Последний звонок

— Слышали новости? В соседнем городке девку пришибли. Говорят, это тот же самый серийный, что по всей стране кошмарит народ.       Чарли стояла рядом с группой учеников, обсуждающих последние печальные вести со всех СМИ: радио, телевизор, интернет. Она, конечно, слышала о неизвестном убийце в стране, которого не могут поймать около десяти лет, но последний год ничего подобного не было, как вот на — объявился, да еще и совсем рядом. — Чарли, ты в порядке? — Вэгги заботливо заглянула в глаза подруге. — Тебя опять какие-то обмудки достают? — Не-ет, вовсе нет, — протянула она. — Они вообще убийство обсуждают. — Ага, я поняла, — беловолосая нахмурилась. — Что-то страшное происходит. Главное, чтобы до нашего города не добрался. — Может, это совсем другой? Ну, не Радио-Демон. Может, наркоман… не знаю. Давай не об этом. — А почему его так прозвали, кстати? — опять из неоткуда вырос Энджел, облизывая мороженое на палочке. — Ты же всё про всех знаешь, — уколола Вэгги, издевательски взглянув на него. — Именно, но только про тех, кто мне интересен и дорог, а за информацию, знаешь ли, всемирно известного убийцы мне не платят. Ну так что? — Все банально. Первые новости о нем прозвучали именно с радиостанций, кажется, несколько точек по стране взломали, где неизвестный объявил о первой жертве. Естественно, не своим голосом. А Демоном, ну потому что на месте преступления этот шизанутый разрисовал стены в каких-то там сатанинских знаках, — Чарли закончила краткий пересказ и поежилась, представив это всё в голове. — Достаточно оригинально, — староста швырнул палочку в урну. — Не то слово, — Вэгги дергано поправила повязку. — Больной ублюдок.       В этот момент Аластор пригласил всех пройти в кабинет. Толпа второпях закатилась и расселась по свои местам. Староста вспомнил, что не принес журнал и помчался за ним до преподавательской, пока все остальные начали разбирать новую тему.       Прошло достаточно много дней, прежде чем Чарли смогла перестать отвлекаться на каждое телодвижение преподавателя биологии. Но иногда задерживать внимание на какой-то новой детали очень хотелось, например, другого оттенка красная рубашка, или подтяжки поверх белой, или другая оправа очков…       Аластор всегда рассказывал потоком, но детализировано, объясняя каждую мелочь. Шарлотте всегда тяжело давалась информация на слух, но тем не менее она старалась не отставать от программы. — … дыхательная и пищеварительная системы у него отсутствуют, — донеслось до сознания Чарли. — Замечательно, — Аластор отошел от парты одной из тех, кто любил задирать Магне. — Шарлотта? — пара красных глаз приковала взгляд к ошалевшей девушке. — А ты ответь нам, будь добра, концевые членики у вооруженного цепня. Их существенное отличие?       Чарли имела проблемы путать подобные вопросы, когда требовалось найти отличия одного представителя от другого, когда нужно запомнить, что приставка «эндо» — внутрь, а «экзо» — наружу, и всё в таком духе. И сейчас она растерялась от неожиданного вопроса: — Они… обладают подвижностью? — Это у бычьего, а не у свиного, — ядовито поправила девушка, щелкая заколкой на виске. — В точку, Мадлен, — Аластор кивнул ей и благодарно улыбнулся, даже не взглянув на принцессу.       Чарли шикнула и её едва не стошнило от одного вида подхалимского лица Мадлен и Аластора, тянувшего свои острые уголки губ. Аластор, как друг семьи, должен быть на стороне Магне, а он будто издевался над Чарли, не в первый раз выставляя дурой перед недружелюбными учениками. Девушка сдерживала эмоции, как могла, но, вскинув руку, она громко проговорила: — Я могу выйти?       Мужчина повернул голову и одобрительно кивнул. Вылетая из класса, до нее донеслись шепотки в духе «сейчас расплачется, убогая».       Вэгги стиснула зубы с кулаками от беспомощности перед ситуацией. Даст окинул ее взглядом и хотел открыть рот, чтобы в очередной раз подшутить, но увидев убегающую принцессу, передумал, чтобы подруга Магне случайно не прирезала его.       