Handmade Ego

      Дин позвонил через три дня, когда город припорошило тонким слоем чистого хрустящего снега, но пригласил не в бар, а спросил, есть у Кастиэля время приехать кое-куда в центр города для очень важного дела. Что именно случилось, он не уточнил, но его голос звучал донельзя довольным, так что Кастиэлю не удалось отказаться. Глаза болели от бесконечной работы за ноутбуком, проветриться стоило.       Дин встретил его после шести, когда уже стемнело, на пересечении центральных улиц. Он стоял, небрежно упершись бедрами о капот раритетной черной машины, с двумя стаканчиками кофе, один из которых отдал Кастиэлю. Он вел себя так, словно они были старыми приятелями, знакомыми несколько лет, а не людьми, которые видятся в третий раз в жизни.       - Хочу познакомить тебя кое с кем, - заявил Дин. – Я обещал поспрашивать о работе – я сделал.       - Куда мы идем? – заинтересованно спросил Кастиэль.       Он не предполагал, что Дин всерьез озаботится этим вопросом. В конце концов, Кастиэль не имел образования, большого опыта или особых профессиональных навыков. С того момента, как он остался на руках с Самандриэлем, он хватался за любую подработку, даже самую грязную и низкооплачиваемую, пока не возблагодарил свою способность к языкам и не перешел в интернет, где понемногу продавал свои услуги.       - Ничего особенного, - заверил его Дин. – Но мне кажется, тебе это подойдет.       Они остановились у празднично украшенного книжного магазинчика. Витрина сияла рождественскими огоньками, искусственными свечами, мишурой и блестящими снежинками. Дин довольно усмехнулся, видя изумленное лицо Кастиэля, и уверенно толкнул дверь.       Тонко звякнул крошечный серебряный колокольчик. Внутри было просторно, светло и уютно. Несколько человек бродили между стеллажами и листали книги. Из маленьких колонок под потолком лилась негромкая праздничная музыка без слов.       - Эй, - Дин широко улыбнулся седому невысокому мужчине, который вышел из неприметной двери сбоку, и приветливо похлопал его по плечу. – Эрни, это Кастиэль, про которого я тебе говорил.       - Хм, - мужчина пристально оглядел Кастиэля и удовлетворенно кивнул. – Хорошо. Проходи, мой мальчик. Поговорим в моем кабинете.       Обращение «мой мальчик» резануло слух и невольно заставило сжать пальцы в кулак, но Кастиэль быстро взял себя в руки и вежливо улыбнулся.       - Я подожду тебя здесь, - подмигнул ему Дин.       Эрни, который предпочитал, чтобы к нему обращались без всяких «мистеров», исключительно по имени, был владельцем магазина. Но месяц назад у него родилась долгожданная внучка, и он планировал посвятить все свое свободное время малышке.       - Когда я говорю, что ищу заместителя, - прямо сказал он. – Я имею в виду, что я спихну на тебя все обязанности по магазину и буду появляться в случае крайней необходимости. И надеюсь, что ты не пустишь его ко дну. Магазин небольшой, но я вложил в него слишком много. Ты мне нравишься, парень. Вижу, что ты неглуп, а значит, справишься, да и Дин отзывался о тебе неплохо, а уж этого мальца я помню еще карапузом, хоть он и исчез на двадцать лет, пока не заявился в свой старый дом, будто ничего не случилось. В общем, походишь несколько дней сюда, освоишься, наберешься опыта, познакомишься с девочками за кассой, их тут всего две. Как только почувствуешь себя уверенно, вступишь в полные права.       На улице шел снег. Снежинки кружились в воздухе и неслышно оседали на землю. Все вокруг дышало скорым праздником, хоть улицы и были почти пусты, и казалось слишком эфемерным, чтобы быть на самом деле. И Дин, который стоял неподалеку под фонарем и задумчиво смотрел куда-то вдаль, так искренне улыбнулся, когда увидел вышедшего Кастиэля, что все показалось сказкой.       Снежинки оседали на его волосах. Одна даже упала на ресницы, но сразу же растаяла.       - Ну что? – нетерпеливо спросил Дин. – Что он сказал?       - Он готов взять меня, - слегка заторможено ответил Кастиэль. Он все еще не до конца верил в то, что только что произошло. – Управлять магазином. Я не уверен, что у меня получится, я никогда не…       - Эй-эй, - тут же прервал его Дин. – Хватит. Думаешь, я до недавнего работал в строительном магазине? Да я понятия не имел ни о чем подобном. Дай себе время, ты разберешься, голова у тебя варит.       - Не знаю, как благодарить тебя, - покачал головой Кастиэль. – Ты уже столько сделал для меня.       - Мелочи, - небрежно отмахнулся Дин. – Мне это ничего не стоило. А поблагодаришь бутылкой пива.       Через два квартала нашелся крошечный бар на несколько столиков. Бармен, которому Дин приветственно кивнул, принес им два пива.       - За твою новую работу, - сказал Дин и легко чокнулся бутылками.       Вечер прошел молниеносно. По крайней мере, так показалось Кастиэлю, но потом выяснилось, что они просидели там несколько часов. Кастиэль слушал о том, как Дин своими руками практически отстроил дом, в котором жили его родители, о том, его младший брат вдруг решил уехать на другой конец страны поступать в Стэнфорд и какие сейчас он делает успехи; о том, какие странные люди порой приходят в магазин Дина и какие нелепые вопросы задают. О том, какие фильмы смотрит Дин и какие они обязательно должны посмотреть в будущем, потому что это классика кинематографа, о том, что машина Дина – это раритетная Шевроле Импала, доставшаяся ему от отца, о том, что Дин слушает исключительно старый рок, а всю остальную музыку считает мусором. Кастиэль слушал, впитывал, запоминал. И понимал, что куда-то падает с каждым новым словом Дина.       В глазах Дина, где-то в самой глубине, мелькало иногда что-то тяжелое, темное, скрытое за обольстительными улыбками, флиртующими усмешками и многозначительными взглядами, и Кастиэль бы хотел прикоснуться и к этой его части тоже, узнать о нем все, ведь у каждого человека есть секреты, Кастиэль слишком хорошо это знал. Но едва ли он имел право на откровенность и привязанность.       - Мне пора, - сказал Кастиэль, когда на стрелка на часах перевалила за десять. – Завтра утром мне нужно быть в магазине.       - Мне тоже, - согласно кивнул Дин с легким сожалением. – Подвезти тебя? Пешком далеко.       - Нет, спасибо. Я хотел пройтись.       - Ладно. Я позвоню тебе как-нибудь. Ты еще должен мне ужин у Эллен, не забывай, мы договорились.       Снег под ботинками мягко поскрипывал. Улицы были тихими и пустынными, а в окнах домов сияли наряженные рождественские ели. Ветра не было, мороз пощипывал лицо, а в груди Кастиэля при мысли о прошедшем вечере теплилось что-то, чему он пока не мог дать точного названия.       

***

      - Мы должны, - настаивал Самандриэль. – У нас не так много времени.       - Ты правда хочешь?       - Конечно!       Кастиэль сдался и кивнул. Самандриэль с довольным лицом нажал кнопку пуска на ноутбуке, и по всему дому разлились звуки рождественской песни.       Перед ними стояли две небольшие коробки с новогодними украшениями. Самандриэль сказал, что потратил немного заработанных денег и в крупном супермаркете накупил на распродаже шарики, мишуру и пару коробочек с огоньками. Кастиэль был слегка удивлен: Самандриэль был подростком, не маленьким мальчиком, а уже парнем, и в таком возрасте ему не приписывалось носиться по дому с блестящими шарами и вешать их на все поверхности, негромко напевая под нос известные мотивы. Впрочем, Кастиэль ничего не знал о современных подростках и об их поведении, а потому позволил брату увлечь себя, и вскоре дом засиял.       Не хватало главного – ели.       Так что Кастиэль выгреб часть аванса, который выдал ему Эрни за первую неделю глубокого погружения в механизмы работы магазина и, пока Самандриэль не вернулся из кафе, установил дерево с себя ростом в углу гостиной.       То, как блестели от счастья глаза брата, когда он водружал ангела на верхушку, стоило любых затрат.       - Со следующей среды вступаешь на престол, - сказал ему Эрни одним поздним вечером, когда Кастиэль сидел, обложившись бумагами, и изучал отчетность. – Так что готовься морально.       