my personal demon 2

louis tomlinson — always you (моя любимая, послушайте, о, а еще defenceless оттуда же) — Куда ты? — хватаю Марка за руку, но он тут же встряхивает её, тем самым заставляя меня отпустить его. Единственное, что могу делать сейчас, это беспомощно смотреть на него щенячьими глазами. Знаю, что не простит, знаю, что меня это даже не так сильно волнует. Только вот почему? — Не думаешь, что это глупый вопрос сейчас? — огрызается, оборачиваясь. Ладно, я понимаю, почему он зол. Я бы тоже чувствовала именно это на его месте. Всё внутри горит, в голове всплывает тот день, когда это произошло. Когда Фэш поцеловал меня, а я ответила. — Скажи мне, — прошу, потому что боюсь, что он может наделать глупостей. — Боишься, что я поеду к этому твоему… кто он, черт возьми тебе? Почему ты скрывала от меня это? Почему встречалась, если ничего не чувствовала? — его голос хриплый, и о боже, как я буду себя чувствовать, если он заплачет? — Всё не так, как ты думаешь, — на самом деле, всё именно так. Проклинаю себя, просто ненавижу, потому что мне совсем не жалко Марка сейчас. Я совершенно не хочу просить его остаться. А почему? Потому что один мужчина снова вернулся в мою жизнь и снес покой к чертям. Как бы не хотела врать себе, но я далеко не дура. Может быть, всего лишь чуточку. — Просто дай мне немного времени, хорошо? И он уходит, оставляя меня одну. Наедине с этими фотографиями. Просто хватает куртку, телефон и ключи от машины, а потом закрывает за собой дверь. Неужели это всё? Мы столько прожили с ним, только вот… Фэша я знала меньше, чем Марка. Ради него я готова всё бросить? Да ладно, это же смешно. Сажусь на стул на кухне и опускаю голову, вздыхая. Да не может такого быть. А всё так хорошо начиналось! Беру эти фотографии и пристально всматриваюсь. Видна только моя спина и его прикрытые глаза. В любом случае можно понять, что же там происходит. Твою ж мать. Когда я успела так влипнуть? Телефон, находящийся в куртке, звонит, но я так и сижу на месте, потому что нет сил даже встать на ноги. Теперь нет. Прикрываю ладонью глаза и дышу достаточно тяжело. Что-то осело только что, что-то, чего быть не должно. Это не жалость к Марку, не раскаяние, что, кстати, напрягает. Скорее, какая-то недосказанность, словно… это должен был быть конец, но я не довела всё до окончательного финала. Надеюсь, вы понимаете. — Черт! — скидываю всё, что лежало на столе, а потом, к слову, начинаю плакать, понимая, насколько жалкая.

