Мёртвый лес

С момента последнего приступа ломки у Арсена прошло четыре дня. Четыре скучных, однообразных, унылых дня. Старания Глеба повлияли на состояние Арсена положительно, и его ломки стали уже не такими сильными и продолжительными, а на четвёртый день и вовсе пропали. Паша даже глазам своим не верил. Глеб сказал, что ликвидировать абстиненцию не так уж и сложно, однако борьба была трудной, так как Арсена постоянно знобило и тошнило, есть он вообще не хотел, спал лишь после снотворного, а пил через силу. Также после каждой капельницы вена тромбировалась, и приходилось искать другую. Однако старания не прошли бесследно, и у Арсена появился аппетит, он начал просить еды и воды. Заметно стало, что даже взгляд его стал яснее и чище. Однако Глеб говорил не обольщаться, ведь Арсену предстояло самое трудное – преодолеть психологическую зависимость. Помимо ухода за Арсеном Глеб успевал делать многое по хозяйству. Нередко он улучал пару минут на разговоры по душам с Владом, которые порой пугали второго до чёртиков. Его напрягало то, что Голубин общается с ним на равных, даже делится с ним своими переживаниями. Так, Глеб поведал Владу, что очень переживает из-за длительного отсутствия ещё одного своего сожителя, Артёма, ушедшего из дома уже почти неделю назад. Что до остальных обитателей лесного домика, Даниил и носа не казал из своей комнатки по неизвестной незваным гостям причине, а Слава помогал по хозяйству, ухаживал за своими курочками и гулял по лесу в сопровождении ещё одного питомца, которого в день их знакомства уже видели Влад и Паша. Четвероногий приятель Славы оказался ручным волком, которого мальчик нашёл в лесу ещё щенком. Тот был ранен, и сердобольный Слава притащил зверька домой. Волчонка он окрестил Аресом, с помощью Глеба выходил и откормил, и животное стало совсем ручным. Слава, хоть и был несколько грубоват и дик, легко нашёл общий язык с Владом и Пашей, насколько это было возможно. И именно он показал парням находящийся неподалёку от дома небольшой пруд. И хотя Паша понимал, что рискует, на пятый день он принял решение посетить этот пруд вместе с Владом. День был жарким, но вода в пруду оказалась прохладной, поэтому особо долго в воде посидеть не удалось, и вскоре Паша и Влад уже сидели рядом с водоемом среди сочной зелёной травы. Паша распластался на ней, словно на мягком ковре, наслаждаясь забытьем и иллюзией того, что все хорошо, а их приключения – кошмарный сон. – Паш, – Влад вернул его на землю совершенно странным, по его мнению, вопросом, – а долго ты ещё планируешь тут торчать? – Пока Арсен не поправится, – вяло ответил он, – а там уж посмотрим. – Я думаю, это будет скоро. Не знаю, что давал ему Глеб, но он, кажется, сделал невозможное. – Меня интересовало другое, –зевая, сказал Паша, – откуда все же у этого Глеба наркотики дома? – А что он тебе на этот счёт сказал? – с деланной непринуждённостью спросил Влад. – Сказал, у Славы отобрал, когда тот хотел попробовать. Влад не знал, что делать. С одной стороны, он просто обязан был сказать, что все это пиздеж, и предупредить Пашу, с кем он имеет дело, с другой же стороны что-то останавливало его. Какой-то абстрактный страх. – Понятно. – У меня и к тебе есть вопрос. – Да? – Влад поднял глаза. – Какой же? – За что же тебя все-таки ищут, мальчик? – почти ласково спросил Паша. – Ты обо мне знаешь все, я же о тебе – ровным счётом ничего. Не говори мне о высоких чувствах, ведь никто не поехал бы с нами и не связал бы жизнь с преступниками лишь из благодарности. Влад нахмурился. Паша уловил тень на его лице. – Только не обижайся, если что-то не так. – Я не обижаюсь, – ровным голосом сказал Влад, – если ты так хочешь это слышать – пожалуйста. Я убил тридцать девять человек. Сначала пришил мать и отчима вместе с их собутыльниками. Я поджёг дом, так что последним пришлось вовсе гореть заживо. Потом пустился в бега, а там уже нередко приходилось убирать случайных свидетелей, которые были лишними для меня. Паша потрясённо молчал. Влад говорил так спокойно, словно рассказывал о своей любимой пицце. – Когда Арс сказал, что мы – волки из одной стаи, он вам сильно польстил. Знаешь, а они ведь все нередко снятся мне. Я так хотел начать новую жизнь, я уже видел даже свое будущее, но потом я вспоминал реальность, а эти сны ещё больше мешали. Эти лица... Эти люди, они все жили, были счастливы, ни в чем не виноваты. У них были семьи... Но я лишил их жизни и счастья, возомнив себя выше их. Ненавижу себя за это, но такова уж моя судьба. Я долго ездил по стране автостопом, оставляя за собой горе, пока не оказался в "Причале". И тут судьба послала мне вас. Паша сильнее прижал Влада к себе. Он подумал, что было бы, если бы он не забрал юношу из этого чёртова гадюшника, и они вообще никогда не встретились бы. Влад поднял на него глаза, и их губы слились в горячем многообещающем поцелуе.

