Мошенница—всегда будет мошенницей

Удивительно, насколько люди в двадцать первом веке невыносимо глупы. День ото дня они бегут в каком-то колесе бесконечных забот и тонут в пучине своих неконтролируемых желаний. Все обесценилось: время, деньги, чувства. Век взаимовыгодного сотрудничества, абьюзивных отношений, эпоха, когда доброта потеряла свою ценность, когда принципы отходят на 2 план, когда мораль — несуществующее понятие. Есть великая фраза « прожить жизнь и не любить, значит не жить вовсе». Любовь - всего 6 букв, но эти буквы - колоссальная сила. То, что может поднять на 7 небо от счастья и в секунду сделать так, что мир, в прямом смысле этого слова, уходит из-под ног. Что случиться с человеком, если он в долю секунды лишиться всего? Это зависит только от человека. Если он слаб, то остановиться на том, что имеется, в ином же случае это будет только началом. Страхи, шаблонность мышления, внутренние конфликты, переживания, незализанные раны… все то, что откидывает нас на 100 шагов назад от того, чтобы просто быть счастливым. Ничего и никогда не дается просто так, абсолютно ничего. За все надо бороться. Надо разрывать усталенные нормы, выходить за рамки. Именно этого и жаждет достичь Малия. Это человек, который не сможет жить, смирившись с жестокость. и аморальностью общества. Как бы она не пыталась — не может. Ей до кома в горле противны лицемеры, живущие «так, как надо» и диктующие правила другим. Ворующие у нуждающихся и преподносящие себя к Богам - скорее существа, чем личности. Она - что-то вроде олицетворения современного Питера Пена. Её любимая цитата: «Я стану первым злодеем с хорошим концом…». Стоит-ли уточнять, кому она пренадлежит? Я думаю, и так всё ясно. Она сбежала вместе с Джеймсом Куинси. Уехала в неизвестность. И к чему это привело? Она в мужской рубашке, на кухне жарит утреннюю яичницу. Но и не на простой кухне, а в Майами, в 100 метрах от пляжа, Даунтаун. За 7 минут можно дойти до парка Симпсона, а за 5 - до станции метро. Дорога до Майами Бич займет всего 20 минут. Это всё она просчитала в первую неделю обитания тут. Стоя в серой мужской рубашке на бело-бежевой просторной кухне она пританцовывала под музыку в наушниках. В метре от кухонной стенки находился чёрный диван, который стоял у панорамного окна с видом на море. Привычка пить кофе по утрам на балконе за возле этого самого окна приелась сама собой, причём довольно быстро. Удобные стулья-шизлонги и вид с семнадцатого этажа были весьма манящим сочетанием. Помимо прочего, напротив дивана висела плазма, а чуть в стороне, практически в центре комнаты стиля лофт, находился стеклянный стол с шестью, странными на вид, белоснежными стульчиками. К слову, на балкон можно было выходить не только с кухни-гостинной, но и из спальни хозяина квартиры. В комнату гостьи можно было пройти через коридор от кухни. Вся квартира была в белых, чёрных и бежевых тонах (первого было больше всего). Иногда встречался оливковый. И благодаря такому цветовому решению апартаменты казались просторными и наполнялись ещё большим светом. — Малия, если я буду видеть такое каждое утро, то мне будет плевать на твоё согласие. — Джи, — протянула брюнетка с улыбкой — твои угрозы не являются таковыми. Стоит отметить, что за практически месяц сожительства они весьма сблизились. Она преодолела желание его убить и даже поддавалась на лёгкий флирт. Если углубляться в детали, можно добавить её смену внешности, а тобиш каштановоё каре, что красивыми локонами обрамляло её лицо.Так же хотелось бы отметить некую физическую привязанность с тем самым владельцем квартиры. В начале этого побега она, что не удивительно, утопила свою моральную боль в алкоголе и, в конце-концов, отметила привлекательность того самого брюнета-убийцы. Его коричневатые волосы и карие глаза уже не казались столь отвратительными, а даже наоборот. А его большиватый нос с закругленным кончиком и в добавок гладкие губы чудесно контрастировали на скульптурном лице. В добавок к этому, он имел сильное тело, что ни раз проявлялось сквозь чрезмерно обтягивающую одежду, хотя чаще всего она отсутствовала вовсе. И да, алкоголь подавил здравый разум Малия поддалась желанию. А потом ещё и ещё пару раз. Доделав чудо-завтрак из тостов жареного яйца и чёрного кофе она потянулась за чашкой, стоящей на высокой полке ( даже для неё ), тем самым оголяя тело благодаря не особо надёжной рубашке и тем самым демонстрируя всё сожителю. Ну а затем, в неловкой тишине, молча, походкой от бедра вышла на балкон, прихватив с собой пачку мятных сигарет и тот самый злощасный кофе. Её забавляли эти игры. Они отвлекали её от предстоящего… В тишине многоэтажек эхом раздалось чирканье зажигалки. Её ноги разместились на небольшом плетённом столике, а чашка кофе на бильце кресла-шизлонга. Слева от неё находился, пожирающий одним лишь взглядом, мужчина, а прямо по курсу виднелось море.

