Кроме тебя

— Ну, вот что ты вредный такой? Хоть намекни, куда мы идём? — Сара шутливо толкнула Майкла плечом, глядя на красивый огороженный чёрной кованой оградой скверик, в котором вот-вот должны были зацвести вишни. — Тогда не получится сюрприза. А я готовился, — серьёзно ответил он. — Мы почти пришли. Сара подставила лицо под согревающие солнечные лучи и вдохнула полной грудью лёгкий, сладковатый аромат весны. Они шли по тихой улице вдоль ровного ряда похожих, словно кубики Лего, домов, которые отличались лишь цветом стен и входных дверей. В каких-то домах первые этажи заняли маленькие, уютные магазинчики, а на углу, судя по чарующему аромату свежей сдобы, располагалась пекарня. — Вот, мы на месте, — улыбнулся он. Майкл потянул растерявшуюся Сару к отполированной, деревянной двери цвета венге и уверенно нажал на звонок. Спустя минуту им открыла высокая, худощавая, улыбчивая женщина за пятьдесят с аккуратно уложенными светлыми волосами. — Здравствуйте, миссис Эванс. — Он крепче сжал ладонь Сары. — Вы вовремя, проходите, — улыбнулась она и отошла в сторону, чтобы пропустить их в дом. — А вы должно быть Сара. Майкл о вас рассказывал. Они прошли в небольшой светлый холл с дверьми по обе стороны от входа и широкой лестницей наверх. — Направо, — подсказала миссис Эванс и распахнула перед Сарой дверь в квартиру. Сара посмотрела на Майкла, но тот лишь загадочно улыбался. — Сюрприз, — произнёс он шёпотом. Сара вошла в маленькую, но уютную квартиру. Светло-фисташковые обои гостиной гармонировали с темно-зеленым диваном. На журнальном столике стоял фактурный белый горшочек с цветущим кактусом. Плотные бежевые шторы в тон ковру визуально не перегружали комнату, но вечером определенно закрывали от любопытных глаз. — Тут кухня. Маленькая, но всё есть: плита, раковина, холодильник, стол на двоих. — Миссис Эванс указала на небольшой закуток, отделенный от гостиной тонкими раздвижными деревянными дверьми. Окна на кухне не было, но там также царили чистота и домашний уют. — А тут спальня. Тоже небольшая, но с вместительным шкафом. А тут ванная и туалет. — Ну, как тебе? Нравится? — спросил Майкл. — Если да, то можем хоть завтра переехать. — Что? — Сара удивлённо уставилась на него. — С ума сошёл? Она же стоит раза в два дороже той, где мы сейчас живём! — Вовсе нет, — довольно улыбнулся он, — примерно столько же. Разница несущественная. — Не может быть! — она нахмурилась. — В таком районе чистая, мебелироваеная квартира не может дёшево сдаваться. — Позвольте, я объясню. Дело в том, — мягко встряла в их разговор миссис Эванс, — что квартира на первом этаже и выходит окнами на дорогу, поэтому жильцы, которые здесь были до вас, жаловались на шум, особенно по утрам, когда приезжал грузовик в пекарню для отгрузки как раз практически под вашими окнами. Я пыталась договориться с владельцем пекарни, но увы. Всё бесполезно. Поэтому, чтобы избежать жалоб и недовольства, пришлось снизить цену и предупреждать жильцов, что шум и лязг могут их будить каждый день в четыре утра. Далеко не все готовы пожертвовать сном даже ради привлекательной арендной платы. Сара про себя усмехнулась. Она так уставала в школе и на работе, что её бы и грохочущие танки не побеспокоили бы. — Что думаешь, детка? — спросил Майкл и взял Сару за руку. — Район намного спокойнее и чище. И я не буду так сильно волноваться, если придётся задержаться в университете, и я не смогу тебя встретить после вечерней смены. До школы по времени добираться примерно столько же, сколько и сейчас. Зато никаких текущих труб, неисправной проводки с вечно перегорающими лампочками, никаких тараканов и пьяных соседей. — Мне нравится, — честно призналась Сара. Она ещё раз обвела взглядом обои приятных пастельных тонов, полюбовалась полом, застеленном ламинатом, а не старым, вытертым, линолеумом. В квартире приятно пахло, и ощущение домашнего тепла проникало в душу. — Очень нравится, — добавила она, когда увидела двуспальную кровать, занимавшую большую часть спальни, и которая без сомнения была удобнее старого продавленного дивана, на котором им приходилось спать сейчас. — Тогда давайте заполним договор, — сказала довольная миссис Эванс. *** Сара пританцовывала и тихо подпевала радио. Ей нравилось ходить по новой квартире босиком, расставлять разные мелочи вроде их с Майклом фотографий в рамках, любимых кружек на кухне, книг и учебников. Она уже успела разложить вещи, убрать дорожные сумки и приготовить ужин. Сара плюхнулась на мягкий диван и счастливо улыбнулась. Это был их дом. Настоящий дом, куда хотелось возвращаться каждый вечер, а не просто крыша над головой с видом на кирпичную стену соседнего здания. За дверью послышался шорох. Майкл! Два дня без него казались вечностью. Сара вскочила с дивана, поправила волосы и расстегнула ещё одну верхнюю пуговицу на его фланелевой рубашке, в которой ходила по квартире. — Привет, детка. — Майкл не успел договорить, как Сара повисла на нём, крепко обняла за шею и поцеловала в губы. Она соскучилась. Соскучилась по его теплу, звучанию голоса, сильным рукам и лукавым зелёным глазам. — У меня для тебя сюрприз, — заговорщицки шепнул он. — Опять? — она