Наследник резни: Иномирец

Бывают люди разные: черные, белые, красные… Да уж, а ведь буквально вчера Элис казалось, что мысли о красных людях точно не приведут ни к чему хорошему (разве что только в психиатрическую больницу). Однако этим утром всё перевернулось с ног на голову. Раз в два года академия магии “Арбор” объявляет, что набирает к себе новых учеников в возрасте одиннадцати-двенадцати лет. Местом сбора всех желающих, по традиции, становится временный палаточный лагерь, разбитый возле озера Агам. Вы знали, что Арбор является одной из самых лучших школ для магов? А сейчас только представьте, какая все же огромная свора уверенных в себе и своих силах подростков каждые два года обрушивается на палаточный городок и переворачивает там все вверх дном в первые же дни пребывания в лагере. И вот опять, новый набор, новые люди, новые разрушения. Вот уже несколько дней, как предполагаемые учащиеся пытаются кое-как ужиться друг с другом. Сейчас же среди толпы предполагаемых учащихся была и Элис; ещё где-то был безумный ученый, который явно помешался на взрывах и экспериментах, связанных с ними. Все сразу же подумали об одном моменте, в ходе которого подопытный зверёк, а, может, даже человек, вдруг побагровел, но, на деле же, как бы не так, ведь парень был инженером! Это утро не предвещало беды ровно до тех пор, пока всех обитателей палаточного лагеря не разбудил громкий хлопок, после которого последовала огромное количество брани. На днях Эйдэн смастерил хитроумную ловушку для воришек. Выстрел красной, несмывающейся краской должен был приходиться прямо в лицо неудачному вору. Ловушка сработала идеально, только вот Эйда постиг худший кошмар любого ученого. Его творение обратилось против него самого. — Да чтоб на тебя понос так напал, как ты на меня! Тупая жестянка! — в ярости завопил Эйд и, схватив самодельную пейнтбольную пушку за ножки штатива, на котором она крепилась, вылетел на улицу. Следующие полторы минуты разгневанный инженер колотил собственное детище об землю, не жалея сил. — Слышь, папуас, заканчивай! Утро, все спят, а ты орешь как не в себя! — одернул его подбежавший мужчина в темном плаще стражей с белым деревом на спине. Широкоплечий шатен с тонкими чертами лица и зелеными глазами. Спутать этого человека с кем-либо было практически невозможно. Эйд покраснел, но уже от стыда. Так опозориться перед Августом Лорааном… Казалось, что утро было хуже некуда, но юный инженер с каждым разом пробивал все новое и новое дно. Из палаток высунулось с десяток рассерженных физиономий и, которые тут же принялись упрекать нерадивого блондина в том, что он не дал им поспать. Ругательств никто не сдерживал и Август, чтобы спасти мальчишку от растерзания толпы, потянул его в сторону одной из палаток. — Почему? — вдруг спросил мужчина, волоча блондина за руку, словно тот был маленький ребенок. Эйду ничего не оставалось, кроме того, как плестись следом за стражем и гадать, какое наказание его ждёт. — Что? — робко поинтересовался Эйдэн. — Почему ты вечно вытворяешь нечто подобное?! Каждый день в этом долбаном палаточном лагере не обходится без жалобы на твою персону. Почему ты не можешь вытащить шило из пятой точки и отложить его куда-нибудь на день?! — Август продолжал выливать на несчастного краснолицего мальчишку тонны морали, пока они не дошли до нужной палатки. — Так, стой тут. Мужчина расстегнул вход в палатку и вошел первым, Эйд остался снаружи и слушал. — А, ты уже не спишь... Это очень хорошо! Мне, ну… — высокопоставленного стража смело оборвал девичий возглас. — И не подумаю! — заявила Элис. Двенадцатилетняя девочка одевалась просто: обычные походные джинсы и