Загробные приключения Саши Маузера

Складывая вещи в вертолет, я старался не смотреть на лица Пиромана, Трегуба и Карлсона, что стояли рядом со мной. - Сань, ну объясни ты толком – почему нам с тобой нельзя? – потребовал белорус. - Задрали! Говорю же, что вы нужны здесь – потому что без вас, как без охотников – передовиков производства «Моя оборона» просто перестанет выполнять план. Меня нет, Салам нет, Лю нет, Мафую и Ахилла тоже нет – и кто будет все это тянуть? - Как кто? – ответил Пироман. – Дед! - Ага, ему в этом возрасте как раз не хватало еще за нас всех отдуваться. Мужики мрачно переглянулись. Увидев меня, они так обрадовались, что все снова будет по-старому – что теперь не могли принять мысль о том, что все остается по-новому. - Вроде ничего не забыл, - я повернулся к стоящей рядом Мафую. – Значит, ты сейчас дуй в поселение, забери всех наших, и приведи сюда. Сколько тебе нужно времени? - Час-полтора. - Отлично, а я тогда за это время составлю маршрут до Австралии, прикину расстояние и вычислю время, за которое мы доберемся до нулевой базы. - А если нам не хватит топлива вертолета, чтобы дотуда долететь? – поинтересовалась маленькая охотница. - Значит, опять доберемся вплавь, - меня передернуло от такой идеи. – Надеюсь, во второй раз будет не так страшно, как в первый. Давай, дуй. Мафую лениво и в шутку козырнула, и пошла прочь. Эх, мне бы ее спокойствие! Проводив взглядом миниатюрную девичью фигурку с двумя длинными светлыми косами, Карлсон придвинулся ко мне. - Слушай, Сань, я вот одного не понял… - Ну? - Когда мы летели сюда, то Кудасов сказал, что Мафую ему сообщила, что здесь где-то здоровенная монстряка разгуливает. Получается, все неправда, и ничего такого здесь нет? - Нет. - Вот блин! А мы уже с мужиками поспорили, кто первый на предстоящей охоте перед Кудасовым выслужится. - А-а-а! И на что спорили? - На бочку пива. - Ясно. Когда опять стану главным – все будете уволены. - Э-э-э-э! За что? - За отсутствие воображения. Нельзя было что-нибудь поинтереснее придумать? Бывший военный летчик развел руками. Забросив в вертолет последнюю сумку с харчами – путь предстоял неблизкий – я выпрямился, и окинул взглядом небо. Погодка просто отличная для начала нового путешествия, небо ярко-голубое, только на горизонте плывет одинокая белая туча. - Сань, может тогда пошли, выпьем? – предложил настырный Трегуб. – На посошок. - Разве что на посошок, - упоминать о том, что мое новое тело больше никоим образом не реагирует на алкоголь, если только не поменять настройки, я не стал. – А то когда еще увидимся. В этот момент до моего чуткого уха донесся какой-то подозрительный звук. Решив, что это опять Мафую подкрадывается, я быстро обернулся, но маленькой охотницы рядом нигде не увидел. Еще раз кинул взгляд на небо – все также чисто, только белая тучка стала немного ближе. Странно… - Слушайте, мужики, - Трегуб потер ладони. – А вам не кажется, что как-то резко похолодало? - С чего ты взял? – удивился Пироман. - Да у меня всегда на перепады температуры реакция сильная. Чуть только похолодает, или жарче становится – сразу в дрожь бросает. - Это у тебя, Треша, от твоей любимой картошки мозги клинит, - ласково сказал Карлсон. – А у нас все нормально, лето на дворе, с чего бы тут резко холодать? - Да блин, я серьезно! Не слышите разве, как холодом повеяло? Внезапный порыв ветра заставил зашуметь ветки окружающих нас деревьев. С неба упало что-то белое – я машинально подставил ладонь, ловя это на лету. И охренел. Белая тучка на небе стремительно приближалась, оставляя за собой длинный белый след. От холода кожа на ногах и на руках покрылась пупырышками, у Пиромана застучали зубы. - Твою ж мать! – подскочив на месте, Карлсон сорвал с плеча ружье. Поздно – белая тучка нырнула вниз, и пропала. Мы замерли на месте, и в наступившей тишине было отчетливо