Интернат

Дмитрий вернулся в ординаторскую, на ходу расстёгивая халат. — Так, короче, старик, моя смена заканчивается в восемь утра. Сейчас — он бросил взгляд на часы, висящие на стене ординаторской. — почти восемь вечера. Тебе хватит десяти часов? Александр, сидевший в кресле и уже успевший налить себе и Дмитрию кофе, удивленно поднял голову на говорившего. — Я не понимаю.... — Я отвезу Ярослава к тебе и заберу его утром перед окончанием своей смены. — Дмитрий быстро заполнял на столе какие-то документы. — Я пообщался с ним, он вполне адекватен, провалов в памяти нет. И вообще... Дмитрий закончил писать, подошёл к Александру и взял чашку с кофе. Глотнул полуостывшую жидкость, сморщился, долил воды из термоса в свою чашку и чашку посетителя, и сел напротив Казьмина: — У тебя днюха, как-никак, или? — тихо начал врач. — Я поступаю очень непрофессионально, более того, я фактически совершаю преступление, но я не могу в такой день оставить его, вполне себе адекватного, тут, а ты пойдёшь проводить вечер в одиночестве. Ты же даже напиться не можешь. Поэтому, как закончится вечерний обход, мы соберём Ярослава и отвезём до тебя. Повисла пауза. — Ты серьезно? — Александр не верил своим ушам. — Серьезнее некуда. — улыбнулся врач. — С условием, что ты не будешь устраивать ему ночью «русские горки» и совершать другие резкие телодвижения. По крайней мере я очень надеюсь на твою адекватность. Александр молчал. Он поставил чашку на стол, потёр переносицу, потом встал и подошёл к окну. На улице уже наступила темнота и в свете фонарей не было видно даже редких прохожих. — А....я смогу его обнять хотя бы? — Саша постеснялся спрашивать другие вопросы, молясь, чтобы Дмитрий понял его без слов. — Ты можешь делать всё, главное, чтобы он не падал в обморок с высоты своего собственного роста и не оставался долго в горячей ванной или под душем, — Дмитрий подошёл к Александру и встал рядом. В руке он продолжал держать чашку с кофе. — Ему лучше всего лежать на спине и не прикасаться к никотину. Давление ещё у него скачет, я ЭКГ последних дней специально посмотрел. Но пару оргазмов его сердце выдержит, не бойся. — Он похлопал опешившего от ситуации Александра по плечу и усмехнулся. — А зачем ты выходил, кстати? — запоздало задал неуместный вопрос Казьмин. — Ты что, реально не понял? — Дмитрий повернул голову на приятеля. — Я наедине хотел вас оставить, дабы не смущать. Что я, не понимаю что ли, как у тебя за него сердце болит и как вам обоим важно друг друга чувствовать. — Он продолжил пить кофе, глядя в темноту вечера. Александр молчал. Дмитрий выпил оставшийся кофе одним глотком и тихо добавил. — Саш... Ярослав снова видит цвета. — Александр вздрогнул и развернулся к говорившему. — В заключении для призывной комиссии я отметил, что ребёнок-ахромат, в смысле, что у него необратимое нарушение восприятия цветового спектра. Вообще-то, таких детей не трогают даже на проверку, но, на всякий случай, я его предупредил, чтобы не сильно высовывался. Он же столько лет жил в монохромном цвете, должен сориентироваться в ситуации и примерно понимать реакцию комиссии. Давай, время не ждёт. Он прошёл к вешалке, взял своё пальто, повязал шарф и кивком головы подозвал Александра, приглашая того на выход. Подойдя к Дмитрию, Александр протянул тому руку: — Дим, я правда, не знаю как тебя благодарить... — Лучшая благодарность будет, когда я заберу Ярослава завтра рано утром в целости и относительной сохранности. — хмыкнул Дмитрий. — Иначе я пойду по статье. Раздевайся, — внезапно приказал тот. Александр непонимающе уставился на приятеля. — Куртку сними и держи в руках. Ярослава одеть нужно, иначе он в больничной одежде на крыльце больницы вызовет бурю вопросов у ненужных свидетелей, — усмехнулся врач, закрывая ординаторскую. Они подошли к посту с дежурной медсестрой. Та сидела за столом и в свете лампы и раскладывала таблетки по стаканчикам для пациентов. — Оленька, душечка, как Ваши дела? — обратился врач приветливым голосом к сидящей. — Всё хорошо? Как дети, муж? — Спасибо, Дмитрий Юрьевич! — она кокетливо улыбнулась, смотря на врача. — Прекрасно, это очень хорошо, — протянул Дмитрий и внезапно, слегка изменив тембр голоса, продолжил, не разрывая с медсестрой зрительный контакт. — Оленька, в ПИТе пациент всё ещё без сознания, — монотонно начал Дмитрий, глядя в глаза девушке. — Я сейчас проверю его состояние, а Вы зайдёте в палату только после утреннего обхода. Пациент Баярунас без сознания и до утра его беспокоить не следует. Дайте мне таблетки для ПИТа, Оленька. Медсестра медленно, буквально наощупь протянула мерный стаканчик врачу. — Спасибо, Оленька, через пять минут прозвонит телефон, ответьте на звонок, Оленька. — Дмитрий продолжил вкрадчивым голосом и посмотрел на часы, висящие за медсестрой. Затем направился в сторону палаты Ярослава, убирая