Цена Жизни

      Заплёванный подъезд выглядел абстрактно и зловеще в свете мигающей лампы, что вот-вот должна погаснуть.       Худой мужчина с недельной щетиной, курил на лестничной клетке, по обыкновению пустой. Когда они с друзьями собираются кутить, весь подъезд замирает, обходя их этаж, как проклятый. Сизер довольно улыбнулся своим мыслям. Пусть знают! Что именно — непонятно, — но пусть. Соседский страх и следующее за ним чувство вседозволенности приятно грело ощущение собственной значимости.       Рядом что-то зашумело. Мужчина повернул голову. Какой-то чел замешкался на лестнице, шурша пакетом. Но увидев агрессивный взгляд тощего человека с сигаретой, пацан съёжился и поспешил ретироваться, не желая выяснять, что на уме у угрюмого незнакомца.       Сизер перевёл взгляд на пакет. Вот лузер! Обделался так, что даже бросил покупки, лишь бы скорее унести ноги. Неужели он такой страшный?       Подняв звенящий пакет, он ознакомился с содержимым: две бутылки с бухлом, причем не самым дешёвым! Не хило!       Сизер довольно почесал покрытое наколками плечо и направился вместе с добычей в сторону двери, из-за которой доносились пьяные вопли его друзей.

***

      Дору зашёл во двор. Сегодняшняя прогулка была какая-то пустая, что ли. Не скучная, не весёлая. Словно некий повседневный ритуал. В любом случае завтра на учебу, а потом на подработку. Сегодня лучше развеяться вдали от ненавистной каморки, которая вроде должна быть местом для отдыха и подготовки, но дефакто является тем ещё гадюшником.       Парень остановился перед машиной скорой, перегородившей вход в подъезд. Двое медиков выносили носилки с неподвижным телом, в котором он узнал одного из буйных соседей. Рот и белая майка были заляпаны багровыми пятнами. Пропустив санитаров, Дору прошмыгнул в подъезд. Там он чуть не столкнулся со следующей парой врачей, выносящих ещё одни носилки.       Парень поспешил далее по коридору, отвечая на короткие приветствия соседей, что большой толпой высыпали в подъезд. Люди охали и качали головой, сетуя на отморозков, допившихся до смерти.       Дору зашёл в свою однушку, захлопнул за собой дверь и рухнул на кровать. От осознания произошедшего захватило дух.       Он убил их!       Ещё когда он шёл в автомагазин, покупая какую-то техническую жидкость, он вроде осознавал, что делает. Но тогда это было чем-то вроде смеси злобы и странной отстранённости.       В попытке изменить хоть что-то, он не ставил целью именно убивать. А так, сделать то, что сделается, лишь бы не сидеть на месте. Но он убил их! Они мертвы! Все! Они прекратили существовать! Больше никогда они не будут дышать, смеяться, общаться… а так же бухать, орать, бросаться на соседей, лишать людей сна!       Он сделал это. Он принял решение: они мешали ему жить, они отбирали у него будущее, и за это он сам решил их жизни! И остался вне подозрений. Ты о таком и не подумал, Лунгу?!       От смеси противоречивых эмоций, Дору машинально потянулся к холодильнику, заесть волнение.       Держа одной рукой сендвич, он включил на компьютере расслабляющую классику и открыл учебник.

***

      Идеально изложенный монолог усилил уверенность в себе. Последнее предложение он произнёс с особым энтузиазмом и без запинки. Дору бросил довольный и одновременно опасливый взгляд на преподавательницу. Госпожа Вайорика смотрела на него с нескрываемым удивлением.       — Ты меня сегодня радуешь, Дору! — женщина глядела из-под очков прямо ему в глаза. Парень слегка поступился. Под этим взглядом ему всегда было неуютно. Впрочем, слова похвалы противоречили плохо скрываемому разочарованию на её лице. — И что же с тобой случилось? Я надеюсь ты и дальше продолжишь в том же духе? — она вновь сверкнула взглядом. — Если что, ты обращайся за помощью. — При этих словах кто-то из сокурсников хихикнул.       — Нет, спасибо, госпожа Ионеску, — ответил Дору, стараясь не встречаться с ней глазами, — думаю, я справлюсь. Я могу идти?       — Конечно, Дору, — учительница вернулась к журналам, потеряв к нему всякий интерес.       Он облегчённо выдохнул, возвращаясь на своё место.       — Ну ты дал, — прошептал студент из соседнего ряда. — В чём прикол?       — Готовиться никто не мешал, — буркнул парень.       Дору вспомнил, как он избавился от помехи. И внутри снова закипела смесь мандража и чувства победы. Лучше вспоминать это, как что-то неприятное, но не более. И подумать об открывающихся перспективах.

