В один из циклов что-то пошло не так...

Я вышел из автобуса и принялся осматриваться. Мало того, что из зимы попал в лето, так и местность еще какая-то незнакомая. И что это еще за пионерлагерь «Совенок»? Откуда здесь пережиток далеких социалистических времен? И ведь не скажешь, что заброшен. Неожиданно из-за ворот появилась девушка. В пионерской форме. — Привет! Ты, наверное, новенький? Я нерешительно перешёл к контакту четвёртой степени: — Ну… наверное. «Мало ли куда меня перенесло. Может и планета совсем другая уже. И я тут общаюсь с некоей кремнийорганической формой жизни». Внешний вид девушки, впрочем, говорил об обратном. — О! Это замечательно! Добро пожаловать в пионерлагерь «Совенок». От лица всего нашего дружного коллектива ребят, их вожатых и обслуживающего персонала приветствую тебя! Надеюсь, тебе у нас понравится! Мое имя Славяна! Но все меня Славя зовут. И ты тоже зови. — Хорошо. Буду звать. «Надеюсь, вскоре я проснусь, и никого звать уже не понадобится. Как там в Винни-Пухе — как позвать Слонопотама? Идет ли он на свист и, если идет, то зачем?» — Э-э-э… да… А меня Семен зовут. И ты тоже зови… Если понадоблюсь. Я почесал затылок. «Абсурдная ситуация, абсурдные мысли. Какой-то лагерь, пионеры, Славяны…» Тут к нам присоединилась еще одна девушка. — Алиса? Что ты тут делаешь? «Алиса?» — Не слушай ее! Она перепутала! Я — Славяна! — Что значит ты — Славяна? А я тогда кто? — Откуда я знаю? Возможно, ты — Лена. И вообще, кто первый, тот и Славяна! — Не обращай внимания, Алиса шутит. Она у нас выдумщица и хулиганка, — обратилась новенькая девушка уже ко мне, подхватила под руку и, прижавшись так, что я почувствовал мягкость ее груди, прошептала: — И лучше держись от нее подальше. От таких, сам понимаешь, ничего хорошего не жди. Потом немного отстранилась и уже громко продолжила: — Сейчас я провожу тебя к вожатой. Как доехал? «Что здесь творится?» — Нет, я провожу! — первая девушка схватила меня за другую руку и потянула в свою сторону. Некоторое время длилось молчаливое силовое противостояние, заключавшееся в перетягивании Семена. Наконец поняв, что грубой силой тут ничего не решить, соперницы перешли к переговорам, оставив меня в покое. — Ты что творишь? Совсем сбрендила или это уже белая горячка? — возмутилась вторая девушка. — Да сколько можно одно и то же снова и снова. Все, надоело! Хочу быть доброй, ласковой и милой. — Чего-о-о? — Того! Теперь твоя очередь одиноко бренчать на гитаре вечерами, устраивать пакости Шляпе и держать в страхе весь лагерь. Еще быть колючей, гордой и неприступной, но с большим, любящим сердцем. Не забудь. — Вот еще. С каких это пор… — А вот с таких. Теперь только так и никак иначе. Твое место занято. Смирись. — Знаешь, что? — девушка кипела от негодования не в силах подобрать слова. — Что? — Это уже выходит за всякие границы. Совсем распоясалась? Придется взяться и за твое воспитание. — Ну попробуй… «Кажется, назревает драка. Стоит ли мне вмешаться или это не мое дело?» — я стал озираться в поисках путей отступления: «Надо просто незаметно и тихонечко удалиться». — Ой, девочки, м-может, не надо? — раздался чей-то жалобный голосок из-за моей спины. Я оглянулся и увидел еще одну девушку в пионерской форме, в глазах ее был испуг, а руки молитвенно сложены перед собой. «Кажется, я окружен и бежать некуда». — Блин, Лена! Вот только тебя здесь и не хватало. Чего пришла? А ну скройся с глаз, а то и тебе перепадет. — Алиса… Но ведь так нельзя… — Было нельзя, а теперь можно! Беру власть в свои руки! — Вся власть советам! То есть мне, — воскликнула еще одна девушка, быстро подбежав и встав живым барьером между готовыми кинуться друг на друга пионерками. — Ульяна, ты, как всегда, вовремя. Держи свою подругу на поводке и намордник на нее надень, а то покусает еще. Бешеная. — Щас я кого-то укушу — мало не покажется, — Алиса кинулась на… в общем, все девушки бросились друг на друга, началась потасовка, смешались люди, кони… Но все довольно быстро кончилось. Большая рыжая лежала на земле, и ее держала каким-то хитрым захватом, не позволяя подняться, маленькая Ульяна, а девушку с косами держала Лена, выглядевшая теперь отнюдь не безобидно. — Ну, и что тут происходит? Что я пропустила интересного? — спросила Ульяна. — Эта ненормальная утверждает, что теперь она Славяна, — блондинка кивнула на поверженную рыжую. — Алиска, поясни! — Да чего пояснять? Хочу побыть колхозницей. Надоело, знаешь ли, каждый раз одно и то же. Разнообразие, все дела. — А что, идея мне нравится. Должно быть весело. Может, правда попробуем? — И правда, почему бы не попробовать? Все обернулись к новому действующему лицу — женщине, тоже облаченной в пионерскую форму, но старше всех прочих собравшихся. — Ольга Дмитриевна? — хором вопросили девушки. — Да, да, она самая. Не ждали, как я погляжу. Ну и что вы тут устроили, болезные? Совсем кукуха съехала. Да-а-а, дела… Лена, давай в расход всех этих бракованных, а потом и сама не забудь ликвидироваться. Отдохну наконец от вас хотя бы недельку. В конце концов, должен же и у меня быть отпуск… Женщина тяжко вздохнула, развернулась и скрылась за воротами. — Прости, Семен, — последнее, что я услышал, перед тем, как девушка Лена с грустью во взгляде вонзила нож мне в грудь.