вместе будем счастливы

— что дальше будешь делать с этим? – Хёк облокачивается на спинку кухонного стула, всё ещё находясь у Джисона дома. он, как и любой верный друг, в произошедшей ситуации просто не смог оставить младшего одного в квартире без защиты. проведя достаточно спокойную ночь на диване, они вновь встречаются за обеденным столом. — не знаю, постараюсь смириться, — Пак опускает голову, смотря на свою тарелку с завтраком. аппетита, конечно, нет, потому он просто ковыряется ложкой в упавшем кусочке панкейка, так и не взяв в рот ни крошки. — Джисон-и, мы всегда будем на твоей стороне, хорошо? я правда сделаю всё возможное, чтобы защитить тебя, — сердце Хэчана трескается, когда тот видит настолько поникшего друга. — спасибо, — младший оставляет завтрак нетронутым и вместе с Ли выходит из квартиры. они спускаются вместе и буквально на следующем повороте разделяются. Хёк мягко треплет Пака по волосам, ещё раз напомнив о том, что он готов приехать в любое время, а после уходит в выученном направлении к метро. сам Джисон натягивает капюшон черной толстовки и идёт в сторону кофейни, в которую частенько заходит, выбираясь куда-то.

***

там как и в любой другой день, приятно пахнет кофейными зернами, по вкусу напоминающими горький шоколад с орехами. солнечный свет падает на круглые лакированные столики, позволяя отключить лампы в зале. Пак открывает дверь, впуская себя. — ты?! – вскрикивает какая-то девушка, на что Джисон обращает своё внимание и поворачивает голову. – точно ты! как у тебя смелости хватило из дома выйти, мудак? тебе за содеянное совсем не стыдно? – незнакомка указывает на него пальцем, кривя лицо. парень лишь окидывает её коротким взглядом: белый топ, юбка-гофре, пиджак в клетку. – урод, — обрывает она и вылетает из кофейни с бумажным стаканчиком в руках. Пак всё ещё не может понять, что происходит вокруг него, ведь он по сути ни в чем не виноват, но все так и норовят обвинить его, не разобравшись в ситуации. потому он опускает голову и шагает до барной стойки. — один большой капучино с сиропом «бабл гам», здесь, — он не поднимает глаз даже на бариста, предпочитая перебирать в руках мобильный телефон. — знаешь её? – парень, работающий здесь быстро разбирается с кассовым аппаратом и подаёт голос. Джисон подносит телефон, используя бесконтактную оплату. — нет, — тихо отвечает, заталкивая смартфон в карман худи. — а она тебя? – незнакомец снимает большую чашку с машины, принимаясь за варку. — видимо да… — Пак вздыхает, решаясь всё же поднять голову. он замечает перед собой парня с удивительно большими круглыми глазами. он отходит от кассы, присаживаясь на высокий стул рядом. — что-то натворил? – бариста быстро поднимает взгляд, оставляя краткую улыбку. — в том-то и дело, что ничего, — парень разглядывает лицо напротив, примечая нестандартную для местных парней внешность. – какая-то личность решила просто придумать лживые факты про меня и распространить. — оу, — незнакомец заканчивает с напитком, пододвигая его к Джисону. – так ты у нас популярная личность? — стример на твиче, — Пак как-то сдавленно улыбается, приземляясь щекой на подбородок. — вот оно как. я, кстати, Вон Юкхэй, — бариста протягивает руку, встречаясь с озадаченным взглядом. — Пак Джисон, — тихо отвечает тот, задевая ладонь холодными пальцами, но всё же пожимает её. – ты ведь не кореец, да? — а? – парень обводит глазами помещение по периметру и вздыхает. – да, я из Китая. — так и думал, — бормочет Пак, кивая и возвращаясь к своему напитку. — как ты понял? – Вон начинает копошиться по ту сторону стойки. — а, ну… — Пак впервые встречается с кем-то, кто даже не знал бы его истории. просто новый знакомый, заведенный буквально за две минуты. может ли он рассказать ему? будет ли Чэнлэ не против, что он назовёт его так? – мой парень тоже китаец. — почему так грустно говоришь? – Юкхэй хлопает длинными черными ресницами. – вы поссорились? — что? нет, нет, всё в порядке, — Джисон взволнованно трясет ладонями. – просто, после этого случая мне как-то страшно разговаривать с ним. и я просто…. скучаю? — почему не позвонишь ему? – бариста растирает крошечную капельку на стенке питчера, наклонив голову вбок. – я не знаю, кто твой парень, но я думаю, что он не осудит тебя. тем более, если ты скучаешь по нему. просто позвони и скажи это, он хотя бы будет знать о том, что ты всё ещё думаешь о нём. — знаешь, ты прав, — парень быстро опустошает чашку, вытаскивая телефон и быстро стучит большим пальцем по экрану. — знаю, — довольно хмыкает Вон, забрав грязную посуду.

