Вишня цветет весной

      Весна. Прекрасная пора для того, чтобы что-то начать, чем-то заняться, открывать что-то новое для себя. В этот период оживает все вокруг — цветы, деревья, просыпаются звери и насекомые. Что может испортить этот сезон? Разве что альфы, которым мало других времен года и весной их гормоны поднимаются до небес! Мои были заняты лишь ими. Ну почему я родился омегой? Ведь будь я альфой, я бы совсем не был таким, как некоторые представители сильного пола. Я бы изо всех сил пытался найти своего истинного омегу, будь тот хоть на другом конце мира, холил и лелеял, а всех остальных держал на большой дистанции — вот она настоящая любовь. Но это не сказка, не прекрасная история любви, написанная для романтического фильма с хорошим концом. Это жизнь и она такая какая есть - со своими случайностями, черными полосами, приятными и не очень моментами.       Ладно, что-то я напридумывал. Что бы не говорили о настоящей любви истинных, не каждый находит своего истинного. Он может быть, действительно, на другом конце мира, ну или хотя бы на другом конце страны, и найти его, да еще и когда ты точно не можешь быть уверен… Но я хотя бы не вставлял свой хрен во всякую щель! Да! Точно! Какие бы инстинкты не управляли ими, они должны оставаться людьми. Весна! Это время, когда расцветает любовь, а у них расцветает что-то между ног. Как можно бы…       Мысли бы еще шли потоком, если бы их не перебил мой друг, запрыгнув мне на спину. — Блять! — выругался я, надеясь, что моя спина не треснула от такого налета. — Здравствуйте, товарищ! А ты сегодня, как обычно, угрюм. — Прихватив за плечо, Август прижал меня к себе. — Готов к окончанию первого курса? Весна — прекрасное время для сессии.       Август — мой друг, он бета, с которым мы познакомились на первом курсе обучения в университете. Учусь я, кстати, на юрфак’е. Собственно там, куда все идут, когда не знают кем они хотят быть. Собственно, и мы с Августом не исключение. Ему больше подходит творческая профессия, он подрабатывает фотографом и часто практикуется на мне. Его настрой меня пугает и вдохновляет одновременно. Да, я могу сказать какой он дурак и как меня бесит, но я завидую этому дураку. Кажется, его никогда ничего не беспокоит. — Да, просто замечательно, для тебя. У меня-то везде автоматы, — пусть я не особо любил данную профессию и становиться полицейским не собираюсь, но учиться хорошо я должен, чтобы деньги мамы не пропадали зря. После развода у нас в семье их будто "кот наплакал". — Значит, ты идёшь ко мне и подготавливаешь меня! — ноет друг в своей излюбленной манере, заваливаясь на мое плечо. — Не виси на мне!       Подходя ближе к университету чувствовался сильный шлейф феромонов, что следовали за их источниками в облегающих джинсах и укороченных топах. Притягательных, густых, возбуждающих. Будто какая-то мода: альфы и омеги поверх своих собственных брызгали еще более насыщенные ароматы. Конечно, это не входило в абсолют, но те, кого, как и меня, раздражали эти попытки привлечь внимание "от меня воняет больше", не могли пойти против местной элиты универа. Благо, я пил сильные подавители, но даже так, прикрывая нос, старался поскорее зайти внутрь, подальше от очага скопления людей. А автостоянка — это вообще что-то удивительное. Она напоминает, ни то салон дорогих авто, ни то бордель. Этот университет пользовался популярностью среди богатеньких, потому что построили его не так давно. Электронные доски, преподаватели, которые являются хорошими специалистами в своей профессии, просторные и современные аудитории. Но здесь было и немало людей среднего достатка, как я. По большей части омег, как я… Но поступали они сюда ради богатых альф, и тут у нас различие! Я поступил ради образования.        