Handmade Ego

      Утро было свежим, морозным и ясным. Асфальт блестел изморозью в солнечных лучах, дальше по улице на фасаде чьего-то дома мигали рождественские фонарики, и Кастиэль вдруг вспомнил, что на носу Рождество, а он даже не думал о подарке для Самандриэля. Если бы Кастиэль мог выбирать, он подарил бы брату курс терапии у психолога, половину книжного магазина и свободное время. Но он не мог выбирать и решил, что пару недель как минимум у него в запасе есть, чтобы определиться с подарком. Впрочем, идея у него уже была.       Дин приехал, когда ленивое ноябрьское солнце неторопливо забралось выше по небосводу. Он стоял в коридоре, и от его куртки ощутимо шел уличный холод и пахло свежестью. Кастиэль протянул ему дымящуюся чашку кофе, и Дин счастливо улыбнулся.       - Это то, что нужно, - уверенно заявил он.       Дин прошел по дому, оценивающе оглядел обстановку, но на его лице не было написано ни разочарования, ни презрения, ни удовлетворения. Он лишь принимал информацию и никак ее не комментировал.       Когда его кружка оказалась пуста, он поставил ее на стол и потер руки.       - Ну что, - сказал он. – Чем быстрее мы начнем, тем скорее устраним проблему.       Вместе они поднялись на чердак, где за прошедший вечер Кастиэль успел навести подобие порядка, выгрести весь мусор и избавиться от значительного слоя пыли. Дин сказал, что уборка была зря: они все равно оставят за собой кучу грязи.       А потом они принялись за дело. Дин оказался отличным учителем: он показывал, что и как делать, не раздражался, если у Кастиэля не получалось с первого раза, постоянно находился в приподнятом настроении, стрелял шутками, которые Кастиэль не всегда понимал, чем вызывал закатанные глаза и беззлобную насмешку.       - Не могу поверить, что ты не смотрел фильмы про Индиану Джонса, - искренне возмутился Дин. – Ты что, вырос в вакууме?       - У меня никогда не было времени на массовую культуру, - оправдался Кастиэль, потирая замершие руки. Они забрались на крышу и аккуратными ровными слоями укладывали черепицу. – Мы постоянно переезжали.       - Знакомо, - хмыкнул Дин. – Только я не совсем фрик, чтобы не смотреть гремящие в прокате фильмы.       Кастиэль улыбался и чувствовал себя на удивление уютно. Дин был незнакомцем, и обычно интуиция Кастиэля твердила уходить, прятаться, закрываться, защищаться. Но рядом с Дином было спокойно. Отчего-то он заставлял Кастиэля чувствовать себя расслабленно и умиротворенно. Может, от этого стоило насторожиться еще больше, но Кастиэль впервые за долгое время позволил тяжелым мыслям уплыть куда-то далеко за границы сознания.       - Мне нужно отлить, - сказал Дин, оглядывая проделанную работу. – Мы почти закончили. Положи последние две штуки сам, я вернусь, проверю, и пойдем посмотрим, что там получилось, изнутри.       - Туалет слева.       - Да, найду.       Кастиэль сидел на крыше, смотрел на солнечный диск, который стремительно клонился к горизонту, и на темные облака на востоке, которые все приближались. Еще одной проблемой меньше: теперь их не затопит при первом же дожде. Новая черепица немного не подошла по цвету, она была темнее на несколько тонов, чем остальная часть крыши, и выглядела так, будто кто-то вылил сверху ведро воды, но это были сущие мелочи.       Он клал последнюю черепицу, когда Дин снова забрался к нему по лестнице и удовлетворенно похлопал ладонью по заделанной дыре.       - Поздравляю, напарник. Мы справились.       - Спасибо, Дин.       - Кстати, - сказал Дин, когда они уже спустились на землю. – Случайно увидел фотографию на полке. Это твой…?       - Младший брат, - кивнул Кастиэль. – Да, мы живем вместе.       - А-а, - протянул Дин. – Так вот с кем ты живешь. Ты сказал «мы» в магазине, - пояснил он на недоуменный взгляд Кастиэля. – Я думал, может, твоя жена или пятеро детей. Ну, неважно. Где я мог видеть твоего брата?       Кастиэль замер.       - Что? – тихо переспросил он.       - Я где-то видел его, - Дин задумчиво смотрел в сторону. – Лицо показалось мне знакомым.       Вся легкость, парившая в воздухе весь день, исчезла как по щелчку пальцев. Кастиэля будто облили ледяной водой. Он моментально подобрался и напрягся.       - Не знаю, - нейтральным тоном ответил он. – Вряд ли. Мы никогда прежде не бывали в Лоуренсе.       - Так и я здесь всего год, - Дин взъерошил свои волосы и махнул рукой. – Да ладно, не парься. Какая разница.       Кастиэль осторожно кивнул. Дин не придал этому огромного значения, но это не значило, что все в порядке. Все было совсем не в порядке. Их лица мелькали в газетах и новостях, о них делали репортажи и писали статьи, и хоть прошло много времени с того момента, как все произошло, иногда находился кто-нибудь, кто узнавал их. Меньше всего Кастиэль хотел, чтобы это случилось так скоро после того, как они переехали. Если так пойдет и дальше, им придется арендовать охотничью сторожку в лесу и отречься от цивилизации.       - Позволь мне хотя бы угостить тебя ужином, - остановил Кастиэль Дина, который уже собирался уйти. – Любая работа должна быть оплачена. Пусть не деньгами, но ты был здесь почти весь день и помог мне.       - Ну, не весь день, а несколько часов, - Дин снова скинул куртку и повесил ее в коридоре. – Но я бы перекусил. Ты готовишь?       - Приходится, - Кастиэль включил свет. На улице постепенно начинало темнеть, и дом погрузился в уютные сумерки. – Хотя бы чтобы кормить брата.       - Сколько ему?       - Четырнадцать. В феврале будет пятнадцать.       - Ого, - присвистнул Дин. – Большая разница. Моему брату двадцать два.       - У тебя есть брат? – Кастиэль достал из холодильника овощи для салата, но Дин остановил его:       - Нет. Правда, чувак, не смей ставить все зеленое на стол. Это табу. Если хочешь отплатить мне за работу – сделай стейк.       - Ладно, - Кастиэль не смог сдержать улыбку и поставил на плиту сковородку. – Как скажешь. Самандриэль вычитал, что овощи полезны, и теперь настаивает на ежедневном рационе.       - Что, прости? – изумленно поднял брови Дин. – Как ты сказал, его зовут?       - Самандриэль, - рассмеялся Кастиэль.       - Ваши родители были чокнутыми, - уверенно сказал Дин.       - В каком-то плане ты прав, - негромко ответил Кастиэль. На мгновение кольнуло болью где-то в груди, но это чувство пропало, стоило ему отвлечься от специй и соли и посмотреть на улыбку Дина. – Где твой брат?       - О, Сэмми учится. В Стэнфорде. Будет юристом, ботаник. Он бросал на пару лет, пока мы катались по стране, а потом вернулся и продолжил. Не захотел перебираться в Лоуренс.       - Забавно. Я иногда пишу работы для студентов Стэнфорда.       - Что? – Дин вскинул голову.       - Доклады, - пояснил Кастиэль. Он налил масло на раскаленную сковороду. – Рефераты. Пишу статьи для их научных работ. В основном на тему лингвистики, но иногда мелькает и другое.       - О господи, - закатил глаза Дин. – Ты точно понравился бы Сэмми. Он обожает заучек.       - Моя область знаний существенно ограничена.       - Чем, парой миллионов страниц Википедии?       Кастиэль снова расслабился. Он и сам не заметил, как это произошло. Он так отвык от пустых разговоров, открытых улыбок и непринужденности, что все казалось в новинку. И он не помнил, когда в последний раз ему было так хорошо рядом с кем-то и было ли вообще. Но Дин сидел там, за столом, катал по столу солонку, улыбался и что-то говорил, сиял своей откровенной красотой, искрил притягательностью.       - Дай-ка мне это, - Дин подошел внезапно и забрал у Кастиэля из руки лопатку, мазнув пальцами по тыльной стороне его ладони. – Стейки требуют точности.       Они стояли очень близко. Плечо Дина прижималось к его плечу, Кастиэль мог разглядеть его длинные ресницы, бледные веснушки на его носу и щеках, легкую рыжеватую щетину на подбородке и щеках, его губы, которые блестели после того, как он быстро облизнул их.       - Конечно, - сказал Кастиэль и тут же прокашлялся, прогоняя неуместную хрипоту из голоса.       