***

Пак берёт в той кофейне какие-то маффины, чтобы нести с собой было удобно, возвращается в пустую квартиру, в которой оказывается невероятно душно и жарко из-за солнца, которое только и делает, что светит в окна. он берёт рюкзак и заталкивает туда приставку, берет чипсы из шкафчика на кухне, а после поверх укладывает сладости и зарядку от телефона. собранный, он мнется в коридоре, ожидая приезда заказанного ранее такси. уже в машине он набирает Чжона, взволнованно поднеся трубку к уху. — алло, да? — голос Чэнлэ звучит как обычно, что неким образом расслабляет парня. — привет, Чонло, я тут спросить хотел… я могу приехать к тебе? я скучаю. с-сильно, — Джисон вздрагивает на последнем слове, волнуясь о возможной реакции на другой стороне. — конечно, — Чжон смотрит на монитор, где прямо сейчас запущена его трансляция, а на другом мигали результаты очередного матча, который завершился пару секунд назад. он довольно улыбается, ведь временно отключил камеру и микрофон, чтобы спокойно разговаривать. — конечно, я буду ждать тебя. он, кажется, вот-вот запищал бы от радости, но вместо этого делает короткий вдох и шепчет «жди», отключая телефон и убирая его в карман. до места Джисон добирается быстро, даже несмотря на все возможные пробки и светофоры, которые так часто встречаются между центром и окраиной. он благополучно выходит, не забывая поблагодарить за хорошую поездку, и вновь встречается с удивительной многоэтажкой. он широкими шагами достигает калитки, а после и входной двери. — ну что же, похоже, нам придется завершить сегодняшнюю трансляцию так скоро. увидимся позже, пока! – Чжон взмахивает рукой, стягивает наушники и быстро семенит к двери, к которой в скором времени должен был подойти Пак. его сердце, кажется, совершенно не на месте, быстро бьется, взволнованное долгожданной встречей. вчерашний день, кажется, тянулся бесконечно долго. Джисон кажется ему сейчас невероятно красивым, его глаза всё ещё покрасневшие, а нижняя губа искусана из-за постоянного волнения. они закрывают дверь, а рюкзак парень оставляет на пуфике в прихожей. Чжон ласково берёт его за руку и без лишних слов притягивает к себе, утыкаясь носом с длинной шее. ладони находят место на талии, прижав ткань толстовки к телу Пака. Чэнлэ ждал этого слишком много, его сердце слишком сильно бьется сейчас. Пак, совершенно такой же: взволнованный и нуждающийся. потому сразу же огибает чжоновские плечи. и им даже ничего не нужно сейчас, только лежать на заправленной кровати Чэнлэ в объятиях друг друга под песни малоизвестных западных исполнителей. из окна легко веет прохладой, а приглушенный солнечный свет из-за темных занавесок кажется совсем не раздражительным. рюкзак, полный еды, а также ожидающая в холодильнике газировка благополучно забыты парнями. Пак подаётся вперёд, завороженный тихим дыханием. Чжон смотрит на него сквозь трепещущие ресницы, его зрачки медленно скользят ниже, застывая на той самой искусанной нижней губе. рука непроизвольно тянется к подбородку, мягко обхватывая самый кончик. Чэнлэ тянется ближе, размыкая свои губы, а после целует. так мягко, так нежно, словно там застыла клубничная сахарная вата, которая вот-вот раствориться, стоит только коснуться её. но Джисон мог бы поспорить о том, кто из них слаще, ведь то, что он сейчас чувствует, он не сможет передать словами. они полностью поглощены любовью, отдаваясь ей в совершенстве, без остатка. и только рядом друг с другом они чувствуют себя по-настоящему счастливыми, искренне живыми и настоящими.