Гореть

За своим рабочим местом Ричард чувствовал себя неувереннее прежнего. Он не понимал, почему Камски, наконец-то дорвавшись до желаемого, решил обождать. «Он даёт мне шанс передумать?» — спрашивал сам себя RK900. Всё уже было решено вчера. Ричард не собирался отказываться от своих слов. Когда этот рабочий день закончится, начнётся совсем другая жизнь. RK900 оправдает свою модель. Он станет полноценным детективом: сильным, выносливым, дальновидным, расчётливым и рассудительным. Никакие эмоции, жалкие и дефективные, не смогут помешать становлению Ричарда полноценным членом стражей правопорядка. «Мне не стать девиантом», — эта мысль больше не приносила боли. Ричард просто смирился. Он смотрел на Коннора, в последний раз любуясь его улыбками. Завтра они больше не вызовут умиления. Это было жестоко. Кто, если не названый брат, имел право знать о таком непростом решении? Ричард понимал, что поступал подло, но ничего не мог поделать. Коннор не поймёт. Он никогда не знал, что означает быть неудачником во всех отраслях своей жизнедеятельности. Ричард был благодарен своему брату за заботу и внимание. Он обязательно сохранит эти важные воспоминания, хотя больше никогда не вернётся к ним и не ощутит укол щемящей нежности. В конце концов, у Коннора был Хэнк. Он переживёт. Справится. Погода была на редкость приятной. За окном светило солнце. Ричард подпёр голову согнутой в локте рукой. Жизнь была по-особенному желанной сейчас. RK900 наслаждался всеми доступными ему прелестями с лёгкой грустью, но он ни о чём не жалел. Элайджа Камски завершит своё детище, сделав Ричарда настоящим RK900, а не жалкой пародией, которую даже перестали брать на задания, оставив в качестве печатной машинки. Вести документацию было слишком легко. Эта работа — смехотворная и жалкая. Ричард прикрыл глаза. Вскоре его примут. Он будет лучшим в этом участке. Новые возможности пьянили рассудок RK900. Сам того не понимая, Ричард попал в сети умелого паука. Элайджа Камски казался безобидным. Он всегда обходительно улыбался, уверенно говорил и никогда ни на чём не настаивал. Однако каждое его слово — тоненькая нить. Паук — терпеливое создание. Он мог долго сидеть в засаде, прислушиваясь к едва ощутимому колебанию паутины. Ричард запутался. Отчаялся. Его голову повернули в нужную сторону и не давали осмотреться по сторонам. Элайджа Камски всегда получал желаемое. Тогда, спасая Ричарда от неминуемого отключения, в его голове промелькнуло яркое:«Хочу!». Это пресловутое «хочу» в дальнейшем определило весь жизненный путь великого гения. — Привет, болванчик, — Гэвин Рид прошёл мимо рабочего стола Ричарда и уселся на свой стул. Сегодня он впервые за долгие годы опоздал. Явно вчера праздновал успешное окончание задержания. RK900 проигнорировал приветствие, впрочем, как и ноги, которые Гэвин без промедления закинул на стол. — Как дела с бумажками, король отчётов? Если детектива игнорировать, он отстанет сам. Правда, бывали дни, когда Гэвин был особенно приставучим и сбавить его необузданное желание утомить всех окружающих было не так-то просто. — Тебе уже дали повышение до главного писаря? После обслуживания автоматов это неплохой карьерный рост. Коннор бы уже давно вступил в словесную перепалку, но Ричард не был таким сильным. Ему никогда не хватало уверенности в собственных силах. Он был жертвой, которую прекрасно чуяли подобные Гэвину мудаки. RK900 стало обидно. Он разгребал все отчёты детектива Рида, вылизывал их, чтобы никто даже при особом желании придраться не мог, а вместо благодарности получал очередные насмешки. Неужели ему никогда не добиться хотя бы немного признания? — За что Вы меня так ненавидите? — не выдержав, спросил Ричард. Рид, привыкший к постоянному молчанию андроида, замешкался. Ричард смотрел прямо на него, и в его обычно непроницаемом лице Гэвин на миг увидел...