Ты моё прошлое, настоящее и будущее

Прямо перед Петуньей стоял огромный Замок. Только что перестроенный Пожирателями Смерти. Хогвартс из белоснежного мрамора, с большими резными окнами, с огромными главными дверями… Большое Чёрное Озеро, берега которого были оборудованы под прогулочную зону, Гремучая Ива, раскинувшая ветви с густой листвой, парковые дорожки вокруг Хогвартса… И никого. Ни единой живой души. Даже не смотря на то, что ещё май месяц. — А где… — Она прокашлялась, потому что голос почему-то не слушался. — А почему тут никого нет? — Все ученики и преподаватели в Хогсмиде, это деревня торговая наша, там сладости продаются, да и пабы есть. — Охотно пояснил Томас, начиная движение в сторону Замка. Петунья за ним. — Мы только прошлым летом это место обновили, полностью перестроили всю территорию. Но от этого, я думаю, Хогвартс стал только красивее. — И мне можно туда войти? — Восхищённо спросила женщина, осторожно ступая по мягкой изумрудной траве и едва не задерживая дыхание от восторга и неверия в происходящее. — Конечно можно, не просто же так я тебя сюда привёл. Они вместе дошли до больших дверей, которые сами собой открылись при их приближении, и зашли внутрь. Замок сверкал своей чистотой, такой невозможно-аккуратный, лестницы, ведущие наверх, так и манили Петунью. Ей хотелось взлететь по ним, увидеть весь Хогвартс, всё, что его окружает… И она, выпустив ладонь Тома и позабыв о том, что сама уже не подросток, взлетела по ступенькам, на самый верх, на Астрономическую Башню. Подбежав к оконному проёму, Петунья раскрыла руки навстречу ветру и рассмеялась: счастье! Всё вокруг было пронизано счастьем! И, казалось Петунье, это было её счастье. Вдоволь насладившись видом и потоками ветра, она, словно девчонка, побежала осматривать остальной Хогвартс. Первым местом стала Башня Гриффиндора. Идя по лестницам, блондинка с восторгом рассматривала движущиеся портреты, а те отвечали взаимностью. Что-то странное, но и знакомое одновременно, чувствовалось в этой женщине. Поднявшись на нужный этаж, она увидела массивную дверь, на которой рубинами и золотом был выложен Герб Гриффиндора. Статный лев, сверкающий огненными глазами. Символ факультета глянул на неё, и дверь отворилась. Гостиная была… Волшебной! Она и не знала, как ещё это описать! Мягкий рыжий ковёр с длинным ворсом устилал весь пол, вплоть до не горящего сейчас камина. Каменные стены были исписаны удивительными узорами и огненными цветами, а окна завешаны лёгким полупрозрачным золотистым тюлем. На ковре стоял кофейный столик, вокруг которого несколько диванов и кресел, а так же по всему полу были разбросаны подушки, на которых, видимо, ученики могли лежать прямо на полу. Дальше шли две лестницы, уводящие в разные стороны. Поднявшись по одной из них, она увидела ряд дверей с табличками. «Аура Моррис, седьмой курс, подъём в 5:30» гласила первая табличка. «Поля Рин, седьмой курс, подъём в 5:30», и так далее. На каждой табличке было имя, курс и время подъёма. Чем младше курс, тем позднее вставала девочка. Видимо, это было связано с определёнными дополнительными занятиями, которые посещали они для подготовки к своим экзаменам. Так решила Эванс и покинула этот бесконечный коридор. (Удивительно, что коридор и правда бесконечный, хотя всё находится в башне… Ну, ладно, спишем это всё на какую-то магию) Второй был точно таким же, но таблички оглашали исключительно мужские имена. Покинув уютную гостиную, она, не вполне отдавая отчёт своим действиям, спросила у Льва, как можно пройти в гостиную Равенкло. Да, названия она помнила по рассказам сестры и племянника. Лев, глянув на неё огненным взором, спустился с Герба, становясь настоящим и довольно-таки большим львом, и повёл её за собой. Петунья, дрожа от смеси страха и