***

      В коридоре учебного заведения, как всегда было людно. Дору облокотился на подоконник окна, по привычке решив дождаться, когда основной людской поток схлынет и можно будет без давки забрать свою куртку.       Он вспомнил свой ответ на паре. Неужели его дела действительно сдвинулись с мёртвой точки? Теперь он реально осваивает язык. Перспектива устроиться лингвистом в посольство или другую международную организацию становится всё менее размытой! Может, он даже посетит Японию, где сможет свободно общаться с местными. Неужели мечта воплощается в реальность?       — Извините.       Дору обернулся и слегка опустил глаза вниз. Перед ним стояла невысокая девушка. На вид ей было лет шестнадцать-восемнадцать. Ниспадающие до плеч русые волосы и слегка курносый носик лишь подчёркивали её миниатюрность, что придавало ей довольно милый образ.       Девушка продолжила смотреть на него снизу вверх и, как показалось, слегка привстала на носочках, будто это могло ускорить его ответ.       — А… — молодой человек на секунду замешкался, но тут же прогнал наваждение. — Да-да, слушаю!       Незнакомка спрятала улыбку.       — Мне нужно в деканат, не поможете его найти?       — А, да, конечно, — Дору немного расстроило такое официальное обращение, — это надо на третий этаж, второй кабинет слева.       — Спасибо! — кивнула девушка, надевая на плечо свою сумку, и собралась уходить.       — А на какой факультет… поступаешь? — зачем-то выпалил парень, тут же мысленно отругав себя за бесцеремонность.       — Лингвистики, — удивление девушки сменилось короткой улыбкой, — японское отделение.       — О, я тоже там учусь! — ответил Дору. — Первый курс.       — Здорово, значит, ты первый с курса, с кем я познакомилась, — ответила девушка. — Я Крин. Крин Георге.       — А… рад знакомству, — отчеканил юноша, мысленно радуясь, что девушка перешла на ты. — А я…       — Дору! — раздалось из-за спины. Обернувшись, он увидел госпожу Вайорику. — Ты ещё здесь?       — А я Дору, — досадным голосом произнёс парень, обращаясь к Крин. Внутри всё загорелось неприятным ощущением вперемешку с раздражением. Что ещё понадобилось преподавательнице?! — Да, госпожа Ионеску?       — Зайди ко мне в кабинет, есть разговор по предстоящему экзамену.       Дору на секунду замешкался. Знаем мы ваши разговоры. С другой стороны, вопрос действительно может быть по учёбе. Не смотря на свои маленькие пристрастия, работу свою женщина знала. К тому же он избавился от хвостов и крыть ей более нечем.       — Хорошо, сейчас буду, — пробормотал Дору и бросил девушке: — Ладно, меня зовут, до встречи.       — Вижу, — улыбнулась та, — пока!       — Дору, поторопись! У меня мало времени, — госпожа Вайорика направилась к двери, попутно смерив взглядом удаляющуюся крохотную фигурку.

