"Сияние Северного Солнца"

— Эверте Статум.       Как можно мягче, но с твердой решимостью он попробовал произнести заклинание и навелся волшебной палочкой на небольшой камень. Следуя советам преподавателей и главного целителя Чонгук старался максимально концентрироваться на предмете и своем заклинании. К сожалению и в тоже время к непониманию Чона, никто до сих пор не мог ему сказать почему его магия срабатывала через серьезные усилия. Конечно главный целитель Новак давно предположил его проблему, но спустя несколько недель тестирования различных методик по проработке внутренних блоков, успехи оставались на одном и том же уровне. Однако плюсом к его проработке блоков прибавилась и проработка внутреннего спокойствия. Не секрет, что это было связано с последним инцидентом — никто этого не скрывал, но преподаватели и сам целитель скрывали от него саму причину этих инцидентов. На вопрос Чонгука знают ли они, что с ним происходит, Милош и другие тактично уходили от темы, до сих пор ссылаясь на то, что они не уверены до конца, но только они как будто бы предпочли не понимать, что у него есть глаза и он ими прекрасно видел их бегающие взгляды. Ко всему прочему они его натаскивали управлять гневом, в то время как сами скрывая правду день за днём в нем его и разжигали: когда по понятным причинам вместо комнаты факультета, разместили его временно в лазарет, когда разрешили ему приходить на час раньше других на трапезы и тогда, когда стали проводить индивидуальные занятия с ним. Полная изоляция была настолько очевидна, что ему даже не стали ничего лишний раз объяснять. Как долго они планировали так содержать его и почему с ним так возились? — Неизвестность настолько раздражала его, насколько сильно он боялся её. — Эверте Статум!       Проговаривая уже более четче и с сильным напором, он вновь направил свою волшебную палочку на интересующий предмет. В этот раз импульс от его палочки был ощутимее, чем в первый, но он не был внушительным, чтобы воздействовать на него с той силой, которой планировал Чонгук. Вместо того, чтобы отлететь с той поверхности на которой находился, камень чуть покачнулся и нехотя упал плашмя, в то время как до этого стоял вертикально. Увидев силу своего воздействия, Чон мог лишь хмуро взглянуть на полученный результат и резко опустить свою руку с волшебной палочкой, при этом выдыхнув клубы теплого воздуха и вместе с ним свое невысказанное разочарование. — Ты через чур фокусируешся на силе, тебе надо делать без напряжения, естественно.       Мягкий баритон раздался позади Чонгука. Услышав нежданного гостя, Чон напрягся. Поначалу не узнав и серьезно насторожившись, после он чуточку расслабился, когда понял кто мог быть его нежеланным собеседником. Вот только приветствовать или как-то по-другому взаимодействовать со старшекурсником Чонгук не торопился, почему он даже не повернулся на его слова. — Эверте Статум.       Несмотря на то, что он никак не обратил внимания на старосту «Аксоли», совету он попытался последовать, почему мягче направляя палочку и произнося заклинание, попробовал еще раз. Вот только совет по «Естественно» — звучал через чур размыто, почему в этот раз заклинание даже не разожгло искру в волшебной палочке. — Прости, «Естественно» прозвучало слишком абстрактно.       Рядом послышалась неловкая и с нотками покаяния усмешка, но Чон не торопился поворачиваться и проверять с каким выражением лица то было произнесено. Ему был непонятен интерес старосты чужого факультета, старшекурсника, его персоной, почему не зная как себя вести с этим человеком, он предпочитал хладнокровную нейтральность. — Я думаю преподователи говорили тебе об этом, но порой лучше брать понимание не с простого освоения навыка, а подумать о том, чему мы учимся с детства. Это как стоять на ногах или разгибать пальцы, конечности на теле. Вот как это должно быть.       Его мягкий тембр звучал очень дружелюбно и прямо сбоку от студента «Игнистер», почему Чон наконец-то решил посмотреть на старшекурсника и как раз в тот момент, когда он повернул свою голову в сторону, чтобы взглянуть ему в лицо, Ким поймал его взгляд. Взгляд студента белых дельфинов был ясным и светился каким-то внутренним светом, в то время как Чонгук не был таким позитивным. — Такие вещи мы делаем не задумываясь, хотя при их освоении нам было довольно не просто, так как это делалось в малом возрасте, из-за чего мы не помним основ.       Подвел итог, как ни в чем не бывало, при том, что за все это время его собеседник никак не выказывал свой интерес в общении с ним, хотя устанавление зрительного контакта, был уже показателем успеха для Кима. Несмотря на то, что в общении Чон был довольно зажатым, к удивлению в такой момент он не отводил своих глаз от взгляда Тэхена. Чонгук смотрел внимательно и серьезно достаточно долго, в то время как старший тоже не торопился отводить от него взгляд. После последних слов Кима, никто из них не торопился сказать что-либо, только тогда, когда Чон наконец-то переключил своё внимание, они отмерли от недолгого оцепенения. — Ты от профессора Сташевски?       