Кастиэль готовился. Приходил в магазин еще до рассвета и девушек, которые стояли за кассой, изучал договоры, поставщиков, законы, отчеты, квитанции и все, что могло ему пригодиться в дальнейшем, и оставался, пока его не выгоняли. Эрни только одобрительно похлопывал его по плечу, показывал фотографии завернутой в розовое одеяльце спящей внучки и мечтал поскорее взять ее под свою опеку, чтобы помочь дочери выйти на работу.       Дин позвонил в пятницу и сказал, что отпросил его на один вечер у Эрни, чтобы поужинать в «Доме у дороги» и отметить начало зимы.       - Первое декабря, чувак, - рассмеялся в трубку Дин. – Эрни сказал, ты слишком ответственный и чуть ли не ночуешь в магазине. Пора бы развеяться.       Кастиэль понял, что скучал по Дину. И, конечно, согласился.       Дин подобрал его у книжного. Он приехал на Импале. Кастиэль, ничего не смыслящий в автомобилях, все равно был впечатлен. Дин содержал эту старую машину в превосходном состоянии, она выглядела совершенно новой и свежей. Внутри, в салоне, пахло кожей, маслом и едва заметно – давно выдохшимся хвойным ароматизатором. Дин вел машину ровно, каждое его движение было отточенным и уверенным, и Кастиэль не мог не любоваться им.       - Пялишься, - укорил его Дин с мягкой усмешкой, не отрывая взгляда от дороги.       - Прости, - без капли сожаления отозвался Кастиэль. – Мне нравится твоя машина. И то, как она подходит тебе.       Губы Дина дрогнули в польщенной улыбке.       В «Доме у дороги» Кастиэль ни разу не был, хоть Самандриэль и работал там почти месяц. Это оказалось кафе на окраине города с довольно просторным залом и многочисленными посетителями. Почти все пили пиво и закусывали бургерами, которые шустро разносила миловидная светловолосая официантка по имени Джо. При знакомстве она смерила Кастиэля откровенно оценивающим взглядом и пошловато подмигнула Дину. Затем Дин представил ему Эллен, женщину, чей внутренний стержень был заметен с первых слов и крепкого рукопожатия.       - Заняла вам столик, мальчики, - сказала Эллен, наливая очередной бокал пива кому-то из посетителей. Она не сидела в кабинете и не перебирала бумаги, а вместе с Джо, которая была ее дочерью, разносила еду и напитки гостям. – Джо принесет вам выпить. Сейчас позову Сэма, пусть поест с вами, ребенок весь вечер на ногах.       Самандриэль явился через пару минут, встрепанный и немного вспотевший, но улыбающийся, и упал за столик, тут же огляделся в поисках Джо с подносом.       - Такой хороший ребенок, - встрепала еще больше его волосы подоспевшая Джо, когда ставила перед ним тарелку. – Наверняка от девчонок отбоев нет. Если бы ты был в моем классе, пока я училась, ты бы мне понравился.       - Ты немногим старше, чтобы звать его ребенком, - поддел ее Дин.       Джо запустила в него горстью картошки и убежала принимать заказ.       Самандриэль не был особо разговорчив: он быстро поужинал и снова убежал работать. Люди все приходили, а Джо не успевала разносить тарелки.       - Он славный парень, - заметил Дин, размеренно попивая пиво. – Эллен постоянно хвалит его. Только ему не говори, это испортит ее образ.       - Не буду, - с улыбкой пообещал Кастиэль. – Ему здесь нравится. Иногда его пускают к кухне приготовить что-нибудь несложное, когда людей немного. Он так радуется, что может зарабатывать. Это была его идея украсить дом, он купил все игрушки.       - Да? – Дин заинтересованно поднял бровь. – Надо позвать его к себе, чтобы он что-то сделал с моим домом. Пора бы, наверно. Он захочет?       - Думаю, да. Ты ему нравишься.       - Приятно знать.       Дин улыбнулся. Его взгляд снова метнулся к губам Кастиэля – это происходило постоянно и так часто, что даже Кастиэль, не привыкший к близкому общению с другими людьми, замечал это. Кастиэля и самого тянуло к нему. Податься навстречу, прижаться к его губам, сжать его плечи. Но они были в общественном месте, вокруг была толпа людей, которая вряд ли была лояльно настроена к целующимся мужчинам.       Их долгий взгляд друг другу в глаза прервал звон разбитого стекла.       - Руки из задницы! – выкрикнул пьяный полный мужчина замершему Самандриэлю. – Пошел отсюда, сопля!       - Простите, - Самандриэль поспешно смахнул салфеткой осколки со стола на пол. – Я все уберу…       - Пацан, ты оглох? Убери свои грабли! – распалялся мужчина. Он подорвался с места и начал поднимать руку для замаха. Самандриэль инстинктивно зажмурился и сжался.       Кастиэль не понял, что произошло. Он оказался у столика в одно мгновение и закрыл собой брата, мрачно глядя на пьяницу, чья внушительная мускулатура, несмотря на лишний вес, могла вогнать в страх. Могла, но не вгоняла. Кастиэль не боялся.       - Тронь его хоть пальцем – и будешь получать пособие по инвалидности до конца жизни, - негромко, но со льдом в голосе сказал Кастиэль.       - А ты кто такой? – рука мужчины застыла в воздухе, а нечеткий взгляд прошелся по лицу Кастиэля. – Пошел отсюда, кусок дерьма, иначе схлопочешь!       - Эй, ребята!       Дин вклинился между ними, когда мужчина успел схватить Кастиэля за рубашку и вновь замахнуться. Дин ловко перехватил кулак бунтаря и протянул ему полный бокал пива, примирительно улыбнулся, мягко оттолкнув назад разъяренного Кастиэля.       - Давайте не будем громить все вокруг, Эллен уже выносила мне предупреждения из-за погромов, - миролюбиво сказал он. – А у нее одно предупреждение – ружье на стене. Заряженное, кстати.       Взгляд мужчины сфокусировался только на алкоголе в руке, и, похоже, остальное моментально перестало его волновать.       - Пусть этот сопляк уберет здесь все, - буркнул он.       - Уберет, - заверил его Дин.       И, ухватив Кастиэля за запястье, потянул его к выходу, пробормотав: «Проветримся, приятель». На улице Дин затащил его за угол, подальше от любопытных глаз, в темную подворотню, где горела только тусклая лампочка над запасным выходом. Холодный воздух и присутствие Дина почти моментально остудили пыл Кастиэля.       - Что на тебя нашло? – усмехнулся Дин, глядя, как дрожит от холода Кастиэль.       - Никто не может причинять ему боль, - хрипло сказал Кастиэль. – Никто. Я убью каждого, кто хоть подумает об этом. Он слишком многое пережил, слишком часто на него поднимали руку, чтобы теперь, когда он начал забывать, какой-то ублюдок избивал его!       - Тише, - Дин вдруг шагнул к нему и прижал к себе в тесном, крепком объятии. – Ты отличный брат, Кас, - сказал приглушенно Дин. – Просто отличный. Я понимаю тебя, поверь мне. И никто не причинит ему боль, мы проследим за этим.       Кастиэль выдохнул и уткнулся носом в плечо Дина. Несмотря на мороз, внутри было тепло. От Дина пахло мылом и кожаным салоном Импалы, от его клетчатой рубашки – стиральным порошком.       - Ах вы педики!       Дин отпустил его и шагнул в сторону. Моментально обожгло холодом. Проход загораживали три внушительные фигуры. Тот самый бунтарь с пивом и двое других мужчин, которые сидели вместе с ним за столиком.       Один из них, с татуировкой дракона на шее, брезгливо сплюнул на снег и с отвращением процедил:       - Он мне сразу не понравился, Мэтт, слишком смазливый.       Мэтт, зачинщик конфликта, сжал кулаки и шагнул вперед.       - Сейчас мы покажем этим пидорам!       - Или пидоры покажут вам, - услышал Кастиэль дерзость со стороны Дина.       Но едва ли понял смысл слов. Ярость вернулась с новой силой. Противников было трое, а способностей Дина постоять за себя Кастиэль не знал, но вполне был уверен в своих силах. От косящего удара Мэтта он увернулся и костяшками ударил его в гортань. Пока тот с выпученными глазами хапал ртом воздух, держась за горло, Кастиэль ударил татуированного парня в челюсть, сбивая костяшки. Краем глаза он увидел резкое движение – это Дин повалил лицом в снег третьего мужчину. Он отвлекся буквально на мгновение, а парень с тату с широкого размаха ударил его в лицо.       Кастиэля отшатнуло назад. Но он запретил себе думать о боли и только сплюнул скопившуюся во рту кровь, рванул вперед. Татуированный явно не ожидал такой прыти и пропустил удар в солнечное сплетение, пинок в пах и оглушающий шлепок по обоим ушам.       Все трое лежали в снегу и пытались подняться на ноги, а когда им это удалось, сыпя проклятьями и ругательствами, скрылись из вида.       