Белочки

К тому, что в его жизни вот-вот звёзды сойдутся именно таким образом, Ладушка, назовём нашего героя так, шёл долгие полгода. С одной стороны — долгие, с другой — пролетевшие как один день, в силу характера работы. Трудился наш Ладик в сфере СМИ, и к своему возрасту дорос до вполне себе начальственной должности главного редактора (в миру — главреда) одного из многочисленных отделов большого информационного холдинга. Так вот. Ещё летом, исключительно в рабочей жизни Ладушки появилась… Нет, не практикантка, а намного хуже — стажёрка (Господи, какое слово-то кошмарное), пусть будет Сашенька, что-ли. Точнее, девица крутилась в офисе ещё с весны. Но внимания он на неё не обращал, потому что уже усвоил стиль жизни коллектива, в котором оказался. Категорически подразумевалось, что не надо совать свой нос, куда не просят, да и вообще, меньше знаешь — крепче спишь. На бытовом уровне Ладик закрепил это для себя мыслеобразом – стиркой десятка пар тёмных носков в тазу. Если задаться целью стирать вот по этой самой паре, за*бёшься вусмерть и ни х*ра не сделаешь, а если сконцентрироваться именно на процессе, то всё вроде бы потихоньку получается. Короче! Летом начальство, которое в прайде на ступеньку повыше Ладика, выманило того на доверительный перекур на крыльцо, выходящее на улицу, и поставило новую трудовую задачу: «довести Сашеньку до ума хотя бы в той сфере, за которую ты отвечаешь». — Ммм, так вроде все её… обучают, — с трудом подобрал слово Ладушка, хотя опять же, в силу избранной профессии, никоим образом не имел проблем ни с синонимами, ни с эвфемизмами. Сашеньку… не обучали. С ней либо разговаривали, как с «солнечным ребёнком», как это принято называть сейчас, либо на неё орали, хотя почему-то не матом. Так получилось, что Саша оказалась младшенькой в коллективе, пребывая в нежном двадцатидвухлетнем возрасте, опыта работы не имела, и пришла на стажировку прямиком из ВУЗа. Косячила она просто чудовищно, но при этом, несмотря ни на что, её не увольняли! Хотя, уже на памяти Ладика, выперли что-то около десятка сотрудников. Справедливости ради стоит отметить, что были у Сашеньки и некоторые очевидные достоинства. Например, она очень быстро «втыкала»: о чём поют современные певички, типа Гречки, что пишут в своей «Инсте» модные, прости-господи, авторки*, и что говорит в течение двадцати минут звездюлька из бывшего «Дома-2», пребывающая в непоколебимой уверенности в наличии у себя мощного голоса. На последнее вообще никто больше из коллектива способен не был, потому как невозможно нормальному взрослому человеку после приобщения к открытому потоку сознания оставаться в здравом уме и твёрдой памяти. А Сашенька могла! И к тому же потом всё это переводила на вполне сносный русский, хоть и путала хронически астрологов с астрономами. — Понимаешь, здесь нужен такой человек, как ты. Вдумчивый, терпеливый, умеющий всё разложить по полочкам и объяснить элементарно на пальцах, для дебилов, — затянулось начальство модным «вейпом». В силу, опять же, богатого предыдущего опыта работы, Ладик действительно мог писать тексты по большому разбросу тем, и славился своей способностью разбираться во всём досконально. — Слушай, дело, конечно, вообще ни разу не моё. Но что вы все с ней носитесь, как с писаной торбой? Нет ума, пусть полы мыть идёт, — поинтересовался всё-таки Ладушка. Тут начальство метнуло взгляд куда-то на самый верх здания, где в горних высях обреталось самое-самое главное начальство, и одними губами выдохнуло единственное слово: — Родственница. — Ой, бл*, — затрепетал Ладик, для которого всё срослось. Сошлись пазлы! — Кстати, насчёт мата. И этому девку аккуратненько так