Всевластье слов

У Альбуса Дамблдора была привычка начинать день с чашечки кофе и свежей газеты. Каково же было его удивление, когда на передовице Пророка он наткнулся на статью о Гарри Поттере и его необъяснимых силах. Директор отметил, что Скитер не обошла вниманием и его персону, уделив ей время в заметке отменными помоями в его адрес. Журналистка давно отметила, что светлые без изъяна образы давно прескучили народонаселению и чем скандальнее будет объявление тем лучше. Она всего малость порой не доходила до заголовков жёлтой прессы, от которой воротили нос все сознательные читатели. Но ее репертуар всегда был кричащим. Альбус, в заведении которого по статье творился бардак, не мог не озаботиться текущим положением дел. Для этого он вызвал Северуса Снейпа к себе в кабинет. Когда тот пришел, по обыкновению радушного хозяина, предложил лимонную дольку гостю кабинета. Тот отказался, скривившись словно пережрал натуральных лимонов, со словами: - Не люблю сладкое. Вердикт профессора зельеварения всегда был одним и тем же, но директор из раза в раз с упорством достойным лучшего применения продолжал предлагать всему педсоставу излюбленные сладости. - Может тогда чаю, Северуса, мальчик мой, - перешёл к другим атрибутам радушия профессор Дамблдор. - Не откажусь. Эрл Грей. Без сахара, - проронил декан Слизерина. Он следил за здоровьем и особо присматривал за уровнем сахара в крови. У его отца под конец жизни развился диабет. А это заболевание, как известно, было распространимо и на волшебников. Да даже, оставаясь сугубо магловским, отягощённая наследственность Снейпа дала бы о себе знать. Поэтому Северус отказался от быстрых углеводов и сахара в особенности. И он уже начал уставать от непонимания коллегами важности здорового образа жизни и вечных попыток Альбуса всучить ему что-нибудь сладенькое, чтобы задобрить излишне суровый характер профессора зельеварения. - Северус, ты уже читал утреннюю прессу? - деликатно осведомился профессор Дамблдор, который следил не только за магическими, но и магловскими изданиями газет. Его это не отягощало. Он хотел быть в курсе всех новостей и событий в обоих мирах. Директора даже удручала то, что он такой чуть ли единственный случай в магическом мире, который обращает внимание на копошение людей без магии в своем обывательском узком мирке без права на чудо, которое у них с давних пор отобрали ушлые волшебники, уйдя из поля зрения в свой закрытый за семью печатями мир магии. Альбус как никто другой понимал влияние одного мира на другой. Когда дело было даже не в магглорождённых, не в знакомстве министров, а в том, что взмах крыла бабочки на одном континенте, родит ураган и тайфун на другом. У примеру, его небезызвестная дуэль с Гриндельвальдом послужила очередной соломинкой, что заставила Гитлера застрелиться в своем бункере. Он-то думал, что заручился поддержкою сильных мира сего и арест Геллерта, как сильнейшего волшебника планеты, привел того в уныние. А долгое время Адольф был неизбывно горд тем, что сильнейший маг мира - его соотечественник, немец, что доказывало превосходство арийской расы. Это Геринга, всегда восхищавшегося англичанами и считавшего их расово близким элементом, хоть и удивило бы превосходство Англии в этом вопросе, но он заявил бы, что и здесь чувствуется ее имперский дух. Теперь же, когда профессор Дамблдор был уверен, что Волдеморт жаждет близкого возрождения, он предпочитал ещё пристальнее следить за необычными новостями всех газет. Да, он ожидал Тома в Хогвартсе, охотящегося за философским камнем, но сюда ещё надо добраться, а по пути можно и наследить и не заметить, окутанным в свою превосходящую все границы манию величия. Но оказалось, что у него и прямо под носом есть дела не терпящие отлагательств. - Читал. Могу сказать точно, что, если заметка появилась с подачи ученика моего факультета, то искать следует ученицу. Лишь девочка, зажатая в угол в Слизерине смогла бы предать огласке сотворённое с ней. А вообще я бы подумал на Грейнджер. Она хоть и магглорождённая, но не промах, понимающая расстановку сил ученица. Могла превентивно предупредить об угрозе других. Благородная цель, присущая ценностям ее факультета. На последней фразе декан Слизерина скривился. Он до сих пор все силился понять, как при таких факультетских ценностях Гриффиндор взрастил шайку Поттера-старшего. Вот уж благородно вчетвером травить одного ученика Слизерина, общение с которым не заладилось ещё с поезда! - Меня не особо интересует, благодаря кому именно просочилась информация. Я верю, даже, если как ты говоришь ученица, решила предать произошедшее с ней огласке, она руководствовалась благими побуждениями. Меня интересует, что теперь делать. Когда о способностях Гарри узнала вся магическая Британия. Зная его факультет, который тоже оговорен в статье, им могут заинтересоваться последователи Волдеморта. Посчитать, что он их новое знамя, раз сверг их прошлого предводителя и имеет сопутствующие данные. Проследи, пожалуйста, чтобы на каникулы Поттер отправился на Тисовую улицу, а не к каким-нибудь Малфоям. Во-первых надо обновить магию крови, охраняющий мальчика от происков недоброжелателей. А во-вторых сгладить впечатления от слизеринского общества. Тебе же должно быть известно, что именно социальная среда рождает личность человека. А мальчик именно социально - магглорождённый. Он не должен этого забывать. Снейп с директором был в корне не согласен. Он смог уже приметить, что Гарри в штыки воспринимал все попытки вмешательства в его дела и хоть умел признавать свои ошибки, не испытывал чувства вины за свои деяния. Он мог посчитать, что директор и декан наглым образом покусились на его право, распоряжаться собственной жизнью, когда он с разрешения родственников, конечно, мог проводить каникулы, где ему заблагорассудится.