слышно, как громко стучат наши сердца. - Тихо! – я поднял руку. – Не шевелитесь! Мужики подчинились, и начали медленно-медленно водить вокруг глазами, застыв в напряженных позах. Рядом возник Ахилл. - Я слушаю. - Сбегай, проверь, что там, - я кивнул в ту сторону, где скрылась белая тучка. – Как что увидишь – сразу доложи по внутренней связи. - Понял, - и он отважно зашагал к выходу из лагеря. - Выдохнули, - приказал я, и мужики расслабились, хотя и продолжали внимательно слушать. – Кажется, пронесло. - Как думаешь, что это было? – спросил Карлсон, вертя головой, как маятником. - Хрен его знает, наверное, какая-нибудь здешняя аномалия. Помните, как мы в Бермудском четырехугольнике побывали? - В следующий раз предупреждать надо, - буркнул Пироман, который чуть не погиб, когда мы исследовали аномальную зону посреди бывшей территории Китая. Оказалось, что мутация распространяется не только на появление особо опасных монстров – она еще и образует на земных полушариях темные пятна, где действуют совсем другие законы природы. Мы из одного такого пятна еле выбрались – потом вообще оказалось, что мы там пробыли сутки, а в мире времени прошло две недели. А уж что было в Чернобыле…. - Если тут обнаружится какой-нибудь Бермудский овал или параллелепипед, то я пас, - заметил Карлсон. – Особенно, если это связано с холодом. Вот если бы куда-нибудь на пляж махнуть, в Майами, например – тогда другое дело. Упоминание о Майами задело меня за живое – я просто еще в старой жизни всегда мечтал там побывать. Пришлось на правах старшего по званию сменить тему. - Фигня то Майами, - авторитетно заявил я. – Фуфло заграничное, еще и дорогое. Вот если для сравнения взять, например, Одессу… Но что хорошего было в Одессе кроме колорита тамошних жителей и их знаменитого юмора, мужики так и не узнали. За нашими спинами обрушились деревья, и мощный поток воздуха снес нас с ног на землю. В лицо дыхнуло северным холодом, и на секунду перед моими глазами пронеслось что-то громадное, белоснежного цвета, издающее оглушительный птичий клекот…. **************** На короткое время потеряв ориентацию в пространстве, я, тем не менее, откатился вбок, под защиту стоящего рядом вертолета. Собственно, сделал это даже не я, а мое новое тело с его боевыми рефлексами. Лишь оказавшись под вертушкой, в безопасности, я сумел перевести дух, собраться и оценить положение. А оно было, мягко говоря, не ахти. С неба сыпался снег – причем не отдельными снежинками, как всегда, а кучами, как будто дворник лопатой кидал его с крыши. Похолодало теперь не резко, а конкретно, температура явно упала ниже нуля, даже трава под ногами покрылась морозным инеем. А виновницей всему, очевидно, была кружащая над лагерем гигантская белая птица – ростом с «БЕЛаз», не меньше, отливающие синевой стальные когти имеют по два метра в длину, а клюв такой огромный, что запросто проглотит и человека. Откуда она здесь взялась – сиё неизвестно, но факт присутствия НОКО – неопознанного органического крылатого объекта – налицо. Кстати сказать, крылатые монстры мне попадались нечасто, но даже по своему маленькому опыту я знал, что добра от них можно не ждать. Это тебе не ласточка или синичка, тут все намного серьезнее. Громко крича, охотники разбегались по лагерю, ища укрытия – время от времени кого-то из них сбивало воздушной волной, или засыпало очередной порцией снега, а некоторые еще и поскальзывались на обледенелой траве. А гигантская птица, сделав еще пару кругов, с громким стуком приземлилась посреди лагеря, прямо на стоящий под ней танк. И, конечно же, смяла его в лепешку своим весом, тем самым лишив нас очень важной для охоты единицы бронетехники. Ах ты ж курица не общипанная! Издавая горлом странные клокочащие звуки, птичка нагнула голову, и поймала одного из охотников клювом. Миг – и он исчез из виду. Это подстегнуло меня к