Есть одна самая популярная компания, около которой всегда проходил какой-то движ и "веселье". Веселье на любителя, скажу я вам. Парень, что был центром апогея (и, скорее всего, двигателем), вместе со своими, не менее привлекательными, друзьями, "мусорил деньгами" направо и налево, тратясь на этих лицемерных людей. Да и сам он это делает явно не от большого сердца, поиграется и бросает, ища новую жертву. Лукавить не буду, я не ангел, и то и дело сам задумывался: "А что, если бы я был его другом? Ну поддакивал бы, как делают все, похихикал над тупыми шутками и вот - держи купи мне кофе на пятихатку и сдача твоя ". Но эти мысли сразу уходят куда подальше, как только я вижу очередного омегу, сложившего свои ляжки на его бедре. С омегами он не дружит. Омег он ебет. Бет в окружении не много, и только альфы могут быть собеседниками. — Ух, у Геры новый омежка и такой милый, — заметил Август, стоящую у черной панамеры парочку. — Прикольно, — кинул я взгляд на группу, стоящих в несколько метрах от нас, и отвернулся, показывая, что мне это не интересно. — А чего это ты засматриваешься? Я думал, ты встречаешься с каким-то альфой. — Мы расстались уже как месяц назад. Сверху мне нравится больше, — положив руку на мою талию, со смешком притянул он меня к себе. — Я понял, что в своих играх люблю водить.       Я же оторвал его руку от себя:  — Перестань!  — Ну-у, дай мне потискать милого мальчика! — ухватив за шею, Август начал трепать мои волосы.        За спиной и вокруг слышались смешки и что-то типа "опять они за свое". Меньше всего мне хотелось привлекать внимание и больше всего Август делал это изо дня в день. — Я сказал: хватит! — наконец я вырвался из дружеских оков.       Мне не особо нравилось, что ко мне относились как к "сладкому" мальчику. "Хоть и выглядишь ты довольно мило, но характер у тебя далеко не как у омеги!" — это слова Августа. Я же про себя могу сказать, что я обычный. Каштановые непослушные волосы, которые торчат в разные стороны, невысокий рост, собственно, как и у всех омег, около ста шестидесяти пяти, и карие глаза. Ничего необычного, единственное, чем я могу похвастаться — веснушки. Но и те не всем нравятся.       В метрах пяти от популярной компании я встречаюсь взглядом с Германом и еще некоторыми, выражающими "Что вы, мать вашу, опять вытворяете?". Словно в шоу мимов развожу руки, так же взглядом говоря "Чего уставились?" и, поправив прическу, иду дальше. Парадокс случайностей. Именно в этот день у меня закончились подавители и я ограничился лишь противными духами. Именно в эти дни у Германа был гон. Именно тогда мой одногруппник - альфа из их компании свистнул мне подойти ближе, чтобы попросить списать задание. И именно когда я подошёл неимоверно близко обычного, омега на коленях своего альфы решил поиграться, ущипнув его за бедро, заставляя его выпустить непроизвольно свой сильный сладко-терпкий феромон. Раньше я такого не замечал: может вырос и организм полностью раскрылся, может этот парень сегодня особенно привлекателен, а может я съел что-то не то? Словно я окунулся в море экстаза и похоти. Мое лицо покраснело, а дыхание сбилось. Тетрадь, что я хотел передать, упала вниз. И я сделал огромную ошибку, когда резко и громко вдохнул, перемешивая этот вдох с всхлипом. - Ты чего? - спросил одногруппник, пока я каждой частичкой тела ощущал его взгляд, чувствуя каждую нотку его тернистого запаха. Люди смотрела на меня как на придурка, да и я сам себя вел как придурок. Словно наши сердца бьются в унисон. Бета сломался — выносите его. Я боялся повернуться, хотя тело только это и желало, притягиваясь ближе, как магнит. — Ничего! — взвизгнул не своим голосом, проклиная его миллион раз. Не могу в это поверить и ускоряю шаг. Нет. Нет-нет-нет! Не может быть! — Ну и феромон, — подметил друг. — Как будто тянет прямо в руки и ты чувствуешь его каждой частичной своего тела? Словно наши сердца бьются в унисон,— я смотрел под ноги, ускоряя шаг, отвечая почти шепотом. Скорее самому себе, чем ему. — Нет, так описывается истинность, - пояснил Август. — А я о чем? — Что? — округлил глаза друг. — Что?       