Умиротворяюще

— Ты не пробовала одеться? Зима… Да и Рождество на носу, нельзя болеть в такое время. — Ты прав. Но что я могу поделать, когда жар от тебя чувствуется за километр? — С огнём играешь. Но тему не переводи. — Ещё скажи, что разберёшся с тем, что у тебя в штанах и без моей помощи. — ухмылку мигом спрятали за чашкой. — Туши сигарету. Послушно выполнив просьбу, брюнетка отставила чашку в сторону и буд-то кошка, зыркая зелёными глазищами, прошмыгнула в апартаменты увлекая за собой спутника. Ему не в первой доводилось быть жертвой этих самых глазищ, ухмылки и глубокого голоса. Она, в целом, была идеальна и превосходно пользовалась этим. Джеймс не раз был свидетелем её манёвров, он видел реакцию мужчин на эту женщину, видел, как она строила глупышку, смеялась с тупых шуточек, а потом они теряли пару тройку тысяч. Она не была легкодоступной, она могла дать им внимание и у этого была своя цена. — Нам таки придётся поговорить об этом. — Знаю. Помнишь первый день в этой квартире? Он усмехнулся и кивнул.

***

Была глубокая ночь или же раннее утро… — Кофе? — спросила гостья. — Нет, спасибо. Я не пью напитки, приготовленные чужими руками. Она прекратила делать себе бодрящее зелье и с сомнением посмотрела на нового «друга». — Паранойя что-ли? — Скорее осторожность. Когда убиваешь других, то в ответ ожидаешь того же. Только и всего. Она откинула ложку в сторону и посмотрела на него. — Ты всё еще думаешь, что я хочу убить тебя? Не смеши! Наёмник в свою очередь принял вызов и пристально посмотрел на Эмилию. — Я подозреваю каждого, — спокойно ответил — Ведь раньше я доверял всем своим напарникам и очень зря. — Зря? Интересно, что же с ними случилось? — с любопытством спросила девушка. — Отравились чаем. — интонация давала понять, что разговор окончен. Она подняла ту самую ложку слетевшую со стола и кинула в раковину не обращая внимания на шум. Взяла чашку с любимым напитком и села напротив сожителя. Медленно попивая и пристально вглядываясь ему в лицо, она завязала разговор: — Ты уже достал приглашения? — Нет. — Как так-то? Старший сын и главный наследник компании! Что же мы будем делать, без двух бумажечек? Весь план коту под хвост… — наигранно трагичный ответ не заставил себя долго ждать. — Ты решила? — Ты всё узнаешь в тот же день. — Ты хочешь его ещё раз увидеть? Я понимаю твою тягу к… Ладно, не понимаю! В любом случае твои действия глупы. — Пусть так, но, в отличии от тебя, мне есть за кого держаться в этой жизни. — Как грубо с твоей стороны. Но давай отбросим прерикания и поговорим о деле. — Я ещё раз перепроверила всё. Ник не причастен к махинациям наших отцов, единственная его оплошность это связь с Мафией. И это было из-за меня. — Расскажи мне об этом деле. — Мне не сложно. Я просто оказалась там где не нужно было и не смогла удержаться от соблазна… Хантер нанял Нилла, а вскоре и меня, для того, чтобы украсть камушки у Мафии. Он хотел сказать что-то по типу: «Смотрите, я сьездил в Украину и в завещанном мне доме нашел драгоценности» — это был весьма сложный и сумасшедший план. Но мы были слишком молоды чтобы действовать более лёгкими путями… Наверное. Просто мне не говорили всей информации и много лгали и потому я до последнего не знала истинных целей и мотивов. Вобщем мы просто украли их. Мафия не особо одобряла действия именно этой групировки, поэтому всё было проще чем кажется. — Это очередное доказательство тому, что тебе врут и тобой пользуются. — Нет. Если бы я знала всё изначально, действовала бы менее осторожно и не получила бы деньги. Это было некой заботой. Он всегда обо мне заботиться… — Тебе настолько дорог Ник Хантер? — Да.