Живой человек в железном костюме

      — Пап, нам надо очень серьёзно поговорить, — сказал Питер, тяжело опускаясь на стул.       Тони вопросительно вскинул брови, прикрывая крышку ноутбука. Ребёнок выглядел очень напряжённым и задумчивым, что можно было увидеть довольно редко. Либо Питер пытался решиться говорить что-либо или нет, или же пытался разобраться в какой-то проблеме.       — Да, малыш? — немного подтолкнул его к разговору Тони.       — Эм… Что ты скажешь, если я признаюсь тебе… помнишь, когда ЭмДжей была у меня? — спросил Питер, потупив взгляд.       — По-омню, — медленно протянул Тони, надеясь, что появившаяся в голове фантазия просто глупа.       Питер немного поёрзал на стуле и сжал зубы, делая глубокий вдох. Пальцы парня всё время теребили края футболки.       — ЭмДжей беременна, — наконец выдохнул Питер.       Ручка, до того зажатая между пальцами Тони, упала на стол и скатилась вниз, оставляя длинную чернильную полоску на документах. Его рот чуть приоткрылся, когда он смотрел на своего сына.       — Что блять? — выдохнул Тони.       — Ну, знаешь, я не думал, что всё так выйдет… — пробормотал Питер, явно подавленный из-за того, что случилось.       Тони был в таком шоке, что просто не мог ни слова сказать. Он лишь смотрел на ребёнка, снова и снова прокручивая в голове полученную информацию.       — Ты вообще думал? Тебе пятнадцать! — наконец смог сказать мужчина.       — Почти шестнадцать. Типа… почему нет? Я достаточно взрослый, — пожал плечами Питер, но, словив взгляд отца, весь съёжился.       — Блять, да за что мне всё это? — пробормотал Тони, пытаясь всё же взять себя в руки.       Питер вскинул голову, прыснув от смеха. Мужчина замер, глядя на ребёнка и пытаясь понять, что могло так его рассмешить.       — Пятница, напомни-ка своему боссу, какая сегодня дата, — попросил Питер.       — Первое апреля, босс, — непременно отозвался ИИ.       Тони поднял взгляд на ребёнка, чувствуя желание убивать. Питер продолжал смеяться и улыбаться, глядя на него.       Точно, первое апреля. Как Тони ненавидел этот день. Всем своим сердцем.       — Видел бы ты своё лицо, — смеялся Питер, — Признай, ты поверил мне!       — Признаю, что это не самая удачная шутка. Я уже не молод, моё сердце может не выдерживать таких эмоциональных перепадов, а ты — мелкий засранец, и я хочу тебя убить, — на одном дыхании сказал Тони.       Дверь открылась и в кабинет вошла Пеппер, неся в руках огромную стопку бумаг. Она опустила их на край стола и развернулась, направляясь к выходу.       — Хей! Что это? — спросил Тони, глядя на действительно немаленькую кипу.       — Тебе надо проверить и подписать все эти документы до конца дня, — сказала Пеппер, вновь оборачиваясь, — Завтра все эти отчёты должны быть уже отправлены.       Тони перевёл взгляд на время, затем на бумаги, а потом снова на время. Даже Питер не смеялся, глядя на это всё.       — Это шутка? — спросил ребёнок, вопросительно выгнув бровь и посмотрев на Пеппер.       — Нет, Пит, не шутка. И, да, ты тоже позанимайся этим. Так больше вероятность того, что вы оба управитесь до ночи.       Питер нервно сглотнул и снова посмотрел на кучу бумаг. На действительно внушительную кучу бумаг. Тони понимал его, потому что сам не мог представить, как можно проверить и подписать так много за девять часов, что у них остались.       — Так, был рад над тобой поиздеваться, пап, но мне пора, — протараторил Питер и выскочил из кабинета, чуть не сбив Пеппер с ног.       — Предатель! — бросил Тони ему вслед и посмотрел на всё ещё стоявшую в комнате женщину, — Пожалуйста, скажи, что это шутка. Я же не могу так, — буквально взмолился он.       Пеппер попыталась спрятать улыбку, но не смогла. Она чуть рассмеялась и кивнула.       — Только половина из этого срочное.       — Да ты… — чуть не сказал Тони, глядя на то, что даже половина из этого — довольно много, — твою ж…       — У тебя время до конца следующей недели, — рассмеялась Пеппер, — с первым апреля, дорогой.       Тони бросил на неё испепеляющий взгляд. Пеппер на это лишь ещё раз засмеялась и вышла, прикрывая за собой дверь.       Каждый год первого апреля все всячески пытались его подставить или высмеять. Иногда шутки его забавляли, но, на самом деле, Тони не любил этот день. Не просто не любил, а люто ненавидел.       С такими шутками, какие ему порой устраивали, он поседеет слишком быстро.       Тони протянул руку и быстро пролистал документы, чтобы понять, с чем ему придётся работать в ближайшее время. Хорошо, что Пеппер пошутила о сроках, иначе бы он тут же отказался от компании.       И это действительно было бы правильным для него решением. Тони ненавидел работать с бумагами практически также, как и ненавидел этот день.       Радовало, что кроме этих двоих никто никогда над ним не шутит, разве что Роуди, который сейчас не в башне и ещё долго тут не будет появляться. Потому все сегодняшние розыгрыши подошли к концу и можно было вздохнуть с облегчением.       Тони на это надеялся.       Тони резко отскочил в сторону, когда мини-реактор вспыхнул у него под руками. Тут же появился Дубина, брызгая из огнетушителя на пламя.       — А я уж подумывал тебя разобрать на запчасти, старина, — пробормотал Тони, глядя на машину.       Дубина отъехал в сторону, останавливаясь в углу комнаты. Мужчина подошёл к столу и посмотрел на пену, под которой виднелся перегоревший реактор. Тони надеялся разобрать этот один, чтобы достать несколько пластин для нового костюма, так как ему не хотелось долго сидеть и создавать новые. Что ж, теперь всё же придётся.       — Эй, Дубина, а убирать кто будет? — спросил Тони строго, глядя на машину, словно бы это был живой человек.       Дубина не пошевелился.       — На металлолом разберу нахрен, — бросил Тони.       Никакой реакции. Что ж, значит, точно пойдёт в металлолом.       Тони бросил ещё один раздражённый взгляд на пену, заливающую стол, прежде чем вздохнуть, мысленно махнув рукой, и выйти из мастерской. Всё равно это всё никуда не денется, а он уже изрядно устал.       Мужчина вошёл в комнату, когда внезапно раздался детский крик. Это кричал Питер. Тони чуть усмехнулся и лёг на кровать, облегчённо вздыхая, когда наконец смог прилечь впервые за весь день. Он всю ночь сидел в кабинете и работал, но теперь он свободен.       Послышались быстрые уверенные шаги, и дверь в комнату распахнулась. Тони закинул руки за голову, придавая себе расслабленный и непринуждённый вид. Он чуть приподнял голову, бросив на ребёнка мимолётный взгляд, прежде чем снова откинуться на подушку и прикрыть глаза.       — Думаешь, это смешно? — спросил Питер серьёзно.       — Ты о чём? — о, быть таким равнодушным получалось очень хорошо.       — Первое апреля — это день смеха, а не страха! — возмутился Питер, а затем кинул на Тони мохнатую игрушку большого паука, которая выглядела достаточно реалистично.       — Для меня это было достаточно смешно, Пит, — улыбнулся Тони, приоткрыв глаза, чтобы посмотреть на упавшую рядом с ним игрушку, — Кстати, можешь оставить его себе.       — Ну уж нет! — запротестовал Питер, размахивая руками и отрицательно качая головой, — Не хочу умереть посреди ночи от страха.       — Он довольно симпатичный, не находишь? — спросил Тони, беря игрушку в руки и вертя её, — Вы с ним похожи.       Питер поморщился, прежде чем бросить на отца испепеляющий взгляд. Тони лишь рассмеялся и резко сел, кидая игрушку в ребёнка. Парень завизжал, отскакивая в сторону.       Ладно, может, первое апреля не было таким уж нелюбимым. Теперь.