Dirty little secret

— Ещё раз прости меня, Майкс. Но это правда было очень важно, — мужчина вышагивал по кухне туда-сюда, нервно покусывая ноготь на большом пальце. — Я понимаю, братишка. Но хорошо, что ты хотя бы позвонил, — его тон был слегка напряжённым, но всё же спокойным. — Знаешь, я сомневался в том, хотел ли рассказать тебе всё, но я рад, что теперь ты в курсе событий, — до этого момента их разговор длился примерно полтора часа, и им даже приходилось перезванивать друг другу пару раз, когда связь внезапно обрывалась. Всё это время Джерард не прекращал мерить шагами небольшую комнатку, бродя вдоль стола от стены к стене. Следующую фразу брата Джерард не расслышал, так как со стороны гостиной донесся грохот, сопровождающийся громким и отчетливым: «да чтоб тебя!» -…и, в общем, я абсолютно не против… — Извини, Майкс, нужно бежать, что-то случилось, люблю тебя, пока, — быстро протараторил Уэй-старший, отключившись, не дожидаясь ответа, и убрав телефон в карман.       За несколько секунд он добрался до гостиной и застал следующую картину: Фрэнк, забравшийся с ногами на диван, который хватается за голову и бормочет что-то себе под нос, Луис, грустным взглядом наблюдающий за хозяином из-под стола, и мобильник, валяющийся где-то у противоположной стены. — Фрэнки? — никакой реакции не последовало. Тогда мужчина подошел ближе, присаживаясь на край дивана, — Фрэнки, малыш, с тобой всё в порядке? — Уэй осторожно протянул руку и заправил за ухо парню волосы, мешающие видеть его лицо. Айеро вздрогнул, а его взгляд перестал быть пустым. — Всё нормально, просто… — парень вытер рукавом глаза, вновь начинающие наполняться слезами. Он не хотел плакать, но эмоции брали над ним верх. Джерард выдохнул и, бросив взгляд на мобильник, всё ещё валявшийся на полу, быстро подошел и взял его в руки. Он не видел, чтобы Фрэнк был против, ведь тот абсолютно никак не среагировал, продолжая попытки стереть всё лишнее со своего лица. Взглянув на маленький экранчик, Уэй заметил открытое сообщение: 14:27 Вчерашний вечер был прекрасен. Может, повторим       Фрэнк уже знал — это был не вопрос. Он понимал, что Мэтти совершенно точно не хотел от него отставать, и от этого в его груди разливалась боль, а воспоминания не давали покоя. Джерард перевёл взгляд на Айеро, наблюдавшего за его действиями, будто бы ища в этом взгляде одобрение на то, что он сейчас собирался сделать, но младший не был в курсе, что творилось в голове Уэя, так что он не мог ничего ему сказать. Он просто был опустошён. Новая встреча с Мэтти была лишь вопросом времени, и Фрэнк понимал, что этого времени у него сейчас катастрофически мало.       Эмоции Джерарда в этот момент было описать достаточно трудно: он злился, ему было жалко Фрэнка, а весь негатив внутри разрастался просто до невиданных масштабов. Он не знал Мэтти, никогда в жизни не видел его лица, но уже ненавидел. Всеми фибрами души он презирал человека, заставившего его маленький лучик солнца погаснуть, словно перегоревшая лампочка, требующая замены. Он украл весь свет и забрал с собой, так что теперь Джерарду не оставалось ничего другого, кроме как отгородить Фрэнка от этого человека, и самостоятельно помочь ему справиться со всем.       Опустив глаза обратно в экран мобильника, Уэй нашел в контактах номер, с которого приходили сообщения и, не задумываясь, нажал зелёную кнопку, прислоняя аппарат к уху. Фрэнк впал в ступор. Он начал понимать, что происходит, но не осмелился сделать хоть что-то. — Фрэнки-бой! Как тебе предложение? — раздалось из динамика сразу после первого гудка. — Слушай сюда, — достаточно жёстким тоном начал Джерард, отчего Айеро ближе прижал колени и начал нервно кусать губы, не отводя взгляда от мужчины, — Если ты ещё хоть раз подойдёшь к Фрэнку ближе, чем на сто метров, я тебе гарантирую, в этот же день ты встретишься с полицией, урод, — мужчина