Интернат

Александр внёс Ярослава на руках на второй этаж - из больницы они уехали в больничной пижаме и тапочках. Он прислонил Ярослава к стене в подъезде, а сам стал открывать дверь. Обернувшись, он подхватил младшего на руки и внёс того в квартиру. — Сашк, мы как новобрачные прям, ты меня через порог на руках переносишь, — тихо пробормотал Ярослав, пристраивая голову на плечо Казьмина. Александр поцеловал того в волосы, ставя его на пол и закрывая входную дверь. Щёлкнул выключатель и Саша, не в силах больше сдерживаться, притянул к себе и впился губами в губы Ярослава. — Прости, я просто очень соскучился. — поцелуи Александра покрывали губы, щеки и волосы парня. — Саш, я тоже безумно по тебе соскучился, но мне очень нужно, — он показал пальцем на санузел — туда. Александр смутился. Пробормотав «Да, конечно», и пропустив Ярослава в уборную, сам отправился в спальню. На кровати он нашёл фотографию, выпавшую из дневника. Он вернул её обратно в тетрадь, не особо заморачиваясь, где она лежала. Снял пуловер. Расстелил кровать, потом, секунду подумав, сменил постельное белье на свежее, хрустящее после стирки. Прислушавшись и не услышав звука льющейся воды, Александр бросился в ванную. Дверь была только прикрыта. — Ты чего не в душе? — Александр смотрел на Ярослава, который стоял напротив зеркала и рассматривал себя в отражении. — Саш, я тебе нужен? — вопросом на вопрос ответил парень. Вопрос Ярослава заставил Александра подойти ближе. — Очень, Ярик. — Александр приобнял младшего и притянул того к себе, утыкаясь носом в волосы. — Ты даже не представляешь, как ты мне нужен. — То есть...если бы машина сбила меня насмерть, ты бы сильно расстроился? — нарочито равнодушно продолжил Ярослав. — Ярик, если ты сейчас хочешь поиграть на моих нервах, — открывая горячую воду в ванную и регулируя напор, жестко ответил Александр, — то тебе это прекрасно удастся. Я не знаю, как бы я пережил твою смерть, потому что ты - моя жизнь, Ярик. И если тебе случайно не хватает романтики, то я тебе её сейчас устрою. Александр развернул Ярослава к себе и медленно раздел. Сложив больничную одежду аккуратной стопкой, он перебросил щуплого младшего через бортик ванны и включил душ. — Мойся, блин, и спать. Тебе нельзя ещё долго стоять. Ярослав сверкнул глазами на Александра и улыбнулся: — Александр Сергеевич, я ещё не очень долго стою, я потерпеть могу, а день рождения сегодня у Вас, а не у меня. «Чёртик вернулся!» — Ярик, ты слышал что дядя Дима сказал? Тебя заберут рано утром, надо чтобы ты был выспавшимся. Иначе не сдобровать ни тебе, ни мне. Ярослав взял гель для душа и, вздохнув, задернул шторку. — Круто! Он голубой! — раздался через секунду удивлённый голос. — Кто? — На автопилоте спросил Александр. — Гель для душа! Он не прозрачный, а с голубым отливом. — Ярослав выглянул из-за шторки и потряс бутылочкой перед Александром. — Ты шампунь возьми, с синей крышкой — посоветовал старший и улыбнулся последовавшему радостному писку после характерного щелчка крышки шампуня. Для Ярослава сейчас настанут веселые дни и даже недели. Он будет узнавать привычные вещи заново, будет удивляться новым оттенкам предметов в своей жизни. Александр, несомненно, радовался такой приятной перемене состояния Ярослава, ведь нет ничего круче разделить на двоих возможность провести выходные в парке или кафе и наслаждаться розовой ватой, а не заставлять своё сердце тоскливо сжиматься при осознании, что твой самый дорогой человек не различает цвета. — Ярослав, тебе нельзя долго стоять, давай, выходи! — Александр отдёрнул шторку и невольно вскрикнул. Тут и там ванна была залита красными потеками. Переведя взгляд на лицо