Словно в рождественской сказке

- Блин, я даже не знаю. - У нас есть еще одна бутылка шампанского, - с энтузиазмом сказал художник. - Нет уж, меня еще от тех двух бокалов не отпустило. - Тогда... слушай, может опробуешь свой подарок? - Точно! Они перебрались в комнату Ларри, захватив с собой инструмент. Для большего уюта, они зажгли свечи, от которых исходило слегка уловимое тепло. Устроившись на полу друг напротив друга, Сал начал думать над тем, что бы ему сыграть. Его выбор пал на "Sweater Weather". С осторожностью он начал перебирать струны, боясь навредить новой гитаре. И вот из его уст полились слова, - All I am, Я всего лишь Is a man, Человек, I want the world, Хочу весь мир, In my hands. В свои руки. I hate the beach, Я ненавижу пляжи, But I stand, Но стою на одном из них, In California with my toes in the sand. В Калифорнии, с песком в пальцах ног. Use the sleeves of my sweater, Согрейся в рукавах моего свитера, Let’s have an adventure. Давай оторвемся. Head in the clouds, Витаем в облаках, But my gravity’s centered. Но я сосредоточен. Touch my neck, Прикоснись к моей шее, And I’ll touch yours, А я прикоснусь к твоей, You in those little high waisted shorts. Ты в своих шортах с высокой талией. She knows what I think about, Она знает о чем я думаю, And What I think about, И все о чем я думаю, это: One love. Two mouths. Одна любовь. Наши уста. One love. One house. Одна любовь. Один дом. No Shirt. No Blouse. Без футболки. Без блузки. Just us. You find out. Только мы. Ты поймешь. Nothing that we don’t want to tell you about, No. Что нам нечего скрывать. Нечего. Cause it’s too cold, for you here, Слишком холодно, здесь для тебя, And now so let me hold both your hands in, Позволь мне согреть твои руки The holes of my sweater. В рукавах моего свитера. С замиранием сердца металлист наблюдал за другом. За его руками, что умело передергивали струны в правильной последовательности, создавая приятную мелодию. За его лицом с закрытыми глазами, что иногда изменяло свое выражение на некоторых моментах в песне. За его губами, которые блестели и так манили Джонсона. Он с упоением готов слушать пение голубоглазого, его голос такой завораживающий и опьяняющий, с легкой хрипотой, которая придавала ему изюминку, навсегда засел в голове шатена. Слова песни, которые пробуждали толпы мурашек на теле. Фишер, который похитил сердце темноволосого. Закончив петь, Салли поднял взгляд на друга, который до сих пор просто молча сидел и смотрел на губы протезника. Просидев с минуту, гитарист осмелился спросить у темноволосого, - Все в порядке? - положив свою ладонь на руку, которая лежала у него на ноге, спросил он. - Почему именно эта песня? - подал признаки жизни Лар. - Я...я не знаю. А ведь действительно, почему он выбрал именно ее, чтобы спеть? Почему именно ее он выбрал, чтобы спеть Ларри? Что происходит между ними? Что он чувствует к нему? - Мне кажется, я запутался, Лар..., - ответил он, опуская взгляд на свою руку, которая ходила по ладони металлиста, словно человечек. Почувствовав прикосновения на своей руке, глаза Ларри опускает свое внимание на нее. Действия Сала вызвали у него умиление. Но сам того не ожидая, он обхватывает его ладонь, переплетая пальцы. Одновременно подняв головы, их взгляды пресекаются. Каждый увидел в глаза друг друга, того, кем и ради кого они живут. -Знаешь, Салли-Кромсили, а я ведь люблю тебя... Глаза голубоволосого увеличились в удивлении. Встал ком в горле. А язык, словно проглочен. Сердце ушло в пятки, участив ритм. Мысли заполнили разум: Что? Но как? Наверное, это сон. Я не могу поверить в это. Он правда любит меня. Я никогда не получал признаний в свою сторону, а сейчас еще и взаимно...