Лучше бы я просто держал свой язык за зубами. Потому как: — Серьезно? Ох, а что же сейчас будет? А ты ему скажешь? А, хотя погоди, он же тоже должен понять! А почему он не понял, мы же были так близко? — друг жужжал мне в уши в течение всей пары, то и дело получая замечания от учителя. — Не знаю, думаю все из-за того, что я запах скрываю. — лишнее внимание от этих мужланов мне не нужно, поэтому я часто прибегаю к "волшебным" таблеткам для омег. В период течки, когда трудно себя контролировать, чтобы обезопасить себя от изнасилования, всякая омега пьет подавители. Я же пью их частенько и в обычные дни, просто чтобы от меня не пахло. На всякий случай у меня есть и флакон с запахом альфы. Он из меня альфу, конечно, не делает, но мой собственный запах отлично перебивает. — Ну что? Перестанешь скрывать? Твоя мечта почти осуществилась — найти истинного и уплыть с ним в закат, где вас ждет вечная настоящая любовь, — со всем возможным артистизмом и лиричностью закончил свою пьесу Август. — Да-а, блядь, я очень счастлив! — Я действительно мечтал найти своего истинного, хоть это и большая редкость, но говорят, что когда оба истинных находят друг друга, начинается самая настоящая, сказочная любовь. И я представлял своего единственного не только как прекрасного, понимающего альфу с дьявольски привлекательной внешностью, но и с ангельским характером. Но я никак не представлял — его! Единственное, что связывает мои фантазии с ним, это то, что он дьявольски хорош! — Я лучше всю жизнь пробуду одиноким, чем лягу под него. И, конечно, я буду продолжать скрывать запах, даже более тщательно.       Ни в коем случае нельзя, чтобы он понял, что мы истинные. Под цоканье столовых приборов, шуршанием обертки с другом мы часто говорим о какой-то фигне, он смотрит в телефон, а потом показывает мне смешные видео. В этот раз он затих, что-то изучая на экране смартфона. Я оглядываюсь, сам не замечаю как хочу поймать взгляд… кого-то. Но не нахожу его и выдыхаю. Не хочу думать об этом! Благо Август вырывает из мыслей. — А на каком факультете Герман? -  поинтересовался бета, смотря в свой смартфон. — С какого момента он тебя теперь больше интересует, чем даже меня? — меня уже нервировало, что мы так часто начинаем о нем говорить. За одно только утро девяноста процентов мозга заняты им, и ровно столько же занимают ещё и разговоры. Я может поэтому и перестать думать ни о чем другом не могу из-за этого. — Да не то, чтобы интересовал, но у нас поменяли расписание и физ-ра у нас стоит с его группой. — Зашибенно! Лучше и не придумаешь...       Почему судьба так жестока со мной? В тот момент, когда я понимаю, что лучше мне с ним не пересекаться, у нас совпадают пары.        Голова тяжелым грузом падает на ладони и я тихо завываю от безысходности. Вообще, наверное, каждый знал о том, кто такой Герман. Не важно, хотели ли вы хоть что-то о нем знать или нет — вы будете знать. Причем только хорошее: отличная репутация, самодостаточный, щедрый — я ни раз слышал, как он угощал тех, кто с ним обедал, красивый — шикарные волнистые черные волосы, подстриженные в модную прическу, высокий, подтянутый и вежливый.       Все бы ничего, да только вот всеми этими дарами божьими он пользуется, чтобы охомутать красивых омег с объемными фигурами. Так что, под его шаблоны "сексуальная омега" я все равно не вписываюсь, вот и знать ему обо мне не надо. Просто представить не могу: шикарный альфа в модном дорогом прикиде, все при нем, и я — чудо чудное, в огромном оверсайз свитере, джинсах "Привет эйчик*", с недосыпом на глазах и ужасным, из-за этого, настроением двадцать четыре на семь. "Я упала с сеновала — тормозила головой". С другой стороны, я обычный парень, а он типичный богатенький сынок. Родись кто угодно в такой же семье, был бы таким же.       Да уж, родись я на его месте, я бы и омегой не был… Чертов победитель по жизни, да пошел он! И почему я только сейчас почувствовал его запах?        По утрам еще холодно: когда солнце затуманено облаками, а ветер призраком проходит сквозь ткань одежды, оставляя мелкие мурашки. Я зарылся носом глубже в шарф, впуская внутрь теплый запах изо рта. Утром мало кто ходит на пары, утром даже я, будучи отличником, стараюсь схитрить, чтобы лишний раз поспать и пойти уже когда солнце по-весеннему греет щеки. Но сегодня я иду. Иду потому, что не хочу писать рефераты - физрук ловко придумал наказание для прогульщиков. — О, привет, Женек. — Пробежал мимо меня одногруппник, срывая с головы панаму, закрывающую глаза. — Эй!        