***

Волдеморт диву давался с происходящего. Его верный Квирнус тоже прочитал статью. И теперь Темный Лорд не мог понять, что происходит со Слизерином. То закрытое от всей остальной школы общество дало сбой и правда о силах мальчугана вырвалась наружу. Шило в мешке, конечно, не утаишь — Поттер пользовался своими возможностями на глазах всей школы. Но Волдеморт и подумать не мог, что кто-то решиться настучать на противника, оповещая об опасности общения с ним весь магический мир. Сам Том хорошо скрывал свои темные делишки на факультете. Даже охота на грязнокровок, с помощью василиска Салазара сошла ему с рук. А о Поттере, как об угрозе, сообщают ещё на первом курсе мальчишки. Все это, конечно, грело раздробленную на множество частей душу Лорда тем, что он умел лучше скрываться. Но и удивляло, раньше школа лучше умела хранить свои секреты. И вообще, было бы отлично, если бы Гарри Поттер заинтересовался происходящем в школе не только со стороны общения меж учениками. Волдеморт предполагал, что камень охраняется совсем уж заковыристыми задачками. И понимал, что противоугонные задания могут оказаться не посильны для него в силу того же склада характера. Альбус любил выдать что-нибудь эдакое. Напирая на то же чувство любви, превосходящее любую магию он часто опирался на наблюдения сделанные за людьми. И вплести в охрану чары, не пропускающие срез личности Тома, было вполне в его духе. Может потребоваться кто-то ещё. Но даже тут Волдеморт не уверен, что Поттер, как истинный слизеринец, подошёл бы ему, как помощник. Более того до него только доползли слухи, что Гарри Поттер увлекся его идеологией. И если то, что мальчик - полукровка его не волновало, то пророчество начало звучать все более пугающе. Уж не подумает ли парень со временем сместить его с поста Темного Лорда и самому занять его место? - Поттер, не только аргументирует свою позицию с помощью ваших изысканий, но и дополняет их, развивая, окопавшись в библиотеке, с точки зрения колдомедицины, - задумчиво проговорил Квиррелл, который краем уха стал свидетелем пары диалогов Гарри с однокурсниками. Профессор защиты от темных искусств думал, что выгораживает этими словами парня перед своим Лордом, но не тут-то было. Тот свято уверовав в пророчество нависшее над ним и препятствующее на пути к его цели, не захотел и слушать эти жалкие оправдания. - Были многие магические семьи, что живо заглатывали мою пропаганду во время второй магической войны, но и подумать не могли, чтобы всецело выступить на моей стороне. Те же Блэки. Орион и Вальпурга. Друэлла. Абраксас Малфой. Все они поддерживали меня только на словах. Где гарант, что мальчишка, родителей которого я отправил на тот свет, не захочет отомстить убийце своих родителей, а признает меня своим Лордом, что он не такой ж, как они. Он чрезвычайно мал, настолько, что его вообще можно не принимать во внимание, - вслух принялся размышлять Темный Лорд. Если в чем Волдеморт когда и бывал согласен с магглами, так в том, что ненависть самая управляемая эмоция, ее удобнее всего направлять на тех, кого необходимо ненавидеть для вышестоящих. Во вторую мировую похожую риторику проводил в жизнь Гитлер. И Темный Лорд отлично разбирающийся в хитросплетениях негативных чувств, придерживался тех же взглядов. Сам про себя оправдывая это тем, что глава маггловской Германии наверняка переобщался с Гриндельвальдом, раз высказал достойную его внимания мысль. Что это магическое влияние, а не личное наблюдение политика низшей расы. Поэтому он прекрасно понимал, что значит ненависть отмщения, в виду лишения родного мира с детства, но не мог уразуметь, что есть сыновья и родительская любовь, о которой мальчик наверное и не помнил. Какие могут со младенчества остаться воспоминания? - И вообще, Квирнус, мой верный слуга, не отвлекался бы ты от своей задачи раздобыть философский камень, на всякое второстепенное, цены бы тебе не было, - поставил точку рассуждениям обоих о парне Волдеморт. - Сегодня ночью как никак идёшь на дело. Темный Лорд никак не мог понять желания некоторых его слуг общаться с ним на темы, выходящие за границы их компетенции. То ли они постепенно уверовали в товарищество, хотя Волдеморт неизменно с ними держал дистанцию и был предельно холоден и формален в общении. То ли они были просто наивными глупцами и привыкли разговаривать обо всем, что видят со всеми, входящими в их окружение. Как бы там ни было, а Темный Лорд такое поведение не приветствовал, резко осаживая забывшихся приспешников.

