Elation

Киллуа взвыл от удовольствия, когда первая ложка со сладким десертом коснулась его языка. — О боже мой! Это должно быть незаконно. Их столик затрясся от едва слышного хохота Гона. — Серьёзно, Киллуа, я ещё не встречал никого, кто любил бы шоколад так сильно, как ты. — Да, в отличие от тебя, — сказал Киллуа, не сводя голубых глаз со своего приза: тройного шоколадного мороженого, в комплекте с маленькими кусочками брауни и темной шоколадной крошкой, сдобренной идеальным количеством горячей помадки. При одном взгляде на эту штуку у него потекли слюнки. — Хех, наверное. Просто ты очень, очень любишь шоколад. — Гон положил подбородок на сложенные руки. Киллуа не стал тратить время на то, чтобы взглянуть на другого мальчика, уже зная, что Гон наблюдает за ним со смесью веселья, нежности и недоумения. Гон не любил шоколад так, как его любит Киллуа. Это был печальный факт, с грустью подумал Киллуа, смирившись с непониманием Гона. Он осторожно положил ложку, чтобы выбрать кусочек брауни хорошего размера, а Гон задумчиво продолжил: — Иногда мне кажется, что ты любишь шоколад больше всего на свете. — Да, — ответил Киллуа. Он откусил кусочек пирожного и чуть не слетел со стула на пол. Черт возьми, это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он определенно принял правильное решение затащить Гона в этот магазин. — Но ты врёшь. Такого точно не может быть, — упрекнул его Гон, пряча улыбку в голосе. — Может, — серьезно ответил Киллуа. — Хм. То есть, ты хочешь сказать, что любишь шоколад больше, чем сон? Что это был за вопрос? Киллуа чуть не закатил глаза от абсурдности его слов: что он предпочтет — спать или шоколад? Это даже нельзя назвать соревнованием! — Шоколад лучше всего, — ответил после очередного глотка своего лакомства. — Лучше, чем видеоигры? — Да — Лучше, чем использование Нэн? Хм — Лучше, чем я? Киллуа даже не колебался: — Да. Ухмылка Гона тут же исчезла на его лице. — Ч-Что? — он запнулся. Киллуа поскреб ложкой по краю миски. — Ты спросил, люблю ли я шоколад больше, чем тебя. И я согласился. Гон выпрямился. — Ты… ты же не серьезно. Киллуа остановился, поднеся ложку к губам, и повернулся, чтобы посмотреть Гону прямо в глаза. — Да! — Затем он злобно сунул её в рот, не отрывая глаз от Фрикса. Выражение абсолютного ужаса на лице Гона было настолько забавным, что Киллуа едва не выплюнул эту же ложку, чтобы не подавиться. — Но! Но это невозможно! — Выпалил Гон. — Я… мы встречаемся, Киллуа! Я намного лучше, чем какие-то сладости! «Какие-то сладости?!» Киллуа медленно положил ложку в сторону. — Окей. Поскольку ты явно не понимаешь, что здесь происходит, я буду великодушен и объясню тебе это. Во-первых, — Киллуа поднял палец, — я люблю шоколад с двухлетнего возраста, то есть на несколько лет дольше, чем знаю тебя. Гон разинул рот. — Это глупо! Ты не в отношениях с шоколадом, Кил- — Во-вторых! — Громко рявкнул Киллуа. — Запах шоколада — это запах небес! Ты же, большую часть времени ничем не пахнешь, кроме грязи и пота, после того как целый день бегаешь по пустыне! — Ты тоже так делаешь! — В-третьих, шоколад будет всегда со мной, а так же превосходит отношения во многих аспектах и ни одна... — Киллуа, — тихо перебил его Гон, наклоняясь ближе. — Я тоже пойду за тобой туда, куда ты захочешь. Я могу тебе это обещать. Киллуа отпрянул, кровь прилила к его щекам так быстро, что перед глазами все поплыло. Гон серьезно только что сказал это?! — В-в-четвёртых, пробормотал Киллуа, пытаясь не обращать внимания на то, как подействовали на него его слова. Черт возьми, всё его лицо горело, как в огне. — Шоколад вкуснее, чем ты. Гон склонил голову набок. — Ты в этом уверен? Киллуа стиснул зубы. «Утвердительный ответ.» — Хм. — Гон протянул руку, и Киллуа замер, когда теплые пальцы Гона схватили его за подбородок. — Тогда мне придется убедить тебя в обратном, а? — Гон слегка улыбнулся, проводя большим пальцем по нижней губе мальчика размазывая на ней остатки шоколада. — Я не могу допустить, чтобы моему парню нравилось что-то больше, чем я. Даже если это что-то, просто шоколад. Киллуа стоял неподвижно, полностью парализованный. Он не мог думать ясно, когда Гон смотрел на него так, когда рука Гона гладила его лицо, задерживаясь на губах. Это заставило его грудь сжаться, а сердце бешено колотиться. Потому что, как бы упрямо он не твердил о том, что обожает шоколад всеми фибрами души, на самом деле Киллуа понимал, что Гон так же, как и его любимый десерт, был неотразим.