Последний звонок

— Ох, прошу прощения, принцесса, я такой неуклюжий!       Шарлотта Магне родилась с золотой ложкой во рту, да еще и с невероятно привлекательной внешностью, чему позавидовал бы каждый, что так активно и делали ученики Академии. Сегодня Чарли не хотела конфликта, так как настроение было прекрасное, потому она молча подняла остатки едва надкушенного бутерброда, который так нагло выбили у нее из рук. Даже не взглянув на обидчика, она пошагала дальше по коридору в поисках Вэгги, а ланч выкинула в мусор, само собой, немного расстроившись.       Чарли не считала себя жертвой и отшельницей и никогда не принижала саму себя — спасибо матери и отцу за надлежащее воспитание. Несмотря на хамское, порой даже грубое отношение девушка оставалась весела, чем, видимо, еще больше раздражала окружающих. — Привет, Вэгги! — увидев близкую подругу посветлела она. — Выглядишь устало. — Есть немного, — Вэгги приобняла ее. — Вчера разобраться не могла с математикой, полночи просидела… — Я же говорила, чтобы ты всегда мне звонила, если что-то не получается, — насупилась Чарли. — Ты уже спишь в это время, — виновато улыбнулась она, поправляя повязку на глазу. — Вэгги, обещай, что впредь сразу будешь звонить, если что-то пойдет не так. — Хорошо, хорошо, я обещаю.       Вэгги очень любила Чарли и берегла ее как зеницу ока. Когда Шарлотта находилась рядом, то беловолосая точно знала, что задир убавится значительно, и подруга сможет расслабить плечи. Однажды Вэгги повздорила с ученицей за то, что та пихнула плечом Чарли. Сильно повздорила — встал вопрос об отчислении из Академии, но по просьбе Магне на инцидент быстро закрыли глаза, за что вспыльчивая девушка еще долго благодарила дочь влиятельных людей.       Обе свернули в свой класс, но застыли в дверях. — Эм, добрый день, — Вэгги постучала об косяк, — здесь будет биология?       Эксцентричный мужчина повернул голову в сторону обращения и улыбнулся: — Да, проходите. После звонка всё объясню, — он снова приподнял уголки губ и продолжил изучать журнал, видимо, успеваемости учащихся.       Подруги уселись за свою предпоследнюю парту, взглядом провожая незнакомца. — Кто бы он не был, доверия он во мне не вызывает. У меня мурашки бегут от его вида, — одними губами проговорила Вэгги, вытаскивая учебники.       Чарли ничего не ответила. Она залюбовалась мужчиной — так контрастно он смотрелся на фоне скучных зеленых стен: красный жилет на чёрной рубашке с дорогими запонками на манжетах — такие же есть и у ее отца — очень манил Магне. Родители привили дочери чувство стиля, и девушка испытывала слабость ко всем лицам мужского пола в жилетах, потому что так одевался её отец. Периодически учитель дергал головой, откидывая плотную челку с глаз, и тут же поправлял круглые очки. — Земля вызывает Шарлотту, — протяжно взвыла рядом стоящая подруга, махая ладошкой перед носом. — Что? — с недовольством в голосе отозвалась она. — Да так, — Вэгги пожала плечами, — просто у тебя едва слюна не течет, злюка. — Будет тебе, — отмахнулась Магне. — Мне лишь нравится, как он одет.       Вэгги закатила глаз. К тому времени класс уже наполнился, поэтому разговор их затерялся в общем шуме. Звонок над кабинетом пронзительно объявил о начале занятий. Ученики встали у своих парт.       Незнакомец поднялся, показывая всем свой рост. — Ахринеть, — прошептала Вэгги. — Приветствую вас! — проговорил он. — Мое имя Аластор, и я новый руководитель старшей школы, по совместительству ваш преподаватель биологии. Очень надеюсь, что мы поладим, — Аластор подмигнул и лучезарно улыбнулся. — Я хочу познакомиться со старостой… Энджел Даст, верно? Остальные присядьте.       