Ярослава, Казьмин увидел струйку красной жидкости под носом, который зажимал одной рукой Ярослав. «Твою ж дивизию!» — Саш, всё н-нормально, у меня бывало и раньше, что кровь шла, — Ярослав попытался улыбнуться, но страх в глазах младшего говорил об обратном. Саша подхватил Ярослава, наспех смыв остатки мыльной пены с волос и цепляя полотенце, зажимая им нос парня и чуть запрокидывая ему голову. Вытащив Ярослава из ванны и перенеся его, мокрого, в кровать, он быстро промокнул с тела остатки воды, укрыл одеялом и чмокнул в висок. Кровь из носа уже не бежала, но глаза Ярослава с красными капиллярами выдавали то, что внезапно подскочившее давление ещё не вернулось в норму. — Чудо ты моё, говорил же, быстро надо было, — шептал Александр. — Оно все такое.... красное стало, — пробормотал Ярослав. — В смысле «красное»? — Александр опешил и показал тому на пуловер, висящий на спинке стула. — А это какой цвет? Только честно и не ври мне! — Зелёный он, — отмахнулся Ярослав. — Я про ванну, пока стоял там. Я моргнул и всё стало красным. И нос горячим. Я провёл пальцами, а вода тут же сразу тоже красной стала. Саш, — он посмотрел на Александра и в этом взгляде было столько боли. — Я снова испортил тебе праздник? — И, молниеносно сменив маску, добавил. — Только честно, Александр Сергеевич, и не врите мне! — Ученик Баярунас, у тебя просто подскочило давление, — строго сказал Александр, усаживаясь на кровать и гладя того нежно по лицу. — Дмитрий же предупреждал. Поэтому ты сейчас просто будешь в кровати и никаких «но». Наигрались. Выздоровеешь, поговорим. — Он поцеловал Ярослава и улыбнулся. — Я быстро в душ и вернусь. Ярослав кивнул. Александр прошел в душ, освежился и вернулся к младшему в кровать. Ярослав выглядел спящим, но Александр, привыкший к выходкам парня, не стал слепо доверять своим глазам. И точно. Александр не успел выключить свет и прижаться со спины к Ярославу, как мальчишка перевернулся лицом к старшему и крепко обнял того. — Саш? — промурлыкал Ярослав, утыкаясь в грудь Александру. — Да, солнце? — он нежно поднял лицо Ярослава пальцами за подбородок и поцеловал того в нос. — Я пока под душем стоял, мне тут в голову мысли всякие лезть стали. Скажи, вот мы по документам братья. Но ведь секс между братьями это инцест? Александр не нашёлся, что ответить. — По факту да, если двое родных людей или сводных, то да, это инцест, но мы же только по документам братья. И не разнополые. Или.... — внезапная догадка пронзила сознание Александра и он отстранился от Ярослава: — Ты...больше не чувствуешь ко мне ничего? — тихо спросил Саша, проводя пальцем по скуле и лбу младшего. — Саш, нет. Не так. — Ярослав перехватил руку Александра и прижал горячие пальцы старшего к своим тонким губам. — Прости. Я не думал, что ты так воспримешь это. Я хотел узнать... Чёрт, прости. Я хотел знать, кто я тебе? Как кого больше ты воспринимаешь меня - как брата, как своего ученика, как.... друга, как любовника, как кого? — Как тебя. Ярик, откуда такой вопрос? Только честно? Что не так? — Александр облокотился на руку и навис над Ярославом. — Саш.... я не знаю. Мне просто в душе пришла мысль, что ты же теперь мой брат, а секс между братьями это инцест...