не ожидал, на самом деле, что голос его собеседника будет настолько невинным, но уже в следующую секунду вся эта невинность будто бы испарилась. — Полицией меня не пугай, дружок, — с сарказмом произнёс Мэтти, — я слишком хорошо знаю Айеро, он под страхом смерти туда не сунется, — усмехнулся он. Джерард бросил на Фрэнка сконфуженный взгляд, не понимая, что собеседник имел ввиду, но затем быстро вернулся к разговору. — Если не боишься полиции, тогда тебе стоит бояться меня, — грубо ответил мужчина, сжимая пальцы свободной руки в кулак. Фрэнк ещё никогда не видел Уэя таким. До этого времени он видел лишь одну его сторону: добрую и заботливую. Он никогда не кричал, а если и ругался, то это звучало крайне несерьёзно, но не сейчас. В эту секунду мужчина выглядел так, будто готов был перерезать кому-нибудь горло, и Фрэнка это даже слегка пугало, хоть он и понимал, что агрессии в его сторону не было абсолютно. — С чего бы мне тебя бояться, ты кто, дон Корлеоне? — посмеялся Мэтти, не видя особой угрозы в словах Джерарда. Но это пока что. — Хуже. С этого дня я — твой ночной кошмар. Фамилия Баллато тебе о чём-нибудь говорит? — на том конце послышался встревоженный вздох. Кажется, Мэтти понимал, что имел ввиду Уэй, и мужчине это было только на руку, — так вот. Если я узнаю, что ты, говнюк, снова ошиваешься где-то рядом с Фрэнком, один звонок и твои конечности будут собирать по всей Калифорнии, усёк? — Я… Д-да, — боязливо заикнулся Мэтти. — Вот и отлично, — уже более спокойным тоном произнёс Джерард, после чего сразу отключился. В комнате повисла тишина. Отложив телефон на стол, мужчина вернулся на своё место на диване. Слегка прикрыв глаза, он потёр виски, стараясь прогнать все негативные мысли. Он чувствовал, что Айеро не спускал с него взгляда. И этот взгляд был крайне удивлённым. — Ты знаком с семьёй Баллато? — тихо спросил Фрэнк, спустя примерно минуту, будто боясь, что Джерард вдруг сорвётся на него, но тот лишь тепло улыбнулся и взял парня за руку, смотря ему точно в глаза. — Есть всё же что-то, чего ты обо мне не знаешь, да? — нервно хихикнул мужчина, — давай так. Ты расскажешь мне свою историю, а я тебе свою, идёт? — пару секунд Фрэнк колебался. Парень не очень любил ворошить прошлое, но Джерарду он доверял, и после всего произошедшего готов был поделиться частью своей истории. — Идёт.

***

Три года назад

      Клуб забит людьми.       Фрэнку не было и шестнадцати, но, благодаря поддельному удостоверению и паре знакомств, он уже был здесь своим. Шоты летели один за одним, и, к счастью, платить за них не приходилось, ведь он уже нашёл себе очередной одноразовый кошелёк в лице какого-то мужчины с полосой седых волос в густой, аккуратно выстриженной бородке. Именно так парень решил провести день похорон своего дорогого Стива, который больше не мог его обеспечивать, а значит не был достоин его любви. — Привет, один здесь? — приятной наружности молодой человек в тёмных очках, не намного старше самого Айеро на вид, присел на соседний барный стул. Да кто ходит в очках в помещении, ещё и в клубе? Он вообще что-нибудь видит? — Прости, наркотой не интересуюсь, — протянул парень, помешивая какой-то зелёный коктейль в стакане. Его спутника нигде не было видно, но напиток уже был оплачен, так что это не имело значения. — Нет, ты не понял. Я познакомиться хотел, — улыбнулся собеседник, протягивая ладонь, — я Мэтти, у меня сегодня день рождения. — Фрэнк. У меня сегодня похороны бывшего, — Айеро слегка брезгливо пожал руку Мэтти, снова возвращаясь к своему коктейлю. Он не особо был настроен на общение. Сейчас он хотел лишь напиться и на время выпасть из реальности, а может и немного подзаработать. Родителей снова не было дома, а это значило, что к ужину его никто не ждал. — А ты забавный, Фрэнки-бой, — посмеялся парень, — сколько тебе лет? — Неприлично спрашивать у дамы о её возрасте, — довольно серьёзным тоном произнёс Айеро. Он никогда не называл конкретных цифр, зная, что даже просто его нахождение в этом заведении считалось незаконным. — Мне семнадцать, — улыбка с лица Мэтти так и не сходила, он светился, словно рождественская гирлянда, — только никому не говори, а то я от родителей такую взбучку получу, — подмигнул он, слегка приспустив очки, чем заставил Фрэнка рассмеяться.       