восторга, шла за огромной кошкой. И когда лев остановился напротив двери с Вороном из чёрного серебра и синих камней (название их было Петунье не известно), то напоследок, уходя прочь, он мягко боднул её в бок… Очень и очень мягкий и пушистый! Вот что она поняла о грозном Гриффиндорском Льве. Исследуя школу, в каждой гостиной она находила что-то уникальное. Где-то на стенах висело множество книжных полок, ковры были с коротким ворсом и не было подушек (Равенкло), где-то стены были расписаны цветочными узорами, пол был из гладкого-гладкого тёплого камня, по которому можно скользить, а воздух пах корицей (Хаффлпаф), ну, а где-то изумрудные ковры мягко переходили в тёмные стены, рядом с камином стояли котлы, по стенам на полках стояли редкие зелья, весы, пустые колбы и справочники по Тёмной Магии и Зельям, камин горел ярким пламенем, а диваны казались сотканными из ночного неба. Конечно, последняя гостиная принадлежала Слизерину. И когда она уже собиралась оттуда выходить, вошёл Том. — Вот ты где! Ты как убежала, я подумал, что потеряешься и вернёшься, а ты тут устроила себе экскурсию по школе при помощи Символов факультетов! Они только сыну моему, да деканам отвечают! — Так и я Гарри не чужая. — Фыркнула блондинка, почему-то вдруг слегка обидевшись. — Неужели ты меня потерял? — Не поверишь, но да, потерял! — Признался он и попытался успокоиться. — Пойдём, ты выглядишь уставшей и голодной. В Большом Зале уже готов обед, надеюсь, он тебе понравится. Мужчина подал ей руку. Петунья, тяжело вздохнув, мол, мужчины, что с вас взять, снова вложила свою ладонь в его. Они вместе поднялись на первый этаж и вошли в по-настоящему Большой Зал. Аккуратные резные столы из древесного массива, столь же искусные стулья, и над всей этой красотой висели Гербы факультетов. Накрыт был только преподавательский стол, куда Том её и повёл. Обед и правда был просто невероятным, так что брюнет заслужил её прощение. Петунья ела с превеликим удовольствием, но к концу обеда у неё появилось много вопросов относительно этого места, да и истории Тома Реддла в целом. Хотя, подумав, она решила спросить у него о теме одного из последних их разговоров. — Скажи, а… А как ты узнал, что станешь дедушкой? — О, это было очень интересно… Наверно. Ну, слушай, раз так хочешь, расскажу.

Обещанный всем Флэшбек

Том Реддл сидит за своим рабочим столом, читает очередной документ на подписание и думает о том, что нужно кого-нибудь для этой работы нанять… Может, нанять на эту работу Гарри? Он, вроде, и не с таким справляется… В дверь постучались, но не успел Том что-либо ответить, как вошёл Люциус. В одной руке он за воротник мантии держал Северуса, а в другой — непосредственно Гарри. Малфой выглядел недовольным, слегка не выспавшимся и явно предвкушающим некое шоу. Свою ношу он опустил на пол, а сам чуть отошёл. На вопрос о том, что это вообще такое, ответил, что они не решались придти сюда сами, так что попросили его помочь. После этого он отошёл к двери, облокотился на неё и выжидающе уставился на брюнетов, всё ещё сидящих на полу. Гарри, кашлянув, встал. — Здравствуй, отец. — Том приготовился седеть от шока или страха. Когда Гарри называет его отцом, это однозначно что-то серьёзное. В один такой раз он сообщил о том, что собирается умереть от его собственной Авады. В предыдущий раз он сказал, что переезжает к Малфоям, выставляя при этом оттуда его самого. — Мне готовиться убивать, или же писать завещание со словами «Я умер сам»? — Решил заранее уточнить мужчина. Он ведь уже отнюдь не молодой мальчишка! Хоть и не выглядит на свой возраст. — Не знаю, смотря как отреагируешь. — По-честному ответил парень, поднимая с пола мужа и нервно поправляя своё серебряное обручальное кольцо. — Сев, я начал этот разговор, а ты заканчивай! — Я