научи. Ну, как ты умеешь. Вроде и матюкнулся, а доходит не вдруг. А то она алеет сразу, как маков цвет, и чуть ли не в обморок падает, как только на «французский» перейдёшь. А у нас профессия такая, без мата – никак, — шмыгнуло горестно носом начальство. Ругались в коллективе забойно. То есть, когда нематерные в слова в предложении — это предлоги. Ну, и союзы. Иногда. Ладик тоже так умел, но применял это умение крайне редко, потому как считал, что в его возрасте уже надо иметь достаточно весомый повод для столь бурной реакции. Может, в силу этого обстоятельства его и выбрали в качестве наставника? Озадачив Ладушку, начальство деловито потопало на обед, а Ладик вернулся в офис, морально настраиваясь на трудную работу с непонятной девицей, которая, кстати, вполне годилась ему в дочери по возрасту, что удивило бы многих в коллективе, кто считал его ровесником, возрастом чуть за тридцатку. Сашенька в первый совместный рабочий день поразила огромными пакетами с разнообразной хренью (здоровое питание, ЗОЖ, всё дела!), звуками громкого хруста яблок, погибающих в идеальных молодых зубах, и искренним убеждением в том, что в Интернете всегда пишут правду! Сам Ладик на работе никогда ничего не ел, только пил литрами кофе, потому как на сытый желудок как своё писательство, так и читательство чужих опусов не шло. Закапав слюной «клаву», под энергичный чавк чужих челюстей, волевым решением Ладик запретил жрать яблоки рядом с собой, а насчёт правдивости «он-лайн сторриз» рявкнул свой любимый тезис: — Знаешь, на заборе тоже пишут! Но ни хера, ни мужским, ни женским половым органом забор от этого не становится! Сашенька слегка порозовела, подавилась откушенным куском яблока и закашлялась до слёз из-под густо нарощенных, почти до состояния дорогой зубной щётки, ресниц. Чтобы как-то занять деву и дать себе время поработать, Ладушка усадил её писать запрос чиновникам из самого кондового ведомства, выражающихся таким канцелярским языком, что после чтения их ответов в голове сами складывались фразы, вроде: «в соответствии с необходимостью наличия осмысления влияния факторов неустановленного характера, имеющих предположительно транспорентно — пространственную природу…». В итоге о Сашеньке он вспомнил за час до конца работы и решил проверить задание, суть которого была элементарной: узнать у этих самых чиновников, правда ли они закупают летом соль (в терминологии ведомства — песко-соляные антигололедные реагенты категории СВ), чтобы потом зимой сыпать их тоннами на асфальт, на горе всем уличным тапкам. «Мы живём в те времена, когда изменения внутри нас, в окружающем мире, в мировом космосе происходят каждую секунду. Сегодня я проснулась, чётко осознавая, что хочу сделать всех окружающих счастливыми, и это вполне возможно, потому что изменения начинаются с малого. Например, если я не буду использовать пластиковые пакеты, то уже внесу хоть и небольшую, но лепту в дело защиты окружающей среды….», — начинался текст. — Ты, чо, бл*ть, издеваешься?! — выпалил Ладушка и спохватился, вспомнив про бушующие вокруг скандалы с сексуальными домогательствами. — В смысле, не ты –бл*ть, выражение такое! Само с языка сп*зданулось. Ты себе вообще представляешь, как ЭТО чиновники будут читать? — Слово «бл*ть» я знаю, — потупилась Сашенька, заливаясь краской — мне так в вузе иногда преподаватели говорили, когда считали, что я не слышу. Но я подумала, что надо подойти как-то нестандартно, заинтересовать чиновников. А вообще, ты знаешь, что мне гадалка нагадала? — Ну? — выдохнул Ладик. — Что однажды я стану великой писательницей! Через много лет, — гордо выдала Сашенька. — Она сказала, что у меня такое… ну, вроде