Dirty little secret

And you could bring down my level of concern Just need you to tell me we're alright Tell me we're okay I need you now

      Джерард как раз выбирался из душа после долгого дня, когда услышал, как его телефон чуть ли не разрывался от долгого звонка. Он собирался хорошенько отоспаться и на следующий день поехать к брату, чтобы обсудить то, что не стал обсуждать в день его свадьбы. Джерард решил отложить этот разговор до лучших времён, когда увидел своего Майки, светящегося от счастья, и такую же радостную девушку под руку с ним. Кристин была просто неотразима в своём шикарном белом платье, и Джерард был готов поклясться, что если бы не его предпочтения, он начал бы завидовать брату. Но ему не нравились девушки, так что он просто искренне радовался за такую чудесную пару.       Подойдя ближе к столу, где лежал телефон, мужчина улыбнулся, увидев на экране имя своего солнечного мальчика. — Здравствуй, Фрэнки, — с теплом в голосе произнёс он, прикладывая мобильник к уху и садясь с ним на постель. — Джи! Джерард! Прости меня, прости, я такой идиот, — улыбка тут же сошла с лица Уэя и он начал беспокоиться. Парень на том конце звучал абсолютно разбито, всхлипывая после каждого слова, его голос дрожал и срывался на крик. — Фрэнки, тише, малыш, что случилось? — сердце мужчины сжалось. Ему не хотелось слышать мальчика так сильно чем-то расстроенным. Это ранило больнее ножа, воткнутого меж рёбер. — Я… Джи, я… — мурашки пробежали по спине старшего, когда он понял, как Фрэнк его назвал. Обычно так его звал только брат и пара других родственников, но в данный момент он чувствовал, что ему нравилось слышать это имя из уст Айеро. — Тише, тише. Дыши ровнее. Давай, вдох-выдох, — мужчина и сам дышал вместе с Фрэнком, стараясь привести голову в порядок и перестать волноваться хотя бы немного, — так, молодец. Теперь говори. — Я предатель, Джерард, — вдруг выпалил Фрэнк, — я не должен был, но так вышло, и теперь мне так плохо, и… Мне так тебя не хватает, — эта фраза стала последней каплей. Мужчина не знал, что конкретно случилось, но уже чётко решил, что просто обязан увидеть парня так скоро, как только сможет. Ему казалось, будто, если он не приедет в ближайшие часы — случится что-то ужасное, и тогда он станет винить в этом себя. — Держись, малыш, я скоро буду, — успокаивающим тоном произнёс Джерард, тут же кладя трубку и быстро садясь за компьютер. Ему срочно нужно было придумать, как добраться до Дейвиса в максимально короткие сроки. На поезде придется ехать два дня, на машине чуть больше суток. Но это всё было не то, это было слишком долго. Оставался один единственный вариант — самолёт. Как бы сильно Уэй не боялся полётов, а потерять Фрэнка он боялся в десятки раз сильнее. Ему повезло, ведь ближайший рейс был через полтора часа, а это значило, что он сможет добраться уже сегодня. По-быстрому скидав предметы первой необходимости в одну сумку, наверняка забыв что-то важное, что позже придется покупать на месте, он со скоростью света вылетел из своей квартиры, беря такси до аэропорта. Он мог бы поехать на своей машине, но тогда ему пришлось бы отвалить приличную сумму за стоянку, ведь отогнать автомобиль обратно было бы некому. Поблагодарив водителя, который доставил его к месту назначения довольно быстро, Джерард забежал в здание, тут же бросая взгляд на огромные часы и табло с названиями рейсов, находящееся чётко напротив входа. До посадки оставалось ещё примерно полчаса, но Уэй уже был на взводе, не находя себе места. Ему было страшно, и чем ближе он был к тому, чтобы подняться на десять километров над землёй, тем сильнее ему хотелось развернуться и уйти. Но он не мог просто взять и отказаться от своей спонтанной идеи, о которой он даже не смел жалеть.       