Быстро шагая по пустому коридору, Чарли свернула в туалет, где ополоснула пыхающие щеки холодной водой. Румянец стерся, остался естественный — от стыда и гнева.       Шарлотта со злостью, а после с тоской смотрела на свое отражение, искренне не понимая, чем она заслужила такое обращение: девушка всегда помогала на контрольных, делилась канцелярией, здоровалась и улыбалась, несмотря на подобное отношение; она не видела в зеркале уродку или чересчур слаженную красоту. Подвох, как всегда, был в деньгах — она богатая, значит, слишком вышестоящая и надменная, значит, ей стоит напомнить, что никакая она не особенная. — Так в чем же, вашу мать, гребанное дело?! — Чарли махнула рукой, забрызгав зеркало.       В эту же секунду ее сердце словно пропустило удар, а в глазах потемнело. Перед глазами прыгали темные пятна, и девушка, пошатываясь, нащупала ладонью точку опоры. Шарлотта ждала, пока ее отпустит, всего несколько секунд, которые казались бесконечными часами. Очень и очень редко она теряла над эмоциями контроль, и сейчас напугала саму себя. — Жесть, — прохрипела она, откашливаясь. — Мне нельзя так реагировать. Чего это я?       Чарли поспешила обратно, предварительно протерев зеркало бумажным полотенцем, и чуть не убила дверью Вэгги на выходе. — Этот черт за тобой отправил, — рыкнула она в сторону кабинета. — Тебя долго нет, ты в порядке? — Да, просто поплохело, — и соврала и нет подруга. — Я знаю, в каком смысле тебе поплохело, — подхватила беловолосая. — Весь этот цирк когда-нибудь доведет тебя. — Не переживай, Вэгги. Я буду в порядке, просто… сегодня так странно вышло. Ты же знаешь, что таких случаев почти не бывает.       Договорить они не успели. Открыв дверь, подруга пропустила вперед Магне. — Ты в порядке, Шарлотта? — Аластор стал приближаться, но Вэгги ответила раньше: — С ней всё нормально, спасибо.       Такого жуткого взгляда Вэгги ныне на себе не испытывала. В голове пронеслась мысль, что стоило молчать. Аластор пропускал обеих мимо себя, и даже когда защитница прошла на место, она чувствовала на себе тяжесть его глазных яблок. Она не знала, заметил ли это безумие кто-то еще. Вряд ли, ведь это затмевала харизма, а потому-то в помещении все оставались слепы. Кроме Вэгги.       Остаток занятия у Чарли гудела голова, благо, боль отступила, стоило осознать, что учебный день наконец закончился. Это сыграло на руку, потому что они с Вэгги запланировали пройтись по магазинам и поесть мороженое в теплый день. Настроение стало подниматься, пока Аластор не попросил ее остаться в кабинете. — Вэгги, я понимаю, что Шарлотта твоя подруга, — начал он, едва повернув голову к стоящей в проходе, — но мне нужно поговорить с ней. Это не займет много времени, подожди снаружи. — Хорошо, — не совсем довольно ответила она. — До свидания.       Кивнув ей вслед и дождавшись, пока закроется дверь, мужчина присел, закинув ногу на ногу и привычным жестом поправив оправу.       Чарли тоже уселась за чужую парту, выжидая, что же ей предъявят. — Дорогая, ты совсем перестала учить мой предмет. Если у тебя проблемы, ты можешь всегда попросить помощи у меня, ты же знаешь, — он склонил голову набок.       Магне не разобралась в причине её мурашек, которые стремительно пронеслись по спине. Чарли посмотрела в усталые глаза мужчине, шедшие порознь с его вросшейся улыбкой. Она резко дернула головой, осознав, что слишком пристально смотрит на него. Покраснев, она тихо проговорила: — Я учу… так получается. Мне не нужна помощь, спасибо. Я могу идти? — Нет, — улыбнулся Аластор. — Я говорил вчера с Люцифером. Он наказал, чтобы я дополнительно позанимался с тобой после занятий. Поэтому ты останешься ненадолго. — Почему вы решили всё без меня, — невнятно проговорила Чарли куда-то в сторону. — Потому что ты знаешь своего отца, Чарли. Я понимаю, что тебе моя компания может быть неприятна… — Это не так! — выпалила девушка, снова краснея. — Извините, я не хотела кричать. Извините. Я к тому, что сегодня у меня уже выстроены планы… можно я хотя бы Вэгги введу в курс дела… — Конечно, — мужчина указал на дверь. — Отдохни, не сразу же после урока начинать дополнительные.       