луи занимает привычное место на талии зеленоглазого и поглаживает кожу, спрятанную под большим свитером цвета хаки. Гарри проводит языком по нижней губе старшего и одновременно с этим кладет руку на его торс, двигаясь то вниз, то вверх. — Ты меня дразнишь, маленький ублюдок? — со смехом спрашивает Томлинсон, оторвавшись от поцелуя, но второй не собирается отвлекаться, перекидывая одну ногу через бедро Луи и садясь совсем рядом с его членом. — Нихуя себе. Гарри выдыхает и обхватывает ладонями шею одногруппника, вскоре ощущая мужские руки на пояснице. Кудрявый самостоятельно берет руки Томлинсона в свои и перемещает на задницу, не отрываясь от поцелуя. Луи сжимает кожу и неожиданно шлепает, выбивая из зеленоглазого вздох одновременно со стоном. Поцелуи старшего переходят на длинную шею и Стайлс не сдерживает ни единого стона, пальцами запутываясь в карамельных волосах и создавая на голове хаос. В один момент старший притягивает бедра парня к своим, и Гарри может ощущать твердый член первого за двумя слоями одежды своей промежностью. «Почему, черт возьми, он привез меня сюда сейчас. Я хотел заняться сексом, но совершенно не готов», — думает младший, не разрывая страстный поцелуй. Гарри решает, что хочет снять кофту своего парня и делает это без единого слова. В свою очередь Томлинсон желает того же, и вскоре кудрявый остается в одних джинсах и белье, мгновенно чувствуя теплые руки на оголенной коже. — Это синяки? — спрашивает шатен, поглаживая торс младшего. — Это соски. — Что, блять? — чуть ли не вскрикивает голубоглазый, не отрывая взгляда от небольших темных пятен на грудной клетке подростка. — В утробе они сформировались и должны были исчезнуть до рождения, но этого не произошло. Полноценная вторая пара сосков не сформировалась, но пятнышки остались. По-научному там немного сложнее, но может лучше подрочишь мне? — Луи негромко смеется и целует светлую кожу, медленно опускаясь вниз. — Основная пара сосков у тебя чувствительная? — задает вопрос шатен, обнимая Гарри за талию и легонько кусает за ключицу. — Я не знаю, — честно отвечает кудрявый и стонет уже через несколько секунд, ведь Томлинсон обхватывает его сосок губами и кусает, после засасывая. — Мне нравится это. Сейчас я продолжу целовать твои соски, а ты стони так громко, как захочешь, хорошо? Уже через минуту Гарри хотелось снять штаны и позволить делать с собой все, что его парню вздумается. Ощущения были необычными, но очень приятными. Вообще, все интимные вещи были для бывшего асексуала необычными, но всегда нравились ему. Спустя еще несколько минут поцелуев Луи говорит Стайлсу лечь на диван и сразу помещается между его ног, сжимая член и целуя губы. Гарри толкается бедрами вперед и дотягивается рукой до поясницы шатена, впиваясь в горячую кожу ногтями. Томлинсон рычит и хватает зубами его нижнюю губу, сразу же засасывая. Гарри слышит, как расстегивается молния его джинсов и через несколько секунд ощущает ладонь на члене, простонав от долгожданных ощущений. — Луи, черт возьми! — кудрявый молниеносно толкает хозяина квартиры в грудь и садится, максимально поджимая ноги. Он смотрит в сторону источника звука и видит блондинку и брюнетку, смотрящих куда угодно, но не на двух полураздетых парней. — Можно было предупредить о визите, — раздраженно говорит Томлинсон и поднимается с дивана, надевая кофту и бросая зеленоглазому с пола его одежду. — Прости, Гарри, они бестактные. — Так это Гарри, — радостно отзывается шатенка, что выглядела моложе чем блондинка и кудрявый поднимается на ноги после того, как надевает кофту. — А кто же еще, — фыркает шатен. Стайлс прекрасно его понимал — еще минуту назад он был возбужден до предела, но неожиданный визит уничтожил больше половины всего возбуждения. — Это Фелисити, а это Шарлотта, мои сестры. Девушки подходят ближе и подросток здоровается с ними, пытаясь улыбнуться. От всей этой ситуации он все еще чувствовал себя напряженно. — Мне лучше уйти, — произносит кудрявый прежде, чем завязывается разговор. — Ну ни черта, кудряшка, ты первый парень нашего братика, думаешь мы так легко отпустим тебя? — с улыбкой произнесла Шарлотта и улыбнулась в конце так же, как ее старший брат, что и подкупило подростка. — Но ненадолго, — соглашается парень и девушки радостно восклицают, хватая его за две руки и утаскивая на кухню, всем этим вызывая улыбку у Луи.