Уже на борту он всё никак не мог успокоиться, смотря в иллюминатор, где сейчас были видны лишь снующие туда-сюда сотрудники аэропорта. — Первый раз летите? — вдруг услышал он справа от себя. Женщина в возрасте, с проседью в каштановых кудряшках, мило улыбалась ему, поправляя свои очки в тонкой розовой оправе. — Как вы поняли? — выдохнул Джерард, смотря, как маленькие морщинки проявлялись всё сильней в уголках глаз собеседницы. — Трясётесь как осенний лист, — усмехнулась женщина, — не нужно так бояться. Я летаю с восемьдесят шестого года, и уверяю вас, молодой человек, как только мы поднимемся в воздух — все ваши страхи тут же рассеятся. — Спасибо, я надеюсь на это, — улыбнулся в ответ Уэй. Он не хотел говорить, что не только ожидание взлёта заставляло его нервничать, ему незачем было объясняться с едва знакомым человеком. На этом их диалог и закончился.       Буквально через десять минут самолёт был заполнен пассажирами, и теперь одна из стюардесс проводила инструктаж на случай разгерметизации салона. Джерард не хотел слушать информацию, заставляющую только сильнее паниковать, но ему приходилось, ведь другой альтернативы у него не было. Наконец, он услышал заветное: «приятного полёта» и уже через пять минут самолёт тронулся с места. По началу было совсем не страшно, пока шасси не оторвались от земли. В этот момент сердце мужчины ушло в пятки и он вжался в кресло всем телом, моля всех известных ему богов, чтобы это скорее закончилось. У него начало закладывать уши, когда эта огромная махина поднялась достаточно высоко, и ощущение было не из самых приятных. Как только Уэй понял, что его внутренности больше не сжимались в комок, а самолёт летел, казалось, абсолютно ровно, он осмелился открыть глаза. Бросив взгляд в иллюминатор, мужчина ахнул. Это была самая красивая картина из всех, что он когда-либо видел. Солнце уже садилось за горизонт, и сейчас облака, среди которых гигантская машина с крыльями парила, словно корабль идущий по воде, горели всеми оттенками оранжевого. Мужчина будто бы попал в сказку, где всё вокруг было сделано из сахарной ваты, и не смел отвести взгляд от картины за маленьким окошком. Во время полёта уже успело стемнеть, и когда самолёт начал потихоньку спускаться, Джерард мог лицезреть тысячи маленьких огоньков, покрывающих города и маленькие деревни. С такой высоты всё это выглядело таким ненастоящим, будто бы игрушечным, и если бы Уэй мог, он бы дотронулся до этих маленьких домиков и миниатюрных автомобилей, проезжающих через крошечные деревья по тоненьким дорогам.       До дома Фрэнка он также добирался на такси, ведь время было позднее, и другого транспорта уже не ходило. К тому же, так было быстрее. Мужчина старался не заснуть, пока водитель вёз его через мосты и виадуки, ведущие в нужном ему направлении. Автомобиль остановился у небольшой арки, ведущей во двор, потому что иначе ему пришлось бы объезжать ещё несколько домов, чтобы добраться до нужного, но Джерард заверил мужчину, что сможет добраться дальше сам, а тот не стал возражать. Уже на подходе к нужному подъезду, Уэй заметил карету скорой помощи, припаркованную практически на самом тротуаре. Дверь подъезда была открыта, но поблизости не было видно никого из персонала. «Пожалуйста, Фрэнки, только не говори, что сделал что-то с собой» — пробубнил себе под нос Джерард, бегом поднимаясь по лестнице на седьмой этаж, пока его сердце колотилось будто отбойный молоток. Где-то между третьим и четвёртым его легкие начинали гореть, а ноги уже были ватными, но он продолжал подниматься. Через пару пролётов в нём будто бы открылось второе дыхание, так что Уэй быстро преодолел оставшееся расстояние до нужной квартиры. Подойдя ближе, он хотел лишь пару секунд отдышаться, поставив руку на входную дверь, но тут же чуть не упал, когда она с тихим скрипом