Наконец заговорив, Чонгук решил узнать об истоках чужих порывов, ибо у него не нашлось других агрументов присутствия старшего здесь, в особенности старосты чужого факультета. Единственным логичным предположением могло быть только озвученное им, к тому же если вспомнить недавний неудачный опыт, то Сташевски мог попросить другого студента, который был устойчивее старшекурсника из «Эрторий». Только ответа к удивлению Гука не последовало, вернее его дали не так быстро, как если бы это было так. Такая заминка удивила, почему он поднял свою голову вверх, чтобы посмотреть на мимику Кима. — Не совсем.       Чон был озадачен услышанным, кроме того эмоции Тэхена также не вносили ясности, как и его слова. В то время как Ким понимая, что не может объяснить младшему свои мотивы, повернул свою голову в исходное положение, тем самым отвернувшись от того в профиль. Он не торопился что-то добавлять, только мог непроизвольно поджать губы, продолжая смотреть прямо перед собой. Староста «Аксоли» прекрасно понимал и чувствовал чужой взгляд на своем лице и что его странность поведения была через чур очевидна. — Знаешь… — сказал это, и чуть помолчав, продолжил. — возможно если бы мы не пересекались с тобой при таких обстоятельствах, наверное я бы не стоял здесь. Однако встречая тебя раз за разом в тех происшествиях, я не мог проигнорировать случившееся.       Сказав это, староста «Аксоли» замолчал, оставив в воздухе четкое ощущение недосказанности. Сейчас и все это время Чон целенаправленно смотрел на Кима, фиксируя всю его речь, эмоции, даже после всего сказанного. Получив такое смазанное, но достаточно нестандартное для старосты чужого факультета объяснение, студент «Игнистер» остался неудовлетворенным таким ответом. Спутся пять секунд своего напряженного наблюдения за старшим и активной работы собственного мозга, взгляд Чонгука изменился со сосредоточенного на достаточно строгий. — Мило. — сказал он это достаточно равнодушно и вновь отвернулся от собеседника.       Будь это простая помощь с магией, младшекурсник бы очень оценил помощь старосты и был бы очень благодарен, однако у него тут не простая ситуация неуспеваемости или бездарности. Чонгук согласен, попадал бы он в школьный лазарет чисто из-за неправильного применения заклинаний, тогда бы занятия со студентами постарше могли бы решить его вопрос, вот только все что с ними происходило было связано с той черной материей и чувством ненависти, что была частью его и которую он никак не мог контролировать. — Только ты как раз-таки забыл причину тех инцидентов.       Серьезно проговорив это, он резко отступил назад и развернулся. Поправив свой теплый китель, он распахнул его и вложил во внутренний карман волшебную палочку, после же запахнулся и направился в сторону выхода с тренировочного полигона. Прослеживая за действиями своего собеседника, Ким озадачился. — Стой, а разве твое индивидуальное занятие уже закончилось?       Он развернулся к тому, смотря в спину и громко спросил, правда вместо того, чтобы ответить на то что сказал собеседник ранее, ему было интересно другое. Тэхен не стал бежать за ним, надеясь, что его не проигнорируют и ответят. Его обращение остановило парня, но вместо того, чтобы развернуться и установить зрительный контакт с собеседником, он лишь громко обратился к Киму, смотря прямо перед собой: — Мне не нужна помощь на основе жалости. Я не умею контролировать не только магию, но и то… — запнувшись при упоминание той черноты, после Чон вновь вернулся к тому, что хотел сказать старосте. — Твои добрые порывы спасения сыграют против тебя.       Сказав это он тут же сорвался с места и быстрым шагом пошел прочь с полигона, так чтобы оставить старшекурсника далеко позади себя. Тэхен не стал что-либо возражать и догонять уходяшего, он лишь задумчиво проводил взглядом чужую спину. «-… Твои добрые порывы спасения сыграют против тебя.»       От последних произнесенных младшекурсником слов, в его голове тут же всплыл облик Чимина. Образ его бывшего лучшего друга, что испепеляюще и в тоже время с болью смотрел на него. Виновато опустив голову и пытаясь выкинуть это видение со своей головы, он взял пример с Чона и поправив свой китель, пошел в замок. Он не был обижен или расстроен тем, что не приняли его помощь, как и не был разочарован тем, что потратил часть свободного времени на это. Тэхен просто задумался над словами своего собеседника, ведь младший не без основательно стерегся других.