Весь вечер они провели вместе: просто дурачась, устраивая соревнования, кто быстрее опустошит свой стакан, танцуя, словно никто не видит, и забывая обо всём, что происходило вокруг. Фрэнку действительно было весело, хоть он и был уверен, что это веселье лишь на один вечер. Мэтти проводил его до дома. Тёплый июльский воздух приятно окутывал лёгкие, попадая в них вместе с сигаретным дымом. — У тебя и правда день рождения? — вдруг спросил Фрэнк, когда они уже подходили к нужному дому. — Правда, — немного грустно выдохнул парень. — Но почему ты тогда был в клубе один? Ты не должен был веселиться с друзьями, или вроде того? — поинтересовался Айеро, выбрасывая бычок куда-то в сторону клумбы. — У меня не так много друзей, — смутился Мэтти, — говоря откровенно, у меня и вовсе их нет. — Я мог бы быть твоим другом, — успокаивающе произнёс Айеро, ещё не понимая, на что только что сам себя подписал.       Мэтти светился от счастья после этих слов. У него и правда не было друзей, но мало кто знал о причинах его одиночества. И Фрэнк не знал. Не понимал, до определённого момента. Айеро в принципе не думал, что они ещё когда-нибудь встретятся, но, видимо, парень и правда серьёзно воспринял слова о дружбе, так что с этого дня он, буквально, «приклеился» к Фрэнку. Поначалу он совсем не возражал. Мэтти был весёлым и не доставлял особых проблем, но вскоре Айеро начал понимать, по какой причине все сторонились этого парня. Мэтти привязался к Фрэнку очень быстро. Сначала он просто писал ему смс, затем, когда парню надоело отвечать на каждое, он начал приходить к нему домой. Его визиты стали ежедневными, и продолжались около пары недель, а в один момент он и вовсе признался Айеро в чувствах и попытался поцеловать, несмотря на то, что никаких ответных действий со стороны второго не было. Такое количество внимания Фрэнку было, явно, не по душе. Мэтти мог заявиться в любое время суток, даже ночью. Мог поджидать парня у подъездной дорожки и следить за ним весь день, куда бы тот не направился. Фрэнк не понимал, что ему нужно, и не верил в его слова о любви.       В этот день его родители поссорились, после чего мать решила выместить всю злобу на мужа на собственном сыне, и ударила его, крича о том, какой он неблагодарный и лучше бы вообще не рождался. Фрэнк и сам думал о том, что лучше ему было не появляться на этот свет. Уже довольно долгое время он не мог чувствовать ничего, кроме злости и обиды. Он считал себя виноватым в том, что его родители ненавидели друг друга. Если бы не он, то, возможно, у них всё могло бы быть хорошо, не так ли?       Фрэнку хотелось забыться, стереть все воспоминания, заменить их чем-то более существенным, например, физической болью. И в этом Мэтти мог ему помочь. Он решил сыграть по правилам парня, и в этот вечер сам полез к нему с поцелуями. Мэтти не привлекал его ни внешне, ни как либо ещё, но сейчас он мог думать лишь о том, что, наконец, сможет дать парню то, чего тот так отчаянно желал, и убить этим сразу двух зайцев. В этот вечер он решил, что должен избавиться от Мэтти и выкинуть его из своей жизни вместе с плохими воспоминаниями.       