Tendresse

      На следующий день Мия стояла на заднем дворе огромного дома, босыми ногами ощущая мягкость травы. Она баловала себя солнечным теплом до тех пор, пока снова не отправится в подвал.       Днём Макс решил заниматься с девушкой. Он считал, что чем раньше она поймёт, каково это, — обладать волчьей силой — тем легче будет и ей, и ему. С этого момента Мие предстояло тренировать своё тело и своё сознание.       Превращение в ликантропа — сложный процесс. Новообращённые чаще всего просто не помнят, что было накануне ночью, в момент, когда они в облике зверя. Чтобы контролировать себя волком, нужны тренировки, дисциплина и терпение. Рождённым куда легче, ведь они проходят эти этапы ещё в детстве.       Наконец, Фолл вышел во двор, глубоко вдыхая свежий воздух. Он неторопливо пошёл к девушке, издалека приветствуя: — Привет, Мия, — Макс добродушно улыбнулся — Начнём? — Привет. Конечно… — вставая с земли, ответила Мия. — Я подумал, что пока тебе стоит научиться отбиваться от ударов, защищаться. В спарринг тебе пока рано… — оборотень вдумчиво говорил, пока Мия не перебила его. — Макс, погоди… Зачем это всё? Мужчина немного помолчал, перед тем, как ответить на вопрос: — Мия, понимаешь, ты теперь одна из нас. Ты — ликантроп. Я чувствую некую ответственность за твоё обращение, поэтому хочу обучить тебя всему, что знаю сам. Наш мир жесток, к тому же… существуют не только оборотни. Вампиры тоже реальны. — Фолл сделал паузу, ожидая реакции. Мия округлила глаза от смеси удивления и страха. — Ты серьёзно?! Я к этому никогда не привыкну. Одно дело литература, кинематограф, но реальная жизнь… — Я понимаю, что всё это для тебя непривычно. Однако, я хочу помочь тебе адаптироваться, справиться со всем этим. В одиночку очень сложно нести это бремя… Волк подошёл ближе, касаясь тонкого плеча. Девушка слегка вздрогнула от тёплого прикосновения, но не отошла. Она обняла мужчину, уткнувшись носом в грудь. Было страшно. Очень страшно, но рядом был друг. Он поможет. Мия это знала. Вдруг Макс отошёл и сказал: — Нужно приступать к тренировкам. Начнём с того, что чаще всего мы, волки, используем свою грубую физическую силу. Не всегда в момент боя есть возможность использовать оружие. Только когти и зубы. — Я поняла. — Отлично. Тебе необходимо поставить удар и научиться блокировать любые попытки врага тебя атаковать. Не стоит лезть в бой первой… — говорил Макс. — Хочешь сказать, что ты делаешь точно так же? Я хочу научиться драться, Макс! — Я опытный боец, Мия. Я научился быстро оценивать противника и рассчитывать свои силы, поэтому не следую тем рекомендациям, которые даю тебе. Ты только учишься, — мужчина улыбнулся, встал в стойку и продолжил:  — нападай. Нелепая попытка ударить раззадорила оборотня, он лихо рассмеялся, даже не пытаясь увернуться. — О чём я и говорил. Удар не поставлен. Ты можешь повредить руку, надень перчатки…       Несколько часов тренировки пролетели незаметно. Фолл повёл девушку в дом, откуда веял аромат только что приготовленного обеда, над которым женская часть стаи «пыхтела» после окончания завтрака. Мия уже успела познакомиться со всеми членами семьи. Шон же пытался узнать больше, он заваливал её вопросами: — Ты уже учишься драться, Мия? Кости сильно ломает ночью? А тебя тянет убивать? — Шон! — громко сказала Хелен, — Успокойся, пожалуйста. Ты смущаешь Мию. — Нет, что вы! Всё хорошо. — улыбчиво заверила девушка — Нет, Макс убедил меня, что сначала нужно наработать навыки, с ударами мы будем работать позже… — Именно. Хочешь с нами, Шон? — неожиданно сказал альфа, гремя столовыми приборами по тарелке. — Нет, мне мама не разрешит с вами… — грустно ответил Шон, демонстративно посмотрев на мать.       Когда с обедом было покончено, Мия поднялась в комнату. Девушка думала о том, что несколько дней не появлялась на работе, не созванивалась с Кортни. Последняя же даже не звонила. Телефона нигде не было. Поднявшись с кровати, волчица пошла в комнату Макса. — Что-то случилось? — спросил Фолл, увидев на пороге подругу. — Ты не знаешь, где мой телефон? — Нет. Возьми мой. Она набрала номер. Долгие гудки томно доносились из мобильника. — Алло? — Кортни! Привет, это Мия. Послышался тихий вздох, и связь мгновенно прервалась. Недоумение Мии Фолл заметил сразу. — Что случилось? — Она сбросила трубку… Я должна вернуться домой! — она бросилась к двери, но