Кастиэль обернулся. Дин зачарованно смотрел на него огромными глазами. На его скуле уже расцветал лиловый синяк, а на виске виднелась тонкая подсохшая царапина.       - Это было… - медленно выдохнул Дин с облачком пара. – Охренеть как горячо.       Адреналин все еще бушевал в крови, когда Кастиэль толкнул его к кирпичной стене и сделал то, о чем думал последний месяц: вжался в него всем телом и поцеловал. Дин несдержанно простонал ему в рот и моментально обвил руками его плечи. Губы Кастиэля обожгло болью, а в поцелуе появился привкус крови, когда Дин прикусил его и без того разбитую нижнюю губу и тут же куда мягче засосал ее, словно прося прощения.       Бедра сами толкнулись навстречу в поисках трения, но у Дина в джинсах тоже было крайне тесно. Кастиэль с трудом просунул руку между их телами и сжал его ширинку. Дин выстонал что-то неприличное и опустил руки на его ягодицы, притерся твердым членом к промежности Кастиэля и хрипло выдохнул.       - Блять, блять, - сорванно прошептал он, разрывая поцелуй. – Мы не можем трахнуться в подворотне на морозе, Кас, блять…       Смысл его слов дошел до затуманенного возбуждением разума, и Кастиэль с величайшим трудом заставил себя оторваться от его тела и отодвинуться. Дин, тяжело дыша, поправил задранную рубашку, и Кастиэль удивился тому, когда это он только успел.       - Выебать бы тебя, - мечтательно протянул Дин, откинувшись затылком на стену, и словно невзначай коснулся выпуклости на своих джинсах, пробежался пальцами по ширинке. – Думаю об этом каждую ночь.       Кастиэль словно со стороны услышал звук, похожий на рычание, который вырвался из его рта. Дин развязно ухмыльнулся, но успел сделать шаг в сторону, и теперь Кастиэль оказался прижат спиной к стене. Дин запустил пальцы в его волосы и потянул назад, тут же укусил в подставленную шею, а второй рукой закинул ногу Кастиэля на свои бедра и толкнулся вперед, так, что между их телами не осталось и миллиметра свободного пространства.       - Выебать бы, - возбужденно повторил он, когда Кастиэль умоляюще простонал что-то невразумительное. – Смотрю на тебя и только об этом могу думать. Хочу тебя, блять, Кас, охренеть как хочу…       Кастиэль обхватил его лицо и притянул к себе для поцелуя. Жаркого, нетерпеливого, требовательного. И он целовал бы и дальше, если бы не почувствовал ледяной ветер на своем лице.       Старик стоял прямо за спиной вопросительно смотрящего на него Дина. Кровь текла из раны на лбу, сливалась в тонкие темные струйки на виске и по глазу, капала с подбородка на вытоптанный снег. А почти черные глаза смотрели с ненавистью, отвращением. Кастиэль почти слышал, как скрежетали его зубы, словно крошились в пыль от омерзения.       - Гниль, - выдохнул старик с новой волной холодного воздуха. – Твоя душа сгнила, мой мальчик…       Дин вдруг обернулся. Но, конечно, сзади никого не было.       - Чертов ветер, - бросил Дин. – Послышалось.       - Что ты слышал? – севшим голосом спросил у него Кастиэль. Возбуждения как не бывало.       - Не разобрал, наверно, кто-то вышел на улицу.       Дверь запасного выхода вдруг открылась в нескольких метрах от них, и оттуда выглянула Эллен и выставила пакет с мусором. Наткнувшись взглядом на них, она недовольно поджала губы.       - Даже не хочу спрашивать, что с вашими лицами, - строго сказала она. – Заходите внутрь, голубки. Сэм ищет вас.       И она исчезла в темном проходе коридора. Дин взял руку Кастиэля в свою, переплетя их пальцы, и потянул в тепло за собой.       - Она знает о тебе? – шепотом спросил Кастиэль, пока они не вышли к людям.       - Ей плевать, с кем я сплю, пока я не доставляю ей проблем, - так же тихо ответил Дин.       Дин вывел его к кухне, и перед тем, как войти, оставил на губах Кастиэля легкий поцелуй, не такой, как еще минуту назад, скорее, означающий, что все в силе, что они вместе, и улыбнулся. Кастиэль благодарно сжал его ладонь и тут же опустил.       Самандриэль метался по кухне под недовольными взглядами двух занятых готовкой поваров и, стоило ему увидеть Кастиэля, вцепился в него крепкими объятиями.       - Я думал, что-то случилось, - дрожащим голосом прошептал он. – Я видел, как они втроем вышли следом за вами, но на улице никого не было, я увидел только, как один из них за рулем выезжает с парковки. Я думал, они…       - Все хорошо, - покачал головой Кастиэль и посмотрел брату в глаза. – Все в порядке. Они больше не тронут тебя.       Самандриэль покосился на его разбитые губы, стрельнул взглядом в подпирающего плечом холодильник Дина, который где-то раздобыл бутылку пива и теперь неторопливо прихлебывал из нее, и вздохнул.       - Сэм, иди домой, - сказала вернувшаяся из зала с полным подносом грязной посуды Эллен. – Мы здесь справимся. Нет, - тут же она обрубила попытку возражения. – Я сказала: иди домой и выспись. Завтра придешь пораньше и отработаешь.       - Я отвезу вас, - вклинился Дин и выбросил пустую бутылку в урну. – Поехали.       В машине все молчали. Самандриэль сидел на заднем сидении, прижавшись виском к стеклу, и равнодушно смотрел на проплывающие мимо фонари. Дин поглядывал на него в зеркало заднего вида, но ничего не говорил. А Кастиэль думал о том, что отец, являющийся ему в галлюцинациях, раньше никогда не приходил, когда Кастиэль был не один.       У дома Самандриэль сразу же вышел из машины и скрылся внутри.       - Ну, - сказал Дин и встал перед Кастиэлем на дорожке перед домом. – Надеюсь, он в порядке.       - Он будет, - заверил его Кастиэль.       - Что ты имел в виду, когда сказал, что он пережил многое? – спросил Дин. – В смысле, не отвечай, если не хочешь. Просто ты никогда не говорил о том, почему вы сюда переехали. Или о своем прошлом.       - Как и ты, - слабо улыбнулся ему Кастиэль. – Почему ты вернулся в Лоуренс после двадцатилетнего отсутствия?       Дин рассмеялся.       - Это чертовски долгая история, - сказал он. – Держу пари, твоя тоже.       - Расскажешь, когда будешь готов. Я не тороплю тебя.       - Вряд ли ты поймешь, - облизнул губы Дин, глядя куда-то в сторону. Но почти сразу вскинулся и вновь улыбнулся. – А теперь поцелуй меня на прощание, чтобы я не думал, что все произошедшее мне приснилось в очередном порно-сне с твоим участием.       Кастиэль мельком огляделся по сторонам и, убедившись, что улица пуста, а в окнах соседних домов не горит свет, поцеловал Дина. Тот моментально обвил руки вокруг его талии и издал звук, до боли похожий на мурчание огромного кота. Кастиэль невольно рассмеялся.       - Что? – с улыбкой спросил Дин. – Мне нравится целовать тебя.       - Ты тоже нравишься мне, Дин, - искренне сказал Кастиэль. – Очень.       - И в переулке ты просто разнес их, - ладони Дина плавно скользнули к ягодицам Кастиэля, но тут же поднялись выше, избегая провокации. – Где ты этому научился, ниндзя?       - Еще одна тайна прошлого, - улыбнулся Кастиэль. – Уходи, Дин, иначе я потащу тебя в спальню.       - Фу, твой маленький брат спит через стенку, - скривился Дин. – Но помни, что ты всегда можешь остаться у меня. Мой брат давно свалил, так что можно особо не сдерживаться.       - Хорошо. Но не сегодня.       - Не сегодня, - согласно кивнул Дин.       Напоследок Кастиэль снова поцеловал его, не в силах удержать себя от этой маленькой прихоти, а Дин, сияя счастливой улыбкой, погладил его по щеке. Кастиэль помахал ему вслед, когда он выезжал на дорогу, и пошел в дом, когда Импала скрылась за поворотом.       - Отвратительный, грязный мальчишка, - дыхнуло ему вслед холодом. – Господь покарает твою душу!       Кастиэль ощутил, как кто-то схватил его за плечо и толкнул вперед. Он едва поймал равновесие и удержался на ногах. Резко развернулся. Отец стоял прям там, кривил губы и плевался, глядя на него.       - Ты только мой, - прошипел он. – Грешный, грязный, мой мальчик.       И тут же исчез, растворился в воздухе. Кастиэль рвано выдохнул сквозь зубы и вцепился пальцами в красную нитку.       - Все хорошо, - повторял он как мантру сам себе, пока не успокоился достаточно, чтобы войти в дом и проведать Самандриэля. – Это ветер. Ветер и воображение. Все хорошо.