Ликорис - паучья лилия

      Flashback       Я хорошо помню тот первый день, когда я оказалась в Суне. Было очень жарко, солнце нещадно палило макушку, волосы взлохмачены, одежда была испачкана в земле, как будто меня в ней кто-то извалял, я уже молчу про состояние рук и ногтей – это же тихий ужас: на ладонях мозоли, под ногтями какие-то загрязнения. Каждый шаг давался с трудом, сил совершенно не осталось, дышать было тяжело, так как воздух был раскаленным, а содержание в нем кислорода, по личным ощущениям, было катастрофически малым. Разум потихоньку уходил в отгул то ли от усталости, то ли от таких высоких температур, к которым организм не привык, то ли из – за того, что меня уже долгое время мучила сильная жажда, а в фляжке уже не было ни капли воды, а вокруг лишь бескрайняя пустыня и ни намека на какие – то очаги цивилизации. В это время мысли были очень примитивными и ограничивались лишь командами не прекращать ход и идти только вперед, пока не наткнусь на людей. — « Нельзя останавливаться, нельзя, если я это сделаю я уже не встану. Нужно идти, идти … а ради чего? Может, ну его, никуда не пойду, вот останусь прямо здесь … надоело все: бороться, хвататься за жизнь, у меня больше нет сил. Хоть бы встретился оазис, ну хоть малюсенький. Я бы восприняла это, как знак свыше». — В этот момент я демонстративно обернулась, чтоб детально рассмотреть, не пропустила ли я хоть какой-то островок с растительностью и живительной водой, но как таковой нигде не оказалось, как бы я ни вертела головой, действительность от этого не менялась. — За что? Чертова пустыня, ненавижу, ненавижу, ненавижу! — Громко кричала я и одновременно ногой пинала песок, как бы сбрасывая на него часть своей злости. От безысходности я упала на колени и опустилась на горячий песок. Почувствовалось дуновение ветра, таким образом, во время моего душераздирающего ора, песчинки благополучно стали попадать мне в рот, после чего я долго откашливалась и отплевывалась, раздражаясь все сильнее и сильнее. — Ну просто прекрасно, замечательно. Ну и… что дальше? Давай, удиви меня! — Честно говоря, я и сама не совсем хорошо понимала, к кому это было обращено. Возможно, перегрелась на солнце. Хотя нет, мне просто нужно было на кого – то свалить вину за все происходящее. Я решила закрыть глаза минут на 5 и успокоиться, привести мысли в порядок и, похоже, сама того не замечая, задремала. Почему бы и нет? Сейчас ведь «самое подходящее и безопасное время». Когда я соизволила разлепить глаза, что – то стало меня напрягать, но я не могла понять что. — «Тихо … даже слишком тихо: ни дуновения ветерка, ни пробегающей какой – нибудь ящерки рядом». — Казалось, все живое замерло в ожидании чего – то глобального, духота стала усиливаться. — « Неужели?» — Только и успела промелькнуть данная мысль. Я поворачиваюсь на 180 градусов и наблюдаю такую картину: вдалеке формируется небольшое песчаное облако, которое постепенно увеличивается в размерах и превращается в черно – багровую тучу, которая с угрожающе высокой скоростью направляется в мою сторону. Я стояла завороженная этим зрелищем, не в силах пошевелиться и полностью оценить обстановку, хотя стоило бы. — «Пора уносить ноги!» — Наконец – таки начало вопить сознание. И я побежала, изредка оглядываясь по сторонам, в надежде увидеть какой-нибудь крупный камень, а еще лучше пещеру, где можно было бы укрыться, но как назло ничего такого и подавно не было на моем пути. Я уже стала отчаиваться и мысленно представила, как меня накрывает песчаная буря, как меня колошматит мощными потоками воздуха, как песок попадает под одежду и проскальзывает в обувь, начинает лезть в нос, рот и уши, представляла свой дальнейший исход, но бежать не прекратила. Каким бы сильным ни было мое отчаяние, вот так просто остановиться и принять смерть я не могла. И мое упорство было вознаграждено. Впереди я увидела мужской силуэт, который я не смогла толком рассмотреть из – за палящего солнца, которое он загородил. Единственное, что сразу бросилось в глаза, так это его взлохмаченные огненные волосы, после чего мой мозг решил, что с поставленной задачей он справился, то есть доставил меня к человеку, и решил так незаметненько ретироваться. Последнее, что успело уловить мое ускользающее сознание, была фраза «песчаный кокон», а дальше темнота.       