Квартира Мэтти была пустой. Как оказалось, он уже давно жил один, а что стало с его родителями — никто не знал. Атмосфера его жилища пугала. Здесь было слишком чисто, слишком тихо, слишком идеально. Всё случилось слишком быстро. Фрэнк не успел ничего понять, он абсолютно не отдавал отчёт своим действиям. Они оба были пьяны, настолько пьяны, что были готовы умереть от рук друг друга. В этом не было ничего приятного поначалу, по крайней мере для Фрэнка. Да, он сам попросил сделать ему больно, но он даже и не думал, что этой боли будет так много. Он кричал, молил, чтобы Мэтти остановился, но тот лишь зажал его рот ладонью, продолжая издеваться над его телом, оставляя повсюду синяки и царапины, и тогда Айеро просто расплакался. Он не знал, что ещё ему делать. А в какой-то момент, когда из-за слёз он не мог четко видеть картину перед собой, он осознал, что ему нравилось то, что происходило. Если бы Мэтти остановился, Фрэнк бы не получил того, чего и правда хотел всё это время. Впервые в жизни, он абсолютно не контролировал ситуацию, и такой расклад действительно доставлял ему удовольствие, даже если он боялся признаться в этом самому себе. — Больше… Больше никогда не подходи ко мне, — выплюнул Фрэнк, натягивая любимую чёрную толстовку, скрывая под ней все следы прошедшей ночи. Он был зол на Мэтти, был зол на самого себя, был зол на весь мир за то, через что ему приходилось проходить каждый божий день. — Не дождёшься, — хищно улыбнулся Мэтти, провожая парня за дверь.       Парень и правда пропал из его жизни, но совсем ненадолго. Буквально на несколько дней. Теперь он считал Фрэнка своей собственностью, и не желал делиться им с кем бы то ни было. Сначала он отпугнул всех его друзей, затем и проход в любимый клуб для него стал закрытым. Единственным, кто остался с ним до конца, был Рэй, постоянно говорящий о том, что нужно что-то делать. Такое увлечение парня Фрэнком явно было нездоровым. Но Айеро сам не предпринимал никаких действий. В итоге Мэтти стал его способом справляться с проблемами, становясь его самой главной проблемой, перекрывающей все остальные. Они трахались время от времени, вместе выпивали и совершали необдуманные поступки, за которые вполне могли бы попасть в руки полиции. На шестнадцатилетие Мэтти подарил Фрэнку сеанс татуировки, и это было единственным, за что Айеро и правда был ему благодарен. Но всё не могло так продолжаться. С каждой новой встречей Фрэнк всё больше сходил с ума, и когда он это понял, то попытался вычеркнуть Мэтти из своей жизни всеми возможными способами. Он сменил номер телефона, перестал выходить из дома куда-то помимо школы, до которой теперь его провожал Рэй. Каждый вечер он выглядывал в окно и видел рыжую макушку рядом с небольшим забором. Мэтти ждал его каждый божий день, и уходил лишь когда на улице уже темнело.       И вот, однажды, когда Айеро в очередной раз возвращался со школы, он встретился с Мэтти лицом к лицу, прямо на пороге собственной комнаты. Оказалось, что мать впустила его, пока Фрэнка не было дома, а за обедом он рассказал ей всё, что происходило между ним и её сыном. Разумеется, со своей точки зрения. Он не упоминал о том, что постоянно следил за парнем, не давал ему прохода и только и делал, что доставлял неудобства. Он описал всё так, будто Фрэнк сам нашел его и был инициатором отношений. В этот вечер состоялся самый тяжёлый разговор в жизни Фрэнка. Его отец кричал, выбрасывал вещи из окна, говорил, что не растил такого сына и не хочет иметь с ним ничего общего.       Фрэнк и так всегда чувствовал себя чужим в своём доме, а теперь он был ещё и невидимым. К счастью, в самое ближайшее время ему удалось уехать вместе со своим лучшим другом, и он больше полугода не видел ни Мэтти, ни кого-либо ещё, кто заставлял бы его вспоминать о прошлом. Но однажды раздался звонок. В тот самый день, когда Фрэнк, наконец, переехал в свою квартиру и надеялся зажить по-человечески. Он не знал, откуда Мэтти взял его новый номер, и как узнал, где вообще находился Фрэнк, так что его это пугало до чёртиков. В тот день Айеро крупно пожалел о том, что не успел сменить хлипкие замки на входной двери, которые мог взломать даже не самый умный школьник.