***

      «— Но та материя и новенький… это его болезнь.» — теперь эти слова крутились у Чимина в голове каждый день. Не сказать, что Пака так заботила судьба младшекурсника «Игнистер», если бы после того видения его не стали беспокоить тревожные сны, а после разговора с Кимом, он не стал видеть их не как до этого — перед пробуждением, а уже с середины ночи. Даже то, что он просыпался посреди ночи, делал дыхательные упражнения, и в последние два дня даже стал жечь травы для хорошего сна, эффект сохранялся. Сложившиеся обстоятельства самым неприятным образом напоминали то, что он уже пережил с видением о родителях, вот только там его тревожные сны были подкреплены его чувствами, а здесь он понимал, что таковы последствия видения. Но определившись с этим, студент «Эрторий» не собирался игнорировать то, что происходило вокруг. Чимин для себя решил выяснить, что может стоять за всем этим. Так как Пак не был силен в медицине и не знал, что за вид болезни мог быть связан с черной материей, то решил с помощью магических справочников поискать заболевания с похожими симптомами. Взмахом волшебной палочки, он отобрал несколько справочников на книжной полке в библиотеке, а после новым, специально разработанным современными магами заклинанием, стал искать соответствия. Он произнес ключевые слова, а после стал ждать пока подходящая литература сама подбирется по ним. Словно толкаемые землятресением, книги одна за другой начали слетать с полок и подлетать к нему, с открытыми страницами на тех издержках, где описывались болезни с похожими симптомами. Благо никого в этой секции с Чимином не было, почему он мог позволить такую магию, не беспокоясь, что заденет кого-то. Вот только если перечисленные симптомы сходились по одному из показателей в этих справочниках, то самого главного среди них не было, а именно упоминание черной материи. Чимин не помнил сколько прошло времени пока он отсекал каждую следующую книгу, пока наконец не нашел то, что искал: «Черный сгусток магии, неконтролируемая магия, блокируемая магия». Вместо того, чтобы в свободное время от занятий заниматься домашним заданиями по предметам и готовиться к итоговым, Пак взял эту медицинскую книгу и стал подробно изучать написанное в ней. То, что там описывалось повергло Чимина в большое недоумение:       «С развитием осознанности и принятия магов из семей маглов в данное время значительно снизилось или можно даже сказать серьезно сократилось количество детей-обскуров* на территории цивилизационно-развитых государств. Детей-волшебников, что вынуждены скрывать или подавлять свои силы с паразитическим сгустком темной энергии, в последнее время Министерство Магии Европы регестрировало в десятки случаев, в то время как во времена сущестования того-кого-нельзя-называть и его преспешников в странах Европы, наличие обскуров было значительно больше так как преспешники темного Лорда, служившие в Министерствах Магии в разных странах Европы имели списки магловских детей. Для собственного развлечения они самостоятельно воздействовали либо на психику ребенка, либо на родителей не волшебных семей, почему цифры тех лет исчислялись сотнями и это были только известные случаи. Примечание 1. Когда обскур теряет над собой контроль, он принимает форму обскури. Размер и мощь зависят от врожденной силы хозяина: чем сильнее обскур, тем сильнее обскури. Иногда обскур может обращаться в обскури по своей воле. Однако угомонить обскури возможно; например, люди, которым они доверяют, или которые внушают ему доверие, могут убедить его остановиться. Редкий ребенок с обскуром способен дожить хотя бы до десяти лет. Примечание 2. Большую часть времени считалось, что обскурами могут становится маленькие дети с семи до девяти лет — время физического проявления и формирования магии в ребенке, однако современные лекари встречали и зрелых обскуров в возрасте от семнадцати лет. Такие случаи единичны, но в жизни имеют место быть.»       Прочитав небольшую выдержку из книги, Пак серьезно озадачился. Мысленно он стал вспоминать все видения в котором присутствовала черная материя: его предсказание Тэхену на уроке, его видение в коридоре школы, да и тот новенький, вернее его подсознание… В голове Чимина шел долгий мыслительный процесс: он вспоминал подробности, в особенности природу этой самой материи. Был ли там человек? Или это и был человек? — вот что стало главным вопросом для Чимина.

