Заученные фразы

Гарри не думал, что сможет подружиться с кем-то после Найла, Зейна и Луи, но сестры последнего оказались просто чудесными. Они были менее взрослыми копиями Томлинсона, но все равно имели свою индивидуальность и особенности. Шарлотта любила моду и косметику, но не была глупышкой, могла легко рассмешить и дать хороший совет. Фелисите было пятнадцать — на два года младше за Лотти, и имела совершенно другие интересы: девушка любила живопись, дизайн и архитектуру. Стайлс пока что был знаком только с тремя Томлинсонами, но все они были одновременно похожими и очень разными, к тому же — просто чудесными. А еще он не знает как согласился вечером во вторник пойти в бар, где можно выступать. Шарлотта в один момент загорелась идеей пойти в караоке, несколько раз нахваливала голос Луи и говорила, что не сможет спокойно спать, пока не услышит пение Гарри. По ее мнению немного грубый и хрипловатый голос прекрасно подходил для каких-нибудь инди или рокерских песен. Для справки: Стайлс не поддавался несколько минут, но уговоры трех экстравертов были за гранью возможностей его силы воли. Так как Луи был чудесным парнем (говнюком), то пригласил всех их друзей и парни, разумеется, согласились. Кудрявый подумывал о том, чтобы не прийти во вторник в университет. Естественно он мог не петь, но шатен сомневался, что белокурая Лотти оставит его душу в покое после отказа. Она действительно была очень настойчивой. При разговоре с девушками зеленоглазый понял, что уверенность — отличительное качество всех Томлинсонов. Пока знакомых ему, конечно же. Перед выходом кудрявый подумал, что сегодня хочет сделать Луи что-то приятное и решил надеть рубашку, подаренную неделю назад. Луи зашел за ним перед свиданием и принес подарочный пакет, в котором оказалась очень приятная на ощупь белая рубашка с вышитым на карманчике на груди словом «Луисексуал». Рот подростка не закрывался больше минуты. Как обычно, Луи посмеялся над его реакцией и улыбнулся на слова благодарности младшего. Стайлс тогда сказал, что не имеет подарка в ответ, а Луи ответил, что в этом и суть отношений — ты делаешь что-то приятное для своего человека и не ждешь от этого выгоды. После свидания Гарри вернулся и больше десяти минут просто сидел на своей кровати, обнимая рубашку. — Гарри, Лиам уже подъехал, — слышит парень крик с первого этажа, заканчивая застегивать пуговицы на рубашке. Перед выходом он словил себя на мысли, что стал гораздо чаще смотреть в зеркало. Вероятно, слова Луи медленно убеждали его в том, что ненавидеть свою внешность не стоило. — Пить сегодня не будешь? — задает вопрос Лиаму после того, как они выехали на главную улицу и почти подъехали к месту, где обычно забирают Найла. — Майя будет с нами. Не хочу напиться и наделать глупостей, — отвечает Пейн, внимательно смотря за дорогой. Гарри имел двоякое ощущение от вождения друга: он уважал то, насколько внимательным и аккуратным был шатен, но иногда его неотрывный от проезжей части взгляд слегка пугал. — Как ты, например. — Пошел ты, — смеется кудрявый и замечает блондинистую голову с небольшим пакетом из коричневой бумаги. — Он уже напился. — Приве-е-ет, парни. Я выпил немного вина, Гарри, попробуй, оно охуеть какое вкусное, — лепечет ирландец, забравшись на заднее сидение Ауди. Подросток принимает пакет и делает глоток, продолжая слушать Найла. — Зейн с Луи минуту назад пришли в бар, сестры твоего парня еще не пришли. Вкусно? — Мг, — мычит Стайлс и делает еще два глотка, пытаясь вернуть вино в руки друга. — Нет, нет, пей, я дома три бокала выпил такого же, мне не стоит пить больше. А Майя когда будет? — За тем поворотом уже ждет, вероятно, — шатен поворачивает и все оказывается так, как он и говорил — девушка в темном пальто с небольшой сумочкой на плече уже ждала. Майя улыбнулась и махнула рукой, и педантичный водитель помахал в ответ. Гарри удивился этому жесту, ведь это было чуть ли не самым ненавистным для Лиама занятием — отрывать руки от руля. Девушка села в машину и поздоровалась со всеми. Кудрявый повернулся и отметил ее красивое пальто и хорошую укладку. С каких пор он стал знатоком стиля? — Будешь вино? — спрашивает ирландец, и зеленоглазый смеется: этот парень хотел споить всех вокруг. — Даже не смей ее спаивать. Майя, не слушай ни единого слова этого полудурка, — остерегает Папочка, как его прозвал никто иной, как Найл, и девушка негромко смеется. — Лиам, это всего лишь вино, я хочу попробовать. Шатенка действительно всего лишь попробовала, сделав два глотка и от этого Пейн перестал быть напряженным, вовлекаясь в беседу четырех людей о самых вкусных фруктах.

