my personal demon 2

Перепрыгиваю через небольшую лужу, состоящую из грязного снега, когда Захарра икает, а я улыбаюсь. Она достаточно смешная, когда выпьет даже глоток алкоголя. Девушка тупо стоит на месте и смотрит на меня заплывшим взглядом, который абсолютно ничего не означает. Да, ей определенно нужно прекратить пить. У меня же не настолько хорошее настроение, чтоб напиться. Стараюсь не думать об этом, получается плохо, но я всё равно готова выдать себе награду за старание. Телефон звонит, и я не сразу понимаю это. Только когда смотрю на экран, вижу имя Марка и тихо вздыхаю. Не хочу никого видеть, кроме Захарры. — Да? — вижу, что Драгоций смотрит на меня, зевая. Да господи. Улыбаюсь шире. — Привет, ты как? — слышу дыхание Марка и прикрываю глаза. Почему всё так? С ужасом понимаю, что вообще ничего не чувствую, когда до ушей доходит его голос. Знаю, почему, но ни за что не скажу этого вслух. Потому что нечестно. Потому что нельзя. — Я собираюсь за тобой ехать. — Оу, я… — тут же оживаю, потому что мне не хочется ехать домой. — В общем, Марк, я задержусь, ладно? Я позвоню тебе, когда… — вздыхаю, — освобожусь. Люблю тебя, — и скидываю, не услышав, что он сказал в ответ. Не знаю, что нашло на меня. Я будто… совсем не хотела разговаривать, сердце начало колотиться из-за чего-то. Как будто сказав что-то, Марк мог узнать о… Ему будет больно, а мне уже. «Ты в порядке? Всё хорошо?» Тут же приходит сообщение, и я заверяю, что всё просто замечательно, больше он не спрашивает, только напоминает, чтоб я не забыла ему позвонить, когда всё закончится. Но это никогда не закончится, не так ли? — Что-то случилось? — не замечаю, как Захарра подходит ко мне и кладет руку на плечо, в другой зажимая сумку и бутылку с шампанским. Её взгляд такой заботливый, что я даже не могу соврать. — Я не знаю, что мне делать. И она всё понимает. Понимает, и я даже вздрагиваю от этого. Понимающие глаза напротив доводят меня до крайней точки, поэтому я просто кладу голову на её плечо, а она обнимает меня, сильно похлопывая по спине. Уверена, она даже не понимает этого, но мне всё равно. Не пикну ни разу. — Мне жаль, что всё это происходит, — говорит тихо, — не хочу, чтоб вы оба мучились, но так нельзя, понимаешь? — Оба? — переспрашиваю, а потом вспоминаю поцелуй в университете, внутри всё горит, но только от того, что я понимаю, о чем говорит Захарра. — Да, оба, Василиса, Саша видит это, поэтому она и сказала тебе об этом. Не вини её, хорошо? Она просто боится потерять Фэша, это вполне реально, поэтому ей пришлось применить меры. Только не думаю, что она сделала лучше, скорее, он… не очень одобрит её слова. Но я всё равно не хочу, чтобы вы снова делали это. Разбивали друг друга. Видела бы ты его те годы назад… Когда постоянно сбегала, отшивала, помнишь? — Драгоций усмехается, и я не могу не улыбнуться, вспоминая, какой была раньше. — Конечно. Я была такой ужасной, не знаю, как вы меня терпели, — мы отходим друг ото друга на шаг, а потом продолжаем идти в неизвестном направлении. Слева небольшой лесок, а справа в ряд стоят дома, похожие чем-то на дом Драгоциев. Драгоциев. — Всё было не так уж плохо, как ты думаешь, — Захарра отпивает ещё глоток, а потом швыряет бутылку в снег сзади нас, перекидывая её через плечо. Думаю, это должно было выглядеть пафосно. — В любом случае, он хватался за тебя, и сначала я не понимала, почему. Искала, что же в тебе такого особенного. А потом поняла. Он же точно такой же, как и ты, поэтому и держался. А вы по натуре разрушаете всё, что видите. Вздыхаю, отвожу взгляд. Возможно, она права. — Но я изменилась, — вставляю короткое, не смотря на неё. Да, она права в некотором смысле. — Да, наверное, но у вас есть люди, которые вас любят, помимо самих, и вы точно не имеете права делать им больно. Даже если он просто искал утешение, а ты не специально постаралась забыть его.

