Рыцарь Пентаклей и Королева Жезлов

      Серебристые нити, кровь и сильная боль — единственное, что он помнил. Пришлось отдать свои воспоминания. Его последняя, сознательная мысль была о прекрасных зелёных глазах, которые смотрели на него. Для человека, который часто размышлял о смерти, было довольно иронично, что в этот момент он совершенно не думал об этом, не наслаждался и не пытался проанализировать происходящее.       Это не имело значения. Ничего уже не имеет значения. Уже нет.       Северус Снейп навряд ли был бы собой, даже при смерти, если не случилось чего-нибудь совершенно непредвиденного, нежелательного и неприятного. Он полагал, что это из-за плохой кармы, в которую раньше даже и не верил. Его жизнь была чередой плохих и ужаснейших вещей, и ему приходилось справляться со всем, как можно лучше, должен же хоть кто-нибудь, обладать здравым смыслом, и Северус гордился тем, что не относился к глупцам. Это не утешало, но тем не менее, в соответствии с жизнью, его смерть должна быть точно такой же.       Не было никаких ожиданий, кроме смутной надежды на мирное забвение или исчезновение, когда дело дошло до загробной жизни. Но предстать лицом к лицу на станции Кингс-Кросс с Альбусом Дамблдором, не было его идей для вечного покоя. На самом деле Северус начал подумывать, что это должно быть ад, и он должен пожинать то, что посеял в своей несчастной жизни.       — Вас не должно быть здесь, — кисло заявил он.       Альбус весело рассмеялся и ладонью махнул на неудобную скамью.       — Ну, как и тебя, мальчик мой. Ты помнишь, что я продолжал думать о смерти, как о следующем великом приключении, не так ли?       Очки полумесяцы слегка сползли на кривой нос, когда любопытные голубые глаза взглянули на него из-за оправы.       — Вы говорили о своей надвигающейся кончине гораздо больше, чем мне бы хотелось, — ответил Северус. — Тем не менее не стоит забывать, что вашей смерти был виноват исключительно я.       Корявая рука небрежно отмахнулась от его циничного тона.       — В прошлом, мой мальчик, не мучай себя. Я вполне всем доволен.       В подтверждении своих слов Дамблдор улыбнулся, что узоры на его пурпурной мантии начали гипнотически вращаться вокруг себя.       Ожидания вполне оправданы, но всё-таки, чёрт возьми, это была его смерть! Он должен пройти это, и желательно в одиночку.       — Бесполезно избивать мёртвых гиппогрифов, а, Северус? Что ж, если говорить о чём идет речь, то большинство смертей довольно просты. Но после смерти некоторые люди сталкиваются с чем-то вроде перекрёстка. Некоторые, такие как Гарри и ты. Например, судьба мистера Поттера была предрешена с самого начала, но ваша, я полагаю, должна быть совсем иной.       Дамблдор внезапно замолк и наколдовал чайный сервиз. Для директора, который был выведен из игры, чай и лимонный щербет решали все проблемы в загробной жизни. А для Северуса, это совсем ничего не значило и делало смерть более раздражающей. Он взялся за ручку чашки, лишь для того, чтобы она не ударилась об его голову.       — Порой оказывается, что если душе дали плохую жизнь, то у неё должна быть возможность вернуться в то время, когда она могла изменить жизнь к лучшему. Если хотите, можете назвать альтернативной вселенной.       — Я отказываюсь.       — Но это будет так, словно ваша прежняя жизнь никогда и не случалась.       — Нет.       Во взгляде директора скользнуло сожаление.       — Ах, ну хорошо, но я боюсь, что у вас не так много вариантов.       — То есть, вы хотите сказать, что это не выбор.       — Это всего лишь семантика, Северус.       — Я полагаю, вы хотите оправдать это, как способ манипуляции моей смерти ради великого блага? — спросил зельевар.       Мужчина с теми же голубыми глазами ухмыльнулся в ответ.       — Всегда, Северус.       — Как вы смеете использовать мои собственные слова против меня, — сердито прошипел Снейп.       — Я вижу, что вы по-прежнему такой же драматичный, как и раньше. У всех нас есть судьба, существует множество временных линий. Всё это путь магии. Игры со временем — опасная вещь, поэтому они так ограничены. Не потому, что это невозможно или трудно, но опасно, по причине, что можно случайно стереть своей существование, если это сделать неправильно, перейдя на временную шкалу, которая не является часть нашей вселенной, в которой вы прожили, а альтернативной. Настоящий шанс даётся нескольким людям, которые закончили свой временный путь в одном мире, но они бы могли стать и часть другого мира. Признаюсь, Северус, я довольно-таки обижен тем, что выбрали именно тебя, — произнёс Дамблдор.       — Скажу честно, я удивлён не меньше вашего, но навряд ли меня удивит то, что меня выбрали для выполнения, какой-то цели, — спокойно ответил Северус.       — Вероятно, это и есть причина по которой вас выбрали. Я бы хотел быть на вашем месте, но всё же, порой я совершаю бездумные ошибки, — горько рассмеялся мужчина.       — Но почему именно я?       Конечно, даже Дамблдор, который ведал множество других вещей, не мог бы точно ответить на этот вопрос.       — Я просто посланник, Северус, и понятия не имею, почему именно тебя выбрали для этой цели. Повторюсь, но у всех нас есть судьба, просто твоя ещё не закончена. И твоя бессмысленная и несправедливая смерть послужила этому причиной.       — Это относиться и другим бесчисленным миллионам смертей так, почему я должен стать исключением?       — Мой совет в том, чтобы просто принять. Бессмысленно подвергать сомнению такие вещи, как судьба.       — Я никогда не знал, что по жизни вы такой фаталист, — сухо прокомментировал Северус.       — Ты многое обо мне не знаешь, но я отвлёкся. А твоё время настало. Поезд отправиться в любой момент, и твоего возвращения мы будем ждать довольно долго.       После слов Альбуса, поезд действительно появился. Это был старый поезд, выпускающий огромное количество дыма. Северус бросил прощальный взгляд на Дамблдора прежде, чем сесть в вагон.