теплая домашняя толстовка белого цвета. Светло-каштановые волосы доходили ей до самого низа лопаток, лицо имело схожие тонкие черты, как у Августа, только вот глаза были другого цвета. Серые, как нечто металлическое или же… грозовое небо? Красивые и устрашающие одновременно. — Так, кактус, что не так? Я же ведь ничего даже не сказал! — А тут и так все понятно. Я слышала этот остервенелый крик, — продолжала на своем Элис. Укутавшись поплотнее в свою теплую кофту, она без угрызения совести продолжила чтение. Складывалось ощущение, что Август Лораан в глазах девчонки выглядел не как генеральный страж и правая рука императора, а алкоголик, в очередной раз просящий деньги в долг. — Какой крик? — спросил мужчина, нервно кусая губы. Если Элис откажется помочь, то несчастному инженеру придется ходить в режиме индейца еще несколько дней, а то и больше. — А ты не слышал, как вопил этот клоун, когда избивал свой тостер на ножках? — издевательски уточнила Элис, даже не скрывая ухмылки. Эйда передернуло от раздражения, он ввалился в палатку. — Какой тостер?! Сама ты тостер! Это была отличная ловушка! Я столько часов убил на нее, сделал чертеж, приготовил краску, собрал... — А она предательски выстрелила тебе в спину, — Элис изучила несчастную жертву пейнтбола взглядом и поправила саму себя, — вернее, в лицо. А вчера у твоего чудо-фонаря, которым ты размахивал, как флагом, выдавило керосин. Кроме того, ты ее случайно уронил и все вспыхнуло. Кому пришлось лечить ожоги? — Тебе, — признал пристыженный Эйд, опустив голову. Спорить тут было просто невозможно, но девочка продолжала, вспоминая все изобретения и то, как Эйдэн умудрялся пораниться. От стыда хотелось собрать мини экскаватор и с его помощью зарыться под землю. — Так, ладно, мы все прекрасно поняли, что он косяпор, — влез Август. — Ты поможешь ему еще один разок? Ну пожалуйста! — мужчина грустно улыбнулся, смотря на нее умоляющим взглядом. — Ладно... Но только с тебя мандаринки, — сдалась Элис и отложила книгу в сторону. *** — Ой-ёй-ёй, больно! Неужели нельзя делать это немного нежнее, с заботой и любовью? — спросил мальчик, морщась при любом действии Элис. Стиралась краска крайне неохотно, проще было снять Эйду скальп и закончить на этом. — Можно, но тогда я буду делать это туалетным ершиком, — спокойно ответила Элис, ворча себе под нос что-то вроде: “Почему эта краска так плохо оттирается?” — Моя работа. Сам придумал состав, — гордо заявил блондин, сделав довольное выражение лица. Видимо, надеялся, что Элис назовет его непризнанным гением, но заработал лишь очередной подзатыльник. Элис не боялась ставить мальчику подзатыльники, хотя любой на ее месте подумал бы несколько раз, перед тем как сделать такой отчаянный шаг. Эйд был самым высоким и мускулистым среди всех желающих поступить на первый курс. Каждый в лагере до последнего отказывался признаться в себе в том, что Эйду двенадцать лет, но самого Эйда это не сильно беспокоило — видимо, уже привык. Эйда вообще не беспокоило мнение окружающих. Его не заботило мнение ни по поводу глаз разного цвета (правый глаз был голубым, а левый же имел цвет схожий с огнем), ни по поводу его внешнего вида. Мальчик был жутким грязнулей: немытые волосы, запачканная и мятая одежда, следы масла или краски на руках или даже лице. — Лучше бы ты придумал, как ее с себя смыть, умник, — рыкнула Элис, стараясь работать тряпкой усерднее, но особых результатов этого не принесло. — Ай! Аккуратнее! — зашипел блондин, но Элис была неумолима. — Это чтоб тебе больше неповадно было! За все эти четыря дня ты вынес мне мозг! Ты невыносим! Раз за разом мне приходится устранять последствия твоих косяков, а