***

Kali Uchis — Dead To Me (Slowed) Спускаюсь по лестнице, ведущей в курилку. Еще идет пара, но мне всё равно. На мне темная короткая юбка и белая, заправленная в неё и немного расстегнутая сверху, рубашка. Иду, высоко подняв голову. Что-то ударило мне в голову вчера, может, ностальгия, и теперь я выгляжу как пять лет назад, только старее. Хорошо, старше. Волосы собраны на висках, а что-то, смутно похожее на челку, висит по бокам лба, спускаясь так же на щеки. Большие ботильоны стучат по полу, везде тихо. Физика идет следующей, мне нужно выпустить пар, прежде чем я смогу хоть что-то сказать Драгоцию. Да, Захарра права, теперь я буду вести себя холодно и отстранено, лишь бы не разбить нам обоим сердца. Хорошо сказано. В курилке стоит какой-то парень, и я не совсем обращаю на него внимание, смотря куда-то вдаль и доставая из рюкзака пачку сигарет с зажигалкой. Закуриваю, выдыхая дым в воздух. Марк вообще ничего не сказал по поводу сигарет, помню, ворчал немного сначала, а потом, видимо, смирился. На мой наряд только посмотрел, странно улыбнулся, поцеловал в щеку, и мы вышли из дома. Из нашего дома. Из нашей квартиры. Вздыхаю, забывая про дым сигарету, и из-за этого закашливаюсь. Парень оборачивается, и в нем я узнаю своего однокурсника. Мы с ним иногда делаем вместе проекты, или просто сидим в кафетерии в компании наших друзей. — Привет, — он окидывает меня удивленным взглядом, а потом слегка улыбается, пока я выставляю палец вперед, якобы говоря, что сейчас прокашляюсь и скажу. — Привет, спасибо, — беру из его рук бутылку с водой и жадно глотаю, пока жжение не проходит. — Чего не на паре? — Могу спросить тебя о том же, — Даниил пожимает плечами. — Прогулял сегодня немного. Сначала проспал, потом решил, что лучше вообще не приходить, чем с опозданием. Может быть. — А ты чего? — Просто покурить захотелось, — частичная правда, но ему же не нужно знать всю, не так ли? Мы оба, как по команде, поднимаем головы и смотрим в небо, затянутое тучами. Тепло, да, но погода всё такая же дерьмовая. Солнце не появляется третий день, выходные прошли, за это время температура поднялась градусов так на пять. Скоро лето, и всё закончится. Мы уедем с Марком отдыхать, и я забуду Драгоция. — О чем думаешь? — Даниил выдыхает дым, а потом смотрит на меня. Понимаю, что его бутылка всё ещё в моих руках, поэтому тут же протягиваю её ему. — Ни о чем, скоро тест по экономике.

***

Спускаюсь по лестнице в аудитории, решая всё-таки вообще не разговаривать с этим Драгоцием. Я чувствовала его взгляды целую пару, они были скорее обеспокоенные, чем вообще другого разряда. Рядом идут мои одногруппницы, они что-то говорят про актера, который снимается в их любимом сериале, и восхищенные голоса заставляют меня улыбнуться. Да, я их чертовски понимаю. — Огнева? — не останавливаюсь, когда слышу за собой голос Фэша. Знаю, что он мне скажет. — Огнева, это по учебе, — это глупо, но я встаю по стойке смирно, потом поднимаю голову и разворачиваюсь всем телом, делаю шаги в его сторону. — Да? — даже на ботильонах с высоким каблуком я всё равно ниже. Ну и ладно, господи. — Ты сегодня вообще меня не слушала, — он опирается задницей об его стол, скрещивает руки на груди. Его любимая поза. — А должна была? — Что она тебе сказала? — спрашивает тихим голосом и обводит мое тело взглядом, отчего даже мурашки появляются на руках, прикрытых тканью рубашки. Почти все студенты вышли, осталась только небольшая кучка, которая неторопливо шагает со своих мест к выходу. — Сказала, чтобы я держалась от тебя подальше, — скрещиваю руки, повторяя за ним, смотрю прямо в глаза. — Ну, знаешь… так… по-женски сказала. — Черт, мне очень жаль, что ты услы… — Всё в порядке, Фэшиар Диаманович, только больше не зовите меня ни на какие ваши дурацкие ужины, — плюю прямо в лицо и разворачиваюсь на каблуках, иду к выходу, специально стуча ими, но вот только он встает передо мной, а я даже не могу выйти из аудитории. Никого, кстати, нет. — Василиса, я должен перед тобой извиниться, и… сказать кое-что очень важное. Да, у меня есть жена, но я всё ещё… это слишком запутанно, и я знаю, что ты тоже об этом думаешь, — чертова Захарра, она по-любому рассказала ему об этом! — Ты не прав. — Это так, ты не можешь мне врать, — голос становится чуть выше. — И я понимаю, что ты знаешь, что это неправильно, но я… я всё ещё люблю тебя Василиса, ладно? — вздрагиваю, как от удара. Дышать просто не могу, легкие как будто сводит. Да нет же. Он сказал мне об этом максимум один раз пять лет назад. Этот второй. Это не так. Фэш просто запутался. — Ты идиот, Фэш, — поджимаю губы, а потом обхожу его и прикрываю глаза, стоит мне выйти из аудитории. Твою мать.

***

Захожу домой, снимая со своей шеи шарфик. На кухне горит свет, скидываю ботинки и иду туда. За столом сидит Марк, на столе какой-то конверт, рядом — какие-то фотографии. — Привет, — улыбаюсь ему, хотя чувствую усталость. — Не расскажешь? — О чем? — снимаю куртку и иду вешать её в коридор на крючки, которые Ляхтич приделал недавно, потому что старые отлетели. Сразу напрягает его холодный тон, но я всё равно улыбаюсь, иду обратно. Сажусь напротив парня и поджимаю губы, а потом… он берет три фотографии и кидает прямо передо мной. Опускаю взгляд, короткий вздох вырывается сам. Место для курения, Фэш, и его губы на моих. Кто. Мать вашу. Сделал. Эти. Фото.