***

      На протяжении всей недели Чонгук как мог пытался избегать чужого порыва помощи. Он не злился на старшекурсника за его доброту, он просто не хотел чужой жалости к своей ситуации. Когда все вокруг ополчились против, когда сам уже забыл кем являешься, чужая доброта уже воспринималась инородно. В последнее время Чон просто хотел уединения. Уже сам стал бояться находиться среди людей. По сути он боялся неосознанно причинить боль, неосознанно потерять контроль, тем более он видел, как все вокруг него стали остороженно обходить. Преподаватели и целитель пристально за ним следили, его обидчики и другие с факультета, да и не только с его факультета, держались стороной, но он постоянно видел и чувствовал от кого-то настороженные, от кого-то воинственные, а от кого-то пренебрежительные взгляды. Правда только если обидчики прекратили его донимать и преследовать, то других форм выражения своей антипатии к нему они не стеснялись проявлять. Это проявлялось небольшими действиями и Чонгук по сей день мог контролировать свои реакции на это, но сегодня их выходки смогли воздействовать на него серьезно.       Он не перевозил большую часть вещей со своей комнаты его факультета, почему периодически возвращался туда, пока у всех проходили занятия. Сегодня как раз ему понадобилось зайти в свою комнату за сменными предметами для письма, где он и увидел плоды антипатии к себе. Когда он зашел в комнату, то сразу же увидел на своей кровати свою сменную, магловскую, как ее назвали здесь, одежду. Два свитера, что ему связала мама своими руками, были испачканы в какой-то непонятной жиже и чтобы понять природу этой смеси Чон рассмотрел и обнюхал свою одежду, а после мог только разочаровано и растроенно положить вещи обратно на кровать. Чонгук хотел разозлится, но не смог, потому что в данный момент больше испытывал грусть из-за испорченных любимых свитеров. Решив не зацикливаться на этом, он направился к своему шкафу, чтобы достать то зачем пришел, но и тут его ждал неприятный сюрприз. Дверка была запечатана каким-то заклинанием, а пока он дергал её, то откуда-то упала записка. Он взял этот клочок бумаги в свои руки и прочитал: «Расколдуй, если сможешь» — даже от рукописного содержания так и сквозило тем настроением с которым оно было послано. И уже вот это серьезно повлияло на его настроение. Скомкав послание в своей руке, он со злостью кинул его куда-то подальше от себя, а потом развернувшись, пошел прочь из комнаты, так ничего и не прихватив. Он не стал пользоваться магией, пускай даже если в последнее время немного лучше применял волшебство и такое примитивное заклинание для него уже было под силу, однако в таком настроении, побоялся потерять контроль. В связи с этим он поменял все свои планы и уже не желал возвращаться в специальный класс, для самостоятельных занятий на время холодов, что вчера для него выделил Сташевски. Вместо первоначальной цели, Чон накинув на ходу верхнюю одежду, быстрым шагом направился прочь из школы, на полигон.       Студент красных волков практически вылетел со школы на улицу и контраст температур тут же отрезвил его сознание. Негативные эмоции ослабли, но не отпустили, однако это состояние было намного лучше, нежели в гостиной его факультета. Снизив темп из-за ветра, он продолжал идти так быстро насколько мог, чтобы побыстрее выплеснуть негатив. Главный целитель просил его заботиться об эмоциональном состоянии и не держать в себе, чтобы не подпитывать собственную магию негативом и несмотря на то, что Чонгук был подозрителен в отношении скрытности целителя и преподователей, нарушать их наставления он не собирался. Пока он настойчиво продолжал идти до полигона, его гнев сменился на обиду и разочарование. Сильные чувства злости схлынули, уступив место не менее сильным эмоциям. На глаза наворачивались слезы и он не мог их контролировать. Из-за холода и ветра, кожу начало пощипывать и неприятно покалывать в мокрых дорожках от слез, почему Чон стал сдерживать себя, пока пробирался сквозь лесную растительность, чтобы наконец выйти к чистому пространству места своих тренировок. Не успев толком выйти на расчищенное пространство, он с ходу взмахнул волшебной палочкой и твердо произнес заклинание, наводясь на достаточно крупный камень, что лежал на другом большом булыжнике: — Эверте Статум!       