ты совершаешь все новые и новые. Да кто из преподавателей вообще захочет тебя брать, если ты создаешь столько проблем?! — вспылила Элис, на что мальчуган лишь пожал плечами. — Я такой, какой я есть. Это все равно лучше, чем притворятся кем-то другим, а после показать себя в совсем другом свете, создавая еще больше проблем, — парировал Эйдэн. Он прекрасно знал, как сильно из кожи вон лезут девяносто процентов всей этой толпы желающих, только ради того, чтобы показать себя белыми и пушистыми. Эйд был инженером, химиком, неряхой, поехавшим на взрывах, но быть лицемером он не собирался. Возможно, только из-за этого Элис от него и не отвернулась, Эйд отличался от всех. — Ммм, ты еще и философ, — протянула Элис, не скрывая ухмылки. — Каждый человек многогранен… — Прекрати, меня сейчас стошнит, — оборвала его шатенка, продолжая оттирать от лица Эйдэна краску. Вскоре лагерь встряхнул громкий рев автомобильного двигателя. Ученики повыскакивали на улицы, чтобы посмотреть, что на этот раз было причиной всеобщей паники. — Ты опять что-то натворил? Как?! Да ты же, блин, передо мной сидел! — изумилась Элис, не понимая, что вообще происходит. Эйд тоже не понял, поэтому решил посмотреть что происходит и быстро выскочил на улицу. “Вдруг моя противо-воровская ловушка и правда озлобилась и решила мне отомстить? Добралась до палатки и создала армию роботов”, — подумал Эйд. Но дело выглядело гораздо хуже, нежели мысли мальчика. В лагерь заехал “Ford Fairmont” 1980 года выпуска и чуть не сбил одну из многочисленных палаток. Автомобиль буквально рассыпался по частям, к капоту был привязан кричащий человек в очках, а на крыше танцевал тверк парнишка в пижаме и с пакетом на голове. Водителя, судя по всему, все это не смущало, зато его волновало то, что трехметровый верзила пытается убить какого-то пацана на заднем сиденье. Машина со скрипом остановилась, брюнет в белом шарфике, которого пытался убить великан, открыл дверь и рухнул на землю, а после сразу же принялся отползать спиной назад. — Что здесь происходит?! — завопил прибежавший Август Лораан, за его спиной толкались преподаватели и парочка мужчин в белых плащах, однако Августа заглушил рев. Нет, не двигателя, Сергея. Рассерженный верзила кинул в мальчишку свою гитару, к корпусу которой был приклеен какой-то ком меха. Серый кидал метко, надеясь попасть прямо в голову обидчику, но Рэймонд вовремя рухнул на землю и перекатился в сторону, оказавшись у ног Элис. — Привет! — выдавил он и улыбнулся так, будто бы не произошло ничего необычного, однако улыбка мигом сошла с лица брюнета. Трехметровый гигант Сергей выбрался из автомобиля и, подбежав к Спэсу, схватил его за правую ногу, после чего с легкостью поднял мальчика вверх. Рэй понимал, что сейчас его могут убить и мысленно простился с Пашей и Джессикой, но его спас водитель рассыпающегося авто. Мелкорослый водитель в смешном наряде достал саблю и выскочив на улицу, начал хлестать ей по рукам великана, не сдерживая татарских ругательств. Сергей особо не пострадал, ведь Мамай бил лезвием плашмя, однако ногу мальчика отпустил. Рэй рухнул на землю, не веря тому, что происходит. Он выжил. — Сэрожэнька, в машину! Жийво! — закричал хан Золотой орды, встав между великаном и Спэсом. Сергей заплакал, словно маленький ребенок, да так громко, что обитатели палаточного лагеря попятились назад. — Ну папа! — всхлипнул верзила. Мамай повторять дважды не стал и пригрозил родному сыну саблей, Сережа же не решился испытывать нервы хана и поплелся к разваливающемуся авто. “Какого черта?! Он его сын?” — изумился Рэймонд, даже открыв рот от удивления. Он и представить себе не мог, что у такого