Вишня цветет весной

      Я стоял словно прирос к полу, не зная как поступить. Вроде, как и выйти надо, но и с другой стороны — мне не хочется попадаться ему на глаза, разговаривать.       Да, эта ночь была жаркой и в какой-то степени приятной, хоть мне и не хочется это признавать. Но я не уверен в чувствах к нему, я вообще не знаю как поступить, но больше всего меня пугает неуверенность в его чувствах. Он всегда относился к омегам, как к очередным шлюхам, с которыми можно провести ночь, другую. С чего бы ему относится ко мне по другому? С того, что я истинный? Как вообще появление истинного в жизни может на него как-то повлиять?       Словно ребенок, который всегда ел разные конфеты, встречает самую вкусную на запах, но это же не значит, что теперь он будет всю жизнь есть только ее? Или я не прав? Этот запах сводит меня с ума, заставляя делать то, что я никогда не хотел. Это и есть та магическая любовь между людьми? К черту такую любовь, где запах решает все!       Я набрался смелости, и вышел из корпуса. Быстренько прошмыгну вон там, по собачьей тропинке, тот и не заметит. Я начал идти быстрым шагом, стараясь не попадаться ему на глаза, которые он и не поднимал в принципе. И тут услышал визг: — Женя-я!       Август подбежал ко мне, ноя о том, почему я его не подождал. — Какого хуя ты орешь?! — начал возмущаться я. — Женя. — уже спокойным низким голосом сказал Герман, который подошел так быстро и незаметно. — Блядь. — сказал я тихо, массируя переносицу большим и указательным пальцем. — Оу, не буду мешать, — выдал рыжий, проходя между нами, — Не оплошай, — толкнув меня локтем, прошептал он и смылся.       Ну ты и крыса рыжая, Август. Сдал меня и удрал. — Чертов Август… — О чем ты? Я учуял тебя, когда ты вышел, думал подойдешь или нет. Но похоже подходить ты не собирался.       Я фыркнул, показывая всем видом, что мне не с чего подходить к нему. — Прокатимся? — не вдохновенно спросил альфа. — Нет. — сказал как отрезал. А смысл? — Почему нет? — А почему, да?       Он достал пачку сигарет из кармана своего пальто и закурил. — Мы с тобой так хорошо провели эту ночь, а ты снова за свое?       Блядь! Он помнит. И почему у меня нет способности запоминать, где было мое очко, когда моего разума со мной не было? — Хах, послушай, — встал я немного расслабившись, поправляя челку, как это делал бы Август, чтобы выглядеть более увереннее в себе, хотя мой голос немного дрожал. — То, что было ночью, той ночью и осталось.       Он снова прикурил, приблизившись ко мне, и выдохнул дым в лицо, от чего я кашлянул. — Я так не думаю. — Ч-чего? — отмахиваясь от дыма, я замечал его снова темно-серые глаза, смотрящие прямо в душу. — Возьми сегодня трубку. — Герман выбросил недокуренную сигарету в стоящую рядом урну и ушел к машине.       Что это только что было? Он не засунет меня силой в машину? Не повезет к себе? Даже феромон свой не выпустил? Ну, не то чтобы я хотел, но это и не то, что я ожидал.       И как мне на это реагировать? Лучше бы он сделал все как всегда — силой, потому что сейчас мне совершенно не ясно, что от него ожидать… Ответить на звонок?       Как самый настоящий дурак, я весь вечер проверял телефон. Ничего не было. — Да пошло оно! — бросил телефон на кровать и пошел сидеть в ноутбуке, залипая на разные видео и мемасы. Наступил вечер, и на улице начинало темнеть. Становилось скучно. Август последнее время совсем не пишет, видимо, кого-то нашел. А мне не говорит! Какого черта, разве мы не друзья? Я хотел взять телефон, чтобы написать ему претензии, но вдруг на нем высветился номер Германа. Я так испугался, что выронил его из рук, роняя на кровать. Отвечать или нет? Отвечу, чтобы снова гордо отказать, да! Но надо подождать, типа я очень занят… Так, ну все, можно!       Я быстро взял телефон, и привел по экрану, чтобы принять вызов. — Да? — мой голос опять почему-то стал слишком высокий, отчего я откашлялся, повторяя, — Да? — Я во дворе. Можешь выходить. — Чегооо? С чего ты вообще решил, что я согласен? — Не выйдешь? — я не видел его лица, но я знаю, что он ухмыляется.       Да-да. Я вышел. Просто ради интереса на секундочку… Надел первое, что попалось, чего мне наряжаться. На улице было уже достаточно холодно, у нас быстро похолодало этой осенью. Наверное, зима будет морозной. Проникающий ветер обдувал щеки, мои пальцы зябли. Он стоял у своей панамеры среди голых крон молодых вишен. Они зацветут уже этой весной, представляю какая красота будет. Альфа курил, махая мне рукой. И чего он машет? — Ну и что тебе? — Садись, поедем есть рамен. — Чего?       Мы ехали по пустой дороге, освещенной фонарями и вывесками. Я изредка посматривал на него, такого сосредоточенного. — С чего ты вдруг решил поесть со мной рамен? — Я просто хотел где-то провести с тобой время, а ты любишь рамен. Вот и решил объединить. — Откуда ты знаешь? — опять что ли Август растрепал? — У тебя дома целые залежи этой лапши. Думал, тебе понравится, если тебе принесут настоящий рамен, приготовленный не «из пакетиков». Ну и там не только это, можешь выбрать хоть что. — Ага… — И ничего не должен. — перебил меня истинный, уже зная, о чем я начал говорить.       