как растение в душе живёт… ау… чего-то там. -Аура? — уточнил Ладушка. — Она самая! Точно, как ты догадался? Я эту фигню с цветком, с алоэ всё время путаю. Ну, я ж не тупая. Я вот тоже думала, и как во мне растение жить может? — Рад за тебя. Значит, завтра с утра запрос перепишешь, — хмыкнул Ладушка, собирая шмотки, чтобы отправиться в одинокий дом, где его никто, по большому счету, кроме вечернего интернета и просмотра сериалов, не ждал. Ещё через несколько дней Сашенька поразила Ладика в самое сердце тем, как именно ела киви, вместо категорически запрещённых яблок. Целиком. Вместе с ворсистой кожурой. Сам Ладушка эти фрукты тоже жаловал. Но разрезал пополам и выбирал мякоть при помощи ложки.  — А тебе вот эта их ворсистость не мешает? — чисто для общего развития поинтересовался он. —Мешает. Очень! Как будто кусок свитера жуёшь. И язык потом весь в волосах, — искренне призналась Сашенька. — Вот все говорят, они вкусные, очень полезные, мол… а по мне так настоящая гадость! — А почистить — не? Не судьба? — мысленно поперхнулся Ладик. — А что, их чистят? — округлила глаза Сашенька. — Вообще-то да. Так бодренько, в рабочем режиме, пролетело незаметно лето, за ним — ранняя осень, потом началась поздняя, и все ближе маячила ЧП — так любимая шопперами Черная Пятница. И в аккурат за неделю до неё Сашенька чуть не заставила Ладика окончательно поседеть. Дважды. У девицы совсем недавно появилось новое модное у молодёжи увлечение –покупки «он лайн» в одном широко известном интернет-магазине, где, по ходу, было 7 Чёрных Пятниц на неделе. Сам Ладушка тоже баловался шоппингом в сети, но предпочитал исключительно зарубежные магазины, и те бренды, которых в России не достать. Относительно всего остального он был справедливо уверен, что лучше позырить воочию, и только после этого вступать в товарно-денежные отношения. В понедельник Сашенька прилетела со счастливыми глазами и начала хвастаться тем, какое крутое и дешёвое постельное бельишко прикупила себе в Интернете. — Представляете, с белочками! Они такие миленькие! И везде! На пододеяльнике! На простыни! У белочек мордочки такие очаровательные и коготочки суперские! Хотите покажу? — твердила она, как заведённая. — Ну, давай! — хмыкнул Ладик, ввиду понедельника ещё не затр*нный до усрачки работой и имеющий слабость к изображениям этих зверьков. Правда, в силу иных причин, нежели те, что озвучила Сашенька, ведущая, как и все ЗОЖники, исключительно трезвый образ жизни. Девица быстро нашла сайт, открыла картинку и снова умилилась. — Едут-едут, мои хорошие! Скоро придут ко мне мои белочки! — трещала без умолку Сашенька под еле сдерживаемый гогот коллектива, вкладывающего в понятие «белочка пришла» совсем другой смысл, нежели юная, неиспорченная жизнью дева. Давился хохотом про себя и Ладушка. Потому что под картинкой с зашибенным бельецом успел профессионально быстро проглядеть море комментариев от счастливых покупателей: «Выкупила без раздумий! Вручу мужу заранее. Ещё 31 декабря. Он намёк без «б» поймет!». «Купил! Специально три комплекта заказал. Чтоб обязательно белки на наволочках были. Народ, бдите, они там на наволках не везде! А это ж самый смак. Открываешь утром глаза — и нате! Белка, ёпты». «Брат очень расстроился, что белки только на пододеяльнике. Что за обман покупателей?! Будем заказывать, пока не придут белки в полном комплекте!». «Люди, налетайте, бельё — пушка! Опробовано! После этого дела как живые, сука, тебе в глаза смотрят. Если кому выпить не с кем, так расстилаешь комплект и чокайся себе на здоровье!» «Я вам шо скажу…белки, ик, падлы, от меня бутылку водки прячут! Третий час по квартире ищу! Покупал две. Одна