Словно кот за мышью, мы бежали по лестницам вверх, к спорт залу. Конечно, из-за того, что он альфа, то был куда быстрее. Поднявшись по ступенькам, я чуть ли не падал, опираясь на колени, пытаясь отдышаться. — Вот и позанимался, теперь бы домой.        Посмотрев вперед, заметил похитителя моей вещи, разговаривающего с альфами другой группы. Как марафонец с тяжелой одышкой (пусть и пробежал от силы двадцать метров), подхожу и вырываю панаму, ей же ударяя по белобрысой макушке. — Еще раз ты заберешь у меня что-то... — начал было я разборки, пока не почувствовал знакомый запах. Он разговаривал с компанией Германа. Я же, как только оглянулся, смог только сглотнуть застрявший ком и молча уйти в раздевалку. — Да ладно тебе, Жень, — шутливо попытался оправдаться альфа в след.        Как же я обожаю физкультуру! конечно же, почти никто на нее, как всегда, не пришел, кроме меня и еще нескольких одногруппников. Мне показалось, или тут пролетело перекати-поле? Наша группа вообще не особо отличается активностью на данном предмете. Дай Бог, чтобы семь человек пришло из двадцати — это настоящий успех. Сегодня же было куда меньше, ведь даже лучший друг по телефону что-то промямлил и начал храпеть в трубку. А как вчера был воодушевлен: "Пара с Герой, пара с Герой. Не боись! Я защищу своего милого друга - омегу".       Ага, не боюсь. А на их специальности омег будто вовсе нет. Пришло как штык все двадцать и больше половины — альфы. Или у них настолько большая группа, что это еще не все? Не важно, факт остается фактом и сегодня я практически единственный омега в зале, не считая тех, кто уже крутиться около красавчиков в коротких шортах. (Погодите, у них точно сейчас этот предмет?) Хорошо, что хоть не все знают мою сущность.       Бегать, конечно, было трудновато.       Бегаем мы минут десять, а я уже на третьей готов умереть. Альфы как стартанули, что всем остальным оставалось только догонять. Еще и этот физрук на каждом круге кричит "Потряслись, девочки, потряслись. Еще пять минут". — Да *вздох* чтоб *вздох* тебя… — придерживая бок, старался я изо всех сил, лишь бы не отставать от бет. Нельзя было показать, что я слабее всех, что я могу быть омегой.       Но тут нас начали догонять альфы, которые уже обгоняли нас круга так на два- три. И все беты побежали еще быстрее. В голове только одно: "Суки, ждите!". — Почему бы омеге не присесть и не отдохнуть? — спросил один из компании, догнавших меня. — Не знаю, о ком ты говоришь, я чистой воды бета! — стараясь как можно увереннее проговорить очевидную ложь. Мне ни раз приходилось врать и отдаляться от альф, но на физкультуре сложно сдержать запах феромонов, — просто организм слабый. — Ну да, тогда я маленькая собачка. — подбежал второй и ущипнул меня за ягодицу.       Нет, ну это уже какая-то наглость. Я сорвал его руку со своей жопы как можно агрессивней: — Тогда иди и найди себе суку, херов пес! — Воу, полегче! Омега должен быть милым и податливым, — они все никак не могли угомониться. — Я вроде ясно дал понять… — начинал уже я повышать голос, как опять этот физрук: — Бегаем, а не разговариваем! Еще 3 минуты.       Я остановился, якобы поправить шнурки, обогнать я их все равно не смогу. Перевязывая очередной шнурок, который и до этого был хорошо завязан, я заметил огромную тень, нависшую надо мной. Это был он — темно-серыми глазами смотрел сверху вниз, его плечи были широкими, а снизу, под футболкой, был хорошо виден его пресс, а запах… Просто дурманящий. Я и до этого чувствовал запах пристающих ко мне альф, но благодаря подавителям, мне было просто сдерживать себя. Его же феромон — это что-то яркое, сильное и сексуальное! Я чувствую, как кровь прилила к щекам и могу поспорить, что я уже как рак красный. Опять глотаю застывший ком, стараясь сохранить невозмутимость лица. — Что? — в одно слово я вложил столько ненависти, что любому должно было стать ясно, что его не жалуют и лучше бы просто отойти. Но, видимо, не ему. — Приятный запах, — его уголки рта поднялись.       Он что усмехается надо мной? — К-какой запах? — наверное, я сейчас выгляжу действительно странно, отрицая то, что видно налицо.       Он начал улыбаться только сильнее, но все же отошел от меня.       Черт, видимо, это тоже мой последний раз, когда я посещал физ-ру.