What is it? Love?

            Как ни странно, после выпитого вчера алкоголя, голова не раскалывается на две части, я даже помню все события вечера. Не могу поверить, что вчерашний день это не какой-то сон и все произошло со мной на самом деле. Поворачиваюсь на бок в постели, желая увидеть Томлинсона рядом с собой, но нахожу лишь смятую простыню. Сердце пропускает удар. В голову проникают миллионы идиотских мыслей, от которых я пытаюсь быстро избавиться. Глаза находят небольшую, сложенную пополам бумажку, лежащую на подушке рядом. Раскрыв ее, моему взору представляется неаккуратный почерк Луи. «Не знаю, ранят ли мои действия чувствительного рака, но мне нужно было идти на работу. Увидимся вечером:)» Не могу сдержать глупой улыбки, все продолжая перечитывать записку. — Должно быть в этой записке как минимум признание в вечной любви, — доносится приятный голос. От неожиданности вздрагиваю, громко вздыхая. — Прости, не хотела пугать. — Все хорошо. — поспешно заверяю я, заправляя прядь волос за ухо. Передо мной останавливается Лотти с двумя кружками в руках. Ее светлые волосы завязаны в аккуратный невысокий хвостик. Одета девушка в пижаму: короткие розовые шорты и такого же цвета топик, на ногах длинные белые носки. На пухлых губах играет хитрая улыбка, в этот момент я совершенно точно убедилась, что они с Луи родственники. Вчера мы с Томлинсоном легли спать на раскладном диване в гостиной, а Шарлотте уступили комнату. Лотти присаживается рядом со мной, передавая одну кружку, которую я с благодарностью принимаю. — Не знаю, в каком виде ты пьешь кофе, поэтому сделала также как и себе обычно, — тараторит она, усаживаясь рядом со мной по-турецки. — Ты вообще пьешь кофе? Если нет, могу заварить чай. — Спасибо, не переживай. Это идеальный кофе, честное слово. Несколько крупинок сахара и половина кружки молока, обожаю. — произношу я с улыбкой, делая несколько небольших глотков. Уголки губ Лотти приподнимаются и она кивает, соглашаясь. — Да, я тоже, — тихо произносит она. Некоторое время мы сидим в тишине. — Так у вас с моим братом все серьезно? От резкого вопроса давлюсь кофе, выплевывая его обратно в кружку, совсем не как леди. Лотти обеспокоенно похлопывает меня по спине, интересуясь все ли в порядке, на что я лишь киваю, жадно хватая ртом воздух. — Я, я, — судорожно пытаюсь подобрать слова. — Если тебя смущает этот вопрос, можешь не отвечать. — поспешно заверяет меня девушка. — Просто я и сама, не понимаю, если честно, — пожимаю плечами. Я и правда не знаю серьезно ли у нас все с Луи и вообще, как это понять? Кто-то из нас должен продать душу дьяволу или выпить слезы какого-то волшебного дикобраза, чтобы понять, что у нас все серьезно? Когда я была в отношениях с Бруно, мне даже не приходилось задумываться об этом, хотя встречались мы с ним больше трех лет. Наверное, все это время мы пытались избежать ответственности. А может мы просто не любили друг друга по-настоящему и нам это было не нужно. Зачем доставлять себе лишние проблемы ради того, кого не любишь? Но Луи. Ради него я готова влезть в любые проблемы. Может это и есть серьезные отношения? Но главный вопрос: готов ли Томлинсон влезть в проблемы ради меня, также как и я ради него? — Ты выглядишь напуганной, — задумчиво произносит Лотти и я только сейчас понимаю, что сидела какое-то время неподвижно. — Это нормально, если ты запуталась и напугана. Мы же все-таки девушки и эти глупые переживания и сомнения будут нас сопровождать до конца, пока мы полностью не убедимся, что чувства взаимны. Сама через такое проходила. — пожимает плечами девушка, ободряюще улыбаясь мне. — Спасибо, но мне все равно как-то до усрачки страшно. — Не знаю, поможет ли это тебе, но я давно не видела моего брата таким счастливым, после, — девушка