Его магия сработала незамедлительно и четко. Камень отскочил с такой силой, словно его ударило невероятной взрывной волной, что он улетел так далеко и сильно, что было слышно как была повреждена ветка одного из дальних деревьев. Хруст прозвучал так громко, а последующее падение этой ветки просто отдало в уши, только Чонгук на это никак не отреагировал: он стоял и пытался отдышаться от своего порыва. Вглядываясь в то место, куда отлетел камень, Чон потерял ощущение пространства. — Невероятно!       От басистого вскрика, Чонгук дернулся всем телом и резко вернулся в реальность, а затем вновь напрягся, когда осознал, что был не один на этом полигоне. — Четкость направления и твоя магическая сила просто невероятны!       Послышался повышенный от восхищения голос позади него, а после шаги незванного свидетеля. Студент «Игнистер» узнал личность этого человека и его намерения, однако сейчас он не хотел видеть никого, и как нестранно, староста «Аксоли» был одним из первых в этом списке. — Ты достиг крутого результата, можешь собой гордится!       По мере приближения к нему, голос Кима снижался в громкости, однако его доброта и позитивный настрой, наряду с мягкостью и дружелюбием ни разу не снизились. Таким тоном и настроем топились льды, однако с нынешним состоянием Чона, все было с точностью, но наоборот — с его неостывшими чувствами, это протыкало иглами все его существо. Когда Чонгук уловил звук со стороны, с которой подходил старший, то тут же отвернулся в противоположную от него сторону, не желая показывать свое лицо, а именно глаза. На возгласы старшекурсника он никак не ответил, поэтому молча развернулся и отошел от того места на котором стоял ранее, прочь от собеседника. — Прости, — когда Ким понял настроение младшего, то его голос уже не звучал так воодушевлено, а приобрел нотки извинения и уже был тише, чем до этого. Радость в его голосе сменилась на сдержанность и стал как будто немного грустнее. — я снова пришел без спроса. Я хотел помочь, но уже вижу, что у тебя итак все круто получается, поэтому сегодня не стану тебе мешать.       Было слышно как сказав это, староста чужого факультета пошел по направлению дорожки, что вела отсюда к школе, почему Чон когда понял чужое действие, тут же отвернулся от Кима в противополжную сторону вновь. Отвернувшись, он вслушивался в чужие шаги и ждал их отдаления, однако звук шагов вдруг прекратился, тем самым говоря о том, что их обладатель остановился. После незамедлительно послышался скрип подошвы о снег. — А вообще я хотел подметить, что у тебя невероятно сильная магия. Тебе нужно поаккуратнее с ней…       Он проговорил это достаточно мягко и с добрыми намерениями, однако его слова были приняты в штыки, почему его резко прервали. — Я знаю.       Достаточно резко отозвался Чонгук, чем выбил Кима из колеи, но вместо того чтобы возмутиться от такого ответа, Тэхен быстро взял себя в руки и начал пояснять свою точку зрения: — Не пойми не правильно, я просто беспокоился… Та темная энергия… У тебя все еще есть шанс вылечится…       Сбивчиво стал объяснятся Ким, полагая, что его собеседник понимает, что он хочет сказать. Вот только его не хотели слушать. — Мне не нужна ничья помощь.       