***

Неделя. Ровно неделя, как я сижу дома, словно амеба, и никуда не «выползаю». В универе, кажется, скоро буду отчислена, но сейчас у меня драма, мне нужно сидеть дома, уставившись в стену и слушая какие-нибудь грустные песенки. Да, именно это я и делаю. А что еще мне остается? — Тебе следует прогуляться, — Захарра почти кричит мне в трубку, потому что, наверное, идет где-то в людном месте. Или она, как и всегда, слишком эмоциональна. — Ты уже дофига дома сидишь, может быть, пора перестать хандрить? Ты так и не сказала, что произошло. И что мне ей сказать? Ну, мой уже, кажется, бывший парень узнал, что я целовалась с твои братом? Я не хочу терять еще и подругу. — Я знаю, Захарра, — вздыхаю, а потом откидываюсь на кровать, где когда-то спали мы с Марком. Теперь я одна, классно. — Ну всё тогда! Встречаемся через полчаса в центре, там кафе есть, на «П» начинается вроде бы… — «Период»? — подсказываю, лениво ворочая языком. Обычно мы там сидели с Марком, но ничего страшного, с Захаррой, думаю, я смогу забыть о нем хотя бы ненадолго. Наверное, он бросил меня, потому что всю неделю не звонил и не писал. Видела его истории в социальных сетях. Оттягивается по полной. — Да, точно, едь туда! Тебе хватит полчаса? — Я живу в квартале от него, Захарра, — улыбаюсь, прикрыв глаза. — О, это же супер! Я могу немного опоздать, так что… Но там реально не на много, возможно, минут на пять… Или… — Встретимся там, — и сбрасываю трубку. Настроение улучшилось однозначно. Эта девушка женщина определенно знает, как поднять его. Вздыхаю (снова) и поднимаюсь с кровати, нелепо скатившись с неё на пол. Такой вариант, кстати, тоже ничего, только вот задница и рука немного болят после явно не нежного прикосновения с полом. Встаю на ноги и иду умываться, потому что надо придать себе хотя бы нормальный вид. Думаю идти на пары в понедельник, потому что действительно не хочу быть отчисленной. К тому же, теперь стипендией буду расплачиваться за квартиру. Отец, конечно, присылает деньги, да и я подрабатываю, но всё же. Когда уже начну жить самостоятельно? Завязываю волосы в хвост, надеваю бежевый свитер и джинсы, а потом натягиваю большую короткую куртку, которая делает меня вдвое больше, чем я есть, но она такая удобная, поэтому… Уже достаточно тепло, чтобы ходить без шапки, поэтому я оставляю её на полке. Дохожу до того самого кафе. Оно одно из тех, в котором хочется сидеть вечно. Здесь по всюду цветы в горшках, всё выглядит гармонично и по-особенному приятно. Осматриваюсь. Захарры нет, поэтому сажусь за свободный столик, куда сразу же подходит официантка, но я говорю, что сделаю заказ немного позже. Просидев там минут так десять точно, уже собираюсь звонить Захарре, как вдруг вижу того, кого тут явно быть не должно. Он идет ко мне походкой «самца», выпрямив спину и сделав выражение лица такое, что меня невыносимо бесит. Это всё коварный план Захарры, я уверена. Пора перестать с ней общаться. Настроение вмиг падает, потому что именно этот человек стал причиной моей подавленности, потому что именно из-за него мы с Марком и поругались. Хорошо, мы не ругались, я вообще не предприняла никаких попыток остановить его. Но это из-за этого же парня. Повторюсь. — Привет, — он мне улыбается и садится напротив. Его черное пальто расстегнуто, я могу увидеть белую рубашку и черные джинсы. Да ладно вам. — Чего так смотришь? Ты как будто чудовище увидела, честно. — Разве нет? — выгибаю бровь, но не могу не приподнять уголок губ, потому что уж слишком у парня мужчины широкая и яркая улыбка. Это вообще законно? — Очень смешно, — он снимает с себя пальто, пока я смотрю на него, как на поехавшего. Он серьезно думает, что я буду сидеть здесь с ним? — Куда ты дел Захарру? — Я её съел, — показывает мне язык и зовет официантку, которая уже с улыбкой идет к нам и спрашивает, что мы выбрали. Уже хочу сказать, что «ничего», потому что так и есть, и потому что я не буду тут… но у Фэша явно другие планы. Его волосы кудрями разбросаны по голове, отчего мне хочется так и пригладить их, чтобы выглядело по-нормальному, хотя так и есть. Он продолжает что-то заказывать, изредка посматривая на меня, а потом, когда официантка уходит, поворачивается ко мне и скрещивает пальцы в замок. — Не злись на Захарру, я попросил её вывести тебя, в последний раз, хочу напомнить, ты совсем не слушала меня, — его взгляд на секунду становится серьезным, а я всё ещё сижу напротив него. — Потому что, Фэш, всё очень плохо закончилось, — закатываю глаза, а потом понимаю, что сказала совсем не то, что нужно. — Что случилось? Это из-за этого ты не появлялась на парах? Киваю, прикусив губу. Ладно, он должен знать, что есть человек, который может передать эти снимки Саше, а она… вспыльчива, наверное. Не хочу остаться без волос. — Кто-то отправил снимки Марку. — Какие? — хмурится. — Где мы целуемся. Фэш широко раскрывает глаза, а потом моргает, медленно, как в кино. Да, Драгоций, да.

***

Мы идем домой. Да, я и Фэш. Он идет со мной, держа в руке пакет с пончиками, половину из которых мы съели, сидя на лавочке в парке, который расположен недалеко от квартиры, в которой я живу. Да, я не ожидала, что всё пойдет так, только вот я согласилась прогуляться с ним, пока мы обедали. И да. Я осталась с ним, мы просто болтали. За всё это время ничего такого не произошло. Имею в виду, никто из нас не переходил границы дозволенного. Только вот с каждым его словом я понимала, насколько мне не хватало наших разговоров все пять лет. — Знаешь, спасибо, что не свалила с самого начала, — он улыбается, поджав губы. — Ты сказал это уже раз пять, Драгоций, — смеюсь, а потом качаю головой. — Просто ты казался слишком жалким и жаждал моего общения, поэтому я решила тебе сделать подарок. Ну, знаешь, какая я альтруистка. — Иди в задницу! — он смеется в ответ и легко пихает меня локтем. — Сам иди! — Сама! Мы доходим до подъезда, и я прикрываю глаза, понимая, что лофа закончилась, пришло время остаться наедине с грызущими мыслями. — Ладно… — тяну, а потом вздыхаю. — Пока, Фэш. — Пока, Василиса. Вот и всё. Мы смотрим друг на друга, а потом, через секунду, обнимаемся. Я обвиваю его талию, а он мои плечи. Фэш кладет подбородок на мою голову, а я на его плечо. Он всё ещё пахнет им. Тем самым Фэшем, которого я знала пять лет назад. Закрываю глаза, внутри всё болезненно сжимается, хочется закричать в голос и не отрываться от него ни на секунду. — Вау, ты обняла меня первая, — бормочет за моей спиной, и я усмехаюсь. — Заткнись нахрен.

***

Марк сидел в своей машине и смотрел на то, как его любимый человек обнимает какого-то левого мужчину. Его сердце кровью обливается, но он не может ничего сделать, потому что… Василиса слишком счастливая. Он не имеет права стереть эту улыбку сейчас. Никогда. Прикрывает глаза, боль по всему телу, он простил её. Конечно же простил, как без этого. Слишком любит, поэтому. Но она не любит его. Мужчина в сердцах ударяет по рулю, а потом прижимает руки к лицу, тяжело дыша. Слишком больно. Всё, что ему остается сделать, уехать. Ведь все уже знают заезженную, но такую правдивую фразу. Если любишь — отпусти.