End flashback       Жила я в однокомнатной квартирке на окраине деревни, и самым любимым местом в ней был небольшой балкончик, с которого открывался прекрасный вид на бескрайнюю пустыню. Да, поначалу меня бесило все, что было связано с песком, сказывалось длительное странствование, и чувства, которые были следствием этого одинокого вынужденного путешествия: безысходность и раздражение. Но теперь все иначе: вы бы видели эти неповторимые рассветы. Ради них стоило просыпаться в 4 – 4:30 утра, правда, чаще я предпочитала сон, но когда мучила бессонница, это было лучшим успокаивающим средством. Рассветы будто бы символизировали рождение надежды на новую жизнь, на светлое и безоблачное будущее. Зрелище было просто потрясающим: небо окрашивалось в нежно – персиковые цвета, местами оттеняемые розовыми тонами, а от лучей восходящего солнца песок «отливал золотом» и будто бы горел. Воздух еще не успел накалиться, и пока ощущались остатки ночной прохлады, что оказывало на меня умиротворяющее действие.       Вот и сейчас я наблюдаю эту красоту сидя в кресле и укрытая легким красным пледом на этом балконе. — «Осталось 4 часа до начала тренировки, всего 4 часа. Я это сделала, продержалась всю ночь, теперь можно не беспокоиться об опоздании». — На этой мысли мои веки стали тяжелеть, глаза слипались, но я была уверена, что у меня все под контролем. Проснулась я от того, что мне прямо в лицо ярко светило солнце и, казалось, что с каждой минутой его мощность только усиливалась. Я рефлекторно стала прикрывать лицо руками, от чего и начала просыпаться, потом я почувствовала, что плед сильно греет и скинула его на пол, чтоб не мешал, но мозг то уже не обманешь, и вернуться ко сну уже было поздно. — Господи, такая рань, а уже такое пекло. — Я медленно перевела взгляд на часы, которые предусмотрительно стояли на столике, расположенном напротив кресла, в котором я сидела. Всего то 7:30, тренировка через каких – то …полчаса? Черт, надо торопиться, у меня каких – то полчаса, из которых мне нужно привести себя в приличный вид, не могу же я абы какой предстать перед казекаге, еще и добраться нужно вовремя, а стадион, где проходят тренировки, находится на другом конце Суны, то есть мне нужно бежать через всю деревню.       Через 15 минут я уже на всех парах бежала на площадку, почти с такой же скоростью, как когда я бежала от песчаной бури, только теперь я торопилась к Песчаному Гааре.       8:01 – я подбегаю к стадиону, на котором уже стоял мой новый сэнсэй. Он представлял из себя статного юношу среднего роста с ярко – красными взъерошенными волосами и глубокими, всегда задумчивыми бирюзовыми глазами. Еще одной особенностью казекаге было кандзи, обозначающий любовь, расположенный в левой части лба. На младшем Собаку но было надето бордового цвета пальто с длинными рукавами, поверх которого был накинут серый жилет, за спиной непременным атрибутом висела тыква, заполненная песком, черные брюки и стандартная обувь шиноби. Он стоял спиной ко мне, но когда услышал шаги, приближающиеся к тренировочной площадке, медленно повернулся. Я же пыталась восстановить сбившееся от быстрого бега дыхание, причем пыталась дышать как можно тише, чтобы было не так сильно заметно моего запыхавшегося вида, о чем свидетельствовали выбившиеся из прически пряди, делая вид немного небрежным. — Доброе утро, Гаара – сама, — я пыталась сказать это более ровным голосом, скрывая чувство неловкости. И вроде бы мне это удалось. — Доброе, Курихара, — он внимательно смотрел мне прямо в глаза, от чего чувство дискомфорта постепенно начало подступать, и я, не выдержав его взгляд, перевела взгляд немного в сторону от него, будто увидела что – то ну очень увлекательное, — ну то ж, начнем.       