питер пен.
18 декабря 2019 г., 19:31
а я по-прежнему ищу тебя в толпе прохожих. не чувствуя четыре тыщи километров между нами словно. между нами что-то было, кроме этих километров, помнишь? нет.улыбаться громко.дышать ровно.
На следующий день Северус Снейп впервые не пошел на уроки. Он хотел сказаться больным, но мадам Помфри сразу бы поняла, что с ним всё в порядке и отправила на занятия. А там он встретил бы чертового Сириуса Блэка, потому что чертовы деканы чертовой школы решили, что будет здорово, если добавить больше объединённых уроков Слизерину и Гриффиндору, в то время как счастливчикам Пуффендуйцам достался Когтевран. В общем, на занятия Северус не хотел. Он вообще ничего не хотел с недавних пор. Только, может быть, утопиться, или удавиться, или сразу всё вместе. Декану своего Дома, профессору Слагхорну, он сказал, что его любимая бабушка, папина мама, погибла, и ему нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Даже если бы профессор решил отправить сову с соболезнованиями отцу, папа всё равно бы не ответил, потому что все письма с эмблемой Хогвартса отправляются в топку. Он не будет рассекречен. Северус чувствовал себя виноватым перед бабушкой, будто он пользуется ею как вещью, но ведь она и вправду умерла, просто пару лет назад. В любом случае, у Слагхорна не было никаких вопросов, потому что его любимый студент стоял перед ним мертвенно-бледный, с красными глазами и прятал дрожащие руки. Он весь день провёл в кровати, просто глупо уставившись в холодную стену и периодически моргая. Мальсибер и Нотт приходили. Они рассказывали, что было на занятиях, как Мародёры довели Плаксу Миртл и она затопила все туалеты, как Пивз нашел где-то краску и теперь все первокурсники словно радужные пони. Ответом им была тишина и отсутствующий взгляд в окно. Потому что глупые друзья — «Нет, нет, я не должен так думать, они вовсе не глупые, они лишь пытались поднять мне настроение» — только начали говорить о гриффиндорском квартете, а Северусу уже было больно дышать из-за комка в горле. Он не хотел вспоминать о этих людях. Точнее, об одном человеке. Какими бы благими не были намерения друзей, Северусу стало хуже.***
— Почему ты так меня называешь? — Северус достал с верхней полки чашку в виде головы дракона, с интересом её рассматривая. Сириус устроился на полу кухни в окружении десятка книг и пары футового свитка, описывая войну за независимость гоблинов и её влияние на всё магическое сообщество. Он уже третий день пытался написать больше трёх строчек, но кроме как «Война прошла хорошо, а кто не с нами, тот под нами» у него ничего не получалось, в то время как летний доклад Северуса почти достигал двух футов. — В детстве это был мой любимый персонаж, — Сириус поднял голову и пожал плечами. — Потому что он бы весёлым, маленьким и невероятно красивым. Как ты. А ещё его все очень любили. — Не думаю, что я много кому нравлюсь, Сириус. — Ты нравишься мне, и я готов любить тебя за всех остальных. Этого будет достаточно, — парень нежно улыбнулся, обнажая зубы, и почесал себя за ухом, как игривый щенок. — А теперь ты дашь посмотреть мне твой доклад?***
— Нет, ну ты скажи, бестолочь, зачем тебе нужно было догонять того гуся? — Северус обрабатывал раны гриффиндорца каким-то маггловским дезинфектором. Он не очень верил в его надёжность, но мистер Блэк заверил его, что он укусов домашних птиц ещё ни одна собака не сдохла. — Ты посмотри, у тебя все руки искусаны! А если пойдёт заражение? — Но ты же сказал, что хотел бы его потрогать! Сириусу нравилось, когда Северус злился. Он забавно притопывал ногой и сжимал кулачки, от чего был похож на капризную принцессу из детских сказок. Вот только те принцессы были глупыми и раздражающими, а слизеринец вовсе не был. Он смешно откидывал волосы со лба, а его тихое змеиное шипение было на вкус как молочный шоколад. — Это вовсе не означало, что нужно было хватать его за хвост! Как тебе вообще такое в голову пришло? — Потому что я люблю тебя, Питер Пен.***
— Видеть тебя не желаю! — в Сириуса полетела подушка. А когда он откинул её и приблизился к слизеринцу, тот переместился в другую часть крыши сарая. — Ох, это взаимно! — Псина блохастая! — летящая чашка, и Сириус снова ловит. — Аспид безхвостый! — Ненавижу тебя! — запакованная пачка конфет прилетела Блэку точно в лоб. — Чудесно, потому что я тебя люблю! — Я тебя тоже! — не задумываясь выпалил Северус, тут же забывая, о чём они спорили. Он замер на секунду, по довольной улыбке парня понимая, что проиграл. Глубоко вздохнув, Северус буркнул через секунду: — Умри.***
Северус закрыл накрыл голову подушкой и громко закричал в матрас. Глупая, глупая-глупая память. Он не должен этого помнить. Он не хочет. Он больше не может. Он сдаётся. «Потому что ты самое дорогое, что у меня есть, Питер Пен. Не дай мне тебя потерять.»
