Другой Локи

Когда они наконец вернулись с прогулки, Тор тут же схватил со стола бутылку пива и выдул все ее содержимое буквально одним глотком. — Ты бы пил поменьше, что ли, алкаш. Может, быстрее мозги на место встанут, — не удержался от замечания Локи. — Не твое дело, еще поговори мне тут, — огрызнулся Тор и понял, что глаза его закрываются сами собой — он невероятно устал и хочет спать так сильно, как, наверное, никогда в жизни. Пиво в этот раз бодрости определенно не добавило. — Все, пора спать. — И где я спать буду? — спросил Локи, оглядываясь по сторонам. — Щас покажу, — едва ворочая языком, произнес громовержец и поплелся вглубь помещения. Скрипнула покосившаяся деревянная дверь, и взору Локи открылось еще одно помещение в этом убогом домишке. Комнатка была небольшая, из мебели — одиноко стоявшая у стены кровать, довольно широкая. На ней ворохом были навалены какие-то тряпки, видимо, мидгардская одежда громовержца. Затхлый запах неубранного, несвежего жилища проник и сюда, Локи невольно поморщился. Когда Тор лениво смахнул весь ворох одежды просто на грязный пол, Локи с ужасом уставился на серую, давно не стираную постель. — Вот, ложись, — распорядился Тор, скидывая с себя куртку и бросая ее тут же на пол к остальному тряпью. — Извиняй, лежбище у меня тут одно, надеюсь, не подеремся, — Тор выдавил подобие улыбки. — А диван в той комнате? — осторожно спросил Локи. — Может, ты на нем как-нибудь? — Наглеешь? С чего это я у себя дома буду на диване ютиться? Да не бойся, приставать не буду, больно надо.  — Не хватало еще, — процедил сквозь зубы Локи. — Ладно, я лягу на диване. Но вообще-то, гостям нужно уступать, хотя кому я это говорю… — Ты будешь спать там, где я тебе укажу, понял? — Тор вдруг уставился на Локи злым пьяным взглядом, и тому стало не по себе. — Понял, не кипятись. Но запомни — хоть пальцем тронешь — убью. — Ага, обязательно. Да нужен ты мне, тьху, — Тор пошатнулся, стягивая с себя рубаху. — Просто на диван у меня и постелить нечего — один комплект белья, как видишь, — Тор неопределенно махнул рукой в сторону грязной серой постели. — Так что угомонись уже и раздевайся. Гость мне нашелся тут, я не звал тебя, ты сам приперся. Но Локи раздеваться не спешил, он с отчаянной брезгливостью наблюдал, как Тор, раздевшись до трусов, нырнул в свое вонючее ложе и тут же набросил на себя одеяло, вернее, выцветший и местами побитый молью плед. — Чего стоишь столбом? — сонно проворчал Тор из-под пледа. — Ложись уже спать, прынц. Локи вздохнул с облегчением, когда понял, что Тор все же не станет насильно укладывать его в эту клоаку, которую он именует постелью. Усталость и добрая доза пива сделали свое дело — через мгновение послышался зычный храп, который окончательно убедил Локи в том, что спать он здесь не будет ни за какие сокровища в мире. * * * Локи одиноко уселся на продавленном диване и включил телевизор, убрал звук до минимума. Брат, хоть и уснул богатырским сном, но поди знай — услышит чего, проснется, затянет своими лапищами жертву в свое вонючее грязное логово. Бездумно щелкая каналы, Локи пялился в экран и думал о своей незавидной судьбинушке, которая занесла его в этот земной ад из сверкающего золотом Асгарда. Конечно, возвращаться обратно в прошлое, в асгардскую тюрьму — не вариант. Локи, хоть и выплеснул на Тора свой гнев после его рассказа о произошедших событиях, своим умом понимал, что, даже обладая знаниями о будущем, изменить его невозможно. Да, кое-что предпринять, может быть, и получится, но в итоге просто изменятся обстоятельства, но не итог. То есть, Асгард все равно ждет гибель, рагнарек, а самого Локи — смерть. Так или иначе. Единственный способ избежать собственной кончины — остаться здесь. А еще Локи понимал, что в ближайшее время сбежать из этого так называемого Нового Асгарда подальше от Тора тоже не получится. Во-первых, он в антимагическом ошейнике, и его быстро найдут, если не Тор, то Мстители. Если последние, то неровен час, засунут в какую-нибудь специальную тюрьму, а то и в лабораторию направят — уж кто-кто, а мидгардские ученые с радостью займутся исследованием «внеземной жизни». В общем, получалось, как это ни обидно, сейчас, на данном этапе Тор был единственной его защитой, а его жуткий домишко — единственным пристанищем. Устав от беспрестанно бороздящих голову мыслей, уже ближе к утру Локи наконец задремал на диване, так и не выпустив из рук пульт от телевизора. Кое-что он все-таки придумал, чтобы улучшить свою жизнь в этом аду. * * * Тор проснулся ближе к полудню, это он понял сразу — солнечный свет нещадно бил в грязные стекла окна. А солнце заглядывало в спальню как раз к полудню — это он знал точно. И вдруг его словно ударило током — он вспомнил вчерашний день и Локи. Он встрепенулся, подскочил, глянул на другую половину широкой кровати — брата там не было. Зато из соседнего помещения доносился какой-то шум и невнятные голоса. Тор быстро натянул джинсы и выскочил за дверь спальни. Сказать, что увиденное его удивило — не сказать ничего, Тор стоял как вкопанный и с удивлением таращился на происходящее. А удивиться было чему: в его гостиной вовсю орудовали тряпками и другой домашней утварью пять или шесть женщин-асгардиек. Вымытые окна были открыты и сияли чистотой. В углу, где Тор иногда готовил себе нехитрую снедь и именовал кухней стоял новый стол, на котором не наблюдалось батареи бутылок. Да и вообще в помещении больше не было мусора, пустых коробок, пакетов и прочего хлама, что так прижился здесь за долгие годы. Но больше всего Тора удивила другая картина — на диване, теперь уже накрытом чистым пледом восседали Локи и Валькирия. Они даже не обратили на Тора внимание — размахивая руками, они указывали одной из женщин куда-то в угол, где та, видимо, должна была что-то протереть. — Что здесь происходит? — наконец выйдя из оцепенения, возмутился Тор. — Кто разрешил? — Ой, Тор, привет! — Валькирия широко улыбнулась и встала с дивана. — Мы тут порядок решили навести, ты что, не рад? — Кхм… — только и смог произнести громовержец и грозно посмотрел на Локи. — Знаешь, Тор, а ведь давно уже надо было нам так поступить, — Валькирия подошла ближе и заглянула Тору в глаза. — Ты прости, Тор, знаешь, мы все закрутились как-то, свои заботы, сам понимаешь… Все жалели тебя, а надо было просто помочь. Хорошо, что Локи нас пристыдил, надоумил. — Вот этот Локи надоумил? — недоверчиво хмыкнул Тор, кивнув в сторону брата. — Я знаю, что это другой, мы с ним уже познакомились. Знаешь, он, оказывается, не плохой, так заботится о тебе, он такой же, как тот… — Валькирия на секунду запнулась, — прости… — О, ты много чего не знаешь, — вздохнул громовержец. — Заботится он обо мне, как же… Не знаю, неудобно как-то получилось. Тем временем стайка женщин, приветливо улыбаясь, отодвинула Тора в сторону и с тряпками и ведрами наперевес решительно направилась в спальню. — Мы и вещи кое-какие принесли, — продолжила Валькирия. — Стол не смогли отмыть, я свой отдала, не волнуйся, у меня их два. Пару новых комплектов постели тебе нашли и еще так, по мелочи — посуда, одеяло. Тор понял, что сейчас не стоит огорчать Валькирию и других женщин, поэтому, широко улыбнувшись, он приобнял воительницу и искренне сказал: — Спасибо за все… Я очень рад… А вот с Локи он разберется чуть позже. Никто не позволял ушлому братцу тут хозяйничать. * * * Когда они наконец остались вдвоем в убранном и вычищенном до блеска жилище, Тор тут же начал: — И какого, спрашивается, Сурта, ты все это устроил? Я просил? Локи ничего не ответил, он молча подошел к холодильнику и выудил оттуда небольшую тарелку, на которой красовалась какая-то зелень. — Твой завтрак, — объявил Локи и водрузил тарелку с травой на стол. — Ты что, не слышишь меня? Как ты посмел? Здесь, в Мидгарде так не принято — бесплатной прислуги нет. А ты заставил этих женщин разгребать всю эту грязь, будто у них своих дел нет! И что это за дерьмо в тарелке? Ты издеваешься? И где мое пиво? Отвечай! — По порядку, — спокойно произнес Локи и уселся на стул около стола, закинув ногу на ногу. — Во-первых, я не собираюсь жить в свинарнике, я уже говорил. Во-вторых, асгардцы обязаны тебе жизнью, ведь ты вроде как их спас и типа царь. Ну, это они так думают, я не стал спорить. А значит, должны служить своему царю и быть благодарны. Логично? — Ну ты и… — задохнулся от возмущения Тор. — А в-третьих, ты больше не пьешь алкоголь и жрешь только то, что полезно. Во всяком случае, пока не сбросишь жир и не станешь похожим на самого себя. Противно же смотреть, в конце концов. — Вот как, — засопел Тор. — Ладно, тебя грязь не устраивала, ваше высочество плевались давеча. Но какое твое дело, как я выгляжу? Тебе же не жениться на мне! — Я же сказал — противно смотреть, глазам неприятно, не эстетично. Как еще объяснить? — Так не смотри, если так противно! Я тоже от тебя не в восторге, между прочим! Красавец выискался… — Тор, хватит уже, заткнись и садись, ешь салат. А с завтрашнего дня ты займешься утренними пробежками. По дорожке, вдоль моря — красота, — Локи весело улыбнулся. — Я сделаю из тебя настоящего Тора, толстяк, не унывай. — С чего такая забота? Уже любишь меня? — в голосе Тора зазвучала ирония, в которой все же спряталась крупица надежды. — Да нет, все так же ненавижу, — спокойно и вполне серьезно ответил Локи.