In ortu solis

Солнце только начало показываться из-за горизонта, когда Нимродель, тихо покинув покои Братства, направилась в сад. Несколько дней она провела в кровати под присмотром Аредэль и только сегодня ей удалось вырваться на свободу. Эльфийка медленно шла по каменным дорожкам сада, вспоминая разговор Гэндальфа с королем Теодеом. После него было решено, что Гэндальф и Пиппин отправятся в Минас-Тирит, а остальные останутся с королем и позже придут на подмогу Гондору. Задумавшись, Нимродель не заметила, как вышла к фонтану в центре сада. Подняв глаза от земли, она увидела, что здесь не одна. Леголас — а это был именно он — стоял к ней спиной и, видимо не услышал шаги, витая где-то в своих мыслях. Нимродель не решалась подойти ближе. Они ни разу не разговаривали с того момента как эльфийка свалилась с очередным магическим истощением. Раздумывая над этим, Нимродель не заметила, что Леголас уже давно заметил ее присутствие и молча стоял, глядя на нее. Подняв взгляд, она посмотрела в его глаза. В них была грусть и что-то ещё, что она не рассмотрела, так как эльф, вновь отвернувшись, произнес: — Ты опять подвергла себя опасности. Чем ты думала, когда полезла к хоббиту? Ты ещё не до конца восстановилась с прошлого раза, а теперь снова мучаешь себя. Нимродель ничего не говорила. Она знала, что опять заставит Леголаса волноваться о ней, но ничего не могла поделать. На кону стояла жизнь ее друга. Леголас обернулся к эльфийке и, быстро сократив расстояние между ними, заключил ее в объятия. — Я не хочу потерять тебя, — прошептал он, уткнувшись в ее волосы. Нимродель вздохнула и почувствовала слезы на своих щеках. Обняв его в ответ, она ближе прижалась к его груди. Слезинки тут же впитались в ткань рубахи эльфа. Отстранившись, Леголас сказал: — Бесполезно просить тебя не подвергать себя опасности, но я попробую. Пообещай мне, что ты больше не будешь доводить себя до такого состояния. Тяжело вздохнув, Нимродель подняла глаза и, посмотрев в глаза Леголасу, сказала: — Я обещаю. Леголас провел пальцем по ее щеке и, наклонившись, коснулся ее губ своими. Отстранившись, они улыбнулись друг другу и вместе вернулись во дворец. Войдя в комнату, парочка столкнулась с грозным взглядом Аредэль, направленным на сестру. — Тебе нельзя было вставать, — сказала Аредэль, подходя к сестре и тыча в нее указательным пальцем, — ты хоть представляешь как я испугалась, не найдя тебя? Нимродель вздохнула. — Прости, что заставила тебя волноваться. Я почувствовала себя лучше и решила прогуляться — Нимродель подошла к сестре и обняла ее — обещаю больше не пугать тебя. Аредэль выдохнула и обняла сестру. — Хорошо, я не злюсь на тебя, — она улыбнулась — Арагорн искал вас, пойдёмте. Выйдя на улицу, трое эльфов отправились к конюшне. Внутри был Арагорн с Эовин. Они о чем-то говорили. — Только до лагеря. По традиции придворные дамы провожают мужчин. Воины нашли своего предводителя. Они пойдут за тобой даже на смерть. Ты дал нам надежду. — услышали они голос Эовин. Подойдя ближе, эльфы обратили на себя внимание. Арагорн кивнул в знак приветствия и сказал: — Рад видеть тебя, Нимродель. Как ты? Нимродель улыбнулась. — Уже лучше, Арагорн, спасибо. Аредэль сказала, что ты искал нас. — Да. Король Теоден хочет собрать армию в Дунхарроу. Сегодня мы выезжаем туда и на третий день выступаем в Гондор. — Арагорн тяжело вздохнул и, посмотрел на эльфиек — Мы не хотели бы, чтобы вы участвовали в этом. — сказал он наконец. Нимродель удивлённо подняла брови и сказала: — Нет, Арагорн. Мы идём с вами, мы часть Братства и мы дали Элронду клятву, что дойдем до конца. Арагорн хотел что-то сказать, но Нимродель не дала ему этого сделать. — Я знаю, что ты хочешь сказать. Мы уже проходили это в Хельмовой Пади и так же как и тогда мы не собираемся бросать вас. Я знаю, что там будет опасно, опасней, чем в Хельмовой Пади, но так сейчас везде. Мы не сможем отсиживаться здесь, зная, что вы можете погибнуть. Арагорн знал, что так и будет, поэтому, посмотрев на Леголаса, молча наблюдающего за разговором, и получив от него лёгкий кивок головы, сказал: — Хорошо, я знал, что вы будете противиться. Мы не будем заставлять вас остаться здесь. Эльфийки улыбнулись и, поблагодарив Арагорна за понимание, обняли его. Кивнув, Арагорн и Леголас покинули конюшню. Эльфийки повернулись к Эовин, которая до этого запрягала свою лошадь. — Что-то подсказывает мне, что ты не собираешься возвращаться назад. — сказала Аредэль, хитро прищурившись. Эовин улыбнулась. — Только не говорите никому. Я тоже не смогу сидеть здесь сложа руки, но если дядя узнает об этом, мне не выбраться. — Мы никому не скажем, Эовин. Пойдемте, скоро мы покинем Эдорас. — сказала Нимродель и трое девушек отправились назад ко дворцу. Ближе к вечеру Братство вместе с королем Теодеом отправилось в Дунхарроу. — Конница. Хотел бы я вести легион гномов, вооружённых до зубов и вонючих. — сказал Гимли. — Твоим родичам не надо ехать на войну. Война сама шагает по их землям. — ответил ему Эктелион и грустно улыбнулся. — Итак, судьба нашей эпохи решится у стен Минас-Тирита. — обратился Теоден к людям. — Пробил час, всадники Рохана, вы дали клятву? Пришло время исполнить её! За короля и страну! — подхватил Эомер и воины двинулись в путь.