Под шелест одежды и грохот стульев белобрысый парень остался стоять посреди класса. Аластор скользнул взглядом по неряшливому виду старосты, снова улыбнулся и сказал: — Я могу попросить вас снять копию списков вашего класса? — учитель положил журнал на край своего стола. — Как пожелаете, — в своей кокетливой манере отозвался парень. — После занятия предоставлю.       Аластор посадил парня и приступил к материалу. Энджел прошептал шутку насчет роста преподавателя справа сидящей Вэгги, за что получил по белой челке и просьбу не отвлекать её.       Чарли не обращала ни на кого внимания. Она склонила голову на бок и теребила голубую ленту на шее, внимательно наблюдая за Аластором. Пока раздумывала, девушка пришла к выводам, что навскидку ему не больше сорока, что он мало спит и много работает, а еще очень сильно любит следить за собой. Мужчина плавно передвигался меж рядов, заведя руки в черных перчатках за спину, и что-то виртуозно рассказывал о паразитах. С острого лица не спадала широченная улыбка ни на секунду, а глаза вечно бегали от ученика к ученику. В один момент красноватые яблоки остановились на ней: — Шарлотта? Вы наверняка знаете ответ, — Аластор оперся на парту ошарашенной Магне. — Я не знаю, — виновато ответила она, привстав. — Наша принцесса слишком внимательно вас слушала, — раздалось со скрытым подтекстом где-то с другого конца класса. Кабинет наполнился смешками, а Чарли хотелось провалиться сквозь землю. — Тише, класс, — мужчина вскинул руку, призывая к порядку. — Я повторяться не люблю, но сделаю исключение: какой инкубационный период у фасциолы? — От одной до восьми недель… вроде, — замялась Чарли, не рискуя поднять взгляд. — Верно, — Аластор сверкнул глазами сквозь стекла, — а говорили, что не знаете.       Посадив ее обратно, мужчина продолжил объяснять материал, время от времени мимолетно поглядывая на школьную принцессу.       Шарлотта же остаток занятия думала не о паразитах, а о том, откуда Аластор знает её — в документах об успеваемости, которые предоставлял директор для учителей, фотографии не прилагалось. Хотя, пожалуй, не осталось в этом заведении человека, который не знал, как выглядит Чарли.       Вэгги хмурилась, не узнавая витающую в облаках подругу, и нахмурилась больше, когда подозрительный новый преподаватель обратился к Магне. Что-то в нем сидело такое отталкивающее для беловолосой — она не доверяла Аластору.       После звонка девушки в спешке ретировались, чтобы успеть занять свою любимую лавочку под деревом во дворе, где обычно их не доставали ученики. На выходе их успел догнать староста: — Девчонки! — Энджел вырос посредине, обнимая их за плечи. — Не против, если я составлю вам компанию? — парень оскалился, повернувшись к Вэгги. — Против, — шикнула она, скидывая его руку с плеча, — и прекрати виснуть на нас! — Конечно не против, Энджел, — Чарли радостно похлопала в ладоши, а Вэгги терпеливо выдохнула. — Учись у своей подружки, Одноглазая, — победно провозгласил он. — Ну, как вам новый учитель, сексуален, а? — Энджел подпихнул локтем Чарли. — Твои нетрадиционные вкусы нас не интересуют, — огрызнулась Вэгги, присаживаясь рядом с подругой. — Как же нам всем растопить твое холодное сердечко? — театрально вопросил староста. — Бросьте, он же ничего. О нем болтает вся школа. — Плетешь паутину сплетен? Иронично.       Дальше Чарли слушала в одно ухо, о чем оба активно беседовали, потому что увидела в окне Аластора, наблюдавшего, кажется, за ними. От пронзительной улыбочки по спине пробежал холодок. Он элегантно помахал рукой, от чего Чарли задрожала, но красный силуэт затмил Даст: — Принцесска, ты что-то совсем потерянная сегодня. Все окей? — Да, все отлично, — Магне улыбнулась, выровняв дыхание. — Кстати, почему ты опять одет непонятно как?       Энджел стоял, засунув руки в карманы брюк, из которых торчал кусок расстегнутой рубашки с разболтанным голубым галстуком. Пиджака не было вообще. Он изогнул светлые брови: — Не понял? Я одет прекрасно, детка, в отличие от вас, зануд.       