В другой жизни

      Сведения взяты из базы данных, защищенной трехступенчатой системой шифрования. Причина частичного рассекречивания информации не сообщается.       Сюжетная линия номер два.       Операция «РК» (разрешение кризиса).       Аудио и видеоматериалы, копии диалогов: прилагаются.       ***       Локация: общая комната. Источник: телефонные сообщения.       Бестолочь №1: «Цзян Чэн совсем зачах, надо его спасать. Айда со мной!»       Прим.: Ну наконец-то. Время полдевятого, а ты только сейчас предложил? Я уж думал, самому придется.       Незнайка: «Ну, не знаю. Как ты себе это представляешь? Цзян-сюн ни за что не извинится, он не умеет».       Бестолочь №1: «Пускай учится. Его надо только пнуть в нужном направлении, а дальше он сам».       Незнайка: «Пинаешь ты, а мне что делать?»       Бестолочь №1: «А ты поддакивай, создавай общественное мнение».       Прим.: Как и ожидалось, берет всю инициативу на себя. Отлично, сделает под моим присмотром основную часть работы.       Локация: общая комната. Источник: видеофайл.       Вэй Усянь, откладывая телефон в сторону:       — Цзян Чэн, я тут в вейбо был… — начал он с легким оттенком беспокойства в голосе.       Цзян Чэн, поднимая голову от учебника и заранее хмурясь:       — Что там у тебя, давай быстрее. Я физику учу.       — Мне один знакомый написал, что Лань Сичэнь сегодня на контрольной четверку получил. Да еще и по математике, подумать только! Он же ее как свои пять пальцев знает, — Вэй Усянь постучал по подбородку. — Учитель Лао даже не хотел ему эту оценку в журнал ставить.       Прим.: знакомый, ну-ну. Кажется, он еще не понял, что та фейковая страница принадлежит мне. Кстати, на самом деле та контрольная была на университетском уровне и оценивалась чисто условно. Лань Сичэнь ее хотя бы сдал, а остальные и вовсе неуды получили. Но мы об этом умолчим.       — Да, и тема-то вроде нормальная была, — сочувствующе сказал Не Хуайсан, отрывая взгляд от телефона. — Мне, правда, не по силам, но третьегодки должны были справиться.       Цзян Чэн нахмурился еще сильнее и сжал учебник в руках так, что тот аж затрещал.       — Вот думаю, как бы его поддержать, — задумчиво произнес Вэй Усянь. — Подходить с утешениями не вариант, точно. Может, вкусняшек для него выпросить? Хотя Лань Сичэнь вроде не сладкоежка…       — Да быть не может, чтобы Лань Сичэнь контрольную завалил! — рявкнул Цзян Чэн. — Обманываете меня, да?       Прим.: дураком его все-таки не назовешь.       — Сам у него спроси, — спокойно предложил Вэй Усянь. — Хотя бы в том же вейбо. Лань Сичэнь сейчас в сети.       Прим.: выдержка не хуже моей и врет уверенно, так, что правду от вымысла не отличишь. Хороший союзник, горжусь собой!       Цзян Чэн ссутулился.       — Да что я ему скажу… — буркнул он.       — Вот и Лань Чжань ничего ему не скажет, и я не знаю, как подступиться, — вздохнул Вэй Усянь. — Не Хуайсан, ты как?       — Я тоже не знаю, что говорить, — грустно сказал Не Хуайсан. — От утешений Лань-сюну только хуже станет, подумает еще, что его слабым считают. А других идей у меня нет.       — Мда. Но что же нам, сидеть просто так? — Вэй Усянь воинственно взмахнул рукой. — Лань Сичэню ведь завтра лабораторную делать, вдруг он из-за переживаний не справится?       — Лань Сичэнь это тебе не Вэнь Нин, — хмуро заявил Цзян Чэн. — Никакие стрессы не помешают ему сделать все идеально.       — То есть, сегодня он от недостатка знаний четверку получил? — резонно спросил Вэй Усянь.       Прим.: Вот так, вот так! Почти подсекли! А теперь надо дать ему паузу на подумать.       — Вообще, по Лань-сюну вроде не видно, чтобы он нервничал, — неуверенно произнес Не Хуайсан. — Выглядит как обычно. Может, мы надумываем себе всякое?       — А чего молчит тогда, неужели с Лань Чжаня пример берет? — уверенно возразил Вэй Усянь. — Точно вам говорю, он не в порядке. Очевидно же, ну.       — Но раз он молчит, то и поговорить с ним толком не выйдет, — сожалеюще вздохнул Не Хуайсан.       — Действовать надо! — Вэй Усянь от избытка эмоций подпрыгнул на кровати. — Давайте ему приятный сюрприз устроим. Хм… как насчет хвалебной оды в его честь с утра пораньше? Только он выходит за порог, а мы его там уже поджидаем, куплеты сразу начинаем петь.       Прим.: Как ребенок, честное слово. Хотя даже дошкольники назвали бы эту идею дурацкой. Сойдет.       — А что, вроде хорошая мысль, — оживился Не Хуайсан. — Я могу помочь со стихами.       — Да что за дурь вы говорите! — рыкнул Цзян Чэн, который, судя по выражению на лице, на что-то решился. — Сидите лучше тут, не бесите никого. Я пойду.       — Да-а-а? — недоверчиво протянул Вэй Усянь. — А ты что собираешься делать?       — Попрошу со мной физикой позаниматься, — буркнул Цзян Чэн. — Или химией. Он сам говорил: когда объясняешь, понимаешь лучше. Вот.       Хлопнула, закрываясь, дверь. Вэй Усянь обменялся с Не Хуайсаном лукавым взглядом.       — Глядишь, и научится чему хорошему, — хихикнул Вэй Усянь и потянулся за телефоном.       Прим.: я-то сейчас прослежу, чему он там учиться будет.       Локация: четвертый этаж, комната соседей Лань Сичэня. Источник: аудиофайл.       Прим.: у этих горе-разведчиков ужасный микрофон на телефоне. Почти треть разговора пришлось додумывать самому, но по смыслу вроде все верно.       Деликатный, даже немного неуверенный стук. Легкий топот шагов.       — Цзян Чэн? — удивленно спросил Лань Сичэнь.       — Гм. Эм… физика. Если тебе не сложно… Можно? — промямлил гость.       — Конечно, заходи, — после паузы дружелюбно разрешил Лань Сичэнь.       Тяжелые шаги, а вслед за ними — прежние легкие.       — Я ненадолго. Эм… ну, отбой, знаешь, — голос приглушенный, но вполне отчетливый. — Хочу сказать… ты и за полчаса сумеешь все объяснить, в учебе ты лучший! — решительный рык. — И вообще… ну…       — Спасибо за комплимент, Цзян Чэн, — мягко произнес Лань Сичэнь, когда слова у его собеседника иссякли. — Может, начнем? Какая тема тебе непонятна?       — А, тема? Да вот…       Прим.: физическую ерунду пропускаю, нечего ее в памяти хранить. До девяти сорока трех ничего интересного не было.       — Мы немного задержались, извини, — повинился Лань Сичэнь.       — Я только за, — утомленно, но довольно заявил Цзян Чэн, и тут же добавил: — Ну… если, конечно, тебе удобно…       — Никаких затруднений, все хорошо, — дружелюбно сказал Лань Сичэнь.       — Да, хорошо тогда… — долгая пауза. После чего раздалось тихое: — Спасибо. Ты… очень помог, ты всегда помогаешь.       — Мне это в радость, — с непритворной лаской произнес Лань Сичэнь.       — Мгм, спасибо. Я… пойду, наверное.       — Заходи еще раз, если будет нужно.       — Мгм.       Прим.: Неплохо все идет. Следим дальше.       Следующий день, утро. Локация: столовая. Источник: аудиофайл.       — Итак, послезавтра у меня день рождения, — внушительным тоном заявил Вэй Усянь. — Я надеюсь, все приготовили подарки?       — Выпрашивать неприлично, Вэй-сюн.       — Приличиями меня стыдит Цзян Чэн, не отбирай у него хлеб, — жизнерадостно сказал Вэй Усянь. — Цзян Чэн, чего молчишь, где твое обычное: «Да какой подарок, я тебе лучше по шее дам!»       — Буду я еще на тебя слова тратить, балбесина. Лучше сразу по шее надаю, — голос, вопреки словам, звучал вполне миролюбиво.       — Ух, как страшно, хорошо, что я к такому привык. Но подарок-то у тебя готов?       — Лучше не беси меня! Готов, готов…       — Ла-а-адно, тогда можешь приходить, — радостно подытожил Вэй Усянь. — Не Хуайсан?       — Разумеется, Вэй-сюн, — скромный голос без тени ехидства или лукавства.       Прим.: Муа-ха-ха, сделал то, о чем ты просил, и даже больше! Кого-то ждет интер-р-ресное открытие!       — Лань Чжань, одно твое присутствие будет подарком, — бодро, но еще и с отчетливой теплотой произнес Вэй Усянь. — Придешь? Ты обещал!       — Приду, — ответил Лань Ванцзи. Его голос звучал со спокойной убежденностью, без единого проблеска безразличия или холодности, которые привыкли слышать от него все окружающие.       Прим.: действительно, и с чего люди начали их сводить? Упрямцы слепые, один другого стоит.       — Вэнь Нин?       — Я п-приготовил все, но не знаю насчет праздника… Много людей придет, наверное?       — Неа, я рассчитываю только на нас шестерых. А чего вы так смотрите? Я что, не могу провести свой день в узком кругу? Я каждый год малой компанией отмечаю, вон, Цзян Чэн подтвердит.       — Ага, так и есть, — отозвался тот. — Даже его болтовня имеет свой предел, развлечение большой толпы он не потянет.       — Точно, я же не вечный двигатель. Один день в году и мне надо брать паузу. Ну, что решил? Ты можешь согласиться сейчас, или сказать: «Да, конечно» потом, за обедом, — с хитрой интонацией произнес Вэй Усянь.       — Я п-пойду, — застенчиво ответил Вэнь Нин. Похоже, отсутствие толпы его приободрило.       — Вот и умница. Лань Сичэнь, ты, разумеется, тоже приглашен, но я хотел бы уточнить насчет подарка. Пусть это будет что-нибудь, связанное с Лань Чжанем, — нахально заявил Вэй Усянь и быстро уточнил: — Ну, знаешь, рассказ о каких-нибудь детских шалостях, интересные фотографии…       — Почему бы самого Ванцзи об этом не попросить? — поинтересовался Лань Сичэнь.       — Лань Чжаня я уже попросил прийти, второй подарок просить неприлично.       — Вот как. Тогда, — недолгая пауза. — Я что-нибудь найду.       Прим.: Эти их обмены взглядами напоминают телепатию. Даже я не понимаю, о чем они в этот момент друг другу «говорят»!       — Но, Вэй шиди, ты намерен праздновать именно в четверг? Не хочу обидеть, но я могу не прийти, отец попросил меня до конца этой недели подготовить документы по вопросам школьного самоуправления, это довольно непросто. Как насчет пятницы? — деликатно спросил Лань Сичэнь. — В этот день спокойно можно будет задержаться после отбоя.       — Да мы и так задержимся, во всяком случае, наша комната, — независимо сообщил Вэй Усянь. — А вы с Лань Чжанем и Вэнь Нином просто пойдете к себе.       — Тем более, что в пятницу я уезжаю домой, — добавил Цзян Чэн. — Сестра попросила наладить отношения с Цзинь Цзысюанем, — он тяжко вздохнул. — На выходных пойдем с ним куда-нибудь, начнем дружить, так сказать. Мне потребуется подготовка, а то даже сейчас думать об этом тошно.       — Цзян Чэн, я тебя не брошу! — тут же включился Вэй Усянь. Потом с сомнением добавил: — Хотя не знаю, как поведу себя, если павлин опять бесить начнет, а он начнет. Лань Чжань! Ты же хотел приехать ко мне в гости! Пойдешь с нами? Я без тебя ходить боюсь.       — Пойду.       — Здорово, Лань Чжань! — воодушевился Вэй Усянь.       — Я тоже хочу с вами пойти, — попросился Не Хуайсан. — В город, в смысле, насчет четверга и так все ясно.       Прим.: вы же не думаете, что я вас, слепцов, совсем без присмотра оставлю?       — Только давай, чтоб без съемок, ладно? — строго сказал Вэй Усянь.       — Ну конечно, Вэй-сюн.       Прим.: конечно, со съемками, у меня все под запись.       — Заметано, мы тебя ждем.       — Вообще-то не тебе решать, кто пойдет, Усянь, — сварливо заметил Цзян Чэн. — Но ладно, так и быть. Лань Сичэнь, — куда более приветливым тоном произнес он. — В пятницу никак не выйдет. Может, у тебя получится прийти в четверг? Я мог бы помочь тебе с делами, и сегодня, и завтра! По…пожалуйста.       Пауза.       — Хорошо, — едва слышный вздох Лань Сичэня. — Я непременно приду, в четверг так в четверг. Во сколько планируете начать?       — Ну… Мы так-то хотели сразу после занятий, — задумчиво произнес Вэй Усянь. — Потом ненадолго прерваться на ужин, а после него снова вернуться в комнату, продолжать развлекаться. Я знаю, что Лань Чжань в четверг после занятий играет на гуцине, да и ты вряд ли успеешь расправиться с делами до ужина, поэтому я ничуть не обижусь, если вы придете после него.       — Я пропущу занятие, — заявил Лань Ванцзи.       — Вот это да! — восторженно воскликнул Вэй Усянь. — Ух, как я жду четверга!       — Я не обещаю, что приду сразу после занятий, но постараюсь успеть до ужина, — с некоторым сомнением произнес Лань Сичэнь.       — Я сегодня же начну помогать тебе с делами, — решительно заявил Цзян Чэн. В его голосе слышалась упрямая настойчивость взбирающегося на гору человека. — Сразу после уроков, внеклассные пропущу.       — Но как же твоя подготовка к занятиям… — судя по голосу, Лань Сичэнь возражал без огонька, скорее для проформы.       — Если что, буду по ходу работы у тебя что-нибудь спрашивать, — уверенно сказал Цзян Чэн. — И еще после отбоя поучу. Мне не нужно много спать, пяти часов вполне хватает.       — Да не переживай так, Лань Сичэнь, я могу сам весь остаток недели к доске вызываться, чтоб Цзян Чэна учителя в покое оставили! — беспечно пообещал Вэй Усянь. — К контрольной по физике ты его уже подготовил, а больше письменных работ на этой неделе у нас не ожидается. Ничего с его успеваемостью не случится!       — Ну, раз так… Тогда я с благодарностью приму твою помощь, Цзян Чэн.       — Спасибо, — с облегчением произнес тот.       Прим.: неплохо, неплохо, даже говорить почти ничего не пришлось, все и так хорошо идет. Можно было бы пока оставить их в покое, но лучше, пожалуй, еще проследить за ними на этой работе, вдруг придется вмешаться.       Тот же день, около полудня. Локация: учебный класс. Источник: телефонные сообщения.       Сплетник: «Нужна помощь».       БудущийСыщикПрисмотрись: «Цена?»       Сплетник: «Копия полугодовых конспектов по физике, редакторство Лань Сичэня. И еще шпаргалки ко всем тестам на ближайший месяц».       БудущийСыщикПрисмотрись: «Годно».       БудущийСыщикПрисмотрись: «Работа?»       Сплетник: «Разговор в одном из кабинетов администрации, Лань Сичэнь и Цзян Ваньинь».       БудущийСыщикПрисмотрись: «Запись до конца дня. Если и завтра, то найди конспекты по химии».       Сплетник: «В наличии. Редакторство то же».       БудущийСыщикПрисмотрись: «С тобой приятно иметь дело. Звонок после трех».       Сплетник: «Ок».       Локация: административный корпус, кабинет заместителя директора по хозяйственной части (владелец в разъездах по городу). Аудиофайл (нарезка).       Прим.: большая часть разговора, посвященная работе, удалена. На основании тех сведений только делаю вывод, что оба – знатные трудоголики, определенно нашедшие друг друга. А я — определенно хороший друг, благородно помогающий им сойтись. Спасибо можете не говорить, я не тщеславный.       — Лань Сичэнь, можно тебя… эм.. — Цзян Чэн, начавший было вполне решительно, замялся, — спросить.       — Да, конечно, — подбадривающее произнес Лань Сичэнь.       — Усянь тут сказал… что ты контрольную по математике завалил… ну, то есть, четверку за нее получил. Из-за того, что нервничал. Гм. Да?       — Да, это правда, — безмятежный ответ. — Но не потому, что волновался или что-то подобное. Те задания были на уровне третьего курса профильного института, и я не смог справиться с ними должным образом. Пусть учитель не стал записывать оценки за ту контрольную в журнал, я все равно уже сделал работку над ошибками и при необходимости мог бы пересдать.       — Так и знал, вот ведь обалдуи хитрые… — пробормотал Цзян Чэн тихо.       — Ты о ком?       — Э-э-э… неважно. Я просто боялся, что ты… переживал из-за того, что я сказал на той неделе, — Цзян Чэн с упрямой решительностью выдавливал из себя слова. — Даже с учебой из-за этого проблемы начались. А у тебя же всегда все идеально идет…       Пауза.       — Оставим это, — мягко произнес Лань Сичэнь. — За тебя прежде всего говорят твои дела, а они безупречны. Это важнее любых слов.       — Нет, одних дел мало, — с прежним упорством заявил Цзян Чэн. — Я дурак, я виноват, я не сдержался. Понятно, что я переживал за Усяня, для него остаться на четыре дня без возможности вволю с кем-то пообщаться худшая пытка из всех. Он бедовый человек, сам нарвался, но он мой друг. Я вступился за него, но мне нужно было больше верить в тебя, он ведь и твой друг тоже. То, что ты сделал, было разумным вынужденным решением, и Усянь никак от него не пострадал. А я этого не понял сразу, вот и… Пожалуйста, Лань Сичэнь…       — Не нужно, — мягко, но настойчиво прервали его. — Не нужно еще что-то говорить, я все понял и давно уже простил. Мне первому следовало подойти, я же видел, что ты чувствуешь себя виноватым. Но я эгоистично хотел, чтобы ты сказал мне об этом вслух. Так я был бы полностью уверен, что ты и правда погорячился тогда, и что на самом деле думаешь обо мне лучше. Это я дурак, из-за своих страхов заставил тебя переживать, прости.       Пауза.       — Лань Сичэнь, — твердо сказал Цзян Чэн. — У тебя было полное право так поступать, я это заслужил. И вообще, если в будущем я опять по злости начну говорить что-то не то… просто врежь мне, со всей силы. Меня это отвлечет, а потом я уже одумаюсь. Решим все на месте, и не придется нам снова извиняться друг перед другом.       — У меня хорошо поставлен удар, — скромно сообщил Лань Сичэнь. — Мы с братом с малых лет занимаемся боевыми искусствами. Думаю, удар в полную силу может закончиться для тебя госпитализацией, а мне хотелось бы этого избежать. Не волнуйся, нам не потребуются такие меры. Достаточно, если ты будешь верить, что я поступаю правильно, а я буду верить, что все скверные слова в мой адрес на самом деле не то, что ты обо мне думаешь.       Пауза. Шелест бумаг.       — Слишком мило, черт возьми! — загромыхал Цзян Чэн в итоге. Лань Сичэнь издал короткий беззлобный смешок. — Если ты мне не врежешь, я сам себе врежу, вот и все! И нечего тут… и вообще… я и так никогда в тебе больше не усомнюсь, точно!       — Взаимно, Цзян Чэн.       Прим.: Ого, я даже немного стыжусь, что подслушал. Зато теперь я точно могу оставить их в покое, на какое-то время. Сюжетная линия номер два близка к завершению! Она оказалась проще, чем я думал, мне даже работать почти не пришлось. Вот, вот кто меня радует!       Результативность «РК»: 99%       Общий результат: 78-80%       Сюжетная линия номер один.       Прим.: Мда, больше месяца уже бьюсь над этим. Стараюсь, стараюсь, а до финала по-прежнему как до луны. Если бы не дружеский долг вместе с профессиональной гордостью, оставил бы это все на Лань Сичэня, тот и о своих, и о чужих отношениях позаботиться успевает. Ладно, даже если я решил взяться за это дело из-за сиюминутной прихоти, все равно доведу его до победного конца. Мне ведь нужно тренироваться в решении сложных задач.       Прим.: так, подготовка к операции «ПД» (праздничный день) практически завершена. В этот раз метод, можно сказать, шоковый, но что мне еще остается, когда более мягкие не сработали. По моим расчетам, ничего действительно ужасного ни с кем не произойдет, все-таки сила воли Ханьгуан-цзюня не поддается никакому измерению. Если что, вмешаюсь. Мне, правда, по завершению операции и самому достанется, но чего не сделаешь ради друзей! Тем более, что выкручиваться я мастак.       Прим.: и вообще, бестолочь первостатейная, это тебе за тот разговор после ужина в понедельник! Я уже распланировал для вас приближение к развязке, а ты все испортил! Ханьгуан-цзюнь теперь точно ничьим другим словам больше не поверит, а от тебя когда еще дождешься. Эх, на десять шагов назад откатились, ну да ладно, терпения мне не занимать, я вас еще переупрямлю.