***

      — Я проверила твоё домашнее задание, всё отлично. И твой сегодняшний ответ меня очень удивил. Вижу, что это не разовая акция и что-то реально изменилось в твоей жизни.       — Спасибо за оценку, госпожа Ионеску, — осторожно ответил Дору, сидя на стуле напротив преподавательницы. Внутри пробежал неприятный холодок. Нет. Конечно она не может знать о том, что произошло у него дома. Да и вообще, судьба кучки выпивох никого интересует. — Но не совсем понимаю, зачем Вы меня вызвали? Мои оценки повысились. До экзаменов я допущен.       — Видишь ли, Дору, — госпожа Вайорика заметила его волнение, но, видимо, истолковала его по-своему, — допуск до экзаменов будет проводить комиссия, состоящая из нескольких учителей, в том числе и меня.       Она встала из-за стола. Дору было поднялся следом, но неожиданно женщина положила руку ему на плечо. Мягко, но настойчиво, она усадила его обратно.       — И я очень хочу, чтобы ты прошел, — она не убрала руку, — и я надеюсь, что ты будешь умным мальчиком и не сделаешь ошибок, — учительница наклонилась к нему. Дору почувствовал её теплое дыхание у себя над ухом.       — Госпожа Ионеску, — Дору всё-таки выбил из себя лёгкий мандраж. Он не боялся женщин. Скорее это были остатки детской инфантильности. Ещё бы, ведь рос он без отца. И образ взрослой уверенной тети, имеющей некую власть, иногда вызывал у него легкую робость. — Мне кажется, мы уже проходили этот разговор. Я более чем прямо дал Вам понять, что не нуждаюсь в… индивидуальных занятиях.       Он не ожидал от себя столь колкого тона, и ему это даже понравилось. Однако, после этих слов пальцы госпожи Вайорики только сильнее сжались на его плече.       — Дору, послушай меня, — женщина потянула его за плечо, наклоняясь ближе, так, что хвост чёрных волос упал ей на грудь, — я не понимаю, что ты из себя строишь? У всего в этой жизни есть цена. И это большое везение, когда цена не только выполнима, но и приятна. — Её рука расцепила хватку и осторожно скользнула на грудную мышцу юноши. Дору против воли понял, что ему приятны её прикосновения. — Неужели я тебе не нравлюсь?       Госпожа Вайорика слегка отстранилась, давая возможность оглядеть себя. Было видно, что она уже на взводе. Женщина действительно была очень хороша собой. На глаз ей не дашь больше тридцати, хотя реально ей под сорок. Стройная фигура и высокая грудь идеально сочетались со строгим деловым костюмом. И всё это сейчас предлагают Дору в обмен на его же перспективы.       Парень судорожно сглотнул, чувствуя, как закипает кровь. Преподавательница поняла его состояние и потянулась пальцами к блузке. Но внезапно перед глазами юноши встала смешная курносая мордашка, нетерпеливо глядящая в глаза в ожидании ответа.       — Да какого хрена! — Дору вскочил со стула, невольно отталкивая учительницу. — Вы за кого меня держите! — он дёрнул за ручку, но дверь оказалась заперта.       — Т-ты… — госпожа Вайорика сверлила его злобно-стервозным взглядом отвергнутой женщины. — Ты что творишь, Дору?! Ты за это ответишь! — женщина потрясла каким-то журналом и болезненно потёрла плечо. Похоже, он действительно сильно её толкнул. Впрочем, плевать, сама виновата!       — Идиот, импотент! — процедила учительница. Её голос затрясся и на глазах выступила влага. Как примитивно! Можешь забыть об экзамене!       От этих слов Дору почувствовал, как его разбирает бешенство, он едва сдержался, чтобы не придушить преподавательницу на месте.       — Как Вы сказали, у всего есть цена? — он смерил женщину взглядом. — Так вот, у меня свои способы оплаты!       Юноша с силой рванул дверь, вырывая хлипкий замок с мясом. В коридоре было пусто и никто не видел произошедшего, впрочем, какая разница! Он не какая-то проститутка!       В кабинете, за сломанной дверью, стройная женщина в деловом костюме отшвырнула со стола журнал и осела на стул, заходясь в беззвучном рыдании.

***

      Дору пришел в себя только когда покинул университетский двор. Он стоял, оперевшись рукой о дерево, и тяжело дышал. Охренеть! Такого поворота он не ожидал. Конечно, Ионеску не скрывала своих намерений, но он не думал, что она зайдёт настолько далеко.       Он как наивный дурачок полагал, что исправив учебу, лишит её средств давления, но того, что она перейдёт на откровенный шантаж! Дору конечно не строил из себя монаха, ему ничего не стоило ответить согласием и переспать с учительницей. И чисто физически он бы получил удовольствие и был бы не против. Но… но не так он представлял себе свой первый раз! Не так. Наверно так рассуждают люди, у которых ещё осталась в душе надежда на какие-то лирические идеалы. Да и сама мысль, что его снова тыкают мордой перед фактом, снова ставят ультиматум, плюя на его мнение и личные чаяния, приводила в бешенство! Серьезно, такой лютой злобы он ещё не ощущал. Волнение от убийства соседей теперь показалось ему незначительной мелочью.       — Как же вы все меня задрали! — прорычал юноша. Как ему теперь решить эту напасть? Действовать сгоряча нельзя, а то проблему не исправишь, а только прославишься, как покойный Нику. Интересно, он так же сидел где-нибудь в тишине, раздираемый всепоглощающим бешенством? Но Дору не будет действовать так глупо! Он не собирается тупо принимать героизм, в итоге оставшись ни с чем. Он собирается взять своё!       Что же всё-таки такое мальчишка пережил в этой школе, что жажда мести пересилила страх за своё будущее? И почему он всё время сравнивает свои действия и его, словно решил продолжить за пацана его жизнь?!       Внезапное воспоминание проснулось в мозгу. Дору достал мобильник и открыл браузер, снова ища данные по тем событиям.       Так… Так. Это он уже читал, это тоже. Вот!       »… одноклассница Лунгу отказалась разговаривать с журналистами…» «выжившая одноклассница… Крин Георге!»       Парень сел на лавку.       — Офигеть! — ошарашено пробормотал он.