грусть? Детектив несколько раз моргнул. Привиделось. — Пиши бумажки, — огрызнулся Рид, не сумев ответить на, казалось бы, простой вопрос. Невольно разум подкинул картины из прошлого, когда лучшая подруга, Тина Чэнь, тоже пыталась достучаться до Гэвина. За что он ненавидел андроидов? За их идеальность? Ричард был далёк от этого понятия, как Хэнк от трезвости. За то, что они были всего лишь имитацией жизни? Вероятно, да. Но ключевым словом здесь была «имитация». Их создатель, некогда Элайджа Рид, тоже успешно имитировал родного брата. У него, отдать должное, неплохо получалось. Гэвин фыркнул себе под нос и уткнулся в экран смартфона. От размышлений всё настроение плавно пошло по пизде. Долбаная жестянка с долбаными триггерными вопросами. Это его система подсказала, что нужно спрашивать? Гэвин решил забить на всё. До конца рабочего дня он открыто залипал в телефоне, делая при этом настолько сосредоточенный вид, что никто не решался его трогать. Когда на город опустился вечер, аккумулятор Гэвина на весь экран показал ему красную батарею. Рид словно бы очнулся от гипноза. Внезапно он обнаружил себя за просмотром быстрых видео с кулинарными рецептами. Да он в жизни ничего подобного делать не будет! Семена чиа. Вот ещё! Мраморная говядина. Пустая трата денег для выпендрёжников и мажоров. Гэвин не считал себя нуждающимся, но деньги он считать умел. Рид выключил терминал, откинулся на спинку кресла и окинул взглядом опустевший отдел. Ричард вяло натягивал на себя чёрное пальто. У него мелко дрожали руки. Пуговицы никак не хотели заходить в нужные отверстия. Андроид раз за разом промахивался. Его диод размеренно мигал жёлтым. Гэвин поднялся, резко стащил свою кожанку с крючка и быстро вдел в рукава руки. До машины можно было дойти, как крутой парень. Нараспашку. Холод для слабаков. Гэвин уже хотел уходить, как неожиданно замер. Ричард по-прежнему боролся с одной пуговицей. Завис он что ли? — Стажёр, ты сейчас реально напрягаешь меня. Гэвин не выносил чужих страданий. Он вообще терпеть не мог слабость, особенно свою. Ричард не отреагировал. Даже не удостоил детектива взглядом. Гэвин рыкнул, подошёл ближе, ощутимо ударил RK900 по рукам. Андроид безвольно опустил их. Рид принялся сам застёгивать все пуговицы на чужом пальто, стараясь не думать о том, какого хрена он вообще творил. Спустя несколько секунд Ричард вышел из своего транса. Гэвин ощутил полный любопытства взгляд. Или это было только его воображение? Последней деталью был шарф. Гэвин повязал его вокруг шеи Ричарда так плотно, что обычный человек вполне мог почувствовать дискомфорт. RK900 не дёрнулся. Лишь смотрел своими большими серыми глазами едва ли не в самую душу. Он ждал объяснений, ведь жест Гэвина вполне можно было расценить как...заботу? Рид это понимал. Он отстранился от Ричарда с показательным раздражением на лице. — Бесишь! — бескомпромиссно заявил детектив, будто бы одно это словно оправдывало его поступок и автоматически возвращало статус «говнюка». Имидж, как известно, надо было поддерживать. Гэвин покинул участок первым. На парковке он остановился у своей машины, но почему-то не спешил садиться внутрь. Издалека он наблюдал за Ричардом. Тот стоял у дороги, сжимая в руке увесистую сумку, и периодически осматривался по сторонам. Их разделял всего лишь один ряд парковочных мест. Чего ждало это ведро? И зачем ему столько вещей? Автобусная остановка была в другой стороне. Не то чтобы Гэвин вообще следил за передвижениями Ричарда, но тот ездил на общественном транспорте. Это была обычная наблюдательность. Годы работы заставили Рида подмечать малейшие изменения в окружении. Гэвин не был параноиком, не любил ничего преувеличивать или искать скрытый смысл там, где его не было, но сегодня Ричард вёл себя необычно. Он не пытался быть «максимально продуктивным», фонтанируя бурной деятельностью на весь участок, а витал в облаках. Когда рядом с Ричардом остановился дорогой автомобиль, подозрения Гэвина на глазах стали набирать силу. Вряд ли пластиковый болванчик захотел подзаработать на стороне, развлекая богатых папиков-извращенцев. Рид покрутил ключи от машины на пальце, сунув те в карман куртки, и впился взглядом в тонированные окна автомобиля. Одно из них, со стороны пассажира, медленно опустилось. Гэвин до боли сомкнул челюсти.

