Вишня цветет весной

      Я разлепил свои глаза, увидев высокий белый потолок.       "Что?" — единственное, что было в моей голове, пока воспоминания потихоньку не вернулись:       "Хочу, чтобы ты меня трахнул", "Мне нужен твой член!", "Поцелуй меня…" — Блядь! Я правда это говорил? Опомнившись, что должен быть не один, посмотрел на другую сторону кровати. Но там никого не было. — Пиздец! — я схватил подушку, закрывая ей лицо. — Какой позор-то! Ах? Я ещё и голый? — взглянув под одеяло, действительно, обнаружил наготу. Но… Я чистый? — Он что, вытер меня?       От этого стало ещё более стыдно. Он видел меня голым… Хотя, блядь, конечно! Он видел меня голым ещё до того, как протер. Я снова накрылся подушкой, скуля хриплым голосом после жаркой ночи. — Проснулся? — послышалось из проема двери.       Герман стоял в одном полотенце, а с груди его стекали капли воды, обводя мышцы по контуру. Видимо, недавно вышел из душа. Только сейчас заметил, что у него довольно светлая кожа, даже на руках виднеются выпуклые синеватые вены вдоль выступающих костей на запястье и кисти, особенно, когда он напряжен. — Т-ты извращенец что ли? В таком виде и заходить ко мне? — подпрыгнул я с кровати, весь взъерошенный и красный.       Герман лишь облокотился на стену, осматривая меня. — Кто бы говорил. — подметил тот с улыбкой. — Не смотри! — вспыхивая новой силой, прикрывался я одеялом, сорванным с постели.       Альфа закрыл рот рукой, немного краснея. Он умеет краснеть? И вот мы стоим в тишине, взирая друг на друга, оба краснея (кто-то больше, кто-то меньше). А я снова почувствовал возбуждение, будто в воздухе, от которого мое тело вздрогнуло, заставляя сердце биться чаще и громче. Это что за ситуация вообще такая? — Кофе или чай? — прервал наши гляделки истинный, переведя взгляд на свои ногти, поднимая брови вверх. — Кофе.       Я даже не посмотрел время, но по свету, пробивающемуся через жалюзи на кухне, можно было догадаться, что обед пока не наступил. Истинный сидел в домашних штанах, но не удосужившись надеть что-то наверх, оголял свой торс. Я пил кофе, согнувшись в три погибели лишь бы не смотреть на него. А вот Герману было абсолютно все равно, будто очередное утро. Развалился на стуле, сидя боком к столу, положив одну ногу на другую, попивал кофе. Благо сегодня суббота и не надо ехать на учебу с ним. — Хочу съездить куда-нибудь. — произнес он, заставляя мое тело вздрогнуть от неожиданного звука. — С тобой. — Ну-у, я думаю, что не выйдет, просто я… — он громко ударил кружкой, ставя ее на стол. — Ты все еще хочешь бегать от меня? Может ты забыл, что вчера сам вытворял? — спокойно произнес альфа. Он дотронулся до моего подбородка, поднимая его, смотрел в мои глаза. Проводил большим пальцем по моим губам, проталкивая его в рот. — Так может мне стоит напомнить?       Я взял его кисть, вытаскивая палец изо рта. Продолжая смотреть в его глаза словно при гипнозе, тихо, сглотнув слюну, будто боясь чего-то, сказал: — Я работаю. — я правда выходил сегодня на работу до закрытия. Но будь свободен, наверное, соврал бы. Оставаться с ним наедине значит снова испытывать эти непонятные чувства и эмоции, и желание оказать в более близкой связи. Трудно понять эти чувства. Легче, наверное, сойти с ума. Что я и делаю последнее время…       Попив кофе и отказавшись от завтрака, быстро оделся, готовясь выбегать из его квартиры, пока запах его феромонов не свел меня с ума. — Может мне тебя проводить? — стоял парень надо мной, когда я завязывал шнурки на кроссовках. — Не-не, не надо я сам… — начал я вставать, как меня тут же приковали к двери. Герман прижимал меня своим телом, говоря прямо в губы: — А мне кажется, что не справишься.       Дыша друг другу в рот, смотря в его глаза, непристойные мысли сами появлялись в моей голове. Нельзя здесь остаться хоть на минуту, или я снова не смогу ручаться за себя. Нащупав дверную защелку, я открыл дверь и чуть не выпал из его квартиры. — Ну я пойду. — неловко посмеявшись, вылетел оттуда пулей.       Я еле стоял у кассы, думал, к вечеру спина пройдет, но она только завывала требуя мягкую кровать. Такую упругую, чистую, теплую… с Германом… Так, стоп, нет. Только кровать! Я вообще сегодня, мягко говоря, не в форме. Губы все покусаны, запястья в следах от связывания махровым ремнем, на теле и места нет без засоса, да и в принципе от меня пахнет сексом. — Чертов козел, можешь поаккуратнее? — очень тихо сказал я сам себе, пуская мнимую слезу.       