***

— Я считала, что прошлогодняя коллекция Диор, это лучшее, что я смогу увидеть, но сейчас я вижу твою рубашку, и это просто отпад! Именно эти слова встречают Гарри, когда он оставляет пальто на крючке недалеко от их места и подходит к столу. Шарлотта с восхищением смотрит на одежду и встает, чтобы обнять парня и рассмотреть рубашку поближе. — Почему у Луи нет рубашки «Гаррисексуал». Это самое милое и сексуальное, что я видела! — блондинка трогает ткань и выглядит очень счастливой и совсем немного подвыпивший Гарри улыбается этой картине. — Потому что Луи может спать с кем-угодно, а для меня является единственным, кто способен послать мою асексуальность к черту, — кудрявый обнимает Фелисити, пожимает руку Зейну и наконец садится возле Луи, чмокая его в губы. — Луи не рассказывал, — информирует Физзи, волосы которой были покрашены в светлый фиолетовый цвет. Гарри заметил это сразу и подумал, что к ее светлой коже этот тон очень хорошо подходит. — Еще бы я стал вам рассказывать о моей сексуальной жизни, вы обе несовершеннолетние, — своим обыкновенным громким голосом отвечает голубоглазый и несколько человек посмеиваются, а сестры одновременно цокают. Стайлс отвлекается на несколько минут, чтобы выбрать напиток, и останавливается на обыкновенном венском лагере, озвучивая официанту свой выбор. Студент решает немного осмотреться и видит, что это все-таки бар со сценой, где, на минуточку, находились живые музыканты. — Они играют для каждого, что выступает? — спрашивает кудрявый, наклонившись к сидящей слева Шарлотте. — Да, они играют почти постоянно, хоть тут выступают в большинстве те, кто более-менее уверен в своих вокальных данных. — Вот все и решилось: я не уверен в своих вокальных данных, — блондинка шлепает подростка по плечу и хмурит брови, смешно выпячивая губы. — Ты обещал, Гарри Эдвард Стайлс, — девушка ставит руки на бока и кажется так мило и по-детски обиженной. — Тогда я спою песню, которая мне нравится. Но она немного грубая. — Будешь ругаться матом при моих сестрах, Стайлс? — спрашивает неожиданно пододвинувшийся Луи, обняв своего парня за талию. — Это та песня Placebo, да? — спрашивает Найл, сидящий по другую сторону большого круглого стола. — Четыре раза я приходил к нему домой, и все четыре раза играла эта песня. — Ты просто умеешь вовремя прийти, Хоран, — ухмыляется кудрявый и блондин показывает ему средний палец, после смеясь. — У меня нет любимых песен, но эту я слушаю уже на протяжении года каждый день. — Охренеть, — выдает Зейн и почти все также удивляются. — Слушал бы я одну и ту же песню целый год, то скупил бы все пластинки исполнителя и сжег. На этом участие Гарри в диалоге прекращается больше, чем на двадцать минут. Шарлотта любезно предложила пойти записать парня и его песню (ведь сам бы он и не стал записываться), и зеленоглазый просто прокручивал слова песни в голове, иногда отвлекаясь, чтобы послушать, что говорит Томлинсон. Опьянение было почти неощутимым, поэтому Гарри и было странно от того, что он чувствует себя счастливым. Прямо здесь и прямо сейчас он думал, что проживает один из самых лучших вечеров в своей жизни. В этот список входили также и вечера, проведенные вместе с Луи. Ни одной негативной мысли не появилось за уже прошедший час в компании хороших друзей, и это заставляло шатена испытывать двоякие чувства: уже упомянутое счастье и страх, что вот за несколько секунд, минут или час все станет гораздо хуже. Это была одна из немалого количества психологических проблем Стайлса — он всегда ожидал худшего и нервничал, если этого не происходило. — Опять в своих мрачных мыслях? — Луи обнял его за талию и поцеловал в щеку, создавая зрительный контакт. — Да, солнце, освети мой беспросветный путь и проведи к выходу, — голубоглазый улыбается самой милой улыбкой, на которую только способен и студент отвечает тем же. — Гарри Стайлс, пришла ваша очередь, — к столу подходит парень в черной рубашке с бейджем и подросток кивает ему, поднимая со стола полупустой бокал с пивом, чтобы сделать глоток. — Предупреждаю: песня не Арианы Гранде или Селены Гомес, поэтому можете не надеяться, что будет что-то приятное. Я спою о мрази, которая идет нахуй. Все за столиком начали аплодировать и выкрикивать «Давай же», «Идти ты наконец» и тому подобное и Гарри закатил глаза, но широко улыбнулся, когда направлялся к сцене. Ну, это не было сценой, он преувеличил. Подъем был невысоким и вмещал на себе барабанщика, гитариста и игрока на синтезаторе, оставляя микрофону и выступающему не больше, чем полтора метра. Он не собирается произносить вступительную речь и извиняться, что будет плохо петь, а просто кивает музыкантам и через несколько секунд слышит, как синтезатор выдает приятные звуки, почти сразу начиная петь.