маленького человека, как Мамай, может родиться сын, явно больше любого библиотечного шкафа. — Папа?! А вы гармонично смотритесь вместе, прям как алхимик из “Dota 2”, — хмыкнул Рэймонд, нагло ухмыльнувшись. Татар оскалился и замахнулся саблей, чтобы наказать наглеца, однако не успел — к его горлу было приставлено темное лезвие. Август Лораан был готов в любой момент проткнуть горло Мамаю. — Август! Дарагой! Ты нэ узнал старого добрэго Мамая?! — испуганно залепетал мужчина, не смея и пошевелиться. Генеральный страж был явно не в самом лучшем расположении духа и разозлить его сейчас было равносильно суициду. — Вы что здесь устроили, клоуны?! — зарычал Лораан. Его глаза потемнели от злости и сейчас напоминали болото, которое неминуемо затягивает жертву в себя. Более страшной пытки для хана нельзя было и придумать. — Август! — из машины выбрался мужчина в цилиндре и агрессивно замахал руками, пытаясь привлечь к себе внимание стража. На лице Фортиза царила улыбка безумца, которому сделали подарок. Казалось, что счастье просто выливалось из пепельноволосого ручьями, он побежал к Лораану на встречу и начал скакать возле него, как папуас вокруг пламени. — Покатаешь меня? Ну позязя! — канючил, как маленький, мужчина в цилиндре, продолжая отплясывать вокруг Августа. Тот отказался катать на себе императора, из-за чего Фортиз стал неумолимо грустным на секунд пятнадцать. — Ну, нет, так нет. Все в сборе? — поинтересовался Фортиз, в то же время пальцем правой руки аккуратно отводя лезвие клинка Августа в сторону от шеи своего подчиненного. — Не обижай, пожалуйста, моего водителя. Он больше не будет. Я же прав, Мамай? Мамай лихорадочно кивнул раз сорок и Август, тяжело вздохнув, вернул оружие в ножны. Хан Золотой орды от страха позабыл о том, что хотел проучить Рэймонда и быстренько ломанулся в сторону служебного автомобиля, на тот случай, если генеральный страж передумает. — Элис, не могла бы ты показать хамелеончику палаточный лагерь? — вдруг спросил пепельноволосый, на что девочка кивнула, засияв в улыбке. — Вот и здорово, как раз и выберите место для палатки! — Так, руководитель психушки, а про какую палатку идет речь? У меня и в помине никакой палатки не было, — влез Спэс, скрещивая руки на груди. Девочка даже испугалась за Рэймонда, которого император в любой момент мог стереть с лица планеты за подобную наглость, но Фортиз лишь выдал: — Ах, точно ведь! Старый дурак, забыл… Ну ничего, хамелеончик, на земле тебя спать не оставлю, — мужчина в цилиндре выпустил из руки струйку красного дыма. Она расстелилась на земле, а после красный дым преобразовался в сложенную палатку. — Наслаждайся. *** — Август, ты так и не ответил мне, все в сборе? — переспросил пепельноволосый, пытаясь поспеть за Лорааном. — Да, прибыли все, кроме Джаспера, — спокойно ответил Август, продолжая подниматься вверх по тропе. На вершине холма расположился небольшой шатер для преподавателей, в котором те обычно отдыхали, однако сейчас этот шатер являлся временным местом для совета. — Джаспер придет, уж поверь, — хмыкнул Фортиз. Взобравшись на холм, он оценивающим взглядом окинул шатер. Возле входа стояли две девушки в белых плащах, готовые накинуться на любого шпиона или прочего неприятеля. Внутри шатра за столом сидела небольшая группа людей, нервно ожидающая Фортиза. Когда он вошел, все поднялись из-за стола, таким образом поприветствовав императора. Тот им кивнул и все вновь заняли свои места. — А где же этот мальчик, из-за которого вы в такой спешке собрали нас тут? И где этот… Критас, — Джаспера мужчина упомянул очень неохотно, стиснув зубы так, будто представлял что впился ими в горло мечнику. Фортиз