***

— Но после того вечера он больше не появлялся, и я думал, что всё, наконец, закончилось, но теперь он снова где-то рядом и мне так страшно, — последние слова Фрэнка были такими тихими, что Джерард и не услышал бы их, будь он на расстоянии больше нескольких сантиметров. Примерно на середине своего рассказа, Айеро вновь охватили эмоции, так что, чтобы хоть немного его успокоить, Уэй осторожно обнял парня за плечи, кладя его голову себе на грудь и мягко поглаживая по волосам. — Я сделаю всё возможное, чтобы тебе больше никогда не пришлось бояться, — произнёс мужчина, оставляя лёгкий поцелуй на макушке парня. Сейчас, когда он знал чуть больше о его прошлом, он мог понять, почему парень реагировал так или иначе на определённые вещи, и сочувствовал ему, ведь и сам понимал, что значит быть отвергнутым всеми, находясь на грани нервного срыва. К счастью, у Джерарда всегда был брат, который мог поддержать его в любой, даже самой сложной, ситуации. Но у Фрэнка не было никого, кто мог бы быть для него настоящим авторитетом, к кому он мог бы прислушиваться и кто направил бы его на правильный путь. Даже Рэй ничем не сумел помочь своему другу. Он был всего лишь запутавшимся ребёнком, и Джерард не собирался винить его за всё, что он когда-либо делал, потому что сейчас он — совсем другой человек. Сейчас его хотелось лишь оберегать и наполнить его жизнь яркими красками. — Обещаешь? — пробубнил Фрэнк куда-то в ткань футболки мужчины. — Обещаю, малыш, — ответил Джерард, медленно проводя ладонью по спине парня в успокаивающем жесте, — а теперь, хочешь послушать историю моего знакомства с семьёй Баллато? — Хочу, — коротко ответил Фрэнк, ближе прижимаясь к теплому телу и прикрывая глаза. Ему и правда было интересно. Наверное, каждый в Калифорнии знал о семье Баллато. Эти люди были довольно высокого статуса, и имели влияние по всему штату. У них были связи в белом доме, а нынешний губернатор, вроде как, был близким другом отца семейства. — Ну тогда слушай. История довольно забавная, — усмехнулся Уэй, слегка поёрзав на диване, находя чуть более удобное положение, — однажды я был на концерте, ох, честно, уже и не вспомню, кто тогда выступал, — мужчина почесал затылок, после чего продолжил рассказ, — ко мне подошла девушка. Она выглядела довольно забавно: короткая клетчатая юбка, рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, и два хвостика, словно у первоклассницы. Она вытащила из бюстгальтера маленькую бутылку бакарди и протянула мне. Мы с ней разговорились, и я спросил, не будет ли у неё зажигалки, и она достала её, опять же из своего лифчика. Так я познакомился с Линдси Баллато. В тот день я подумал, что если бы не был геем — то в ту же секунду сделал бы ей предложение, — Джерард посмеялся, и губы Фрэнка тронула лёгкая улыбка, — она была восхитительной, лучшей девушкой из всех, что я встречал. Хотя, почему «была»? Она до сих пор лучшая. — Знаешь, я начинаю ревновать, — пошутил Айеро. Его и правда слегка задело такое описание знакомой девушки Джерарда, но он понимал, что между Линдси и Джерардом никогда ничего не будет, ведь у Уэя был он. — Не стоит. Мы с Лин — всего лишь хорошие друзья. К тому же, у неё есть девушка. Как-то она рассказывала мне историю о том, как спасала свою возлюбленную от полиции, это было действительно круто, — воодушевлённо произнёс Джерард, изобразив руками какой-то непонятный жест в воздухе.       Уэй продолжал рассказывать разные забавные истории из своей жизни, пытаясь таким образом отвлечь Фрэнка от негативных мыслей, и ему это удавалось. К концу дня парень уже не казался таким хмурым и запуганным, он наконец перестал плакать, и они даже вышли на прогулку с Луисом, которая прошла достаточно спокойно. Этот чудесный пёс был тем, кто мог поддержать своего хозяина лучше, чем любой человек, и Фрэнк любил его так сильно, что забывал обо всём, что его тревожило, когда видел, как питомец носился по двору за какой-то птичкой, дразнящей пса, перелетая с места на место. На улице уже начинало теплеть, снег по-тихоньку сходил, оставляя вместо себя лишь грязные лужи, так что примерно полчаса после прогулки Фрэнк потратил на то, чтобы заставить пса помыть лапы, которыми тот утоптал весь коридор.

***