Мы вышли в каком-то красивом районе с милыми светящимися улочками и неким фестивалем, проводившемся рядом.       Недалеко был пруд, по которому на небольших лодочках с фонариками катались парочки. Ресторан был выполнен в традиционном азиатском стиле, пахло все просто бесподобно. Официант провел нас к столику без стульев. Вместо них там стояли… или лежали на полу стулья без ножек, но со спинками, на которые мы сели, пряча ноги под стол с закрывающей их тканью. Милая официантка дала меню, в названиях которого я ничего не понимал, благо были картинки. Выбрал, что выглядело более аппетитно. Девушка сказала, что повар является корейцем и сделает лучшее чандж-рамен, что я пробовал. Ну как бы, любой сделал бы лучше того, что я пробовал. Пока мы ждали заказ, стало неловко от тишины.       Он не отвлекался на телефон, не рассматривал обстановку, он просто смотрел на меня, чего-то ожидая. — А здесь неплохо… — прервал я затянувшуюся тишину. — Да. — ответил он, подперев подбородок рукой и смотря мне в глаза. — И чего ты смотришь на меня? — засмущался я. — Люблю смотреть на твои веснушки… Эй! — ударил я того ногой под столом. — Что такое говоришь?! — воспылал еще больше от неловкости, после его слов.       Мы спокойно поели, даже вышло пообщаться о чем-то. У него оказались, на удивление, неплохие саркастические шутки, да и вообще, когда он не поднимает нос до небес, с ним можно спокойно поговорить. Может поэтому с ним общается почти весь университет (это я не говорю про омег). — Как ты можешь столько есть? — удивился альфа. — А фто? — с заполненным ртом спросил я.       Передо мной стояли 3 пустых тарелки от разных раменов, несколько тарелок роллов, самгёпсаль* и лапша с овощами. — Все омеги, которых я встречал, сидят на диетах. — А хего мне до твоих омех? Я профто ефть хофю! — (А чего мне до твоих омег? Я просто есть хочу!)       Правда был один неловкий момент, когда я думал, что моя нога затекла от такого положения, потому я начал ее поглаживать другой. Я не чувствовал поглаживаний, поэтому мне показалось, что она вовсе онемела, пока Герман не провел по ней рукой, нежно, но ощутимо через одежду. — Что ты делаешь? — улыбнулся тот. — Ой! Я думал это моя, — я поднял ткань, чтобы посмотреть, где мои ноги, — Извини. — Извиняю. — высокомерно соизволил извинить меня, слугу грешного, альфа.       Да он просто ахренел.       Мы вышли из этого милого и вкусного ресторанчика, уже направлялись к машине, когда я заметил игру на фестивале. "Попади в 5 шариков и получи приз!". Стоило мне замедлится, как Герман сразу это заметил. — Нравится это? — указывал он на то, что я смотрел. — Ну-у, я отлично попадаю. — Пошли. — он потянул меня в сторону фестиваля. — Стой! Зачем? — Тебе это интересно, значит я тоже хочу этим заинтересоваться.       И что вообще несет этот придурок? Мы подошли к организатору, где купили попытку, и он дал мне дротики. Я встал на самой задней линии. — Э, это для альф! Омегам нужно стоять здесь. — указал он на самую близкую к цели линии. — А здесь запрещено? — возмутился я. — Нет, просто… — Вот и отлично.       Я начал кидать и попадать. Из 10 дротиков 7 лопнуло шары. О да, детка. Вот так вот. — Дайте и мне. — попросил Герман, становясь куда дальше меня.       Каждый его дротик попадал ровно в тот шар, что он целился. Мне оставалось только следить за его движениями и считать: "Раз — попал, два — попал, три — в цель!". Из всех 10 раз он попал… ВСЕ 10 РАЗ! Я стоял с открытым ртом, пока Герман не подошел, и не прикрыл мне его, мило улыбаясь. "Вот же гад!" — К-как? — Мне нравится твое удивление. — он дал мне самую большую игрушку в виде жирного кота, похожего на колбаску, которую можно получить лишь за точное попадание все 10 раз. — Куда мне его? — Можешь обнимать перед сном, вспоминая обо мне. — Мечтай, фантазер!       Все время, что мы там гуляли, куда бы я не посмотрел с восторгом, он мне это покупал. Сладкая вата? — Пожалуйста! Хот дог? — На, держи! Хочешь прокатиться на пони??? — Так стоп! Мне просто понравилось, как его одели! Я не хочу кататься! — Как хочешь. — он посмотрел в сторону причала. — Хочешь посмотреть на пруд?       На причале стояли деревянные скамьи с железными деталями, скрепляющими дерево, а так же делающими красивые завитковые узоры, напоминающие стиль барокко. Из-за близости с водой здесь было холоднее, но и красивее. Фонари на другом конце пруда освещали воду, бросая огни на небольшие волны. Мы сидели там и просто молчали. Это не было неловкой паузой или странной тишиной. Каждому просто хотелось помолчать и посмотреть на это. Я не задумавшись лег ему на плечо, смотря, как мелькает гладь воды. Было так спокойно. — Ев, мы с тобой сможем быть вместе? — Что? — обернулся я на него, надеясь не увидеть серьезное лицо. Но оно было таким. И его глаза, они снова словно как та вода, отражали свет фонарей.       Не знаю, зачем я это сделал, но мои руки держали его щеки, смотря прямо в глаза. Он положил свои, полностью накрывая тыльную часть моих ладоней. Они были ледяные. И тут, я прислушался к знакам его тела. Он дрожал, а его нос с ушами покраснели. — Да ты же… ВЕСЬ ЗАМЕРЗ!