и у меня пошла кровь в этот момент, и ты снова меня спасаешь, помогаешь мне... — Ярослав закрыл глаза и прижался к старшему — Сашк, я запутался. Я боюсь лишний раз что-то брякнуть не то, я не думал, что я в тебя так втрескаюсь, что буду бояться потерять тебя. Я только сейчас вот, стоя перед зеркалом, стал осознавать, что ты мне сказал вечером — что меня сбила машина и я лежал без сознания. Подожди! — он как и тогда, приложил палец к губам Александра, заставляя того замолчать, и продолжил. — Что меня почти достали с того света. Что ты приходил каждый раз.... Что ты каждый чертов раз спасаешь меня, помогаешь мне, как ангел-хранитель какой-то. Когда мы только познакомились, я почувствовал, что меня к тебе тянет. Я не могу понять, почему. До сих пор. Точнее, я понимаю, что я тебя люблю. Я сейчас понимаю это. Но я не понимаю, как ты - с ударением на «ты» - меня любишь. И я очень загоняюсь насчёт этого. Последний час точно. Я боюсь, что эта любовь - как братская за то, что я оказался рядом и ты меня поддерживаешь. Или это поиск семьи, которой у меня и у тебя в осознанном возрасте не было. Или это любовь на всю жизнь, и ты - моя половинка. Или.... — он запнулся и поднял глаза на Сашу. — Т-ты плачешь? Александр сам не заметил, как две слезы скатились по щеке, падая на Ярослава. Он провёл по щеке тыльной стороной ладони и улыбнулся. — Всё нормально, Ярик. Так бывает. Я могу тебе только за себя сказать, малыш. Я хочу, чтобы ты знал. — Александр переменил позу и взял лицо Ярослава в руки. — Ты очень мне дорог. Ты - мое яркое солнышко, мой друг, моя любовь, мой ученик, мой брат.....по документам и так. Я порву на шелка любого, кто посмеет причинить тебе вред. Я никому, слышишь, никому тебя не отдам! И если ты завтра снова будешь резать себе руки, я буду снова делать тебе перевязки; если застрянешь в больничке или ещё что-то - я буду рядом. Я всегда, слышишь, всегда буду рядом. И если ты в глубине души переживаешь за инцест, — тогда пусть мы будем ненормальными, неправильными, но, чёрт побери, я хочу тебя, младший, и в свой день рождения я не могу желать ничего больше, как обнимать и целовать того, кто и есть вся моя жизнь! Александр выдохнул и откинулся на спину, притягивая Ярослава к себе на грудь. — Малыш, пойми, у нас это не работает. Мы не родные. Поэтому насчёт этого вопроса вообще не думай. Но люблю я тебя как свою половинку. Пусть по документам мы и братья, люблю я тебя, — нежный поцелуй в волосы, — не как просто брата, а именно как своего мальчика. Ярослав поднял слегка голову на старшего и прищурился: — То есть то, что ты обо мне заботишься, это не братская опека? — Скажи мне, Ярик, что ты хочешь от меня услышать и в каком контексте? — устало пробормотал Александр. — Я выслушаю твои аргументы и попробую согласиться или не согласиться. И нам..... твою мать, Ярик, что ты делаешь? Пальцы Ярослава как будто бы совершенно случайно заскользили по самой сокровенной части тела Александра. — Пытаюсь убедить сам себя, что ты меня любишь не как брат. — Ярослав подтянулся на локтях к Александру повыше. — Ты издеваешься? Ты задал мне такие вопросы, и теперь.... Александр не договорил. Ярослав, медленно целуя губы, виски, щеки, стал спускаться ниже и Александр почувствовал, что что-то горячее сопутствует поцелуям. Он отстранил Ярика и увидел красные кровоподтеки. «Всё, хватит!» Александр жестом остановил Ярослава. — Малыш, — шаря рукой по кровати в поисках полотенца и, не найдя, приподнял парня. — У нас опять Дракула в гостях. Пойдём, умоемся и спать. Ярослав тихо засмеялся, зажимая нос рукой. Они дошли до ванны, избавились от кровавых следов и вернулись в кровать. — Всё, Ярик, ты больше не переворачиваешься, и пытаешься заснуть. — Александр укрыл младшего и пристроился рядом. Теплота самого любимого человека в непосредственной близости опьяняла. — Са-аш? — снова протянул Ярослав. Голос был абсолютно не сонный и не перепуганный от того, что давление не нормализуется. Чёртик, не иначе. — М? — Александр нежно гладил парня по плечам и ключицам. — Девочки осенью обсуждали правила осеннего секса. Но ведь мы это можем и к нам, весенним, применить. Александр поднял голову. — В смысле? — У кого течёт нос, тот и снизу, — рассмеялся Ярослав и скосил глаза на Александра. «Он издевается!» — Баярунас, ты нормальный? У тебя давление прыгает, как тот зайчик на лужайке, а ты про весенний секс думаешь? — Александр навис над Ярославом, целуя виски и прикрытые глаза. — Саш, я серьезно, — прошептал парень, слегка улыбаясь. — У тебя день рождения, я хочу тебя...