все-таки сон, сейчас я проснусь на счет три. Раз... два... - Сал, я пойму если ты не примешь мои чувства, но... Продолжения голубоглазый ждать не стал, и просто набравшись смелости заткнул рот друга, а может уже и не друга, поцелуем. Был он вовсе не долгим, но таким чувственным и запоминающимся. Отстранившись, Фишер не мог поднять глаза на друга, поэтому сидел и залипал на сплетенные в замке руки. - Что...что это было? - спросил, опомнившись, Ларри. - Ответ на твое признание. - То есть? - Кажется, я тоже тебя люблю..., - пересилив себя, с улыбкой Салли посмотрел на возлюбленного. Металлист молча притянул к себе парня в объятия, крепко обхватив за талию. Он в очередной раз наслаждался запахом его волос, которые до сих пор пахли корицей. Гитарист же прижался ухом к груди и слушал отчетливое сердцебиение шатена. Еще десять минут они просидели в обнимку, пока Лар не задал вопрос, - Хочешь посмотреть фильм? - Хочу) Чмокнув художника в нос, они начали выбирать то, что будут смотреть. Выбор пал на какую-то мелодраму-комедию, ведь обоим хотелось чего-то спокойного, после всего произошедшего. *** Сорок минут фильма позади, из которых только минут пятнадцать парни посмотрели. Джонсон успел опустить свои руки на бедра Сала, что поглаживали их. Все было спокойно ровно до того момента, пока в фильме не началась постельная сцена. Хоть обоих очень смущало это, но они продолжали смотреть его, по-немногу возбуждаясь. Пошлый стон вырвался из уст главной героини. Смутившись еще больше, протезник посмотрел на друга, который тоже посмотрел на него. Раз - искра..., два - буря..., три - Безумие. Уже не сдерживая своего желания, Салли забирается на колени парня. Тот в свою очередь завлекает его, в поцелуй. Горячие языки отправились в страстный танец, изучая друг друга, сплетаясь между собой, словно боясь потерять друг друга. Ладони голубоволосого легли на щеки партнера, медленно перебрались в волосы и начали массировать кожу головы. Руки Ларри опустились на упругие ягодицы мальчишки, сжимая их так, что изо рта второго вылетали едва уловимые стоны. - Мх-м..., Джонсон, м-м, ты не забыл, ах, про мое желание? - Нет - Пришло, мх, время его, а-ах, исполнить, м-м - И что же ты хочешь? - ...сделай так, чтобы эту ночь я запомнил на всю жизнь..., - прошептал он на ухо слегка хриплым голосом от удовольствия, вызывая у Джонсона прилив возбуждения. Положив протезника на диван, он прильнул к его шее. Как давно он мечтал прикоснуться к ней своими губами, усыпая поцелуями. Раскаленный язык прошелся от кадыка к подбородку, из-за чего Фишер таял словно кусочек масла на сковороде, оставляя влажный след за собой. На коже стали появляться багровые пятна, отлично контрастирующие с молочной кожей, будто распустившиеся розы на белом снегу. Художнику стало не хватать места и он снимает с парнишки такое ненужное сейчас худи. Перед ним открывается вид на худощавое, изящное и утонченное тело. Выпирающие ключицы, впалый живот, розовые соски и целое поле для творчества шатена. Спустившись к ключицам, он опалил ее своим горячим дыханием, чем вызвал тихий стон над ухом. Постепенно, оставляя пятна красок на своем холсте, Джонсон добрался до сосков. Облизнувшись, он начал посасывать их, заставляя Сала извиваться под ним. Он игрался с ними языком, обводя их, покусывал, из-за чего в скором времени они набухли и приобрели алый оттенок. Закончив с ними, он спустился к низу живота проводя от него к ребрам дорожку из поцелуев. Подняв свой взгляд на друга, он заметил, что тот уже неимоверно возбужден. Не став тянуть, Лар спустился к паху друга, начал зубами расстегивать ширинку. Почувствовав, как облегающие джинсы не сжимают его набухший член, голубоглазый с облегчением выдыхает со звуком. Полностью сняв джинсы, рука металлиста легла на половой орган друга, начиная поглаживать его через боксерки. - Мхм-м...