В кофейню зашёл парень, тут же распространяя свой феромон по всему помещению. Алекс частенько начал наведываться или мы начали чаще встречаться? — Ты зачастил! — улыбнулся я гостю.       Алекс по своему вкусу в одежде сильно отличался от Германа. Если истинный хоть и носит только брендовое, но все это выглядит уютно и не вульгарно. Он не носит ярких цветов, все: чёрное, бежевое, горчичное, белое и тому подобное, исключением бывает что-то красное и то, только что-то выделяющееся на черном или ином простом цвете. Чтобы он надел что-то яркое, так это только спортивный костюм. В остальном он серьёзен и элегантен. Алекс же спокойно стоит передо мной в бордовой рубашке, обтягивающую его хорошо подтянутую фигуру, с расстегнутыми двумя пуговицами, оголяя ключицы парня. Это неплохо и не выглядит странно, наоборот, очень уверенно и вызывающе, а серое пальто и золотые часы только дополняют и обогащают образ. Я думаю, даже если он наденет фуражку Вермахт, изготовленную для каких-нибудь БДСМ игр, то она неплохо на него сядет и впишется в образ. — Есть такое, — ответил светло-русый парень, останавливаясь у кассы. — Очень уж нравится твой американо. — улыбается он мне, осматривая шею. — Кофе как кофе. — я засмущался, потирая затылок. — Ев, — альфа приблизился ко мне очень близко, проводя пальцами по шее. — Тебе бы скрыть это чем-нибудь, а то сразу видно, что у тебя бурная жизнь. — улыбнулся парень.       Я покраснел, прикрывая шею. Проклинаю тебя, Герман, сотню раз! — Ч-что будешь? — неловко переводя взгляд, спросил Алекса.       Немного осмотревшись, он сказал: — Сделаешь гляссе? — Конечно!       Пока я готовил заказ для альфы, в заведение зашел Герман. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы учуять его запах, перебивающий даже запах Алекса, который уже заполнил эту комнату минутами ранее. Я ему все выскажу, как только останемся наедине! Нечего метить меня по всему телу, чертов ты… — О, Герман! — потянул к нему руку Алекс.       Они пожали руки очень крепко. Вообще по общению было видно, что альфы язвят друг другу. Улыбаются, но их глаза говорят иное. И почему я не замечал этого раньше? Я часто вижу их обоих в одной компании, но никогда вдвоем. Создавалась странная неблагоприятная атмосфера, поэтому я как можно скорее добавил в кофе мороженое из фризера, чтобы отдать заказ. — Спасибо. — мило улыбнулся Алекс. Он задел мою руку, когда брал кофе, и я бы этого даже не заметил, если бы не почувствовал горячий взгляд истинного на наши руки. — Остальное тебе чаевые. — подмигнул альфа, оставляя передо мной крупную купюру. — Когда ты освободишься? — обращался уже ко мне Герман, проводив взглядом Алекса. — Никогда! — хлопнул я по столу как можно увереннее, но вышло так себе, теперь еще и ладонь болит. — Что за хрень, Герман? Почему я весь в засосах? — старался я говорить как можно тише, оглядываясь не подслушивает ли кто-то. — Ты сам просишь целовать тебя, к тому же, шея твоя выглядит очень аппетитно… — он ничуть не старался говорить тихо, привлекая внимание, поэтому я закрыл его рот ладонью, прогибаясь через кассу. — Будь тише!       Истинный смотрел на меня холодным, пронзающим взглядом, с расслабленными опущенными веками. Он облизал мою ладонь, держа руку за запястье. Очень нежно провел пальцами под рукавом, немного приподнимая его. Я уже никак не закрывал его рот, только он держал мою кисть около себя, целуя фаланги пальцев. Его взгляд оставался такой же, но брови и губы скривились в усмешке. — Так когда ты освободишься? — спросил альфа, прижимая ладонь к своей щеке. — Я не могу… сегодня. Я обещал остаться после закрытия. — Хм-м? — снова провел губами по тыльной стороне руки, едва облизывая. — Ха-а, чертов ты… — я сорвал свою руку, прикрывая ей лицо. — Ладно, но давай в другой день? — Отлично, тогда я выбираю место и время. — Чего? — Освободи для меня весь день.       Я закатил глаза. Иногда он ведет себя хуже ребенка.       