готов его закончить! — С готовностью кивнул кареглазый. — Разговор закончен, всем до свидания… — И хотел было выйти, но натолкнулся на стоящего у двери Люциуса и развернулся обратно. — Ладно, не окончен. Но говорить я это не буду. Я Лорда боюсь, у меня до сих пор Метка к нему подключена… — У нас у всех, между прочим, такие же Метки. — Подметил Люциус, явно не желая отказываться от предстоящего шоу. — Давайте уже, быстрее, а то вызову Нарциссу и она всё сделает за вас. А вы её знаете. — Ладно-ладно, не горячись! — Поднял руки в жесте «сдаюсь» Гарри. Он посмотрел на Тома, зажмурил глаза и выпалил приблизительно следующее: — Папаябеременныйитыстанешьдедушкой!!! Том, вдохнув и выдохнув, попытался мысленно разобрать это на отдельные слова. Не получилось. Тогда, вызвав запись с колдокамеры, он включил замедленный режим. «Папа, я беременный, и ты станешь дедушкой» гласила замедленная запись голосом Гарри. Глубокий вдох, медленный выдох, взгляд на приоткрывшего один глаз сына, и Тёмный Лорд встаёт, сам не зная зачем, чтобы уже через секунду свалиться в обморок… И хорошо, что он был в обмороке. Потому что не слышал, как умирает от дикого хохота Люциус Малфой, как тихо матерится Гарри и как шепчет медицинские заклятья вперемешку с неизвестными словами явно оскорбительного для Люциуса характера Северус. Придя в себя, Тёмный Лорд переспросил, не ослышался ли он. Надеялся получить ответ, что это просто неудачная шутка, но услышал следующее: — Не ослышался. Я беременный, беременный от Северуса. И ты станешь дедушкой. Месяцев через восемь. Вот. — На большее словарного запаса у Гарри сейчас не хватало. Потому, решив, что дальше разберутся без него, он устроился на подоконнике и погрузился в свои мысли. — Я буду вести твою беременность! — Через какое-то время услышал он… От такой новости уже сам Реддл-младший чуть было не свалился на пол! Вот так новости! А что дальше? Регулус окажется девушкой?! — И не делай квадратные глаза. У меня полное Колдомедицинское образование. Тебе ещё повезло, что не к этим недоумкам попадёшь… Один только Малфой нормальный. Да и, кажется, пара твоих «птенцов», но я им всё равно не доверяю. Спорить с Томом не было ни желания, ни сил, ни возможности, так что Гарри согласился. Во-первых, упрямство у него в отца, а во-вторых, он и сам как-то Колдомедикам не особо доверял. После того, что видел у Михаила. Бррр! Халатность невозможного уровня!

Конец Флэшбека

— Вот так всё примерно и было. — Хмыкнул Том, наблюдая за реакцией своей «гостьи» и откидываясь на спинку стула. — Интересно… Я несколько другого ожидала. — Смущённо призналась она, вернув себе способность говорить. Её взгляд устремился куда-то в «вечность» — А как вы познакомились с моей сестрой? Как вообще сошлись? — Хотел бы я помнить… Но тут надо спрашивать Гарри. Он стёр нам всем воспоминания. Мне, Северусу, Люциусу, Нарциссе, даже своим Мародёрам… Всем. Не оставил ни одного свидетеля, только он сам. Да и, может, сама Магия. Но, зная сына, проще действительно выпытать ответ у Магии, чем у него. Не признаётся, сссс… сыночка мой… — Петунья рассмеялась, и от этого Том тоже улыбнулся. — Да, Гарри такой, пока не захочет, ничего не расскажет. — Кивнула она, делая последний глоток чая и вставая с места. Она явно собиралась куда-то снова идти. — Я не нашла тут библиотеки… Покажешь? Томас только кивнул и тоже встал, подавая ей руку и уводя прочь, не давая увидеть, как посуда исчезает со стола вместе с мимолётно мелькнувшими там эльфами. Они вместе шли по коридорам, минуя всё ещё интересующиеся ими портреты. Вскоре дошли до дверей, красивых, кажется, на этот раз из какого-то металла. Петунья прикоснулась, нет — камень, просто идеально отполированный. А за дверями распологалась огромная, просто бесконечная библиотека! Эванс