На эмоциях выкрикнул он и о такого порыва, почувствовал как в груди что-то неприятно стукнуло, но он предпочел проигнорировать это, пока староста чужого факультета был рядом. В то время как Тэхен получив такой ответ, изменился в лице. Его добрый порыв изменился, но он не обиделся, однако воспринял такое поведение согласно ситуации. Он вмиг стал серьезным, он знал, что должен принять чужую точку зрения на свою навязчивость, но не смог удержаться от высказывания своих мыслей. Между ними конечно возникла тишина и Ким хотел что-то сказать и открыл рот, вот только передумал и уже развернулся чтобы уйти, только в итоге так и не сделал это. Вместо того чтобы уйти, Ким снова развернулся к чужой спине и все-таки высказал свои мысли: — Ты ошибаешься. — с некой строгостью выкрикнул староста белых дельфинов. — Избегая людей, ты только и варишься в своем страхе и опасениях. Ты только и черпаешь весь собранный негатив…       За последние два года, Тэхен не выходил из себя, как сейчас. За это время он даже с Чимином и его обидой не спорил. Так что в данный момент он буквально не узнавал самого себя, когда выкрикивал подобное малознакомому парню с другого факультета. Ким не знал, почему эта ситуация так сильно его вывела из себя, не понимал, почему слова этого студента все-таки всколыхнули в нем такие чувства и почему ему было важно излить свои мысли в такой форме ему. — Уходи!       Резко выкрикнул он старшему с нарастающей злобой, а после осознав, какие эмоции разгорелись в его сердце после этих слов, он быстро сжал рукой свою грудь и часто задышал. Автоматически он согнулся от испытываемых ощущений в теле, что вновь набирали в нем силу. — Чт… — нахмурился Ким сначала от возмущения, а затем от непонимания происходящего, однако мгновенно все осознав, он тут же прервал сам себя. — Протего Максима, Фианто Дури, Репелло Инимикум — тут же сориентировался он, чтобы покрыть всю площадь полигона защитным куполом.       Пока старшекурсник, что-то говорил Чонгук старался подавить в себе что-то нарастающее. Он уже не мог держаться на ногах, почему упал на колени. Ощущения были темными, но уже знакомыми, почему он уже понял к чему это все шло. — Уходи. — насколько мог, Чон произнес предостережение своему невольному собеседнику, пока его сознание медленно уплывало от него. — Чонгук, держись! — пока он строил защиту вокруг, в промежутке успевал выкрикнуть слова поддержки младшему.       Закончив, выстраивать защитные чары, Тэхен хотел поспешить к парню, что стоял на коленях на снежном полигоне. Он тут же рванул к нему, однако стоило ему подойти ближе, как он увидел черный дым, сочащийся с младшекурсника. Выйдя из оцепенения спустя несколько секунд, Ким покрепче сжал свою волшебную палочку и несмотря ни на что решил подойти к тому. С той позиции с которой он остановился прежде чем заметить черную дымку, было не так много шагов до младшего, почему он все же аккуратно делал медленные, легкие шаги по направлению к Чону. Поначалу медленно, а после смелее староста белых дельфинов наконец подошел достаточно близко к тому. Студент красных волков, стоял на коленях и упирался ладонями о землю, голова его была опущена вниз, в то время как черная материя струилась и билась энергией возле него. На удивление старшего эта энергия не нападала на него, не шла в бой, как тогда с теми обидчиками в коридоре школы. Подойдя еще ближе, Тэхен даже задержал дыхание, выжидая действий в свою сторону и простояв так около тридцати секунд, уже смелее ступил на ту зону на которой растеклась эта темная энергия парня. Наступив и понаблюдав за ситуацией, он уже со всей уверенностью подошел к парню вплотную и опустился на корточки рядом с ним. — Чонгук.       Аккуратно и достаточно тихо позвал парня, а затем огляделся по сторонам от них, наблюдая активность черной энергии, после же возвращая свое внимание к студенту «Игнистер». — Чонгук, ты меня слышишь?       Он мягко дотронулся плеча парня и стал вглядываться в лицо, часть которого не было видно из-за волос. Своей левой рукой в которой была палочка, он попытался убрать чужие волосы, чтобы увидеть взгляд парня. Когда он убрал прядку и увидел один глаз, что ему удалось открыть, то немного нервно взглотнул. Глаз парня полностью почернел и пристально смотрел в землю. Он никак не реагировал и Тэхен осознал, что тот был в неком трансе. Убрав свою руку от чужих волос также медленно, как и подносил, Ким немного отстранился при этом второй рукой он продолжал мягко держать младшекурсника за плечо. Снова обернувшись он бегло посмотрел кругом: проверяя не находился ли кто рядом с полигоном, затем посмотрел на ту черную материю