запинается и после недолгой паузы продолжает. — того, что случилось. Сегодня, когда он писал эту записку, — она указывает кивком головы на бумажку, смятую у меня в руке. — он улыбался, как полный идиот, правда. Я наблюдала за ним все это время. А вчера, он был словно на иголках, вообще не затыкался, говоря о тебе и его саркастические комментарии вообще не прекращались, пока ты не пришла. Честно говоря, я была готова убить его. Если бы ты не появилась, точно увиделась с ним только на его похоронах. Смеюсь, пытаясь представить Луи в роли доставучего старшего брата. Ее слова придают немного уверенности. — Не хочешь прогуляться? — спрашиваю я, поднимаясь с кровати. Глаза Лотти расширяются, радостно поблескивая и она радостно подпрыгивает с кровати. — Я с радостью, — улыбается девушка. — каждый раз когда приезжаю к Луи, он вечно работает, а я здесь ни с кем не знакома. — Чтож, теперь ты знакома со мной.       Когда мы наконец собираемся и выходим из дома, я вспоминаю, что сегодня должна была появиться на ненавистной мной работе. Сначала я пугаюсь, уже собираясь сказать Лотти, что прогуляться не получится, но затем, понимаю, что сейчас идеальное время для того, чтобы уволиться и эффектно уйти, потому как оказалось, что сестра Луи прекрасный визажист и сегодня она сделала мне невероятный макияж и даже поделилась одеждой из своего шикарного гардероба, так что выгляжу я соответсвенно. — Ты ведь не против, если мы зайдем кое-куда? Мне срочно надо исполнить свою мечту. — Конечно, — пожимает плечами блондинка. — И какую мечту ты собираешься исполнить? — Уволюсь с работы. — отвечаю я, прибавляя шаг, чтобы не потерять этой решимости. — Странные у тебя мечты, — усмехается девушка, пытаясь догнать меня. — Просто эта работа заставляет меня чувствовать себя ничтожной и я больше не хочу портить себе жизнь, работая там. Я уверена, что это послужит новым началом для меня. Я полностью уверена в своих словах и действиях и точно не пожалею об этом потом.

***

Мы решительно подходим к редакции «ГоГёрл» и я с силой распахиваю дверь, о чем позже сильно жалею. Как я могла забыть о долбанных колокольчиках, висящих на входе, оповещающих о новых посетителях? Из-за того, что дверь я раскрыла слишком резко, эти звенящие штуковины с грохотом валятся на пол, прямо передо мной. Из-за вызванного мною грохота, все люди, находящиеся в помещении поворачиваются в замешательстве в мою сторону. Неловко улыбаюсь, поднимая сломанную вещь с пола и машу ей в воздухе, как полная идиотка. — Кажется, ты завоевала все их внимание, — шепотом произносит Лоттс, также неловко улыбаясь. — Я хотела заявиться сюда более эффектно. — Не думаю, что можно ещё эффектней. Как же неловко. Хочется провалиться сквозь землю от стыда. Буквально каждый в редакции озадачено смотрит на меня, лица некоторых из работников изображают какое-то презрение и эти взгляды подавляют во мне прежнюю уверенность и я уже хочу развернуться и уйти, но Лотти аккуратно подталкивает меня вперед, ободряюще улыбаясь. — Если эта работа и правда заставляет тебя чувствовать себя ничтожной, то я не думаю, что сейчас самое время трусить, Фей. — она кивает, призывая меня идти вперед несмотря на все взгляды работников. — Страх убивает уверенность. Могу пойти с тобой, если тебе будет спокойней. — Нет, не стоит, я хочу сама, спасибо. Киваю и решительно направляюсь в сторону кабинета босса. Я физически ощущаю неодобрительные взгляды коллег, но это придает мне уверенности, ведь они никогда не решаться на такой огромный шаг. Открываю дверь, даже не постучавшись. На этот раз дергаю ручку не так сильно, как в первый раз, чтобы не разнести здесь все к чертям. Хоть кабинет босса и просторный, но он все равно пропах противным запахом пота. Почему он