её руку резко схватили, — Макс, отпусти… пожалуйста. — Очень опасно, скоро стемнеет. — Но… Кортни! Вдруг что-то случилось? Фолл подошёл ближе. Девушка пятилась назад, пока не впечаталась в дверь. Его голос стал тихим, требовательным. — Останься. Скоро начнётся превращение. Ты не успеешь вернуться обратно. — Я могу спрятаться где-нибудь ещё… — Не будь так беспечна, Мия! Я волнуюсь за тебя. Девушка почувствовала его горячее дыхание. Его лицо было так близко, отчего соблазн поцеловать мужчину не выходил из головы. Все эмоции превратились в одно лишь возбуждение из-за его близости. — Я поеду сам. Дай мне адрес. — сказал волк, отстраняясь. Мия отошла от двери, разочарованно глядя вниз. Узнав адрес, Фолл вышел за дверь, перед этим, погладив щёку девушки. Он заверил, что всё будет хорошо.       Приехав в назначенный адрес, Макс увидел маленький домик. Каменная дорожка вела к деревянной двери, которая оказалась открытой. Блондин едва коснулся ручки, как та отворилась, впуская внутрь. Однако там он не нашёл подругу флориста. Вещи были разбросаны, словно кто-то собирался в спешке, собирая всё необходимое. Поняв, что дом пуст, Макс поехал проверить цветочный магазин. Он тоже, к слову, оказался пустым. Закрытым. Оборотень поинтересовался у прохожего, стоявшего около него, как давно он видел хозяйку. — Уже несколько дней закрыт. Ни одной, ни второй хозяек не видел… Караулю здесь уже два дня, скоро день рождение у тёщи… — Макс уже не слушал незнакомца. Пока тот рассматривал витрины, Фолл бесшумно ушёл. — Ну и ладно… — сказал прохожий, пожимая плечами. Искать по запаху было бесполезно. Прошло слишком много времени, потому ничего не оставалось — нужно возвращаться. Объяснив всё Мии, та задумалась. Однако не надолго. Пока Макс катался в городе, день близился к концу. Из горизонта показалась луна. — Мия, пора… — тихо сказал Макс, не отводя взгляда от окна. Вдруг он неожиданно для Мии, прикоснулся к её лицу и убрал прядь волос.       Ночь прошла спокойно. Конечно, не для Мии, но точно для тех, кто её окружает. Макс находился рядом, изредка закрывая глаза. Хелен, бывало, иногда тоже не могла сомкнуть глаз. Ей тяжело было засыпать после потери мужа. — Макс, держи! — женщина протянула глубокую тарелку с едой, что осталась от ужина. — Могу посидеть, приглядеть за Мией, а ты иди, отдохни. — Спасибо, Хелен, но не нужно. Высплюсь днём… А ты? Чего не спишь? — Ночь однако не сонная. Да и сам знаешь, неспокойно мне… Тяжело от утраты до сих пор. — грустно процедила Хелен. — Понимаю… — понурив голову вниз, сочувственно сказал альфа. Немая тишина вдруг проскользнула между людьми. Иной раз хотелось поговорить о чувствах, о горечи, о потере, однако говорить было так же тяжело, как и молчать. Возможно, когда-нибудь стая сможет открыть друг другу всё, а пока… а пока всё так. Грустно и печально. Хелен никуда не ушла, она сидела с Максом, не говоря ни слова, последний же не возражал. Сейчас бы ему пришлось остаться одному, а разговор с разумом не приходился по душе. Фолл очень много рассуждал про себя, однако, казалось, что никогда не придёт к выводам. Эти мысли по большей части касались Мии. Складывалась, вроде, банальная любовная ситуация, а точнее, зарождение той самой любви. Опять же… возможно.       Они познакомились совсем недавно. Перейдя порог магазина и уловя насыщенный запах цветов, ему не верилось, что он, Макс Фолл, дошёл до этого: он убегал, когда, обычно, первый кидался в бой в силу своего темперамента. Ошарашенный взгляд флористки показался на мгновение довольно-таки добродушным и искрящимся. На подобии приятного удивления. Еле уловимая улыбка в ту секунду коснулась губ девушки. Конечно, кровавое пятно на штанине испортило всё впечатление. Невольно вспомнился поцелуй, инициатором которого Мия стала. Макс много думал над этим, проецировал его в своем мозгу, но вскоре из-за навалившихся проблем, отложил мысли в сторону. Иногда все силы нужно мобилизовать на что-то более важное. По крайней мере семья тем и являлась, это нечто неотъемлемое и дорогое, всё, что у него есть. Он не думал об отношениях после потери брата, до этого он сам был весьма легкомысленным, весёлым дамским угодником. Связь была столь мимолётна, что Макс забывал, как звали этих девушек. Сейчас, спустя время, когда на плечи легла ответственность, неужели пришло и осознание того, что пора взрослеть?