поддалась. Не заперто. Влетев в квартиру, Джерард уже представлял худшее: он думал, что сейчас увидит врачей в белых халатах, переговаривающихся какими-то непонятными терминами, и парня, лежащего где-нибудь на полу в луже собственной крови, но как только дверь за ним захлопнулась, он вдруг осознал, что в квартире было слишком тихо. Здесь не было ни одного медицинского сотрудника, а это значило, что скорая приехала по вызову к кому-то другому. Пройдя через коридор и свернув в гостиную, впопыхах стягивая пальто и бросая куда-то в сторону тумбы, мужчина заметил знакомый силуэт. Айеро сидел на диване, закутавшись в одеяло с головой и тихо всхлипывал, трясущейся рукой гладя пса, мирно сопящего рядом. — Боже, Фрэнки! — почти шепотом выдохнул Уэй, быстро подходя к парню и садясь рядом с ним, крепко обнимая, позволяя Айеро положить голову на его грудь. Глянув через плечо мальчика, Уэй заметил пару бутылок виски, одна уже была пустой, а во второй оставалось ещё примерно две трети. «Кто вообще пьёт так виски?» — подумал он, осторожно гладя Фрэнка по спине. — Джерард, прости, я не… Я не хотел, я… — каждое слово давалось ему с трудом. Парень не совсем осознавал, что сейчас происходило, и он с трудом вообще понимал, что было реальностью. Ему казалось, будто он всё ещё был в комнате один, он думал, что Джерард — его галлюцинация, пришедшая после очередного глотка алкоголя. — Тише, тише, малыш, — пытался успокоить его Уэй, размеренно гладя по спине и волосам, пока Фрэнк бубнил что-то неразборчивое, утыкаясь носом в его грудь и заливая слезами теплый свитер. — Ты… Ты и правда здесь, — примерно час спустя прошептал парень, сильнее сжимая в ладонях серую ткань и вдыхая знакомый аромат лёгкого парфюма. Он наконец начал осознавать, что Джерард не был каким-то миражом, а действительно сидел сейчас рядом, перебирая своими тонкими пальцами волосы на затылке Айеро. — Я здесь, Фрэнки, — так же тихо ответил второй. Фрэнк поднял голову и взглянул на его лицо мутным взглядом. Он пытался удостовериться, что это и правда Джерард, его Джерард. Через пелену слёз было достаточно трудно что-то разглядеть, так что парень потёр глаза кулаком, пытаясь хоть немного напрячь своё зрение. В комнате было темно, и под действием алкоголя многие предметы были не тем, чем казались, но Фрэнк был уверен на сто процентов, что перед ним сейчас действительно был Джерард. Придвинувшись чуть ближе, он осторожно приложил ладонь к лицу мужчины, после оставляя нежный поцелуй на его губах. Таким образом он окончательно удостоверился в том, что ещё не сошел с ума. — Как ты вошёл? — задал вполне логичный вопрос парень, отрываясь от сладких губ. — Дверь была не заперта, — поспешил ответить старший, и Фрэнк попытался напрячь память, вспоминая, как он мог забыть её закрыть. — Оу, понятно, — на месте Джерарда мог быть кто угодно, любой желающий мог так же легко попасть в квартиру, но Фрэнку, скорее всего, было наплевать, когда он заходил домой с прогулки с псом, и всё, о чем он мог думать — как бы поскорее напиться и перестать ощущать мир вокруг так четко и ясно. Его взгляд сейчас был довольно пустым и безжизненным, и Уэю было искренне жалко парнишку. Он не понимал, что могло довести его до такого состояния, но не смел задавать вопросы, пока Фрэнк сам не решит ему всё рассказать. Парень уже практически засыпал в его руках. На дворе была поздняя ночь, и мужчина сам бы с удовольствием прилёг и поспал, но он не мог оставить всё так, как есть. — Давай, я отнесу тебя в кровать, — заботливо произнёс Джерард, просовывая одну руку под коленями парня, чтобы было проще его поднять, но второй вдруг начал вырываться. — Нет! Нет, пожалуйста! Не хочу туда! — начал кричать Фрэнк, крепко зажмуривая глаза и цепляясь руками за спинку дивана, пугая своими действиями Джерарда, который