***

– И как давно вы знакомы? – полюбопытствовал Слава, протирая пыль на верхней полке. – Пару лет назад я встретил его впервые в жизни по дороге в Кемерово, – Глеб дожевывал кусок пирога с мясом и сыром, поэтому ответил на вопрос не сразу, – я подвез его до города, а потом мы вместе сняли номер в отеле и провели там охуенную ночь. С утра он слился, и вот через пару дней я встретил его на квартире своего должника. В каком ахуе я был, ты даже не представляешь. Я пришёл к должнику, смотрю, у него дверь в квартиру открыта, на кухне его труп под столом, а над ним Влад стоит. В общем-то, не очень поладили мы уже тогда, причину, я думаю, объяснять не стоит. В третий раз мы виделись также в Кемерово, в Кировском, на одном из притонов. Я туда заглянул по делам и заговорился ненароком с кем-то, а Влад там в то время скрывался. И вот мы сидели в компании, выпивали, говорили о жизни, и я сказал что-то такое, что Владу не понравилось. Он как-то очень уж резко высказался, я в ответ, он кинулся в драку. Ух, пиздец, что там было, малой! Дело бы кончилось чем-то серьёзным, если бы не вмешались. Разнимал нас Рыжий Илья, хозяин того притона, он и сам, помнится, любил разного рода свалки по молодости, когда на винте торчал. Как раз сегодня к нам заехать обещал, дело у него ко мне. Ну так вот, вроде бы его жена знала Влада чуть не с детства, поэтому он долгое время бывал у них дома или на притонах, где я нередко его видел и говорил с ним, а потом легавые чуть не накрыли одну из точек, которую содержал Рыжий Илья, и им обоим на время стало не до Влада. Он исчез неизвестно куда, продолжал скитаться, и вот теперь он тут. – Мир тесен, – задумчиво сказал Слава, – особенно криминальный. Я день за днем все больше и больше это замечаю. А вообще, кстати, знаешь, Глеб... Можешь говорить что хочешь, но хотя Влад и редкий подонок, мне все равно его жаль. Он у меня вызывает... симпатию, что ли. – Он парень с головой, – пожал плечами Глеб, – тут ничего не могу сказать, жалко, если он пропадёт. Ты сам прекрасно знаешь, что человек сам может направить свои способности в любое русло. Как жаль, что этот мальчик выбрал не ту стезю, однако именно это сближает нас с ним. Хотя у него на это были свои причины. – Да, одно зло всегда порождает другое. Глеб взял с тарелки ещё один кусок пирога, задумчиво повертел его в руке перед тем, как откусить. – Главное, Слава, не лезь не в свои дела, как ты любишь это делать, – назидательно сказал он, – я решу все сам. Лучше вот скажи мне, куда мог пропасть Артём. – Я ебу? – Слава кинул на Глеба полный негодования взгляд. – Ты его доводишь, а я за ним бегай?! – Полегче, Вячеслав, – сверкнул глазами блондин, – я никого не доводил. Это было его решение. Слава буркнул в ответ что-то нецензурное и демонстративно отвернулся. Голубин лениво зевнул, засунул в рот остатки пирога и встал со стула. Он решил отправиться на второй этаж и поболтать с Даниилом.