— он сглотнул, — порадовать. Александр нависал над Ярославом. Сердце стучало очень громко. И эти пальцы, которые снова медленно скользили по животу, спускаясь ниже и как бы случайно задевая головку... — Ты издеваешься.... — шептал Александр, целуя лицо, виски, губы непокорного младшего, который всё никак не мог успокоиться и просто заснуть. — Ты надо мной снова издеваешься. Я только-только снова поверил, что могу просто обнимать тебя... — Саш, а я снова просто хочу тебя. — поцелуй в подбородок. — Просто, — губы переместились на кадык. — Хочу, — язык оставил на груди влажную линию. — Я соскучился. — Ярослав очень нежно прикусил сосок. Стон, вырвавшийся из груди старшего, явственно указывал на то, что идея «порадоваться» Александру в принципе, нравится, но активных действий сам он совершать над Ярославом не будет. Исключено. — Ч-что ты предлагаешь? — прошептал Александр. — Иди ко мне. Просто встань надо мной. И получай удовольствие. С днём рождения! — голос Ярослава был слышен, как будто в тумане. Александр подчинился. Этот мальчишка даже в своём полуобморочном состоянии будет вить из него веревки. Он встал на колени, нависая над Ярославом и просто позволил получать себе удовольствие. Любимые губы, любимые пальцы, любимый....ах, горячий язык и снова губы. Александр не мог выдержать долго эту пытку. Осознание того, что это с ним творит тот, кто ещё вчера был между небом и землёй, усиливало ощущения. Его чёртик, его счастье ни на минуту не хотел просто поспать, прижавшись к Саше. Тело требовало большего. Александра выгнула судорога оргазма. Ранее он пытался воспротивиться минетам с окончанием в рот, чувствуя стыд, но Ярик движением брови пресёк это на корню. «Ты вкусный!» мотивировал это младший и продолжал ласки. Сегодня же Александр просто доверился и не стал пытаться отстранится в момент наивысшей точки наслаждения. Повторный стон и страстное «Да!» прорвали тишину позднего вечера. Александр взлохматил на голове волосы. — Ярик, ты снова меня изнасиловал. Не в твоём состоянии... — начал было Александр. — Нестояния? — звук сглатывания и Александр почувствовал, как улыбается парень. Он отодвинулся на негнущихся ногах от младшего, встал с кровати, затем приблизился к нему и поцеловал в губы, погружая язык в рот и проходясь по зубам Ярослава. — Тебе нужно принять таблетки и спать. — отстраняясь от парня и целуя в лоб, пробормотал Александр. Снова эта братская забота. Ярослав усмехнулся: — Как скажешь, папочка! «Он сведёт меня в могилу!» Александр поднял полотенце, упавшее за кровать, обернул вокруг бёдер и ушел за таблетками. Принеся стаканчик и давая его Ярославу, он, держа того за руку, проконтролировал, чтобы мензурка опустела. — Всё. Теперь точно спать, — забирая пустой стакан из-под воды твёрдо сказал Александр. И, обнимая школьника, пробормотал шёпотом: — Ich schulde dir deine Portion vom Vergnügen, mein Junge. Schlaf gut!* — Herzlichen Glückwunsch zu deinem Geburtstag, Sascha!* — незамедлительно откликнулся Ярослав, устраиваясь в объятиях более старшего мужчины. * Ich schulde dir deine Portion vom Vergnügen, mein Junge. Schlaf gut! — Я должен/торчу тебе твою часть удовольствия. Спокойной ночи/Спи сладко! (нем.) — С днём рождения, Саша! (нем.)