Другой Локи

— Ты врешь, Локи, я это хорошо знаю, — Тор усмехнулся и уселся за стол. — Ты ведь признался мне, что всегда любил меня. Вернее не ты… Нет, ты, но позже… Короче, ладно, так и быть, я принимаю правила игры, — Тор решительно взял вилку и пододвинул к себе тарелку с салатом. — Но у меня будет одно условие… — Любил тебя? — Локи скривился так, будто выпил уксуса. — Что за бред? Твой идиотский Локи был явно не в себе, если нес такой бред. И что там у тебя за условие? Хотя мне плевать, если честно. Хочешь оставаться уродом — пожалуйста. — Во-первых, не смей говорить о моем Локи, понял? — Тор взял вилку и начал лениво ковыряться в неаппетитных листьях. — А во-вторых, не смей оскорблять меня. Еще хоть раз обзовешь как-нибудь, получишь по губам, вот и весь разговор, — Тор все-таки осмелился и отправил в рот листик салата, скудно смазанный оливковым маслом. — Ну и гадость… — Ничего, ешь, жирдяй, тебе полезно. — Ты что, не слышал, что я тебе сказал? — с трудом глотая зеленый невкусный комок, произнес Тор. — Слышал, жирдяй, — нагло усмехнувшись, ответил Локи. И тут до Тора дошло — Локи просто напросто издевается над ним. Его цель вовсе не помочь Тору привести себя в надлежащий вид. Он просто решил всласть поизмываться над несчастным старшим братом, которого жизнь и так изрядно потрепала. Тор отложил вилку и посмотрел прямо в глаза Локи. Тот смотрел снисходительно, с насмешкой, с издевкой, так, словно Тор был полнейшим ничтожеством. — Я предупреждал, — с этими словами Тор замахнулся и ладонью смачно врезал Локи по губам, как и обещал. Локи пошатнулся и чуть не слетел со стула. Приложив ладонь к губам, он неверяще уставился на Тора. — Ах ты жирный ублюдок! — Локи резко встал, схватил со стола тарелку с недоеденным салатом и тут же с силой впечатал ее прямо в лицо громовержца. Сначала Тору показалось, что проклятая тарелка сломала ему нос, а потом ощутил, как по его лицу сползают мокрые листья, стекает масло — в общем, все это было мерзко до одури. В следующее мгновение он бросился на Локи, схватил того за волосы, потянул вниз. С грохотом завалился стол, стулья полетели в разные стороны, а братья покатились по полу, мутузя друг друга кулаками куда только можно было достать. Тор, хоть и изрядно запустил себя, все равно был в разы сильнее противника, а ошейник не давал Локи шанса применить магию. Поэтому уже через пару минут Тору удалось подмять брата под себя и улечься на него, придавив своим немалым весом. Локи под ним тяжело дышал и брыкался, не переставая сыпать оскорблениями: — Уродище, жирдяй, слабак, ничтожество! Ненавижу! Почему ты не сдох? Тор, не помня себя от злости, хорошенько врезал кулаком по губам наглеца и хама, которым был этот Локи, пожаловавший в его мир без приглашения. Локи наконец заткнулся, слизал каплю крови с разбитой нижней губы. В глазах его плескалось столько злобы и ненависти, что хватило бы, наверное, еще на дюжину Торов. А Тору стало так обидно, так больно, что даже защипало в глазах. Он знал, что не заслуживает столько ненависти, неприязни со стороны брата. Более того, он знал, что на самом деле Локи любил его. Любил всегда. Любил настолько, что готов был пожертвовать собственной жизнью, чтобы спасти его, Тора. — Ну давай, ударь еще, дурень! Бей сколько хочешь, все равно так и останешься ничтожеством. Ты больше не бог, Тор, ты жалкий слабак… — снова открыл свой поганый рот наглый братец. Тору так не хотелось надевать на него намордник. И бить больше не хотелось — это лишь подзадорит хама. Вот черт, и что с этим Локи не так? Его губы, с которых срывались все эти обидные слова, были так близко. А ведь Тор помнил и другие слова, произнесенные этим устами. Тор опять занес кулак для удара, но в последний момент передумал и… вдруг крепко схватил ладонью Локи за подбородок и впился своими губами в такие