никогда не проветривает помещение? Посреди кабинета стоит огромный стол, за которым сидит мистер Маразотти. Он с интересом изучает журнал «ГоГёрл» в его громадных волосатых руках. Босс изредка поглаживает свои и без того прилизанные волосы, так и не услышав, что я вошла. Я же говорила, что он читает этот журнал с не меньшим интересом, чем у четырнадцатилетней девочки! Откашливаюсь в кулак, пытаясь привлечь внимание, но так и остаюсь незамеченной, видимо он слишком заинтересован в чтении. В моих руках все также зажаты долбанные колокольчики и я решаюсь воспользоваться ими, поднимаю их вверх и трясу. Они громко звенят и мистер Маразотти от неожиданности немного подпрыгивает, издавая писк, словно напуганная девочка. Еле сдерживаю улыбку, когда босс тут же откашливается, хмуря брови, пытаясь сделать вид, что ничего не было. Он быстро накрывает журнал «ГоГёрл» газетой, видимо надеясь, что я не заметила. — Вы опоздали, мисс Янг, это будет вычтено из вашей… — Я увольняюсь. — перебиваю его я, высоко вскинув подбородок, пытаясь придать себе более важный вид. Густые брови Маразотти поднимаются вверх от удивления. — Сегодня разве первое апреля? — спрашивает босс, мерзко смеясь над собственной шуткой. — Вы правда думаете, что сможете состояться где-то в другом месте, мисс Янг? Такие люди как вы, умеют только подчиняться, вы считаете, что сможете пробиться где-то? Только если вам не помогут ваши родители, как и всегда, — усмехается он, поднимаясь с кресла. — но вы с ними в ссоре сейчас. Да, мисс Янг, мне звонил ваш отец, мы с ним приятели, знаете ли. Вижу, эта ссора натолкнула вас на глупый поступок. Вы погубите сами себя мисс Янг, не делайте глупостей. Я даю вам второй шанс, поступите правильно. — он вновь присаживается в кресло, делая вид, что увлечен газетой. Во мне просыпается ярость из-за его слов. Какого хрена он себе позволяет?! Я сейчас разнесу эту хренову редакцию ко всем чертям! Держите меня семеро! — А сегодня разве день идиота? — пародирую его мерзкий голос. Складывая руки на груди. — Мне надоела ваша ужасная прическа, ваша одежда, ваше мерзкое лицо, ваши гороскопы и все эти, никому ненужные, тесты! — медленно продвигаюсь к его столу, облокачиваясь двумя ладонями о поверхность. — Вы правда думаете, что мне нужен ваш второй шанс?! Да я скорее сделаю такую же мерзкую причёску как у вас, — обвожу рукой в воздухе его прилизанную прическу. — чем буду здесь работать хотя бы день! — Что вы себе позволяете? — восклицает он и вскакивает с места. Его лицо краснеет от злости. Он не выдерживает и протягивает руку к своим склизким волосам, вновь приглаживая, видимо от этой привычки он никогда не избавится. — Позволяю себе то, что хотела сделать всё это время! А, и ещё, будете разговаривать с отцом, обменяйтесь селфи, чтобы мудаки знали друг друга в лицо! — разворачиваюсь на пятках, взмахивая волосами, ощущая себя настоящим победителем. — И я забираю эти колокольчики, потому что уродам не положено иметь такие милые вещи у себя.       Раскрываю дверь и под изумленными взглядами шагаю к выходу, где ждет меня Лотти. Стараюсь сохранять покер фейс до конца, но когда наши взгляды с блондинкой пересекаются, не могу сдержать радостной улыбки. Мы выходим на улицу, покидая самое ненавистное место и я уже не сдерживаюсь и начинаю громко смеяться и радостно пищать, Лотти подхватывает мою радость и мы вместе стоим посреди улицы и просто радостно подпрыгиваем, как сумасшедшие. — Ты большая молодец! — произносит девушка, зажимая в крепких объятиях. — Без тебя, я бы, наверное, струсила, — пожимаю плечами. — Так что спасибо тебе. — Без проблем, — отмахивается девушка, усмехаясь. — может отметим? — О, нет, пить я больше не буду, мне нужна передышка от алкоголя, но сходить в бар не против.