Полностью убравшись в кофейне, я вышел уже на темную прохладную улицу. Было около восьми часов, фонари горели теплым светом, освещая дорогу. Снаружи было холодно, я выдохнул горячий воздух, чтобы проверить есть ли пар. Пар был, но он тут же испарялся. Я шел вдоль пустой улицы, чувствуя усталость, но в то же время мне хотелось идти так бесконечно долго. Оставаться допоздна из сотрудников никто не любил, включая и меня, но вот то время, что я проводил сам с собой, возвращаясь домой… Да, оно бесценно. Но оно не бесконечно. Я так задумался, что сигнал машины, подъехавшей рядом, очень испугал меня. — Прости, испугался? — из окна выглядывал Алекс, улыбаясь своей теплой улыбкой.       Он сидел в своем BMW темно-зеленого цвета, настолько чистой и сверкающей, будто новой. Кому надо продать душу, чтобы родиться в богатой семье, а потом просто занять место родителя, управляя крупной фирмой? — Что ты тут делаешь? — подошел я ближе, вытерев слюни от восхищения. — Давай подвезу. — парень открыл дверь у рядом находящегося места.       К Алексу мне не было страшно садиться. С первой встречи он не особо меня настораживал. Его ослепительная улыбка, прямой стан, вежливость располагали к себе. К тому же он друг Германа, что мне будет? — С чего ты решил так подсобить? — влезая в машину с его помощью, поинтересовался я. — Решил немного покататься с тобой, поговорить… Наверняка же, тебе есть о чем поинтересоваться у меня? — улыбнулся хитро альфа, приподнимая брови. — Чем это? — я тоже изогнул бровь в удивлении. — Ну, Германом? Мы с ним как-никак с детства знакомы.       А ведь и правда. Чтобы понять свои чувства, может, мне стоит сначала узнать что это за человек? Хоть они немного соперничают, все равно знакомы с ранних лет, может это и нормально для давних друзей. — А, ну да… — опустил я взгляд, немного смутившись. — Как так вообще вышло, что вы так долго знакомы? — О, мы втроем: Я, Герман, и Тима знакомы с младшей школы. Да, мы бывшие одноклассники. Хотя, думаю, если бы не Тима, мы бы наверное так и остались просто одноклассниками. — почесал затылок Алекс в неловкой улыбке. — Да, он и меня куда-то часто звал. Кстати, а где он в последнее время? — Так ты не знаешь? Твой друг выглядел таким болтливым в кофейне, а тебе ничего не рассказал? — В смысле? — Тимур уже все уши прожужжал о том, какая из них милая парочка, и как он хочет остаться с ним наедине. — Чего?!       И с чего эти двое решили утаить от меня эту весть? С каких пор вообще лучший друг стал скрывать от меня такое? Я всегда был первый, кто узнавал о его новом парне, об их сексе, о подарках и свиданиях. И почему вообще секретом это является только для меня? Я не зол, но почему? — Вот дела. — посмеялся альфа. — Так, насчет Германа, мы с детства немного соперничаем. Хотя, думаю только он. Ему всегда кажется, что я пытаюсь забрать то, что принадлежит ему. — посмотрел на меня Алекс, не спуская улыбку. — Я ему не принадлежу! — скрестив руки, я перевел взгляд на окно. — Да-да. Он бывает очень резок и не только на словах, ты тоже не сдержан, поэтому вы уж найдите друг друга. — Да я сам в себе не уверен… — Чего? — его улыбка сменилась удивлением. — Ну-у, я не знаю люблю ли… — я начал отводить взгляд, что-то мямля. — Погоди, Женя, ты же с ним спишь? — Ну было пару раз… — Нельзя давать кому-то надежды, когда ты сам не уверен. Тем более вы истинные… — И-истинность… — протянул я это слово. — Сколько раз я думал, что она так важна и столько же передумывал. В итоге решил положить на это дело хуй. Важно то, что я чувствую к человеку и что он ко мне, а не какие запахи ощущаем.       Парень отцепил взгляд от дороги, чтобы взглянуть на меня. Он снова улыбнулся, приподнимая бровь. Но потом повернулся к лобовому окну, выдавая: — С этим не поспоришь.       Положив голову на окно, я видел уже привычные мне вишни. Почти приехали.       Утром меня разбудил неожиданный звонок. Нежный голос со звонкими нотками, будящий меня даже на расстоянии. Когда слышу его по утрам, всегда думаю, что мне вот-вот принесут оладьи с вареньем. — Привет, мам. — ответил я сонный в телефонную трубку.       Да. У меня была мама. Так уж вышло, что от двух мам родился сын омега. Чаще бывает дочь. Но я всегда шел против системы. — Привет, Женечка! Я тут еду в Москву остановкой через твой город. Давай встретимся, погуляем? — я слышал звук поезда, смеха с трубки. Так хочется оставить все и просто поехать с ней, будто мне десять и у меня каникулы. — Да, конечно. — Отлично! Встреть меня тогда на вокзале через два часа.       