действию. Пусть я теперь тут не главный, я все равно охотник, и не позволю, чтобы какая-то упавшая с неба падаль на моих глазах людей поедала! Рывком продвинув свое тело, я выполз из вертолета, и метнулся к командирской палатке, где остался связанный Кудасов. Птица засекла мое движение, махнула крылом – и я почувствовал, как мои ноги отрываются от земли. Закрутив меня в водовороте, мощный поток воздуха швырнул меня обратно на вертолет. Раздался треск металла, и боль накрыла меня обжигающей волной, заставив все сознание улететь в бездонную черную дыру. Очнулся я быстро, секунд через сорок – искусственно произведенное тело не давало расслабиться, жестко и без компромиссов вытаскивая меня обратно в этот страшный, холодный мир. К тому времени лагерь опустел, все охотники забились, кто куда – кто в грузовики, кто в палатки, кто юркнул между деревьями. Это привело птицу в бешенство – мотая головой, она старательно искала взглядом мало-мальски пригодную добычу, наотрез отказываясь улетать без обеда. Вот-вот она начнет крушить все вокруг, стараясь добраться до человечинки, и тогда уже ничто ее не остановит. Ощущая сильное жжение в груди (неужели сломал ребра?), я неуклюже скатился с искалеченной вертушки на обледеневшую землю. И тут же сильная рука, ухватив меня за локоть, рывком втащила внутрь вертолета. - Не дергайся, - сказала Мафую, укладывая меня на пол. – Свои. Я застонал от боли, и прикрыл глаза, мельком успев увидеть, как рядышком сидят, прижавшись друг к другу, все те же Трегуб, Пироман и Карлсон. Проворные руки маленькой охотницы расстегнули пуговицы на пятнистой форменной куртке, забрались внутрь, и нежная девичья ладонь легла на мою грудь, ощупывая кости. - Жить будешь, - вынесла вердикт Мафую. – Запусти в своем сознании программу регенерации, вылечишься за десять минут. - Потом, - я нащупал рукой самострел, проверяя, не потерял ли его во время кратковременного полета. – Карлсон, заводи вертушку, и расстреляй эту гниду с воздуха ракетами. - Да я бы рад, - отозвался бывший военный летчик. – Только ты, хозяин, извиняюсь, какого-то хрена своим супер-телом основной винт снес. Теперь мы даже от земли оторваться не сможем. - И полетим мы теперь, в лучшем случае, с крыши на чердак, - заметила маленькая охотница. – Опять ты, Маузер, все испортил. - Эй, я тут не причем, вы все видели! Это ты виновата! - Я? - Конечно! А кто утверждал, что никаких монстров в округе нет? Что тут очень безопасный регион? - За одну ночь все и измениться может, - Мафую дернула плечом. – Нечего на меня наезжать. - Может, вы потом разберетесь? – проворчал Трегуб. – Давайте что-то делать, ё-ма-ё! Пироман осторожно выглянул из вертолета наружу, и застонал от бессильной злобы – за время короткого разговора птица никуда не делась, даже не думала деваться. Блин, да с хрена ли так холодно-то, а? - Значит, будем мочить, - вызвав кодовой фразой панель настроек, я активировал лечение поврежденного тела. Тут же выскочила надпись: «Повреждение – 7 процентов». Спасибо, я уже понял. - А как мочить? – спросил Карлсон. - Да очень просто. Пока все отвлекают внимание, кто-то один пробирается ко второму танку. Залазит в него, наводит пушку на цель, ба-бах! – и у вас на ужин свежее мясо. Лица мужиков просветлели. - Тогда я к танку, - Карлсон расправил плечи. – Я в армии служил, я знаю, как стрелять. - Ну уж нет, ба-бах! – это по моей части, - воспротивился Пироман. – Я тут все-таки подрывник. - Ладно, только давай быстрее. Маузер, ты с нами? - С вами, с вами. Вы начинайте, я подойду через пять минут, - по всему телу разливалось благодатное тепло, боль в отбитой спине и жжение в груди начали утихать. Страсть напоследок поохотиться в компании друзей исчезла напрочь. А еще мне хотелось посмотреть, как мои, можно сказать, ученики справятся без моей помощи. Не всю же жизнь мне их носом тыкать в то, что