***

      — Ты уверен, что у нее хорошее крепление? — переспрашиваю сотый раз Найла, который пытается прикрутить найденную на помойке перед баром полку. Мы с Лотти пришли в бар к Хорану, чтобы немного развеяться, а еще мне срочно требовалось рассказать им о произошедшем. Их реакция была слишком неожиданной и смешной: Терри начала радостно пищать и хлопать в ладоши, а Найл станцевал победную макарену. Затем я вручила им полученные мною колокольчики на дверь, но, как оказалось, на двери в баре такие уже есть. Поэтому я предложила паре повесить их над дверью в спальню, чтобы был опознавательный знак, когда у них сеанс постельной чунги-чанги. — Фей права, выглядит так, будто она сейчас упадет. — поддерживает меня Лоттс. — Хоран, если ты умрешь до того, как женишься на мне, я тебя воскрешу и убью лично. — грозно произносит Терри, облокачиваясь о барную стойку локтями. Найл делает вид, что ничего не слышит и тихо напевает какую-то глупую песенку себе под нос. — О, у вас свадьба? — заинтересовано спрашивает Лотти, отпивая немного пива из стеклянной бутылки. — Ага, через неделю, — отвечает Терри, мечтательно вздыхая. — не вериться, что еще неделя и я буду женой. — За вашу будущую совместную жизнь, — улыбается Лоттс, поднимая бутылку вверх, чокаясь со стаканом воды Террс. — И, если вам нужен визажист на свадьбу, я могу помочь с этим. — Ты визажист? И ты готова нам помочь? — переспрашивает Терри, приподнимаясь со стула. Лоттс кивает и Купер радостно хлопает в ладоши. — А за сколько? Будет скидка знакомым? — Я могу и за бесплатно, мы же теперь друзья, верно? — Терри подпрыгивает и зажимает младшую Томлинсон в крепких объятиях. — Твою мать, это же настоящий ангел, спустившийся с небес! Наблюдаю за этой картиной с улыбкой до ушей. Внезапно со стороны слышится оглушающий грохот и мы втроем тут же поворачиваемся к источнику звука. На полу валяется Хоран, держа перед собой полку, которую так усердно пытался прицепить к стенке. Он болезненно жмурится, держась за руку. — Найл, твою мать, Найл, ты в порядке? — Терри подскакивает с места, подбегая к ее будущему мужу. Хоран ничего не отвечает. Полка попала ему прямо по руке. — Какой же ты упрямый, безответственный, глупый ирландец! — каждое слово Купер сопровождается ударом Хорана по груди ладонью. Лицо Найла болезненно бледно, удар Терри точно был не слабым. Найл долго молчит и мы начинаем переживать, что он больше не заговорит, но тут его глаза расширяются, лицо вытягивается, показывая полнейший ужас. — Боже, да у меня кровь из носа, у меня же кровь! — кричит он, боясь притронуться к носу. — Это сопли, милый. — тихо произносит уже успокоившаяся Терри, аккуратно поглаживая Хорана по светлой макушке. — Ты уверена? — Полностью. — Тебе надо в больницу, — констатирую я, помогая ирландцу встать, но случайно задеваю его больную руку и тот болезненно шипит. — Не трогай его! — злобно кричит Терри. — Я лучше сама. Давай, Хоран, поднимайся. Поднимаю руки в вверх, аккуратно отпуская Найла. Чтож, кажется, Терри слишком переживает за Хорана и стала киллером-маньяком-убийцей в одном лице. Надо быть с ней поаккуратней сейчас, не очень хочется получить этой полкой с мусорки по бошке. Мы с Лотти быстро переглядываемся, издавая тихие смешки.

***

— Луи, ну что? — в палату заходит Томлинсон и Купер тут же набрасывается на него с расспросами о состоянии Хорана. Луи успокаивающе улыбается Терри. Немного сжимая ее плечо, этим говоря, что беспокоиться не о чем. — Не переживайте, всего лишь внутрисуставной перелом лучевой кости. — Звучит как-то так себе, — нервно усмехаюсь я. Луи переводит взгляд на меня и уголки него губ немного приподнимаются. — Где-то три-четыре недели и рука будет в полном порядке. — заверяет Луи и все облегченно выдыхают. — Это значит, что на нашей свадьбе Найл будет с этой стремной повязкой на руке? Терри, кажется, сильно напугана и это вызывает у меня добрую улыбку. Она хочет, чтобы свадьба прошла идеально, но все, как на зло, идёт против этого. — Ну, вы можете ее цветочками какими-нибудь украсить, — пожимает плечами Луи, усмехаясь. — Я могу с этим помочь. — отзывается Лотти, поднимаясь с подоконника и походя к нам.  — Как ты умудрился уронить на себя полку, Найло? — Это долгая история. — отмахивается Найл, громко цокая, услышав смех Томлинсона. — Я бы рассказала эту историю, но моя речь на данный момент состоит примерно на девяноста пять процентов из жестких матов. — произносит Купер. Мне кажется, что когда Терри и Найл останутся наедине, Найлу непременно придет конец. Делаю для себя мысленную заметку, что сегодня лучше Купер не оставлять рядом с Хораном.  — Найл нашел эту полку на помойке… — начинаю я, но Луи быстро останавливает меня. — Погоди, что? На помойке? Найло, с каких пор ты стал лазить по помойкам? — Заткнись, а. Что, на работе скучно, поэтому можно занять себя, стебаясь над другом? — обженно начинает Хоран, а смех Луи становится все громче. — Получается, что скучно мне все время, ведь стебусь над тобой я всегда, Ниэль.       Томлинсон с Хораном пререкаются еще какое-то время, пока чересчур нервная Терри не прикрикнула на обоих. Луи даже немного испугался разъяренной Купер и решил не выводить ее еще больше. Я же все это время не могла отвести восхищенный взгляд от Томлинсона. Этот белый халат выглядит на нем просто восхитительно. Изредка Луи поглядывал на меня, я даже не стеснялась и просто продолжала пялиться на него, вызывая его усмешку. Когда все выходят, я ненадолго решаю задержаться, чтобы поговорить с самым горячим в этой больнице врачом. — Итак, чувства ранимого рака не задеты? — спрашивает меня Луи, притягивая за талию к себе. Он вообще в курсе какой ураган эмоций он вызывает во мне, когда так делает? Я уверена, что да, потому что с его лица так и не сходит хитрой ухмылки. — Нет, лишь его самолюбие. Знаешь, меня в первый раз оставили одну под утро. — обхватываю руками шею Томлинсону, пытаясь приблизить его к себе еще сильней, вызывая этим очередную усмешку голубоглазого. — У всех бывает что-то в первый раз. — смеется Луи, оставляя мягкий поцелуй на моих приоткрытых губах. Ноги становятся ватными и, если бы не его руки, я бы уже давно валялась на этом блестящем полу больницы. — Я уволилась с работы. — наконец-то делюсь с Луи своей радостью. Не могу скрыть улыбки, когда произношу эти слова. — Я горжусь тобой, Фей. Ты большая молодец, — Томлинсон оставляет мягкий поцелуй на моем лбу и я прикрываю глаза от наслаждения. — Очень надеюсь на то, что ты вела себя как настоящая чихуахуа. — Я украла колокольчики оттуда, — со смехом отвечаю я. — Вот это моя девочка. — смеется Луи, прижимая меня еще ближе к себе. Мы молча стоим посреди коридора больницы, совершенно плюя на недоумевающие взгляды прохожих. Сейчас существуем только мы. Только он и я. — У нас серьезные отношения? — вырывается у меня вопрос, прежде чем я успеваю подумать. Луи на секунду замирает, а затем немного отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза. — Смотря, что ты считаешь серьезными отношениями. — произносит он, заглядывая мне в глаза. — Думаю, в первую очередь мы должны полностью доверять друг другу и готовы влезть в любые проблемы ради друг друга. — Чтож, я тебе полностью доверяю, Янг и готов ради тебя влезть в любую проблему. Что еще входит в твой список обязательных пунктов для серьезных отношений? — Эм, — задумываюсь, судорожно пытаясь придумать ответ. — Мы должны знать о друг друге самые сокровенные секреты. — Меня пучит от молока, так что если захочешь умереть самой глупой смертью, можешь добавить в мою еду молоко, пойдет такой секрет? — отвечает Луи и я со смехом киваю. — Теперь ты. — Ну, меня не пучит от молока, — быстро пытаюсь вспомнить что-то, что знают немногие. — У меня есть диск называется Лучшие фэнтези две тысячи девятого года и я всегда смотрю его вместе с людьми, которые дороги для меня. Первый раз я посмотрела этот диск с Найлом, потом с Мейз, а потом с Терри и больше никто про него не знает. — Почему именно две тысячи девятого? — спрашивает Луи, смеясь. — Потому что две тысячи девятый год — год лучшего фэнтези. «Аватар» тоже был выпущен в этом году. — Так, ладно, сумасшедшая любительница синих полуголых смурфиков. Теперь я знаю о тебе слишком много и вообще, почему я рассказал тебе свой позорный секрет, а ты мне это? — Ты сам выбрал такой секрет, — смеюсь пихая, Томлинсона. — Что, я тоже должна рассказать от чего меня пучит? — Желательно. — Чтож, думаю это сельдерей, иногда меня от него пучит. — Думаю, у нас с тобой настоящая любовь, Фей.