взглянул на задавшего вопрос Фалиона, очень похожего на гоблина из банка “Гринготтс”. Глава имперского корпуса был небольшого роста, с плешью на голове и пивным животиком под формой имперской армии. Его круглое, морщинистое лицо вечно сохраняло высокомерное выражение, что выглядело крайне неприятно, если еще учитывать его толстые губы и сломанный нос картошкой. Алчные глазки мужчины оглядывали всех присутствующих, а его потные ручки нервно бегали по столу. Лично Фортизу, да и многим, впрочем, он был крайне неприятен, но он неплохо справлялся со своими обязанностями, хотя временами и темнил. — Мальчику не обязательно присутствовать на совете, Фалион, — отрезал Фортиз и выпустил из своей руки струю красного дыма. Хаос вмиг преобразовался в обычную деревянную дверь, стоявшую посреди шатра. Послышался скрип и после в дверном проеме показался Джаспер Критас, прокручивая в руках какие-то ключи. — Ключи от городов?! У тебя не отобрали их!? — изумился глава имперского корпуса, на что Джаспер не ответил. Он сел за стол рядом со стражем с длинными темными волосами, доходящими ему до плеч. Вечное безэмоциональное выражение лица и холодный взгляд очень грустных глаз. На щеке у мужчины виднелся страшный след от ожога, а его правая рука была отрублена по локоть. “Гаррат практически не изменился с нашей последней встречи. Мда, мне уж под сотню, а я не могу привыкнуть к тому, что стражи не стареют”, — подумал Джаспер. Гаррат Юст поприветствовал мечника кивком, что было в его духе. Напротив Гаррата и Джаспера расположились Фалион и Август, во главе стола в удобном кресле восседал Фортиз, а в противоположной стороне это место заняла девушка, по виду ей было не больше двадцати четырех лет. Тонкие черты лица, длинные светло-каштановые волосы, серые глаза… Юнона Лораан оставалось все такой же прекрасной, как и всегда, но в то же время выглядела устрашающей. На ее плечи был накинут плащ стражей, только он был золотого цвета, а рисунок дерева был черным. На руке у Юноны красовалась металлическая перчатка, защищающая руку по самый локоть, а на поясе болтался кинжал. — Что ж, раз уж все в сборе, то я предлагаю начать, — торжественным голосом объявил мужчина в цилиндре и продолжил. — Как вы все знаете, Сэвэдж несколько дней назад совершил очередное нападение. Но на этот раз его целью была не привычная резня, он хотел заполучить мальчика по имени Рэймонд. Джаспер всех нас спас, не позволив Наследнику резни заполучить Рэймонда. — Всех нас спас? — переспросил Фалион недовольно, изменившись в лице. Столько отвращения… — Нас спас этот отброс?! — не успокаивался глава имперского корпуса. — Закройся, — прорычал Джаспер сквозь зубы, медленно потянувшись к рукояти своего меча. Возможно, Фалион замолчал из-за страха быть разрубленным, а возможно, умолк, заметив неодобрительный взгляд императора. — Итак, хоть Джаспер и смог выстоять, однако Сэвэдж не успокоится, пока не получит мальчика. Этого нельзя допустить ни в коем случае, — продолжил пепельноволосый, окинув всех присутствующих строгим взглядом. — Зачем ему мальчик? Что в нем особенного, что Наследник резни решился захватить его? Откуда он вообще взялся? — решила разузнать Юнона. Гаррату тоже стало интересно — мужчина даже повернул голову в сторону императора, что для него было крайне необычно. — Рэймонд обладает очень удивительными талантами. Его уровень магических сил постоянно растет, — поведал Фортиз. Все тут же посмотрели на него недоумевающим взглядом а-ля: “И это все?” — Он растет рывками. Еще где-то неделю назад он не мог дать отпора жирному работорговцу, а вчера сжег диван пламенем, не уступающим твоему, Юнона. Глаза женщины