Мда, не думала я, что после этой фразы, моя жизнь на ближайшую неделю кардинально поменяется. Помните, я говорила Канкуро садист? Приношу свои глубочайшие извинения ему, он просто ангел, святой человек по сравнению со своим младшим братом. Господи, и долго мне еще круги по стадиону наматывать??? И ведь нужно сохранять невозмутимое выражение лица. Если со старшим Собаку но я могла позволить себе вольности, покапризничать, где – то даже поныть, то сейчас я не то, что пикнуть, я боялась даже выражением лица выдать свою усталость, недовольство и весь дискомфорт, что я испытывала, а этого «добра» накопилось «целое море». Но я никоим образом этого не показывала, проявляя невероятную для себя стойкость, которую ранее за собой не наблюдала. Разминка вдвое дольше, чем у моего прежнего сэнсэя, оказывается, это Канкуро меня еще щадил, потом уже тайдзюцу и, наконец, ниндзюцу. На протяжении всей нашей тренировки Гаара – сэнсэй непрерывно наблюдал за всеми моими действиями, что меня очень сильно напрягало, так что я уставала не только физически, но и морально, и вот в который раз я пробую разучить новую технику, но она вновь и вновь не получается. Чувство стыда приливает к щекам и вспыхивает ярким румянцем на них. — «Черт, как же неудобно перед казекаге, и как назло, сегодня ниндзюцу получается хуже, чем обычно. Все это из – за него, этого сэнсэя, он давит на меня просто своим присутствием, вот я и не могу сосредоточиться, чтобы сконцентрировать чакру в руке для этой техники. Вот, например, с Канкуро все получалось… ладно, неудачный пример, там тоже были сложности. Но в этот раз, я просто уверена, что это из – за Гаары. Ну ничего – ничего уже прошло около 3 часов тренировки, он вот – вот меня отпустит домой». — Но прошло еще полчаса с этого времени, а мой сэнсэй, похоже, и не знал, что пора заканчивать тренировку. — « Господи, помоги же, пусть мои мучения закончатся прямо сейчас», — мысленно взвыла я. — « Ладно меня не щадит, но откуда у него столько свободного времени? Ему что совсем работать не нужно? Кто же тогда сейчас находится в резиденции? Обычно, если его кто – то и мог подменить на короткий срок, так это старшие Собаку но, но на данный момент они оба находятся на миссии. Был бы Канкуро сейчас здесь, то я была бы уже дома». — Я тихо вздохнула, признав, что мечты мечтами, а техника сама собой не получится. Я снова сконцентрировала чакру в руке и, о чудо, в ней стал образовываться шар из воды, — неужели … получилось? — Моей радости не было предела. — Гаара – сама, Вы видите? — Я впервые за весь сегодняшний день искренне широко улыбнулась, забывая о неловкости от присутствия младшего Собаку но, на что он лишь коротко кивнул, скрестив руки на груди, и мне показалось, даже слегка улыбнулся в ответ, о чем свидетельствовали приподнятые уголки губ. — Можешь уже заканчивать, — низким голосом сказал сэнсэй, — сегодня ты хорошо постаралась. — « Так он просто ждал, пока у меня получится техника? А если бы она у меня вышла только к вечеру, мы бы что весь день на площадке провели?» — И казекаге, будто прочитав мои мысли, сказал: В твоем случае важна не столько длительность, сколько результативность тренировок. Тебе нужно научиться доводить дела до конца. Видимо, мое удивление очень ярко отразилось на лице, потому что после этого последовала фраза: Да, у тебя все написано на лице. — И легкая улыбка коснулась его губ. — «Ладно, неважно, главное все закончилось, и у меня сейчас будет очень важная встреча с кроватью». — Пошли, — сказал Гаара, повернувшись ко мне спиной и собираясь уходить. — В смысле? Куда? — Наверное, мои вопросы показались ему очень глупыми, но я, действительно, не знала, зачем мне куда – то с