ненавистные сейчас губы. Поцелуй вышел грубым, каким-то неловким. Кажется, Тор сильно прикусил нижнюю губу Локи, которая из-за прежнего ушиба и так была припухшей и кровоточила. Локи вцепился пальцами в волосы громовержца, пытаясь оторвать его от себя. Он бился под ним, словно попавшееся в капкан животное. Но Тор вдруг ощутил нечто иное, странное — сквозь все попытки брата освободиться, сквозь змеиное шипение, тяжелое дыхание прорывалось и другое — желание, страсть. В этом Тор ошибиться никак не мог. Быстро опустив руку вниз, Тор положил ладонь на пах Локи и понял — брат определенно возбудился. — Ты же хочешь меня, негодник! — торжеству Тора не было предела. — Слезь с меня, не прикасайся, не смей, отпусти! — задергался Локи, когда Тор сквозь брюки сжал ладонью его возбужденное «хозяйство» — Жирный урод, что ты мелешь! Меня от тебя тошнит! — Локи с такой силой дернул Тора за волосы, отпихивая его от себя, что у того едва не посыпались искры из глаз. Тор отпустил его, слез с брыкающегося тела и сел рядом на полу. Сейчас ему было одновременно и горько, и смешно — все-таки это был его Локи, злой, вредный, гордый, изо всех сил пытающийся скрыть свои истинные чувства. И за маской злобы и ненависти, спрятанное ото всех, внутри у него билось горячее любящее сердце. В этом был весь Локи. Тяжело дыша, Локи поднялся и тоже уселся на полу напротив Тора. — Ты заблуждаешься, братец. Выдаешь желаемое за действительное. Неужели ты думаешь, что у меня бы встал на такого как ты урода? На твой мерзкий поцелуй? Я тебе больше скажу — тот, твой Локи, на самом деле никогда не любил тебя. Он просто притворялся, возможно, ему было выгодно убедить тебя, дурака, в этом. Уж поверь, я знаю себя. И что бы ни произошло в моей жизни, я бы никогда не полюбил тебя. Ни в прошлом, ни в будущем. — Тебе не надоело врать? — Я не вру! — Да пошел ты… — Тор махнул рукой и, медленно поднявшись, направился в ванную — нужно было смыть с себя остатки салата. Тор был уверен, что Локи несет очередную ложь, чтобы задеть его. Но где-то в глубине души все же зашевелился червячок сомнения: а вдруг не врет? Вдруг его любимый Локи просто на просто играл с ним, притворялся, манипулировал? Нет, даже думать об этом не хотелось. Ведь его Локи погиб, пытаясь спасти брата. Какое тут может быть притворство. А этот говнюк, он просто издевается. Громовержец посмотрел на себя в зеркало над умывальником. К огромной окладистой бороде прилипли зеленые листики, патлы на голове торчали в разные стороны. Все-таки Локи в чем-то был прав — нельзя быть таким чучелом. Тор тяжело вздохнул и решительно взял с полки бритву.  — Ну вот, другое дело, — Локи встретил его ехидной ухмылкой. Развалившись на диване, он подбрасывал в ладони пульт от телевизора. — Глядишь, скоро не так противно будет с тобой целоваться. Ты же опять полезешь ко мне целоваться, похотливый толстячок? Тор ничего не ответил, он молча подошел к перевернутому столу. Надо бы навести порядок — на полу валялись осколки посуды и остатки еды. — Мог бы и убраться здесь, пока меня не было, — проворчал Тор, оглядываясь в поисках чего-нибудь вроде веника или метлы. — Но не царское это дело, да? — Именно, — бросил Локи и включил телевизор. * * * Но навести порядок Тор не успел, в дверь негромко, но настойчиво постучали. — Кто там? Входи! — нехотя крикнул Тор. Сейчас ему было не до гостей. А когда на пороге нарисовался доктор Стрэндж собственной персоной, Тор и вовсе расстроился. Не лучшее время выбрал мидгардский колдун для визита. — Здравствуй, Тор, — Стрэндж, величаво шурша полами темно-красного плаща, вплыл в помещение. Его взгляд тут же наткнулся на сотворенный братьями беспорядок. — У тебя все нормально? — Все отлично, — постарался придать голосу бодрости Тор. Вообще-то Тор относился к Стрэнджу с опаской. Чародей был весьма силен и себе