Дин бросил на него смеющийся взгляд. Он знал, что делает и какую реакцию вызывает, Кастиэль понял это по его многозначительной улыбке и тому, как он вновь облизнулся, когда его взгляд скользнул к губам Кастиэля, а потом обратно к глазам. Он играл и наслаждался этой игрой.       - Ты носишь линзы? – вдруг тихо спросил Дин, позабыв о стейках.       - Нет.       - Глаза, - Дин едва заметно кивнул. – Синие.       - Я…       Время замедлилось и перестало быть значимым. Дин смотрел на него, и Кастиэль почувствовал, что еще мгновение – и он не сможет сдерживаться, чтобы не поцеловать Дина. Желание покалывало кончики пальцев. Кастиэль давно не испытывал ничего подобного.       Дин потянулся к нему первым, но когда между их лицами оставались считанные сантиметры, входная дверь хлопнула, впуская в дом волну холодного воздуха.       - Я дома! – крикнул из коридора Самандриэль. Его рюкзак тяжело упал на пол, зашелестела одежда. – В кафе разрешили взять выходной. Я не хотел, но управляющая настояла, мне пришлось…       Кастиэль отпрянул от Дина, когда резко замолчавший Самандриэль показался на пороге комнаты. Кастиэль видел, как в одно мгновение беззаботность Самандриэля при виде незнакомца испарилась, его брови нахмурились, а тело неосознанно заняло оборонительную позицию.       Дин же слегка недоуменно хмыкнул, но подошел к нему и протянул руку.       - Привет, парень с непроизносимым именем. Я Дин.       Самандриэль уставился на повисшую в воздухе ладонь. Потом перевел настороженный взгляд на Кастиэля и, дождавшись его едва заметного кивка, быстро пожал руку.       - Оно не непроизносимое, - холодно сказал Самандриэль. – Просто не для широкого круга.       Дин оглянулся на Кастиэля.       - Я думал, ты заучка, - сказал он и указал на Самандриэля. – Этот ребенок тебя переплюнул с первого предложения.       - Дин помогал мне с крышей, - пояснил напряженному брату Кастиэль. – Он поужинает с нами, ты не против?       Самандриэль после легкой заминки кивнул и с подозрением посмотрел на Дина, который все еще пребывал в недоумении от такого холодного приема. Кастиэль и сам жалел, что эта встреча произошла. Дин все еще был посторонним, а для Самандриэля этот дом был убежищем во всех смыслах.       Дин же не отрывал изучающего взгляда от лица Самандриэля.       - Точно! – вдруг выкрикнул Дин. – Кафе. Вот откуда я знаю тебя. Ты же работаешь по вечерам у Эллен. Я видел тебя на кухне.       - Ты знаешь Эллен? – удивленно спросил Самандриэль.       - Да она мне как мать, - тепло ухмыльнулся Дин. – Строгая, грубоватая мать, которая может запустить в тебя тарелкой или дать пинка. А Джо мне практически как сестра, которую я никогда не хотел.       Самандриэль понимающе улыбнулся.       - Джо пытается казаться резкой, но на самом деле она очень хороший и понимающий человек.       - Сколько ты там работаешь, с неделю? – впечатленно сказал Дин. – А уже видишь эту девчонку насквозь.       Кастиэль, оставшийся в стороне, возвел взгляд к потолку. Он давно не верил в бога и в остальные сверхъестественные силы, но в эту секунду в его голове сформировалась горячая благодарность. Вселенной или случаю, чему угодно, но Кастиэль до дрожи был благодарен, что Дин помнил Самандриэля всего лишь по кафе.       Ужин прошел в куда более неформальной обстановке. Дин и Самандриэль обсуждали «Дом у дороги», место, куда Дин заглядывал каждые пару дней выпить пива или перекусить и где его всегда ждали с распростертыми объятиями. Дин взял с Кастиэля обещание, что однажды они все вместе там поужинают, а Самандриэль даже не стал возражать: ему нравилось там работать, нравилась Эллен, которая относилась к нему, тощему подростку с глубоким взглядом, как к сыну, но требовала с него так же, как с любого другого работника, и не давала поблажек. И, судя по всему, Самандриэлю нравился Дин.       Уже на пороге, когда Дин натянул куртку, он посмотрел на Кастиэля, прячущего замерзающие ладони в рукавах растянутого серого свитера, и тепло улыбнулся.       - Как насчет выпить как-нибудь вечером? – расслабленно спросил он. – Через пару дней.       - Боюсь, у меня нет времени, - с сожалением покачал головой Кастиэль. – Мне нужно работать.       - Брось, - Дин легко толкнул его плечом. – Ты, я, бутылка виски, текилы или чего сам захочешь. И пара часов, которые, я думаю, ты сможешь найти. Два часа, не больше, я обещаю.       - Хорошо, - сдался Кастиэль. – Давай выпьем.       В какой-то момент Кастиэлю показалось, что Дин снова потянется за поцелуем, уж слишком много раз взгляд Дина падал на его губы, но Дин лишь как-то немного смущенно улыбнулся ему, хлопнул по плечу и ушел.       Самандриэль сидел на диване и читал книгу. Но стоило Кастиэлю показаться, как он закрыл ее и сел ровно.       - Он нравится тебе, - прямо сказал Самандриэль, серьезно глядя на Кастиэля.       - Он помогал починить крышу, - качнул головой тот.       - Да, но он нравится тебе.       Кастиэль вздохнул. Они еще не говорили об этом, о любви, отношениях, сексе. Не было времени или случая. Кастиэль никогда ни с кем не встречался, чтобы вызвать вопросы, но понимал, что его брат уже не ребенок и этот разговор стоило завести еще пару лет назад, но Самандриэль наверняка знал и без него, слишком уж серьезным был его подход ко всему, чем он интересовался когда-либо.       На поверхности лежала другая проблема: Кастиэль никогда не говорил ему о своей ориентации.       - Он приятный человек, - уклончиво ответил Кастиэль.       - Я не против, - сказал Самандриэль, поглаживая корешок книги. – Если это тебя волнует.       - Не против чего?       - Чтобы ты встречался с ним.       Самандриэль отложил книгу и поднял голову, заглянул Кастиэлю в глаза. Это не был взгляд мальчишки-подростка, который сутками играет в видео-игры, листает журналы с полуголыми женщинами и гоняет мяч на площадке; это был взгляд взрослого человека, пережившего слишком многое, чтобы чему-то удивляться.       - Ты никогда ни с кем не встречался, - заметил Самандриэль. – Я знаю, что женщины тебя не привлекают. Ты никогда не смотришь на них. А Дин вроде бы неплохой.       Кастиэль тяжело сглотнул. Он чувствовал смущение перед братом, хотя понимал, что тот уже достаточно взрослый, чтобы обсуждать такие вещи.       - Я ничего не могу ответить тебе, - выдохнул он.       - Так и не надо, - пожал плечами Самандриэль. – Если он нравится тебе, мы здесь точно задержимся, это ведь хорошо. Потому что мне вообще никто не нравится, - гораздо тише добавил он.       - Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Кастиэль.       Самандриэль снова взял книгу. Он раскрыл ее, пролистал несколько раз, немного нервно захлопнул и, не поднимая взгляда, сказал:       - Все в классе одержимы сексом. У некоторых он уже даже был. Кто-то встречается, кто-то ищет отношений. Все обсуждают поцелуи и кто с кем переспал. Одна девочка спросила меня, хочу ли я встретиться с ней после уроков за спортзалом. Я сказал нет. Она подумала, что я гей, но это тоже не так.       Он выглядел уязвимым. Его броня взрослости вдруг размылась и явила миру обычного неуверенного подростка, ищущего себя. Кастиэль смотрел на него и видел маленького голубоглазого мальчика, который прыгал по лужам, насквозь промокшего, взъерошенного, но заразительно смеющегося во весь голос. Мальчика, которого Кастиэль вел за руку за собой, который всегда следовал за ним по пятам без вопросов, который доверял и любил безоговорочно.       - Все хорошо, - твердо сказал Кастиэль. – Это нормально. Может быть, ты заинтересуешься этим позже, а может, никогда не заинтересуешься, но это не сделает тебя хуже. Это ничего не меняет.       - Да?       - Да.       Самандриэль неуверенно улыбнулся.       Уже позже, ночью, Кастиэля вытолкнула из сна ставшая привычной холодная дрожь. Он закутался в одеяло почти с головой и старательно игнорировал тяжелое дыхание рядом с собой и пробирающий ненавидящий взгляд. Он крутил красную нитку на запястье и твердил себе, что все в порядке.