пустая. Куда, ик, вторая делась?!» «Ушёл за коньяком. Белки сказали, чтобы брал только пятизвёздочный. Говно они, видите ли, пить не желают!» «Купил зелёных белок. Но те говорят, что без синих (комплекты были в двух расцветках: бело-зелёном и бело-голубом), бухать не будут! Жду синих белок». «Производитель! В следующий раз обязательно добавьте на картинку солёные огурцы! Третья банка из-за ваших белок заканчивается!» А наржавшись (именно наржавшись, ибо понедельник!) мысленно, Ладушка оторвал глаза от Сашенькиного монитора и уставился… в офисную камеру слежения, где кадры с компа девицы просматривались на раз. Свой компьютер Ладик, (хештег #яжсижуоколоокнауменярадикулитзавалюсьнабольнякнанеделю), давно уже пристроил так, чтобы попасть в слепую зону. Недалёкая Сашенька, по ходу, вообще не знала о существовании наблюдения за сотрудниками. Конечно, проследить за тем, какой х*йней страдают оные в рабочее время, теоретически могли и айтишники. Но те тоже страдали своей, айтишной х* ней, потому коллег, по опыту Ладушки, никогда не закладывали. А вот охранникам всю жизнь было нечего делать, кроме как пялиться в камеры. Подлетев с рабочего кресла, Ладик резко рванул к монитору Сашеньки, заслонил его своей, отнюдь не могучей спиной, и принялся нащупывать на «клаве» кнопки, чтоб сбросить предательский сайт. Но метаться было уже поздно. Нет, печень ещё не отвалилась, но охранники их таки засекли. И, только на подходе к кабинету высшего начальства, Ладушку в последний момент осенило, как прилепить горбатого до стенки — мол, дал задание стажёрке подготовить в ходе производственного процесса информацию о ЧП, и самых покупаемых в этот день товарах. А что всплыло — то всплыло. Куда ж от правды-матери денешься? Из песни слов не выкинешь, даже матерных. — Ладно, пошёл отсюда на х*й. Надо же, производственный процесс! — хохотнуло начальство, понимающее, что если действительно напрячь Ладика на докладную, то будет упомянута родственница. — Сайт как назывался, с бельём-то этим оп*здинетельным? И если в начале недели Ладушке удалось обделаться легким испугом, то в пятницу, ставшую поистине черной, жизнь вела его совсем к другому. Именно в этот день с этой самой жизнью попрощался один старенький дядечка-архитектор, весьма уважаемый и широко почитаемый в городе. Не то чтобы никто не ждал смерти старика, зажившегося на этом свете до девяноста с лишком лет, и даже не держал под рукой некролог, но представить, к каким последствиям приведёт сия потеря для архитектуры, не мог даже Ладик. Посокрушавшись по-журналистски (читай — всплакнув крокодильими слезами) над смертью хорошего спикера (дедулёк до последнего не впадал в маразм и всегда говорил дельные вещи), Ладушка расчувствовался на тему «все там будем» и даже сам написал текст, а Сашеньку лишь попросил найти фото получше. -Ага, — обрадовалась стажёрка, — а он такой старенький, седенький и толстый в плечах? — Угу, — буркнул Ладик. — А теперь, пожалуйста, постарайся меня не отвлекать. Очень много дел. Дел у Ладушки в пятницу, не в пример понедельнику, было не просто много. Дел было столько, что по нормальному это называлось: «да я, бл*ть, не знаю, за какой х*й первым схватиться». Где-то на задворках мозга мелькнули две беглые мысли. «Очень много» — это очень плохо с точки зрения русского языка. Вторая: «какая-то странная формулировка про толстый в плечах». Незадолго до смерти, (этого логичного финала существования — поправил сам себя Ладушка), именитый архитектор и вправду здорово раздобрел на лаврах внезапно обрушившейся славы специалиста по всему на свете, и по совместительству –первопроходим….первопроходца среди блогеров, из тех, кому за девяносто…