мерный стаканчик в карман. Александр, поражённый ситуацией, молча проследовал за приятелем. Не удержавшись, он обернулся. Медсестра оставалась сидеть на посту, как манекен, не шелохнувшись. Дмитрий в полутемном коридоре подошёл к палате и взялся за ручку двери, как внезапно его руку накрыла ладонь Александра. — Что это было, Дим? — Александр, хоть и говорил шёпотом, волнение скрыть было невозможно. — Ты что, гипнологом работаешь ещё? А на нас ты тоже практикуешься? — Саш, всё потом, у нас мало времени. — глядя будто бы сквозь приятеля прошептал Дмитрий. — Ты слышал, что я дал установку на пять минут действия гипноза. Могу заверить только, что ни на тебе, ни на Ярославе я не практикуюсь. Открывай дверь, паникёр, и готовься к тому, что тебе придётся поддерживать Ярослава или даже нести его - я не уверен в его мышечной силе. Казьмин открыл дверь. Ярослав спал. Александр дотронулся до пальцев парня и тот, дёрнувшись от прикосновения, проснулся. — Саша... — Ярик, не пугайся. Ты сегодня ночуешь дома, — бормотал вполголоса Александр, пока Дмитрий отцеплял от пациента различные приборы. Первым делом он избавил Ярослава от «системы», затем убрал остальные одному только врачу понятные трубки и приборы. Раздавшийся было писк одного прибора тот купировал банальным выдёргиванием шнура из розетки. — Я завтра обязан вернуть тебя обратно в палату, а сегодня как бы у меня день рождения и .... — Он развернул куртку, когда Ярослав спустил ноги с койки, проверяя, может ли он самостоятельно встать, одел её на ребенка и, придерживая за талию, помог сделать тому несколько несмелых шагов. Больничные тапочки скользили по босым ступням, не давая сделать нормального быстрого шага, но это были пустяки по сравнению с тем, что Александр ощущал тепло своего мальчика рядом. Дмитрий открыл дверь - в коридоре никого не было. Он жестом головы приказал паре молодых мужчин выйти из палаты и ладонью направил их вглубь темного коридора. Александр вспомнил, что в конце коридора была лестница, ведущая во двор. Дойдя до лестницы, они начали спуск вниз. — Встречаемся внизу, я за машиной, — бросил ему перепрыгивающий ступеньки Дмитрий. Ярослав одной рукой скользил по широким перилам, вторую руку крепко держал Саша в своей. Дойдя до крыльца, он с удивлением обнаружил Дмитрия, уже подогнавшего машину к самому входу в здание и открывшему заднюю дверь. Александр подхватил младшего и бережно усадил того на заднее сиденье автомобиля, устроившись рядом и взяв в руки пальцы Ярослава. Как только дверь за Александром закрылась, Дмитрий достал сотовый и набрал номер. — Оленька, здравствуйте, как Ваши дела? — повторил он радушно, будто бы не было этого разговора не далее пяти минут назад. — Я отлучился в соседний дом, срочный вызов, буду через полчаса. Спасибо, Оленька, я знаю, что всегда могу на Вас положиться. Нажав кнопку отбоя он вырулил со двора. — Дима, я тебя просто Христом Богом прошу, объясни, что происходит, — вполголоса спросил приятеля Александр. Ярослав непонимающе уставился на старшего, не отнимая пальцев из его рук. Дмитрий уверенно вёл автомобиль. Подглядывая на в прямом смысле испуганного Александра в зеркало заднего вида, он вполголоса заговорил. — Я не буду раскрывать тебе все карты. Да, я занимаюсь гипнозом, да, я использую его в исключительных случаях, и нет, на вас я не проводил таких экспериментов. С зелёными глазами это часто не работает, а Ярославу еще нет восемнадцати. У меня правило не использовать гипноз на несовершеннолетних. Мне нужно было отвлечь медсестру, чтобы она ночью не сунулась в ПИТ, и не подняла крик, где пациент и почему выдернуты провода из розеток. Поэтому, считай это моей помощью тебе. Моим подарком в твой день рождения. Двадцать третье, как-никак, ещё не закончилось. — А что такое ПИТ? — подал голос до этого всё время молчавший Ярослав. — Палата интенсивной терапии, после реанимации туда переводят, чтобы показатели приборов снимать — ответил Дмитрий, заруливая во двор. — Дим, я забыл тебе сказать, мы теперь в другом месте живём. Чуть подальше проехать, там где Ольга Борисовна жила. Она поменялась с нами квартирами. — улыбнулся Александр, пока Дмитрий, чертыхаясь, пытался задом вырулить из узкого двора. Заехав в правильный двор, Дмитрий открыл двери, вытащил Ярослава на руках из машины и поставил того прямо у входа в подъезд. Протянув тому мерный стаканчик в руку Александру, Дмитрий предупредил. — Таблетки на ночь принять, когда уже именно спать. Я заеду завтра в шесть утра. Нужно вернуть пациента до первого обхода. Будь готов, я позвоню как отъеду от больницы, чтобы ты во времени ориентировался. И, да, — он притянул мужчину к себе, обнимая и похлопывая того по плечу, — С днём рождения, Саш! Осторожнее с очередной Спящей красавицей! Дождавшись, пока оба скроются в подъезде, Дмитрий медленно вырулил со двора.