всего лишь хотел помочь. Он также разбудил своим криком пса, который тут же подполз ближе, с тихим скулежом утыкаясь мордой в шею хозяина, будто пытаясь успокоить. — Хорошо, хорошо, — прошептал ему на ухо старший, не смея больше пытаться поднять парня с дивана, — я постелю тебе здесь, а сам посплю на твоей кровати, идёт? — успокаивающим тоном проговорил Джерард, проводя ладонью по волосам Айеро, убирая непослушные пряди за ухо, открывая себе лучший обзор на его заплаканное лицо. — Нет! Останься здесь, со мной, прошу, — парень поднял глаза на собеседника, пронзительным взглядом заставляя его повиноваться просьбе. — Хорошо, малыш. Но я должен принести постельное бельё. Мы ведь не собираемся спать на голом диване, верно? — мягко улыбнулся Уэй, продолжая поглаживать парня по голове. — Ладно. Можешь взять всё, что нужно из большого шкафа, — уже более спокойно ответил Фрэнк.       Оставив невесомый поцелуй на лбу парнишки, Уэй встал с дивана и направился в спальню. Он ещё никогда не видел эту комнату вживую, лишь малую часть с экрана компьютера. Включив свет, мужчина осознал, что здесь было достаточно просторно, некоторые стены, а также маленькие полочки украшали различные игрушки, на которые Уэю совсем не хотелось смотреть. Шкаф, о котором говорил Айеро, был прямо напротив входа, рядом с окном, завешеным плотными шторами. Джерард быстро прошел вглубь комнаты и достал простынь с парой небольших подушек. На обратном пути его взгляд уцепился за небольшое пятно на смятой постели. Подойдя ближе мужчина понял, что это была кровь. В его голове тут же, одна за одной, начали пролетать неспокойные мысли. Что здесь произошло? Это определённо было связано с тем, почему Фрэнк отказывался возвращаться в собственную комнату. Был ли здесь ещё кто-то до приезда Джерарда, и о каком предательстве постоянно твердил Айеро? Мысли складывались в неприятные картинки, и Джерард помотал головой, стараясь вытрясти из неё все ужасные предположения о том, что могло случиться на этой кровати. Быстро вернувшись в гостиную, он помог Фрэнку разложить и застелить диван, после чего, не раздеваясь, лёг рядом с ним, утягивая в успокаивающие объятия. — Прости, что тебе пришлось уехать из-за меня, — пробубнил Айеро куда-то в ключицы Джерарда, одной рукой осторожно выводя какие-то рисунки на его груди сквозь толстую ткань свитера. — Ничего страшного, всё равно уже не было ничего супер-важного, из-за чего стоило остаться, — это было правдой, но лишь частично. На следующий день мужчине предстоял сложный разговор со своим братом, и раз он вдруг сорвался и больше не сможет приехать к назначенному времени, эту беседу придётся провести по телефону, а это будет в десятки раз тяжелее. Фрэнк вдруг задумался, рассчитывая в мыслях время, за которое мужчина добрался до его квартиры. — Четыре часа? — невпопад спросил он, и Джерард даже не сразу понял, о чём речь, — ты добрался из Нью-Йорка за четыре часа? Но как? — Самолёт, — улыбнулся старший, целуя парня в макушку. — Но ты ведь боишься летать, — непонимающе выдал Айеро. — Ради тебя мне пришлось решиться, — с тихим смешком ответил Джерард, вновь запуская пальцы в спутанные волосы, заставляя сотни мурашек пробегать по позвоночнику Фрэнка. Всё, что он испытывал сейчас — это искреннее восхищение мужчиной. Вряд ли Айеро решился бы на что-то подобное на его месте, а этот поступок был достоин уважения. — Я рад, что сейчас ты здесь, — в его словах не было ничего, кроме искренности. Слегка приподнявшись на постели, он с закрытыми глазами нашел губы Джерарда, тут же припадая к ним и сминая в нежном поцелуе. Прошло не больше нескольких секунд, когда Уэй заметил, что парень наконец провалился в спокойный сон. — Всё будет хорошо, — прошептал он, погладив младшего по теплой щеке, — у нас всё будет хорошо.