***

Для оправдания себя в глазах факультета Поттер не только нашел виновницу торжества, но и предоставил старшекурсникам Грейнджер, готовую подтвердить, чья была инициатива в огласке и сдать Дейвис. Гермиона скорей всего считала, что поступает благородно, защищая однокурсников. Хотя слизеринка на ее месте не сдавала бы подельницу. Но Поттер научился взаимодействовать с представителями всех факультетов и не удивлялся уже ничему. Зато он точно мог быть уверен, что ни Драко, ни Теодор его не сдадут, иначе отвечать пришлось бы всем им. Это Грейнджер могла на себя взять гнев его факультета, чтобы облегчить другим жизнь. Слизерин в своих проявлениях был более эгоистичен и понимал, что общество не далеко ушло от принятия коллективной ответственности. Маркус, первый найденный им старшекурсник, согласный его выслушать был неприятно поражен рассказанной гриффиндоркой историей. Выносить сор из избы, так ещё и при этом спалиться, что может быть хуже? - Дейвис, если ты не можешь справиться с чем-то сама, то не стоит за это и браться. Никогда не думала о таком? И наверное слышала поговорку: не пойман не вор? Так вот тебя поймали с поличным, а та статья ударяет репутацией Поттера по репутации всего факультета. Поэтому факультет выносит свой вердикт и объявляет тебе байкот. Помнится ты претендовала на место Леди первого курса и своей параллели. Нынче об этом можешь и не помышлять. Вряд ли после такого хоть один уважающий себя слизеринец захочет с тобой общаться, не то что видеть тебя во главе потока. На Трейси осуждающе смотрели все, даже те кто совсем недавно слушал ее риторику о чистоте крови против полукровки. Узнав, что в этом деле она заручилась поддержкой грязнокровок, не побрезговала ею, они больше не и видеть-то рядом с собой не хотели. Ещё недавно о таком отношении родного факультета Дейвис и помыслить не могла, но теперь она нечиста на руку перед всеми. От нее отступилась даже Дафна, её милая Даф, что совсем недавно поддерживала ее в всех начинаниях. Она, конечно, была недовольна выбором подруги средств, но то, что правда всплыла наружу заставило её и вовсе забить на подругу. У нее остался только Рон, да и тот может перекинуться в стан врага. Благо мальчик не был по натуре истинным слизеринецем, а она была его единственной подругой. Поттер на нее смотрел уж больно нахально. - Ты, конечно, нанесла мне непоправимый ущерб, однако нравится ли тебе цена этого ущерба? - вопросил Гарри когда окончательный вердикт решил судьбу девочки. - И так будет с каждым, кто перейдет мне дорогу. Я не просто растопчу его в грязь, я сравняю его репутацию и его самого с землёй. К Поттеру прислушались весь Слизерин. Главное, что его слова были подкреплены делами, а это не могло не вызывать уважение. Уж он-то действительно самостоятельно расправился с обидчицей, не прибегая к помощи посторонних, даже одногодок. Чем заработал несравненный авторитет среди старшеклассников. А вина за всплывшую информацию порочащую его и весь факультет вместе с ним теперь навечно закрепилась за Дейвис.