нужно сделать в такой ситуации. - Тогда погнали, - скомандовал Карлсон, и все трое выскочили из вертолета на пронизывающий до костей мороз. Мафую дернулась было за ними, но я поймал ее за руку. - Не торопись. Посмотрим, как справятся, им же теперь вместо нас охотиться. - Согласна. Увидев трех охотников, птица моментально оживилась, и соскочила со своего импровизированного насеста, приземлившись на землю. Согласно обучению, полученному в тренировочном лагере и опыту, полученном во время предыдущих охот, все трое рассыпались в разные стороны – Пироман отправился к танку, а Карлсон и Трегуб разбежались один вправо, другой влево. Все вроде правильно, вот только не учли одного – что добыча на этот раз не только с когтями, а еще и с крыльями. Одним прыжком преодолев расстояние, птица оказалась ровно между ними. Гигантская лапа накрыла собою белоруса – к счастью, только прижала к земле, зажав между когтями. Карлсон выстрелил, и пуля пронзила участок громадного белоснежного тела сбоку, вырвав из плоти ошметки перьев и фонтан крови. В следующий миг удар крылом заставил его исчезнуть в наметенном сугробе, на виду остались только ноги, торчащие вертикально вверх и отчаянно дергающиеся, подавая сигнал о помощи. Я закусил губу от досады. Да что ж ты будешь делать! Прав был Кудасов, действительно, неподготовленные и недисциплинированные идиоты. Хотя, я и сам такой, но все же… - Пошли, Мафую, - хотелось полежать еще немного, но я заставил себя подняться с пола. Было ясно, что Трегубу вот-вот придет конец – зажав его в гигантской лапе, птица начала подносить белоруса к клюву, готовясь проглотить его. На бегу переведя режим самострела из одиночного огня в автоматический, я разрядил обойму, послав целый рой крошечных стальных стрелок прямо ей в глотку. От неожиданной боли она разжала лапу, и Трегуб упал с высоты на землю, к счастью, не сломав себе шею. Опустив самострел, я присел на одно колено – а Мафую вскочила мне на спину, махнула рукой, и ее охотничий клинок полетел к цели. Миг – и он воткнулся птице в грудь, чуть ниже шеи. Ну все, считай, что дело сделано. Лезвие клинка смазано органическим ядом такой повышенной мощности, что и динозавра завалит. Осталось только подождать немного, и птичка сама упокоится с миром. Яд даже начал действовать сразу – мгновенно потеряв весь свой воинственный вид, птица зашаталась, сделала два-три неуверенных шага, расправила крылья, и… рухнула, а ее крылья накрыли лагерь, как большое белое одеяло. Она была еще жива, и тяжело дышала, но ее тело было парализовано. - Ух… пф… обалдеть можно, - торчащие из сугроба ноги исчезли, и появился яростно отплевывающийся Карлсон. – А чего это она… уже все?! - Учись, балбес, - я подставил ладонь, и Мафую слегка ударила по ней своей ладошкой. – Тоже мне, охотники, с одной курицей справиться не могут. Завышенное самомнение – это очень плохая вещь. Настолько плохая, что небеса могут тебя за это наказать. Так случилось и со мной. Я успел услышать только предупреждающий крик и скрип снега за своей спиной, а потом удар крыла опрокинул меня на живот, мордой в землю, и со всех сторон сжались стальные двухметровые когти. Поймав меня в капкан своей лапы, птица взмахнула руками, и стремительно взлетела. Я даже охнуть не успел, когда земля и весь охотничий лагерь остались далеко внизу, а со всех сторон раскинулось бесконечное воздушное пространство. ******************* Первая мысль была – ну все, хана. Сейчас поднимется высоко в небо, разожмет когти – и полечу я навстречу своей смерти. Хотя у меня и высокотехнологическое, искусственно произведенное тело, сомневаюсь, что в него встроен парашют. Или еще что-то, что не даст мне разбиться об твердую землю в кровавую лепешку. Но птица не стала набирать высоту, а взмахнула крыльями, и устремилась куда-то вдаль. Когти сжимали меня по бокам, чуть ниже ребер – таким образом, верхняя часть тела вместе с головой болталась на ветру. От страшной высоты меня замутило, и я закрыл глаза, переживая панический, первобытный страх. Я не имел представления, как долго мы летели, и куда – почувствовал только, как вдруг начали снижаться. А еще через пару минут когти разжались, и меня швырнуло в холодную, ледяную воду. Задыхаясь, я опустился на дно, оттолкнулся от него ногами, взмахнул руками, и вынырнул на поверхность. Белое облачко улетало за горизонт, постепенно уменьшаясь в размерах, я находился я, судя по всему, в самой дальней заводи того самого озера, посреди которого находился остров с поселением. Даже сам остров было видно в качестве крошечной точки, маячащей где-то слева. Фух, слава тебе, Господи, чуть опять не представился, в который уже раз. Пришлось лечь на спину, и сделать дыхательную гимнастику – только потом прошло головокружение и страшная тошнота от пережитого полета. Мало-помалу успокоившись, я не спеша поплыл к берегу, на ходу размышляя, что это только что было. Может, птичка несла меня в свое гнездо, птенцам на закусь, но в последний момент передумала? Оно и правильно, у меня же на костях не мясо, а сплошное ГМО, пусть даже по цене очень элитное. А может, это просто была маленькая месть за отравленный нож? Сама, дура, виновата, первая начала. Доплыв до берега, я продрался через камыши, вышел на твердую землю, и начал стаскивать с себя мокрую одежду, чтобы хорошенько ее выжать. И замер. Какой-то тихий, неясный шепот прозвучал в воздухе – как будто где-то рядом кто-то очень тихо разговаривал. Камыши слегка качнулись. Оставив в покое одежду, я потянулся за самострелом – к счастью, он у меня после купания всегда работает исправно. Но тут камыши опять качнулись, и за моей спиной из воды вышла нечеткая, человеческая фигура. Королева монстров? А нет, она же умерла. Я прищурился, стараясь разглядеть врага, но это было нелегко – его внешность не имела твердых очертаний, не было ни лица, ни рук, не ног, все казалось каким-то расплывчатым, как желе. Но вот он выпрямился, его тело собралось, и передо мною оказалась… Мафую! - Маузер? – вопросительно спросила маленькая охотница. Я приоткрыл рот, изрядно охреневший. Да ладно, не может быть, это точно какой-то фокус. Мафую прикрыла левый глаз, вздохнула, и начала увеличиваться в размерах. Светлые косы исчезли, миниатюрное тело японской школьницы превратилось в крепкое мужское, миловидное личико сменилось на широкую, скалящуюся харю. Теперь передо мною был Лобанов. - Маузер? – повторил он все тем же вопросительным тоном, но с оттенком легкого нетерпения. Появление кузнеца заставило меня выйти из ступора. Вовремя вспомнив про самострел, я быстро навел его на неизвестного… хер знает, как его назвать, но это вряд ли человек. Пусть будет НГО – неопознанный гуманоидный объект. Эй, а может, это пришелец? НГО не испугался, даже не вздрогнул – только внимательно посмотрел на оружие, и миролюбиво поднял руки. И только сейчас до меня дошло, что именно он спрашивал. - Да, я Маузер, - сказал я твердым тоном, стараясь не выдавать своего охреневания, хотя бы частично. – Чем обязан? Лже-Лобанов кивнул своей крупной головой, и опять начал меняться. Самострел в моих руках задрожал, но я сумел сдержаться, и спокойно наблюдать, как вместо кузнеца передо мною появляется высокий, молодой парень. Его одежда была точь-в-точь, как у Никольского во время нашего путешествия, только вот на голове торчал капюшон, а левые рукава куртки и футболки были обрезаны по плечо. И неудивительно, потому что вместо левой руки у него торчало… узкое и черное, как у ворона, птичье крыло. Я не испугался, только крепче сжал самострел. - Ты кто? - Ворон, - ответил он незнакомым голосом. – Ты – Маузер? - Да. - У меня к тебе послание от королевы монстров, - он кашлянул. – По поводу вашего с ней общего ребенка.