Aurum

Вечерело, Мод заканчивала работу в таверне и готовилась передать свои обязанности своей напарнице Элим, когда дверь в таверну с грохотом распахнулась и внутрь влетел растрепанный юноша. Он обвел взглядом помещение и найдя нужного ему человека заговорил. - Мод!.. - начал он, но слова потерялись в глубоком вдохе. Бедняга так спешил, что добравшись до места не мог нормально отдышаться. - там.. это самое.. Там твой сын. Помирает! Женщина почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног, но взяв себя в руки, она подхватила свои юбки и побежала через всю деревню к своему дому. Забежав в дом, она тотчас же отправилась в кабинет к мужу. Там на столе лежал её сын. С его лица сошла краска, грудь еле вздымалась и жизнь потихоньку покидала его. Над сыном склонился Эдрик и пытался напоить того каким-то отваром. Мод подбежала к сыну и сжала его руку. По щекам ее струились слезы. - Спаси его дорогой! Спаси нашего мальчика! Но ничего не помогало, как Эдрик не старался ничего не могло помочь против яда Серкетса. Всё что ему оставалось, это ждать и надеяться на чудо. В комнату вошел Элиас, а за ним проскользнула малышка Доротея. Они подошли ближе к умирающему брату. У каждого на душе было неспокойно. Элиас корил себя за то, что не смог защитить его. А Дора, что ничем не может помочь старшим. Но тут ей на ум пришла одна идея. Она вспомнила, как отбросила от себя монстра и подумала, что раз она смогла такое, то вылечить брата она точно сможет. Она несмелыми шажками подошла ближе к телу Хьюго и положила ладошку ему на грудь. Она закрыла глаза и представила, как яд уходит и её братцу постепенно становиться лучше. Когда ее глаза распахнулись, они вновь зажглись тем странным золотым светом, но тут же погасли. И в эту же секунду, Хьюго вздохнул полной грудью. Щеки его порозовели и дыхание его стало спокойнее. Взрослые с шоком уставились на девочку. Все, кроме Элиаса. Он уже понял, что его сестренка - очень необычная девочка и поэтому он присел на корточки и сказал: - Дора, сестричка. Ты молодец, - погладил он её по светлой макушке, - иди к себе и поспи. День был тяжелый, ты верно утомилась. Давай, не волнуйся. С Хью всё будет хорошо. Он улыбнулся ей прекращая поглаживать маленькую головку. Девочка посмотрела сначала на брата, затем на отца и мать. Те кивнули, мол, да, правильно, иди отдыхай. И девочка улыбнувшись и поцеловав Хьюго в ладошку, убежала в свою комнату. Родители переглянулись и вопросительно уставились на старшего сына. Тот вздохнув, посмотрел на лежащего на столе брата сказал: - Не здесь. Пусть отдохнет. И они тихо покинули комнату. Они спустились вниз, на кухню. Когда все трое сели за стол, Эдрик взял слово первым. - Сын, расскажи нам с твоей матерью, что произошло. Не утаивай ничего и говори прямо. - Я и не хотел ничего утаивать, - сказал мальчик, - когда мы возвращались из лесу, навстречу нам выбежали двое мальчишек чуть старше нас, а за ними эта тварь… Она напала на нас, ранила Хью и отбросила меня. Когда я уже собирался вскочить, чтобы защитить Дору, я увидел, как она отбросила эту дрянь от себя лишь взмахнув руками. И её глаза. Они так светились. Словно расплавленное золото. Ярко, ярко. Но совсем недолго. Я тогда подумал, что может мне показалось, но сейчас убедился, что... Мальчик запнулся и испуганно воззрился на родителей. Мод со страхом в глазах взирала на сына, а Эдрик мрачно насупил брови. - Ты прав, сын. И нечего бояться. Это наш дом и наши секреты не выйдут за его порог, - сказал он, - из всего, что ты поведал мне и из того что я видел своими глазами, я с согу сделать лишь один вывод... наша Дора владеет магией. Мод схватилась за сердце. Из глаз ее полились слезы. Ведь она понимала чем это может обернуться для них. В Камелоте к магии относились настороженно. Несмотря на то, что при дворе короля Артура был свой собственный придворный маг, люди всё ещё боялись этого искусства. Ведь оно отличала волшебником от простых людей, делало их могущественнее и сильнее. Люди же по своей природе существа очень боязливые, всё что находится за гранью их понимания пугает их, а из страха рождается ненависть. Мод не хотела, чтобы её маленькая дочь была изгоем, гонимым отовсюду. И набрав в грудь побольше воздуха решительно произнесла: - Никто не должен знать об этом. Во благо твоей сестры Элиас, ты должен молчать. Она переглянулась с мужем и тот взял её за руку в выражении поддержки. - Это мудрое решение дорогая. Я согласен с тобой, - сказал Эдрик, - когда Хьюго придёт в себя и я буду уверен, что с ним всё в порядке, мы с Элиасом отправимся в город под видом деловой поездки, - Элиас вопросительно посмотрел на отца, - я прекрасно осознаю, что вечно скрывать её дар нам не под силу, но мы можем найти того, кто научит её контролю. Так нам всем будет спокойнее и безопаснее. А сейчас я предлагаю нам всем ложиться. День был тяжелый, нам всем нужен отдых. На том и решили. Элиас пожелав родителям спокойной ночи, отправился в свою комнату и ещё долго не мог уснуть, смотря на пустую кровать брата. Но через пару часов усталость взяла вверх и мальчик забылся беспокойным сном. Мод погасив огонь в ночнике, устало вздохнула и посмотрела на мужа. - Мы знали, что это должно случиться. Но я надеялась, что не так скоро. - Я понимаю, милая, - ответил Эдрик и обнял жену, - но ничего не поделать. Завтра я решу все вопросы и при первой же возможности отправлюсь в Камелот. - В Камелот? - удивленно произнесла женщина, - но зачем? Эдрик посмотрел в окно на ночное небо. Оно было сплошь покрыто тёмными тучами, скрывающими звёзды и луну. Оно было таким же мрачным, как и мысли терзающие лекаря. - Я думаю время пришло, - спустя минуту ответил он, - пришел час навестить моего брата. Ночь тиха и полна ужасов. В доме на окраине деревни потух свет, но его обитатели еще долго не могли заснуть. Каждый думал о своем. За окном шумел ветер. Лес погрузился в темень из которой изредка доносились крики ночных обитателей чащи, а также, где-то далеко в его глубине, рёв невиданных чудовищ. В то же время, во многих десятках километрах от деревни, за лесом и бескрайними полями, в одной из комнат величественного замка от неясного и довольно необычного сна проснулся молодой мужчина. Он огляделся вокруг, почесал свой затылок и решив, что всё потом, лёг обратно и снова заснул.