округлились от удивления. Не может быть, чтобы двенадцатилетний пацан смог призвать огонь такой мощности. — Но как?! За такой короткий срок это просто… — начал Фалион, но император жестом оборвал его и дал слово Критасу. — Его глаза. Когда он зол, огорчен или ему грозит опасность, то они меняют цвет. После этого магические силы Рэймонда достигают удивительных результатов, — ухмыльнулся Джаспер, Фортиз кивнул, подтверждая эту информацию. — Это все очень странно, — прокомментировала Юнона. — Возможно. Но ясно одно — нельзя допустить того, чтобы Рэй попал в руки Наследника. Если Сэвэдж заполучит Рэя себе, то с помощью его глаз сможет вернуть себе свой прежнюю силу, а то и выйти на новый уровень, — мрачно закончил Гаррат Юст. Тут с самодовольным видом поднялся Фалион. — Поздравляю, товарищи, с Наследником резни и его группировкой покончено, — торжественно объявил “гоблин”. — Оружие против Сэвэджа само пришло к нам в руки. Нужно немедленно вырвать глаза мальчишке, выбрать их нового владельца и стереть Сэвэджа в порошок. Мой император, мальчишка на блюдечке принес вам то, с чем вы не только сможете остановить террор на своих землях, но и распространить влияние империи на новые земли. Все падут низ. — Что?! Да я тебя!.. — рявкнул Критас, поднявшись со своего места. Мечник потянулся через весь стол и, схватив командира имперского корпуса за горло, потянул его на себя и повалил спиной на стол и стал душить. Фалион начал задыхаться. — Джаспер, остановись! — воскликнул Август, но Критас не слушал, продолжая сжимать горло хрипящего Фалиона. Мужчина пытался вырваться из крепких рук архимага, как-то ударить, но все это не приносило результата. Вдруг Джаспер схватился за свой ошейник и рухнул на землю, корчась от невыносимой боли. Фортиз поглаживал пальцем темное металлическое кольцо на своей трости, очень похожее на ошейник Критаса. В шатер забежали две стражницы, застав чудесную картину: покрасневший, как рак, Фалион откашливался, пытаясь прийти в себя. Лежащий на земле Джаспер корчился от боли, пытаясь сорвать с себя металлическую пластину, в то время, как Фортиз не прекращал манипуляций со своей тростью. — Девчонки, выйдите пожалуйста. У нас тут маленькие споры, возникшие из-за недопонимания. Если нам потребуется ваша помощь, то Гаррат выкрикнет нечто вроде “Какаду”, правда, Гаррат? — Юст на это тяжело вздохнул, но кивнул, соглашаясь. Стражницы поклонились императору, покидая шатер. — Джаспер, больше не смей кидаться на Фалиона, — приказал мужчина в цилиндре и прекратил поглаживать металлическое кольцо. Критас распластался на траве и глубоко задышал, пытаясь отойти после такой вот пытки. “Чертов ошейник. Ненавижу”, — думал мечник, оперевшись уже на колени. Август тут же подхватил своего старого напарника под руку и усадил на стул. — Ты не можешь позволить этому говнюку… — Я и не собирался. Я не Сэвэдж, чтобы поощрять такое, — отрезал пепельноволосый. Фалион хотел было возразить, но все еще сильно хрипел. — Кроме того, что случится, если у нас не получится и Рэй сбежит? Он вряд ли вернется к тем, кто пытался его ослепить, а вот Сэвэдж сможет с легкостью переманить его на свою сторону. Поэтому здесь и нужен более тонкий подход. — Для начала, позволь узнать чуть больше про этого Рэймонда. Кто он такой? Откуда он? Почему его глаза имеют такую силу? — подал голос Гаррат. — Я встретил его на рынке и спас от работорговца. Он сирота без дома, его прошлого я не знаю, да и думаю, что он его вряд ли скажет или же вовсе захочет соврать. Выпытывать эту информацию нельзя, ведь малец сбежит, — ответил Фортиз, задумчиво почесав затылок. Все в шатре напряглись, разве что Юнона Лораан