There's a look on your face I would like to knock out

— У тебя такое выражение лица, что мне хочется дать тебе меж глаз.

See the sin in your grin and the shape of your mouth

В очертаниях твоего рта, сложенного в гримасу ухмылки, виден грех.

All I want is to see you in terrible pain

Всё, что я хочу, — увидеть тебя корчащейся от боли.

Though we won't ever meet I remember your name

Хотя мы больше не встретимся, я не забуду твоё имя.

Can't believe you were once just like anyone else

Не могу поверить, что однажды ты была обычной, как все,

Then you grew and became like the devil himself

А потом повзрослела и стала самим дьяволом во плоти.

Pray to god I can think of a kind thing to say

Молю Бога о приятных словах в твой адрес,

But I don't think I can so fuck you anyway

Но не думаю, что они придут на ум, так что, по-любому, пошла ты!

You are scum, you are scum and I hope that you know

Ты мразь, подлая мразь, и надеюсь, ты знаешь,

That the cracks in your smile are beginning to show

Что твоя улыбка начинает давать трещину. Первые два куплета Гарри поет спокойным голосом, иногда повышая или еще больше понижая голос, но на третьем барабанщик начинает громко играть, и голос парня повышается, обрываясь в конце куплета на три секунды. Он не хочет смотреть на людей, поэтому большую часть времени держит глаза закрытыми или же смотрит в потолок.

Now the world needs to see that it's time you should go

— Теперь все должны увидеть, что тебе пора уходить.

There's no light in your eyes and your brain is too slow

В твоих глазах нет огня, ты слишком глупа.

Can't believe you were once just like anyone else

Не могу поверить, что однажды ты была обычной, как все,

Then you grew and became like the devil himself

А потом повзрослела и стала самим дьяволом во плоти.

Pray to god I can think of a nice thing to say

Молю Бога о приятных словах в твой адрес,

But I don't think I can, so fuсk you anyway

Но не думаю, что они придут на ум, так что, по-любому, пошла ты!

Bet you sleep like a child with your thumb in your mouth

Бьюсь об заклад, ты спишь, как младенец, посасывая большой палец,

I could creep up beside put a gun in your mouth

А я мог бы подкрасться к тебе и вставить в рот дуло ружья.

Makes me sick when I hear all the shit that you say

Меня тошнит от того дерьма, что ты говоришь,

So much crap coming out it must take you all day

Из тебя выходит столько дряни, что весь процесс займёт не менее дня.