на уме. И уж конечно, явился он сюда не из вежливости или простого любопытства. Понятное дело, что Мстители доложили ему о Локи, впрочем, колдун и сам мог почувствовать прибытие на Землю магического существа из своего черного списка. И пришел он сюда по одной причине — Локи. Тору стало не по себе — этот Локи уж точно не поладит с мидгардским колдуном. И чем это может закончиться — кто знает. Тем временем Стрэндж сделал еще пару шагов и вдруг, нелепо взмахнув руками, с громким возгласом завалился на спину — разлитое на пол оливковое масло из салата сыграло с колдуном злую шутку. — Вот же черт, что за свинарник тут у вас? — завозмущался Стрэндж, неловко поднимаясь и отряхивая плащ. Локи, который сидел до этого на диване и пялился в телевизор, не обращая внимания на визитера, мгновенно ожил и встал с насиженного места. — У тебя гости, Тор? Что это за клоун? Он вроде не из наших, не асгардец. Новый Мститель? Я прав? — Познакомься, это доктор Стрэндж, местный чародей, я тебе рассказывал о нем. А это мой брат Локи, — обратился Тор уже к доку. — Наслышан, наслышан, — колдун после падения уже пришел в себя и голос его зазвучал, как всегда, снисходительно, даже надменно. Он ощупал Локи пристальным взглядом с головы до ног. — Другой Локи, не так ли? Из две тысячи тринадцатого. — У нас все в порядке, опасаться нечего, мы нормально ладим, да, Локи? — Тор незаметно подмигнул брату. — Я вижу, — Стрэндж покосился на перевернутый стол и стулья. — Тор, я правильно понял, ты заискиваешь перед ним? — Локи сложил руки на груди и глянул на Тора с явным презрением, — Перед этим недоделанным чернокнижником? Гони его в шею отсюда, ему здесь делать нечего. — Спокойно, — Стрэндж придал голосу толику дружелюбия и даже слегка улыбнулся. — Я просто проверю, насколько надежно твой ошейник сдерживает магию, и сразу уйду. Видишь ли, нам тут на Земле, не нужны неприятности. — Локи, пожалуйста, не вредничай, — Тор интенсивно начал подмигивать брату уже двумя глазами. Он не хотел конфликта, он прекрасно знал, что доктор может сотворить с Локи. И низвержение в темный портал еще не самое худшее, на что способен колдун, если посчитает Локи опасным. — Заткнись, толстяк, не унижайся, смотреть противно, — презрительно бросил Локи Тору, а потом, задрав подбородок, обратился уже к Стрэнджу: — Ну давай, подойди ко мне, осмотри ошейник. Убедись в его надежности, ничтожный колдунишка. По всему было видно, что доктора этот визит напрягает не меньше, чем братьев. Поэтому он быстро подошел к Локи и прикоснулся ладонью к ошейнику. Наверное, доктор Стрэндж так и не смог понять, насколько надежен антимагический ошейник Локи. Потому как Локи, хорошенько замахнувшись, врезал мидгардскому чародею кулаком прямо в лоб. Доктор, пролетев пару метров, с грохотом рухнул на пол. — Локи, чтоб тебя, ты с ума сошел! — Тор бросился к распластавшемуся на полу чародею. — Он не дышит, ты убил его, мерзавец… — Тор бесполезно начал трясти неподвижное тело в темно-красном плаще. Он почувствовал, как ужас и гнев накрывают его с головой. — Ты же больной придурок, Локи, как же теперь… что же теперь… — Да не причитай ты так, подумаешь, потеря. Ну, не рассчитал я удар, забыл, какие людишки хрупкие. Локи, как ни в чем не бывало, опять уселся на диван, закинув ногу на ногу. А Тор, все еще не веря в случившееся, так и остался сидеть возле бездыханного тела мидгардского колдуна. — Завтра, нет, уже сегодня, ты отправишься назад, в свое время, в свою темницу, — твердо молвил Тор, немного придя в себя. — С меня хватит. Вдруг послышался тихий стон, Стрэндж слегка дернулся и открыл глаза. На его лбу красовалась огромная шишка, вокруг которой наливался синий ореол. — Живой, — с облегчением вздохнул Тор. Но на смену радости тут же пришел страх. Страх за Локи. Что теперь будет с ним? Видимо, ничего хорошего.