В коридоре, предварительно отойдя подальше, Чарли рассказала всю историю подруге, виновато отвернувшись. Девушка обняла Шарлотту: — Ты чего такая поникшая? Я же не обижаюсь. Сегодня не твой день, подруга, но завтра будет в разы лучше. Не грусти. — Спасибо, Вэгги, — Чарли потерлась о бледную щеку, благодаря небеса за такую подругу. — Спасибо, Вэгги, — передразнил рядом Энджел. — Раз уж ваш вечер нагло разрушен, то приглашаю Одноглазую на прогулочку до дома. — Да пошел ты, — огрызнулась Вэгги. — Тебя еще не хватало. — Как грубо, — староста не поник. — Злая, орет.       Парочка попрощалась, свернув за угол. Энджел даже отсыпал принцессе горсточку леденцов. Обреченно вдохнув, но зато со сладостями, Шарлотта направилась обратно в кабинет, где ее ожидала несчастная биология во главе с дьявольски привлекательным преподавателем. Аластор ожидал на том же месте, уже подготовив распечатки с сегодняшним уроком. Он пробежался взглядом по дочке его друга, остановившись на икрах, обтянутых черными гольфами, а потом снова посмотрел на потерянную и чуть смущённую девушку. Посмеявшись, он жестом указал ей на ее место, дав материал на руки. — Ну же, дорогая, не будь такой закрытой, иначе нам обоим будет некомфортно, — предупредил мужчина, склоняясь над ее партой. — Прочитай пока только это, — он провел длинным пальцем в перчатке по абцазам, — только внимательно, договорились? Как будешь готова, я проверю.       Чарли послушно кивнула, желая как можно скорее расправиться с плоскими червями и позвонить шоферу, чтобы он отвез ее на очень серьезный разговор с родителями.       Пока Магне послушно усваивала материал, Аластор уселся за соседнюю парту, наблюдая за ней. Мужчина в который раз разглядел каждую ее деталь: Шарлотта всегда приходила в выглаженной форме, прическа оставалась неизменной, как и черный контур губ. Когда она концентрировалась, то ее переставало интересовать то, что творится вокруг, а когда появлялись затруднения, брови ее забавно извивались. Аластор улыбался, глядя на прилежно учащуюся принцессу, которая действительно старалась становиться лучше. Ухмыльнувшись этой мысли, мужчина прикрыл глаза в ожидании Магне. — Я готова, — уверенно сказала она. — Я слушаю.       Чарли затараторила то, что только что прочла, стараясь набирать темп в пересказе, но мужчина ее остановил и стал сам задавать вопросы. Чарли разочарованно вздохнула, понимая, что так просто отделаться не выйдет, и придется отрабатывать выделенные часы.       Через некоторое время, когда каждый нюанс отскакивал от зубов, Аластор кивнул и восторженно проговорил: — Так держать, моя дорогая! Если будешь готовиться так к каждому занятию, то избавишься от меня гораздо раньше. — Вы так говорите, как будто мне невмоготу… неважно. Спасибо, что согласились помочь мне. Думаю, это все же пойдет мне на пользу. — Несомненно. Тебе пора позвонить шоферу. — Я сделаю это на улице, прогуляюсь пока. — Не думаю, что это хорошая идея, — беззаботно пожал плечами он, подводя за спину ее к окнам. — Видишь? Кажется, они тебя ждут.       Чарли сглотнула, увидев у главного входа Мадлен и еще шесть человек, явно стоявших там не просто так. Аластор уже давно заприметил кучку учеников, толпящихся у ворот академии. Шарлотта шагнула назад, боясь, что ее могут заметить, и врезалась в Аластора. Развернувшись, она залилась краской: — Извините, я… — Люцифер и Лилит ничего не знают об этом, верно? Что тебя травят здесь, — Аластор убрал выпавшую прядь обратно за ухо Чарли. — Я не хочу их беспокоить, это пустяки, — она застыла, не смея шелохнуться, словно ладонь являлась змеей. — Возможно, они даже не меня ждут. — Тебя, кого же еще, — недобро ухмыльнулся он, поглядывая на компашку. — Умоляю, Аластор, не говорите отцу об этом.       