There's a space left in hell with your name on the seat

В аду есть свободное место, записанное на твоё имя,

With a spike in the chair just to make it complete

С колом посередине для целостности картины.

When you look at yourself do you see what I see

Когда ты смотришь на себя, ты видишь то, что вижу я?

If you do why the fuсk are you looking at me

Если да, то какого чёрта ты уставилась на меня?

Why the fuck why the fuсk are you looking at me

Тогда какого, какого чёрта ты уставилась на меня?

There's a time for us all and I think yours has been

У каждого из нас есть свой час, и, пожалуй, твой уже пробил.

Can you please hurry up cos I find you obscene

Ты не поторопишься? Я нахожу тебя омерзительной!

I can't wait for the day that you're never around

Я жду не дождусь того дня, когда ты навсегда уберёшься отсюда,

When that face isn't here and you rot underground

Когда эта физиономия будет не здесь, а гнить под землёй.

Can't believe you were once just like anyone else

Не могу поверить, что однажды ты была обычной, как все,

Then you grew and became like the devil himself

А потом повзрослела и стала самим дьяволом во плоти.

Pray to god I can think of a nice thing to say

Молю Бога о приятных словах в твой адрес,

But I don't think I can so fuсk you anyway

Но не думаю, что они придут на ум, так что, по-любому, пошла ты!

So fuсk you anyway

Так что, по-любому, пошла ты! Допев, Гарри чувствует неоднозначные ощущения. Он чувствует себя не в своей тарелке, но все же поднимает голову, находя глазами Луи. Рот того приоткрыт и Гарри смеется в микрофон, сразу же отодвигаясь и кусая губу. А после ему начинают громко аплодировать, и кудрявому не особо верится, что все эти шлепки руками, свист и крики адресованы ему. — Спасибо, — произносит он напоследок и направляется к столику, пытаясь ни на кого не смотреть, ведь ему все еще аплодировали. Как только парень садится на свое место за столом, то оказывается втянутым в страстный поцелуй Луи. И прямо сейчас ему даже было плевать на то, что на них смотрело шесть человек. Гарри привычно помещает руки на шею шатена и совсем тихо стонет в поцелуй, кусая губу Томлинсона. Они слышат что-то типа «Снимите номер» и «Томлинсон, прекрати поглощать Гарри», и кудрявый не выдерживает, смеясь от очередного восклицания Найла. — Ты был настолько охуенным, что у меня почти что встал! — громко объявляет Хоран и получает подзатыльник от Зейна, мгновенно смеясь и целуя брюнета в щеку. — Ты не признавался, что имеешь такое сокровище как свой голос? — Ты перебарщиваешь. Вот Луи поет еще лучше, мне его сестры говорили, — Томлинсон смеется и девочки кивают, так же не сдерживая смех. — Я говорила всерьез, этот идиот просто стесняется. Давай же, иди запишись, — ответила Фелисите и Шарлотта поддержала, закивав. — В другой раз, ребята, я уже напился и не хочу позориться. Но ты был невероятным, Гарри, теперь каждый вечер я буду звонить и заставлять петь мне на ночь, — рука старшего накрывает руку кудрявого, лежащую на поверхности стола, и второй поворачивает голову, смотря в голубые глаза. — Ты просто можешь засыпать в моей кровати, чтобы не звонить, — глаза Луи мгновенно выпускают искру возбуждения, но он смотрит на стол, пытаясь остановить свою реакцию. — Девочки, я сойду с ума из-за этих двоих, — пищит Лотти и Фелисити с Майей смеются, в то время как руку Гарри стали сжимать сильнее. Томлинсон наклоняется к уху младшего, и тот способен возбудиться от одного горячего дыхания. — Ты даже не представляешь, как сильно иногда я хочу трахнуть тебя. «В этом нет ничего такого, Гарри, просто секс», — пытался убедить себя кудрявый, закрыв глаза на несколько секунд и пытаясь не обращать внимания на учащенное сердцебиение. — Ты даже не представляешь, как сильно иногда я хочу, чтобы ты трахнул меня. Но в ответ Луи лишь улыбается, откидываясь на спинку деревянного стульчика и больше ни разу за вечер не выдавая того, что возбужден. А Гарри не думает, что сможет продержаться дольше, чем три дня.