оставалась все такой же спокойной. — Что ж, в таком случае мальчик поступит в “Арбор” и будет обучаться у меня. Думаю я смогу узнать Рэймонда получше и, в случае чего, даже защитить его, — предложила Юнона, но Фалион, откашлявшись, возразил: — Я против! Мой император, это абсурд! Сэвэдж - это очень серьезный враг, вы и сами знаете на что он способен. Сейчас в его руках есть как минимум два могущественных артефакта: его одеяние и маска воскрешения. Защитить Рэймонда практически невозможно, ведь с помощью своего одеяния Наследник может становиться неосязаемым и невосприимчивым к любому типу магии, а с помощью маски он с легкостью может призвать павших Наследников и сильнейших волшебников прошлого, подчинив их своей воле. Мы не выстоим против него, поэтому нужно немедленно переходить к действиям. Если вы не примете никаких мер, то я… — Фалиона оборвал император. — Ты то что? — спросил он хладнокровно, после чего лукаво улыбнулся. Его подвижная тень медленно подползла к тени мужчины и ожидала следующего приказа своего хозяина. — То я выступлю против вас, Фортиз. — Фалион, попытался выглядеть как можно более спокойным, и даже храбрым, однако в его глазах читался откровенный страх. — Я клялся служить империи, а не вам, вдруг задумавшим играть в няньку. Вы слишком добры к Критасу, идете на поводу у любого его каприза и сейчас можете поставить всех нас под угрозу из-за своей привязанности к ученику, — он уже откровенно мямлил, пытаясь не смотреть в глаза императору. Тот мог в любой момент жестоко казнить мужчину на месте, но медлил. — Ваш ученик уже сделал неправильный выбор, проявив себя как последний слюнтяй и по итогу каждый день Адам Лайтвуд убивает людей. Этот отброс мог убить Лайтвуда, но не сделал этого. Поддался эмоциям, пытаясь спасти свою семью, а как итог не смог спасти никого. Джаспер стиснул зубы, пожирая мужчину убийственным взглядом. Все тело мечника покрылось покровом из маны и он ударил кулаком по столу, разламывая его на две части. Фалион испуганно пискнул и попятился назад. В этот момент в шатре произошло сразу же несколько событий: 1. Фортиз попытался остановить Джаспера с помощью своей трости. 2. Джаспер продолжал идти вперед, не смотря на боль во всем теле, ведь покров маны снижал ее. 3. Фалион выпустил в Джаспера молнию, однако она не нанесла Джасперу никакого ущерба. 4. Между Фалионом и Джаспером, выхватив оружие, встал Август Лораан. 5. Гаррат Юст выкрикнул “Какаду” и в шатер сразу же вбежали две стражницы, приготовившись атаковать Джаспера заклинаниями, но это уже не было необходимо. — Прочь с дороги! — рявкнул Джаспер, смахивая генерального стража в сторону. На руках Августа тут же вспыхнули несколько синих символов и покров маны Джаспера пропал. Дальше Лораан, не долго думая, ударил ногой по обратной стороне колена Джаспера, из-за чего тот потерял равновесие и рухнул на одно колено. Дальше Август схватив Джаспера за волосы и с силой дернул назад, повалив его на землю. Критас хотел было пырнуть стража, но Лораан наступил на руку, держащую оружие, а лезвие своего клинка подвел к шее шатена. — Остынь! — велел он спокойно. — Ты и правда нарушил клятву и из-за твоей милости каждый день умирают люди, — продолжал Август, Фалион с высокомерным выражением лица смотрел на поверженного мечника, не сдерживая ухмылки. Август спас его от неминуемой смерти… Но ухмылка улетучилась, когда Август развернулся и ударил мужчину в нос. У Фалиона хлынула кровь. — А ты не в праве его осуждать. Тебя не было там, да и кто знает, как бы ты сам поступил. Идиоты… Кругом одни идиоты! Сейчас решается важный вопрос, решающий дальнейшую судьбу империи, а вы, как две