Худая, маленькая, с каштановыми по плечи волосами, карими большими глазами и огромным количеством родинок. Я был весь в нее. Идя веселая ко мне на встречу в зеленом пальто и черной шляпке, она махала. Ее губы были, как всегда, в красной помаде. Когда я где-то или на ком-то видел красную помаду, я всегда вспоминал маму. Вся такая счастливая и простая. Вторая мама у меня полная ее противоположность. Высокая, светловолосая с голубыми глазами, но с очень холодным и проницательным взглядом. Если от первой мне досталась внешность, то от второй ясный ум и сообразительность. Очень жаль, что они часто ссорились и им пришлось развестись. В любом случае, я люблю их обоих. — Вот ты вымахал, красавчик мой. — посмеявшись сказала она, ударив по попе. — Ну, ма-ам, не на людях же.       Мы сидели в небольшом ресторанчике азиатской кухни, недалеко от вокзала. Это не было похоже на ресторан, в котором я сидел с Германом. Он был больше похож даже на кафе, но мне нравилась эта простота. — Заказывай! Сегодня я кормлю своего малыша! — заявила Диля — так звали маму. — Не стоит, я же начал работать… — Тс-с — прижала она указательный палец к моим губам. — Это не так важно.       Мы ели, общаясь об учебе, о ее работе, о моей подработке. Разговор был непринужденный, как всегда, как это и должно быть. С ней мне всегда было проще всего, с ней я чувствовал себя так спокойно, так по-детски. — Знаешь, — протирая белой салфеткой маленький рот стучащими движениями, заговорила мама, — Моя… знакомая, она бета, владеет тут автошколой, довольно неплохой. Она с радостью возьмет тебя обучаться там абсолютно бесплатно. — Но, мама, у меня же все равно нет машины. — Да ла-адно, — снова посмеялась она белоснежной улыбкой. — Дал Бог зайку, даст и лужайку! — Очень смешно, мам…       От разговора меня отвлек телефонный звонок. "Любимый." Любимый? Что за любимый? — Я отлучусь. — Да-да, пожалуйста. — улыбнулась мама, засмотревшись на экран моего телефона, широко улыбаясь.       Я отошел к туалетной комнате, отвечая на звонок: — Да? — Я успел соскучиться. — Герман? Ты что ли? — Не признал любимого? — Сукин ты сын, а не любимый! Кто разрешал залезать в мой телефон? — Надо пароль ставить. — Я до сих пор надеюсь на благосклонность людей, — заявил я, закатывая глаза, — А еще это осталось после сессии, чтобы проще было списывать. — более тихо добавил. — Ты мне кое-что обещал. — Ну-у, понимаешь, тут такое дело, — начал я выглядывать в зал ресторанчика, смотря на маму, улыбающуюся мне. — Я с мамой. Давай потом? — Может тебя встретить вечером?       Я промолчал еще пару секунд. Но потом словно что-то меня дернуло ответить перед тем, как сбросить: — Не думаю.       Вернувшись за столик, я заметил как на меня смотрит Диля. Положив свой подбородок на сплетенные между друг другом пальцами, большими заинтересованными глазами, и от уха до уха растянутой улыбкой. — Ты что-то скрываешь от своей мамочки? — Не-ет, это просто… — не сумев вовремя придумать оправдание, выдохнул я, опуская голову к столу. — Там все сложно, мама. Я… я сам не уверен в своих чувствах. — Хах, сынок. Ты слишком много думаешь. — подняла она на щеки мою голову, смотря прямо в глаза. — В этом твоя вторая мама, Адель, постаралась. Все правильно, ты молодец, но если твое сердце и разум конфликтуют, то в этом вопросе доверься лучше сердцу. Я всегда доверяла сердцу и ничуть не жалею. Смотри какой ты у меня хорошенький появился. — начала она тискать мои щеки. — И сейчас я верю сердцу. Твоя мама тоже скрыла, что директор автошколы — ее девушка. — Чего?! — вырвался я из ее тисков, открывая рот от удивления. — Теперь ты обязан выучиться! — посмеялась она.       Мы погуляли еще часа два по городу, она купила мне новые вещи и покушать домой. Даже купила вкусности для Августа. Не дам ни крошки этому негодяю. Я проводил ее на поезд, провожая, как оказалось, до своей любви. Я рад, что она счастлива. Когда поезд тронулся, пошел мелкий снег. Он кружил вокруг меня, залетая под воротник, на нос и щеки. Если взглянуть вверх, то видно как из темного неба падает миллионы ярких снежинок, захватывая все видимое пространство на нем. Вибрация телефона и снова этот измененный контакт. — Довериться сердцу, говоришь?