разжала объятия и осмотрела его с ног до головы, но ничего интересного или подозрительного не увидела. — Ага. Тебе понравится. Закрой глаза, — он невинно улыбался, но в глазах плясали искры смеха. — А то не покажу. Сара несколько секунд раздумывала, а потом всё же сделала, как он просил. Послышался шорох его куртки, звук тихо открываемой двери, а потом такое пронзительное «мяу», что у Сары душа заледенела. — Вот гаденыш, всё испортил, — недовольно пробурчал Майкл. — Лапочка! Лапочка. Это ты, маленький? — Сара подскочила к пластиковой переноске и принялась возиться с замком, чтобы выпустить питомца, которого не видела почти полгода и о котором часто вспоминала. — Говорил же, что тебе понравится. — Спасибо! — Сара радостно чмокнула Майкла в губы, а затем достала большого чёрного кота и сжала в объятиях. Сначала он попытался вырваться, но вдруг, словно вспомнив её, замер, а потом и вовсе крепко прижался. — Ты забрал его у мамы? — Она сама мне его отдала. — Как она? — погрустнела Сара. — Всё ещё на тебя злится, — честно признался Майкл. — И на меня тоже. — А твои? — робко спросила она. — Ну, мама делает вид, что всё хорошо. Бобби со мной по-прежнему не разговаривает. Майкл старался скрыть, что поведение младшего брата его задевало и очень расстраивало. — Ты, наверное, голодный с дороги. И Лапочка тоже. Я сейчас накрою на стол, — засуетилась она и опустила кота на пол, чтобы он осмотрелся в новом жилище. — Слушай сюда, блошиный притон. — Майкл бесцеремонно приподнял кота за шкирку. — Мебель не драть, по столу не ходить и вообще вести себя прилично, а то будешь сидеть на хлебе и воде и жить в коробке под дверью. И она, — они оба посмотрели в сторону хлопочущей на кухне Сары, — тебе не поможет. Понял меня, мочалка шерстяная? Лапочка демонстративно фыркнул, вывернулся из рук Майкла и пошёл осматривать и обнюхивать свой новый дом. — А миссис Эванс не будет против Лапочки? — заволновалась Сара, когда они сели ужинать. — Думаю, что если пропишем в договоре пункт про компенсацию возможного ущерба, то не будет. — Хорошо, — улыбнулась она и погладила посапывающего на её коленях кота. После ужина Сара и Майкл разбирали вещи, которые он привёз из Сентфора: немногочисленную одежду, несколько любимых книг, бейсбольные коллекционные карточки, спортивные кубки, а также пластинки и кассеты. — Синатра? Серьёзно? — рассмеялась Сара, увидев пластинку в плотной бумажной упаковке с изображением знаменитого певца. — Бабушка подарила на рождество, — смутился Майкл. — Её последний подарок. — Он забрал пластинку из рук Сары. Она вдруг осознала, что его друзья, родные и связанные с ними места остались в Сентфоре, что он смог забрать совсем немного из того, что было ему дорого. — Давай поставим? — предложила она и нежно погладила его по руке. Майкл улыбнулся, взял пластинку и подошёл к патефону. Провозившись пару минут, он осторожно вынул пластинку, надел её на металлический штырек, затем подвинул головку с тонкой иголкой, прицелившись к краю пластинки, и опустил. Послышался характерный треск, а затем комнату наполнила музыка. Мелодичная, приятная, словно из старого голливудского фильма, которые так здорово смотреть на рождество. Сара подошла к Майклу, обняла со спины и крепко прижалась. Он был такой родной, сильный, надёжный. От звучания бархатистого голоса Фрэнка Синатры по телу пробегали приятные мурашки, а внутри возникал трепет. Если бы было можно, Сара бы поймала этот волшебный момент, как светлячка в банку, чтобы наслаждаться волшебством, когда его будет не хватать, а такие моменты наверняка будут. Иначе не бывает. — Потанцуем? — Майкл высвободился из её объятий и развернулся к ней лицом. — С удовольствием, мистер Тёрнер. — Она положила ему руки на плечи, вглядываясь в любимые зелёные глаза. — Такое странное и приятное чувство, — тихо сказала она. — Какое? — Он погладил её по щеке, соприкасаясь босыми ногами с её, переступая в такт музыки. — Что мы справились, — улыбнулась она. — Что самое трудное позади, что можно перестать бояться. И что мы наконец нашли настоящий дом. Тут так хорошо. — Я рад, что тебе нравится, — серьёзно ответил он. — Я же обещал, что у нас будет нормальная квартира. Обещал, что всё наладится. — Спасибо тебе, — она остановилась, приподнялась на мысочки и поцеловала его в губы. — Ты самый лучший. Я люблю тебя. — Ты мне льстишь, но мне приятно, — рассмеялся он. — И я тоже люблю тебя. «Сильнее, чем могу объяснить словами». Они танцевали молча, наслаждаясь чарующим голосом, физической и душевной близостью, которая окутывала их, словно мягкий, тёплый плед, защищая от холодного, порой враждебного мира. Они оба понимали, что легко не будет, что за счастье ещё придётся побороться, проявляя терпение и упорство, но тем слаще и дороже будут подобные моменты. Лапочка лежал на диване и следил за ними, делая вид, что дремлет. Он чувствовал опасность, которая как тень приклеилась к Саре. Он знал, что она тоже ощущала её. Особенно ночью. А ещё он знал, что не подпустит к Саре ничего дурного. Будет защищать её и её хамоватого, но искренне любящего избранника до последнего. И если Сара не вернётся в Сентфор, то она будет в безопасности.