так и застыла, поражённая этим зрелищем. — Заклятье незримого расширения. — Специально пояснил Реддл. — Тут собраны сотни, тысячи книг… Большую часть этих книг я и не читал, но ученики, особенно мужского пола, говорят, что они невероятно интересные. Как мне известно, тут книги на многих языках… Но Тунья уже его не слушала, она снова стремилась к знаниям. И в очередной раз Том с неясным беспокойством наблюдал, как она спокойно открывает магические книги, рассматривая их, желая впитать в себя их все. Пока женщина читала по книге в час, брюнет думал. Думал о том, что она ведь маггла! Ну, как считалось раньше. Признаки магии начались несколько лет назад, значит, ни о каких детях-волшебниках речи быть не может. Но магия, судя потому, что Символы факультетов выходят на контакт, довольно сильная. Ближе к вечеру школа снова начала заполняться людьми, но в выходной, да и после разгульного дня, никто из учеников не пошёл в библиотеку. Однако Регулус, стремясь к тому, чтобы быть похожим на Гарри, пришёл туда и с удивлением заметил Тёмного Лорда и смутно знакомую женщину, обложившуюся книгами. — Мой Лорд… — Начал было он, но получил знак «тишина». — Я не могу понять, что с ней не так… — Шёпотом сказал Лорд. — У неё сильная нетренированная магия, контролируемая ей на уровне двухлетнего ребёнка, но я не знаю, откуда. Она маггла, детей-волшебников нет. Проверь её на знак магической принадлежности, только осторожно, чтобы она ничего не почувствовала. — Регулус кивнул и отправил ниточку своей магии к «забаррикадировавшейся» блондинке. Магия его осторожно влилась в неё, а потом вернулась обратно. Тёмно-серые глаза расширились, а рот в изумлении раскрылся. — Есть! — Так же шёпотом ответил он. — Есть знак магической принадлежности! Да только он не родовой, далеко не родовой… Природный! Это природный знак магической принадлежности! Она буквально владеет магией природы! Хоть и пока весьма слабо. Мой Лорд, где вы нашли эту леди? Её магическая ценность больше, чем у всего Хогвартса! — Но отвечать не пришлось, в библиотеку ввалились Гарри и Северус, смеясь и толкаясь. Блондинка подняла на них голову и тут же вскочила на ноги, бросаясь к ним в объятья. — Тётя! Вижу, Хогвартс тебе понравился? — Гарри поцеловал её в щёку. — Ну-ка, давай домой, а то там уже Дадли вернулся, часа как три назад, а ты с моим отцом по школе гуляешь! Обещаю, что завтра сам тебя сюда приведу, но сейчас нам надо домой. — И он, задорно глянув на Рега и Тома, схватил её за руку, трансгрессируя прочь. — Кажется, нас ожидает второй раунд игры под названием «Выживаем с Гарри Реддлом», да? — Именно так, мой дорогой щенок, именно так. Причём это будет ещё та двуходовочка. Сначала Петунья, потом и дети их… Так что, отправляй всем Патронус. Наши должны знать и быть готовы. Мародёров вызови, они должны её обычной помнить. Регулус кивнул, записал послание и отправил Патронус в небеса. Китайский Дракон, который был его Патронусом, быстро скрылся за линией горизонта. И почти мгновенно прилетели ответные послания. «Всё, нам капец. Тунья, Гарри и троица маленьких — это будет Армагедон!» — Гласил волк, что был Патронусом Сириуса. «Думаю, и не такое переживём. Пережили же мы нашего Змея.» — Оптимистично заявил лис Римуса. «Как знал, не могла она быть обычной! Скоро я к ним зайду, сам оценю масштаб бедствия.» — Олень, топнув копытом, закончил говорить голосом Джеймса и растворился в воздухе. Следующим прилетел Павлин. Павлин интеллигентно выругался голосами Люциуса и Нарциссы, а потом сказал, что Поттер и Блэк сами с этим разберутся. И вообще… Они на Гарри обиделись, за то, что он от них сбежал. (Последняя фраза была сказана голосом Нарциссы… Стало даже немного жалко Реддла —младшего, месть младшей из трёх сестёр Блэк будет жестокой.)