Чарли застегнула другу пуговицы и перевязала галстук под хихиканье Вэгги и протесты парня, позабыв на некоторое время об Аласторе. Остаток тяжелого дня троица провела вместе, делясь купленной едой и подсказывая друг другу на контрольных точках. Вэгги не совсем устраивало то, что Энджел плавно затесался в их маленькую компашку и нарушал своим непотребством и разгильдяйством их спокойный мирок. Чарли же наоборот льстило, что парень тусуется рядом, и даже готов помогать в каких-то вопросах.       Энджел Даст являлся пауком Академии. В его волосатой голове хранилось огромное количество информации о каждом интересующем Даста человеке — от ученика до директора. Энджел — главный сплетник, и все знают, что лучше его не злить. Откуда в его паутине оказываются прилипшие навсегда данные никто не знает, да и особо не стремится разузнать.       Вечером того же дня Чарли пришла смс от отца: «мы сегодня принимаем гостей, не задерживайся после занятий», и девушка тут же расстроилась, потому что ребята вроде как договаривались прогуляться, прежде чем разбежаться по домам. С виноватым выражением лица она сообщила им только что пришедшую новость. — Принцесские дела, они такие, — подколол непринужденно Даст, не сильно-то расстроившись. — Тогда до завтра, дамы. А тебя проводить? — Воздержусь, — Вэгги махнула волосами в его сторону.       Шарлотта попрощалась, когда уже садилась в машину. Только упав на мягкое сидение, она поняла, как сильно устала за сегодня. Закрыв глаза, перед ней тут же возник Аластор, и девушка предпочла ехать без дремоты.       Вскоре машина остановилась у особняка. Шофер любезно распахнул двери, подавая руку Магне. Девушка поблагодарила его и попрощалась, забегая домой. На пороге её встретила мама: — Здравствуй, — она обняла дочь, поцеловав её, — как прошел день? — Всё хорошо, как всегда. — Рада слышать. Переодевайся, мы все будем ждать тебя в гостиной.       Чарли покивала и поднялась к себе в комнату. Сил оставалось всё меньше, и начистоту спускаться к кому-то не хотелось, как и переодеваться в парадное. На маме красовалось лиловое платье в пол, поэтому Чарли решила надеть что-то подобное. Платья она любила меньше, чем брюки, и сделала выбор в пользу второго. Подчеркнув внешний вид подтяжками, она покрутилась перед зеркалом, потом залипла в телефон, перебрасывая Вэгги забавные картинки с щенятами. В конце концов, она приняла как должное, что оттягивать момент долго не получится. Вздохнув, девушка спустилась в гостиную. В коридоре слышались глухие звуки разговоров, и чем ближе, тем отчетливее различались отдельные фразы, доходившие до ушей Чарли. По едва различимой подаче речи, Шарлотта понимала, что собеседник крайне улыбчив. Девушка никогда не была глупой, и схватила на лету весь подвох сегодняшнего вечера. Застыв прямо перед дверью, ей захотелось умчаться прочь, свалить всё на плохое самочувствие, и стоило ей только повернуться, как по ту сторону донеслось быстро приближающееся мамино: — Сейчас я поднимусь за ней, наверное, переодевается долго, — Лилит распахнула двери, застав побег дочери. — Ага, а вот и ты. Заждались уже.       Височные доли не обманули девушку. Встав на пороге, она не смогла выдавить из себя даже писка. Возле кресла стоял Аластор и все так же неоднозначно улыбался. Отец встал рядом, но внимание дочери на себя не перевел. — Шарлотта, поздоровайся с моим старым приятелем. — Д-добрый вечер, — всё, что смогла заставить себя сказать она, осторожно приближаясь. — Снова здравствуй, Шарлотта, — Аластор поцеловал её руку. — Ты очень выросла за эти года.       