шавки, готовы перегрызть друг другу глотки. Стражницы, поняв, что ситуация устаканилась, вновь покинули шатер. — Перестань, Август, или они оба и на тебя накинутся. Джаспер, ты как был импульсивным, так им и остался. Фалион, ты же остался идиотом, хотя сказал правильную вещь — с таким раскладом против Сэвэджа мы не выстоим, — спокойно сказал Гаррат, будто бы разгневанный Джаспер несколько секунд назад даже не планировал убивать главу имперского корпуса. — Стойте, вы же не хотите убить мальчика? — как бы невзначай спросила Юнона. — Решение принимаю не я, — все так же спокойно произнес Гаррат, — но, возвращаясь к утверждению Фалеона о нашем поражении, стоит отметить, что он не учел множество фактов. К примеру то, что мы можем выбрать неправильного человека и все будет без толку, или же то, что глаза Рэймонда и вовсе могут потерять силу, если их пересадить другому человеку. Не стоит забывать также и то, что “Арбор” очень хорошо защищен, на мой взгляд даже лучше, чем ваш дворец, Фортиз. А это значит, что академия — самое безопасное место, которое мы только имеем на данный момент. — Столько проблем, и все из-за одного мальчика… — вздохнула Юнона — Скорее суровая реальность. Суровая реальность, с которой тебе нужно будет разобраться. Я принял решение, мальчик будет учиться в Арборе, но… Юнона, если что-то пойдет не по плану, то пожертвуй Рэем, — сказал Фортиз, тяжело вздохнув. Это решение далось ему с большим трудом и мужчине оставалось только надеяться на то, что все пойдет по плану. — Я поняла, но только мне потребуется разрешение Гаррата, — отозвалась Юнона. Женщина поднялась со своего места и, переступив через разломанный стол, направилась в сторону выхода. — Мое разрешение? — не понял мужчина, вопросительно изогнув левую бровь. — Я хочу взять к себе в помощники Алекса. Думаю, что Алекс сможет его научить чему-нибудь и заодно подружиться с Рэем. Добудет нам побольше информации для принятия дальнейших решений, — пояснила Лораан. — Одобрено, — отозвался Гаррат и тоже направился к выходу. — Значит, Алекс здесь? В палаточном лагере? Ну и как он? Что по учебе? — подобно автомату, Фортиз выстреливал вопросами с огромной скоростью. — Да вы просто надо мной издеваетесь, — проворчал Джаспер. — Так, шляпник, будь добр, дверь мне наколдуй, а то не хочу в третий раз на людей кидаться. Просьба Джаспера была услышана, и из красного дыма вновь появилась дверь. Критас выудил из кармана связку ключей и, найдя нужный, вставил его в замок и повернул. Дверь открылась, вновь показался дом мечника, куда Джаспер и зашел, тут же заперев дверь изнутри. После этого дверь сразу пропала. — Босс, тут проблема, — позвал императора Сережа, просунув свою крайне неприятную физиономию в шатер. — Что опять случилось? Только не говори мне, что вы убили Рэймонда… — тяжело вздохнув, откликнулся пепельноволосый. Великан ввалился внутрь шатра, держа рукой за шиворот поджавшего под себя ноги мальчугана со светлыми волосами. Испачканное красной краской лицо, грязная одежда и немного придурковатый вид… Это точно был Эйден. — Де Ригер, что ты опять натворил?! — ударив себя по лбу, спросила Юнона. — Это вор, — коротко и ясно пояснил Сергей. — Вор? — не поняла Юнона. Эйд неловко захихикал, краснея от стыда. Великан тут же хорошенько встряхнул мальчика, будто бы сумку, и из Эйда начались сыпаться детали от автомобиля. — Они на земле же лежали! Что упало, то пропало! — пытался оправдаться Эйд, краснея от стыда. Сейчас на него смотрело столько важных людей империи. Юный инженер все-таки смог пробить еще одно дно. — Господи, ну почему меня окружают одни идиоты?! — взвыл Август, медленно сползая со стула на траву.