***

Ричард стоял у дороги, кутаясь в шарф. Он даже не пытался ослабить его тугой хватки. RK900 чувствовал себя так, словно стал свидетелем чуда. Его программа социальных взаимодействий не была полноценной, как у Коннора, но даже с таким неполным набором функций Ричард был уверен в одном: Гэвин сам не ожидал от себя подобной выходки. Что же это было? Ричард знал Гэвина довольно поверхностно, только ту откровенно не самую лучшую его сторону. Каким был детектив Рид на самом деле? Ведь он всё-таки имел друзей. Возможно, на работе отношения у него не срослись, но Гэвин часто просиживал свободное время в телефоне, при этом не просто листая новости, а явно с кем-то переписываясь. Неужели в мире существовали люди, которые знали Гэвина Рида не как говнюка, а как вполне приятного парня? Ричард не выдержал. Обернулся. Он знал, что на парковке осталась лишь машина Рида. Гэвин перехватил его взгляд. Нахмурился. RK900 поспешно отвернулся, как подросток, которого поймали за подглядыванием. Возможно, он всё себе надумал. Он действительно был жалок в тот момент, когда не попадал пуговицей в отверстие, а Рида это всего лишь вывело из себя. Рядом остановился чёрный автомобиль с тонированными стёклами. Окно со стороны пассажира медленно опустилось, и Ричард увидел приветливое лицо Элайджи Камски. — Добрый вечер, Ричард. Ещё не передумал? RK900 замешкался. Он бросил мимолётный взгляд на водителя. Это был андроид. Холодный, безжизненный, идеальный, как кукла, которая послушно выполняла заданные команды. Обычный безликий механизм с оболочкой человека. Ричард действительно хотел стать таким? В самый ответственный момент сомнения накрыли RK900 с головой. Он не хотел быть мёртвым грузом для всего участка. Тем, кто обладал потенциалом, но не мог его раскрыть, но безучастное лицо андроида-водителя его пугало. — Ты боишься? — ласковый голос Камски вывел Ричарда из раздумий. — Не переживай. Я обещал тебе, что страх отступит. Элайджа потянулся назад, открыв заднюю дверь. Мягкое сидение, обтянутое белой кожей, казалось Ричарду беспроглядной бездной. Если он сядет сейчас, то не вернётся никогда. Когда Ричард готов был взорваться от напряжения, чья-то рука внезапно захлопнула дверь. RK900 обернулся. Рядом с ним стоял Гэвин Рид. Его мелко потряхивало. — Мистер Рид? — тихо спросил Ричард. — К машине. — Что? — Быстро. Пошёл. К моей. Машине, — отчеканил Гэвин, из последних сил сохраняя спокойствие. — Но... — Это приказ! — рявкнул Рид. Он грубо оттолкнул Ричарда от автомобиля Камски. Андроид пошатнулся, но сумел сохранить равновесие. Гэвин выглядел не просто злым — его ненависть полыхала, как объятое огнём сухое дерево, предварительно облитое бензином. RK900 побоялся ослушаться. Он отступил и неуверенным шагом направился к машине Гэвина. Элайджа Камски проводил свою добычу несколько раздражённым взглядом. Он вопросительно посмотрел на Гэвина. Они узнали друг друга. Сразу. С первого взгляда. Но не нашли слов. Гэвин стоял, нервно сжимая кулаки в карманах куртки, а Элайджа откровенно рассматривал его, словно сравнивая образы из прошлого с настоящим. Гэвин всегда был таким. Уверенным, самостоятельным, готовым послать весь мир нахуй. Он был талантливым парнем, который всё детство прожил в тени гения, и поклялся себе больше никогда не уступать. Элайджа медленно перевёл взгляд на Ричарда. Тот стоял рядом с автомобилем Гэвина, вжав голову в плечи. Запуганный, забитый, запутавшийся андроид, который послушно следовал за более сильным течением. И сейчас этим течением был не Камски. — Поехали, — с улыбкой бросил своему водителю Элайджа. Гэвин молча наблюдал за тем, как его ненавистный брат медленно исчезал за тонированным стеклом. Они расстались так же неожиданно, как и встретились, так ничего и не сказав друг другу. Гэвин стоял неподвижно на тротуаре, стараясь перевести дыхание. Его виски терзала нещадная боль. Рассудок, затуманенный вспышкой ненависти, медленно прояснялся. Когда Гэвин обернулся, он поймал на себе выжидающий взгляд Ричарда. — Твою же мать, — ёмко охарактеризовал ситуацию детектив. И что ему теперь делать с этой жестянкой?