Не веря своим глазам, девушка просто покивала, даже не уловив суть фраз. Ей действительно стоило притвориться больной, хотя она очень не любила лгать любящим родителям, но сейчас реально стоило. Аластор сменил рубашку, галстук на бабочку, а очки стали моноклем, но сияющая улыбка — незаменимый атрибут любого костюма этого человека, как, видимо, и чёрные тонкие перчатки. — Ты в замешательстве, — подметил он, помогая занять место в кресле, — совсем не помнишь меня? — Чарли, это же Аластор, — сказал Люцифер так, словно это было что-то крайне очевидное. — Он играл с тобой в детстве, правда, ты была малышкой… — Именно поэтому не помню, — нахмурилась Магне, сжимая брюки. — Тебе не стоило покидать нас, — посмеялся отец, присаживаясь на диван рядом с женой. — Семья Магне надолго потеряла тебя из виду, а Чарли уже не рада тебя видеть, как раньше. — Дела на юге не подождали бы еще десяток лет, — Аластор разулыбался, тоже присаживаясь в соседнее с девушкой кресло. — А я уверен, что у нас с Шарлоттой есть еще время нагнать упущенное, ведь я, как никак, теперь её учитель. — Вы знали и не предупредили меня? — Чарли развернулась к родителям, осуждающе стрельнув глазами. — Мы думали ты вернешься с хорошими новостями об этом событии, Чарли, — пояснила Лилит, мягко изгибая тонкие губы.       На этом разговор плавно перешел на другую тему, дав возможность Чарли осознать и переварить поток информации, и даже напрячь мозг, чтобы попытаться вспомнить Аластора, но, увы, это оказалось провальной идеей. Поглядывая на мужчину искоса, она придумывала различные ситуации, например, как Аластор собирал с ней пазл или конструктор. Но в долговременной памяти не завалялось ни одного образа, и Чарли бросила эту затею, разливая всем еще не остывший чай. — Наша девочка еще не успела удивить тебя своими знаниями? — поинтересовался Люцифер. — Пап! Я же просила не звать меня так больше… — возмущённая, едва она не пролила на себя чай. — Забыл, каюсь, — виновато улыбнулся он, кладя руку на сердце. — Сделаю вид, что не услышал, — Аластор подмигнул Чарли. — Твоя дочь смышлёная, не просто так же она Магне, я прав?       Троица, в отличие от самой младшей, чувствовала себя явно в своей тарелке. Чарли становилось невероятно душно, бабочка на шее с каждой минутой по ощущениям походила на гарроту.       Аластор улыбался во всех тридцать два, беспечно болтая ногой и поддерживая любую тему. Рассказывал, как провел годы на юге, преподавая в разных учебных заведениях, пока не принял решение вернуться обратно, сделать, так сказать, перерыв в поездках. Мужчина частенько поглядывал на повзрослевшую Чарли. Действительно, малышка давно выросла и всё больше походила на отца. От матери ей достались длинные острые ресницы и женский шарм. Губы его расплылись в лукавой улыбке. Шарлотта подняла глаза на мужчину, и, пересекаясь с ним взглядом, слегка покраснела. Аластор ухмыльнулся про себя.       Прошло два-три часа, прежде чем преподаватель ушел с концами, пообещав почаще заглядывать. Как только он шагнул за порог, Магне выдохнула, и ей сразу полегчало. Сзади бесшумно подошла Лилит, положив пальцы на шею, а ладонь на лоб дочери: — Ты в порядке, дорогая? — Я устала. Мне нужно заниматься.       Удивившись скрытности дочери, матери оставалось только пожать плечами и не приставать с расспросами.       Чарли не смогла себя заставить сделать биологию, так как в висках уже пульсировало. Впервые плюнув на домашнее задание, девушка приняла душ и упала в мягкую постель, где перехотела спать. Она ворочалась, пытаясь хотя бы задремать, но стоило закрыть глаза, как в голове промелькивал силуэт Аластора.       Обычно, когда сознание заходило в тупик и путало Чарли, она расслаблялась и долго думала, выстраивая логические цепочки. Сейчас, делая то же самое, девушка повторно воспроизводила разные ситуации, которые могли привести ее к образу Аластора в далеком детстве, но попытки так же оказались тщетны. Не заметив, как потеряла ход мысли, Чарли засопела.