***

Арсен испытывал неосознанный страх перед светловолосым парнем, что ухаживал за ним. Глеб, кажется?.. Ну да, точно. Юноша вздохнул и перевернул страницу. Книга, которую Арсену дали почитать, была неинтересной слезливой мелодрамой о неразделенной любви бедного музыканта к дочери политика. Арсен отложил её в сторону и приподнялся на кровати, отмечая, что раньше у него бы закружилась голова. С утра Паша ему рассказал обо всех их приключениях, и Арсен был поражён. Его очень удивила смерть подобранной ими девушки, Кошки. Несколько часов Арсен тупо лежал, рассматривая дырочку в потолке. Неужели он правда убил ещё одного человека?.. Заглянул Глеб, поинтересовался, не нужно ли чего, и Арсен продолжил думать уже о нём. Его не покидала мысль, что во всем этом участии есть что-то фальшивое, да и вообще ассоциация с откармливаемым на убой поросенком не выходила из головы Арса. Однако он не мог не признать, что меры Глеба были очень действенны, ведь ломка прекратилась вовсе, что было более чем странно.

***

Солнце было в зените, когда Влад и Паша вернулись домой. Влад, закуривая, устроился на крыльце, а Паша прошёл в дом. – Глеб! – крикнул он, поднявшись по ступенькам. Его взгляд вдруг упал на висящий на стуле карабин, и он крайне удивился тому, что мог его забыть. Забрав оружие, он позвал Глеба повторно. – Да подожди ты, блять, – свешиваясь через перила, шикнул на него блондин, – я занят! У Данила, блять, мигрень вообще-то, чего ты орёшь? Паша пожал плечами. Найдя на выходе тряпку для мытья пола, он завернул в неё карабин и отнёс в гараж, после чего прицепил ключи от гаража на ремень. Лишь после этого он немного успокоился, и хотя гараж был никудышним местом для оружия, но уж лучше так, чем никак. Теперь он решил подняться к Арсену. – Ну, как себя чувствуешь? – спросил он. Арсен молча смотрел на него. – Ты язык проглотил? – Слушай, Паша... – Арсен проигнорировал его вопрос. – Что мы будем делать дальше? Паша отметил, что у его брата вполне здравомыслящий взгляд. – Рано об этом думать, – сказал Паша, – выздоравливай сначала. А вообще, пока мы здесь, мы в безопасности. Нужно благодарить Всевышнего, что он привёл нас сюда. Менты сюда вряд ли доберутся. – Думаешь? – негромко произнёс Арсен, поглаживая щетину на правой щеке. – Мне кажется, это лишь вопрос времени. Кроме того... – Кроме того, что? – нахмурился Паша. – Кроме того, не забывай про Шнура. Он уже наверняка в курсе, что мы свинтили. А это куда хуже всей армии ментов. Извини, если я испортил к себе настроение. Тут Паша взорвался: – Нет уж, Арсен. Это твоя личная проблема. Не впутывай меня в свои дела со Шнуром. Хватит. Пока ты не встанешь на ноги, я буду рядом, но потом придётся разойтись. Наши физиономии висят в каждой занюханной ментовке, и бегать всем вместе нам никак нельзя. – Спасибо и на том, брат, – усмехнулся Арсен в спину выходящему Паше. На лестнице он столкнулся с Глебом. – Послушай, Паша, – Паша хотел было пройти мимо, но блондин вкрадчиво обратился к нему, – у нас сегодня будет один гость, поэтому я бы посоветовал тебе и твоему брату особо не показываться ему на глаза. Он ведь может вас узнать и сдать легавым. – Ладно, – развёл руками Паша, – хозяин – барин, конечно, но... Если это какая-то подстава, тебе пизда. – Само собой, – подобострастно улыбнулся Глеб и по-беличьи ловко скользнул вниз по лестнице. Паша проводил его взглядом и направился к огромной дубовой двери. Он всегда хотел туда заглянуть, хотя боялся второго этажа и всегда чувствовал себя там неуютно, старался посещать его лишь из крайней надобности навестить Арсена. Паша чуть приоткрыл тяжёлую дверь. Комната была небольшая и совершенно тёмная – ставни были заколочены, и единственный свет тоненькой полоской пробивался из коридора через открытую дверь. В комнате что-то зашуршало, и через секунду полоску света загородило что-то тёмное. Дрожащими руками Паша достал спичечный коробок, чиркнул спичкой и тут же отскочил от двери, сдерживаясь, чтобы не заорать, и помчался по лестнице. Там он споткнулся и кубарем полетел по ступенькам, едва не сбив с ног поднимающегося наверх Славу.