Ларри... Он заткнул его поцелуем, чем воспользовался гитарист и перевернул его, садясь на его пах и ерзая на нем. - Ну уж нет, сегодня ты не останешься без моего внимания, - усмехнулся Фишер, спускаясь губами к шее. Оставив несколько пятен на его теле, он не стал мучить старшего и спустился на пол, устроившись между его ног. Джонсон понял на что намекает голубоволосый. Откинувшись на спинку дивана, он начал наблюдать за его действиями. Салли отстегнул пуговицу на джинсах, "нечаянно" задевая достоинство друга. Медленно расстегнул молнию, как бы мучая темноволосого. Опустил штаны. Прильнув лицом, ртом он начал стягивать боксерки, специально дыша на пах горячим воздухом, что вызывало довольные выдохи сидящего. Стянув трусы, перед собой протезник увидел большой член друга. Обхватив его рукой он провел, растирая по нему сочившуюся смазку. Сдержанный стон пронесся над головой младшего. Облизнувшись, Сал взял головку члена в рот, посасывая ее. Языком он выводил различные узоры, не пропуская ни единой венки. Взял глубже, медленно он стал брать все больше приближаясь к основанию, получая в благодарность, стоны, что возбуждали Фишера. Рука Джонсона непроизвольно потянулась к голубым волосам и накрутила их на кулак, насаживая мальчишку еще больше, чем вызвал рвотные позывы у него. Чувствуя, что вот-вот кончит, Ларри отстраняется от голубоглазого. Поставив его раком, он сказал, - Принцесс, сейчас просто расслабься и потерпи. - Угу. Облизав свои пальцы, он приставил их, к колечку мышц. Первый палец. Неприятное мычание снизу. - Тщ-щ, потерпи, - успокаивал его старший. Второй палец. Стон полный боли. Чтобы отвлечь мальчишку, художник целовал его плечи, спину, руки, продолжая растягивать. Третий палец. Слезы прыснули из глаз, вскрик, просящий о помощи. - Тихо-тихо, все хорошо, расслабься, - гладил он друга. Привыкнув, Сал начал сам насаживаться на пальцы, желая большего. Но пришлось их вытащить, из-за чего послышался стон разочарования. Но ощутив головку члена, вошедшую в него, он вскрикивает, - АХ! Ларри! - Расслабься, знай, я люблю тебя и не хочу тебе навредить. Слова, словно песня для ушей, эхом разносились в голове Салли, отвлекая от боли. Джонсон стал медленно входить. Узкие стенки сдавливали член шатена, что вызывало хриплое рычание с его стороны. Еще один толчок и пошлый стон разносится по всей комнате. Вот она. Простата. - Лар, сделай еще раз так, - простонал он. Продолжив двигаться под этим углом, металлист наслаждался сладкими стонами и вскриками, что как капель для его ушей. Темп начал ускорятся, голос гитариста уже сорван, оба на пределе. Решив помочь другу, он взял его член, двигая рукой в так своим движениям. Пара минут, и парни кончают со стоном удовлетворения. Лишенные сил, они улеглись на диван и укрылись тем самым старым пледом. Огни гирлянд освещающие комнаты, блестели в их глазах. Теплые улыбки на лицах обоих. Теплые объятия. Лучшая ночь в их жизни. Одна любовь на двоих. Забавно вышло, ни один не догадывался, что так произойдет. Ни один не мог подумать, что по уши влюбится в своего друга. Ни один из них не мог представить, что их чувства взаимны. Ни один из них не знал, что станут всем друг для друга. Рождество - по-настоящему волшебный праздник. Все твои мечты рано или поздно сбываются. Все происходит словно в рождественской сказке