что вокруг них с Чонгуком колебалась на земле. Будучи в спокойной ситуации, Ким бы удивился, что данная энергия никак не ощущалась для него, однако стоя рядом с этим парнем, вовсе забыл о том, что эта та самая материя, что нанесла вред Чимину и оттолкнула тех парней. Сглотнув и вернув свой взгляд перед собой, Тэхен машинально посмотрел вниз — на руки младшего, что опирались на снежную землю. Ким не знал как вернуть парня в сознание, он только понимал, что мог лишь ждать, только единственное, что увидев чужие руки на холодной земле, ему машинально захотелось их отогреть. Без раздумий или каких-либо других размышлений, он отложил свою волшебную палочку и затем положил свою ладонь на левую руку парня, желая отогреть. Как и ожидалось руки парня были холодными и Тэхен мог только греть чужую руку, после он решил добавить и вторую свою руку, которая все это время была на плече младшего, на его правую руку. Проделывая это, он заметил, как чернота вокруг словно уменьшилась в площади, словно бы часть ее втянулась обратно в своего хозяина и он решил попробовать снова позвать того: — Чонгук, ты меня слышишь?       Если до этого парень как будто не дышал, то сейчас Ким словно бы стал слышать редкое дыхание, а затем увидел небольшой пар из-за рта младшего. — Чон…       Решил еще раз позвать младшего, в то время как сам перевел взгляд в сторону от того, наблюдая как эта неведомая субстанция вновь возвращается в тело хозяина, уже окончательно впитываясь обратно. — Чон… гук?       Попробовал вновь и уже в этот раз на его слова медленно подняли голову, а затем посмотрели прямо на него. Глаза постепенно стали обретать человеческий вид и в них уже проглядывались эмоции, а точнее — тихое признание вперемешку с удивлением, одновременно с неверием происходящего. В этом взгляде переворачивались миры, заново отстраивалась Вселенная — по-другому нельзя было описать весь спектр, что отображался в них. — Ты что-нибудь помнишь? — на радостях Ким сжал свои руки, тем самым сжав чужие руки в своих, таким образом обращая свое и чужое внимание к этому.       Чонгук непонимающе, посмотрел вниз на свои руки и вновь поразился увиденным. — П-прости, — тут же подобрался Ким и неловко, быстро убрал свои руки с чужих, отведя свой взгляд также. — я не знал, что делать и как поступить пока твоя энергия была активна, поэтому решил согреть тебе руки, чтобы ты их не отморозил.       Немного неловко оправдался старший, пока младший подтянул свои руки к себе. Убирая с того места, на которое они все это время опирались. До сих пор он не сказал ни слова, так как в данный момент был больше в недоумении от происходяшего и произошедшего, хотя от чего больше он сам не мог осознать. Все-таки осознанность до конца к нему не вернулась. — С-спасибо.       Когда спустя несколько секунд к нему пришло какое-никакое ощущение реальности происходящего, Чон неловко поблагодарил старшего. Пока Чонгук вставал с колен и отряхивался, Тэхен тоже взял с него пример, одновременно с этим решаясь предложить ему сменить место после случившегося: — Ты наверное не хочешь сейчас в лазарет, но…       Неловко начал он, при этом не надеясь, что на его предложение ответят положительно. — Пойдем. — кратко и резко согласился Чон, чем озадачил своего собеседника.       Тэхен же какое-то время внимательно понаблюдал за студентом «Игнистер», что как-то скованно поправлял свою верхнюю одежду и как мог старательно прятал свои глаза. — Хорошо.       Кивнув сам себе, понимая, всю неловкость ситуации для младшего, Тэхен тут же стал снимать с полигона свои защитные чары, чтобы выйти с этого пространства. Он полностью погрузился в этот процесс, почему не заметил, как Чон украдкой, но внимательно стал всматриваться в него, у себя в голове укладывая новую информацию. До сегодняшнего дня, Чонгук был уверен, что являлся опасностью для всех, однако произошедшее достаточно серьезно перевернуло его представление о себе и о том, что с ним происходило. В разуме парня появился проблеск надежды, что за столько месяцев растопил угли в его сердце.