Он впервые услышал свое имя из уст этой хрупкой девицы. Хищно оскалившись, он покивал в ответ: — Если ты так просишь. Только вот, в следующий раз я не смогу предупредить тебя об этом, — он дернул бровями в сторону улицы, — и все может нехорошо закончиться. — Все будет в порядке, — не веря собственному голосу, отозвалась она. — Мне нужно позвонить.       Аластор отошел, пропуская Чарли. Он заметил, как дрожали ее руки, пока она искала номер. Наконец набрав, шофер немедленно выехал на вызов. Шарлотта думала, что сойдет с ума за этот день, а молчание давило на нее со всех сторон. Прервала она его, как ей показалось, не самым лучшим образом: — Я могу просить вас, — она прервалась, сглотнув, — чтобы вы не ставили меня в такое неловкое положение перед классом… то есть, я хочу сказать, что вы вовсе не неправы, а наоборот, я лишь… — Я понял, о чем ты, — мягко перебил он. — Но, увы, это невозможно. Сегодняшняя ситуация абсолютно случайна, и ты это знаешь. Я не гарантирую того, что вовсе перестану тебя спрашивать, но могу пообещать, что буду стараться не допускать конфликтов. Как тебе идейка? — он радостно подмигнул.       Чарли улыбнулась и энергично закивала. К воротам подъехал автомобиль, и ненавистники, как по щелчку, разошлись. Аластор помахал рукой на прощание, и Магне скрылась за дверным проемом.       Уже в машине она смогла расслабиться. На самом деле, все было не так уж и плохо. Аластор действительно сильный преподавать и запросто сможет подтянуть ее, да и Чарли единственная ученица, которая будет дополнительно проводить время с ним. От этой постыдной мысли девушка отмахнулась и в сотый раз за день раскраснелась.       Аластор вызывал у Шарлотты фонтан чувств и эмоций. Когда в мысли врывался мужчина, и уже противиться доминанте смысла не было. Однажды на досуге она читала о том, что девушки выбирают спутников жизни, схожих с их отцами, а парни, соответственно, наоборот. Так вот разодетый Аластор подходил под этот критерий. Конечно, если сравнивать с Люцифером, который уж очень обожал выряживаться, Аластор смотрелся на его фоне сдержаннее. Хотя, вспомнить бабочку и окуляр, Чарли подумала, что стиль его может быть ограничен стенами академии.       В то же время порой его действия вызывали отвратительные ощущения в виде дискомфорта на затылке или холодка по телу. Случайно Чарли вспомнили слова Вэгги, когда девушки впервые его увидели, и слова эти засели в голове. Шарлотта сама чувствовала, что не может быть в полной безопасности рядом с руководителем старшей школы, что-то такое есть, что иногда даже его дьявольски милосердная улыбка и способность располагать затмевается за ощущением надвигающейся опасности.       Перекрест мыслей поспособствовал тому, что Чарли вспомнила про убийцу, разгуливающего, вот — стоит протянуть руку. Она соврет, если скажет, что не боится быть пойманной ненормальным.       Уже дома девушка собрала последние силы, когда заходила в кабинет к отцу. Рядом с ним расположилась любящая Лилит, растянувшаяся на диванчике с книгой в руках. Увидев уставшее недовольное лицо единственной дочери, Люцифер сразу понял, в чем дело. — Прежде чем ты начнешь возмущаться, — начал второпях он, — я хочу сказать в свою защиту, что это для твоего же блага. — Я знаю, что это для моего блага! — Чарли тяжело опустилась в кресло. — Но можно же было предупреждать прежде, чем я узнаю об этом буквально за пять минут до начала этого… этого репетиторства! Я ведь уже не маленькая, почему вы оба не можете согласовывать что-то со мной? — Милая, успокойся, — Лилит привстала, убрав книгу на тумбу. — Мы понимаем, что ты расстроена, но… — Мама, это не в первый раз повторяется. У меня тоже существуют свои планы на жизнь, знаете ли. Запомните уже это наконец, — младшая Магне подпрыгнула и собиралась уходить, но отец остановил ее в дверях: — Чарли, ты будешь заниматься всего два раза в неделю. Как нагонишь, то будешь свободна, Аластор сообщит. Договорились? — И впредь вы будете предупреждать меня обо всем заранее? — Да, сладкая. Обещаем.       Девушка бросилась в объятия Люцифера, а маме послала воздушный поцелуй на ночь. На этой радостной примирительной ноте закончился день Чарли.