ним идти. — В резиденцию, — Собаку но соизволил повернуться ко мне и, видимо, поняв, что я вообще не в курсе всего происходящего внимательно на меня посмотрел, наблюдая за реакцией. — На ближайшую неделю ты уходишь под мое полное распоряжение и будешь помогать мне с бумагами, так как из – за наших тренировок я теряю много времени, поэтому мне нужен помощник. Канкуро должен был предупредить тебя по этому поводу. — « Ух ты, сколько слов за одну минуту, это прям прогресс. Подождите, что он сказал? Канкуро, ах ты сволочь такая, хоть бы словом обмолвился! Вот я почему – то уверена, что он это сделал специально и сейчас где – то на миссии ржет надо мной».       Я тихо плелась за казекаге совершенно недовольная нынешним положением дел, хотелось хоть как – то выразить свое негодование, но я же рядом с Гаарой – самой, такое поведение недопустимо, он ведь все – таки делает мне одолжение, уделяя мне столько времени, хотя и забирая столько же моего взамен, так что все честно. Внутренне я уже вскипала. — « Черт, дайте мне пнуть хоть что – то, чтобы хоть немного успокоиться». — Но, к моему удивлению на пути к резиденции я не увидела ни одной соринки, ни одной банки, брошенной на улице. — « Поразительная чистота. Надо же, как все – таки удивительно, что на какие – то немаловажные детали мы обращаем внимание только лишь при определенных обстоятельствах. Мне нужно было разозлиться, чтобы заметить, что в Суне всегда царят чистота и порядок, ну не считая времени наступления песчаных бурь, но даже после них, жители мигом все приводят в порядок».       Мы уже подошли к главному зданию и стали подниматься на второй этаж, где, собственно, и располагался кабинет казекаге, как я стала обращать внимание, с каким почтением обращались, к теперь уже моему, сэнсэю, будь то шиноби или жители деревни. И это было уважением не напускным, я видела по их глазам, это было искренне. Я уже молчу про девушек, которых мы встречали на пути. В их глазах было столько восхищения, столько обожания. Одна даже так засмотрелась на молодого казекаге, что немного не вписалась в поворот, больно ударившись плечом. А Собаку но, как ни в чем ни бывало, продолжил путь, даже не замечая, какую реакцию вызывает у девушек. — «Мда … а Гаара – сама то популярен», — тихо посмеялась я своим мыслям.       Его кабинет был достаточно просторным, без каких бы то ни было излишеств. Гаара сразу направился к своему рабочему столу из массива темного ореха, который сейчас был полностью заставлен всевозможными бумагами, и сел в коричневое кожаное кресло. — « Теперь я понимаю, почему ему нужен был помощник, c этим всем он до следующего утра даже не управится», — я почувствовала укол совести за свой эгоизм. Этот человек столько всего для меня сделал: спас от песчаной бури, привел в Суну, разрешил здесь остаться и дал кров, теперь даже стал обучать, хотя судя по количеству работы, что я вижу сейчас, он это сделал даже в ущерб себе. Я почувствовала себя неблагодарной сволочью, поэтому приняла решение, что с этих пор я поменяюсь, я отплачу ему за все добро, что он для меня сделал. — Что от меня требуется, Гаара – сама? — Я решила со всей серьезностью подойти к работе. — Для начала разбери эти бумаги и раздели их на две группы: 1 – миссии, 2 – все остальное. Затем стопку бумаг с миссиями рассортируй по рангам и отдельно отложи класса S. Потом нужно будет сходить в архив и найти там несколько папок: дело № 334, 342 и 756. Я перевела взгляд на эти кипы бумаг, затем на казекаге, снова на бумаги, — «что ж так до фига?», — но вслух лишь сказала: Будет сделано Гаара – сама, — и постаралась улыбнуться, как бы ободряя себя и его.       Прошло уже 2 часа, а я все разбирала и перебирала бумаги, вчитывалась в содержание миссий, решая к какой категории их отнести, иногда советуясь с казекаге по этому поводу. Я взглянула на своего сэнсэя, было очень интересно наблюдать за ним во время работы: такой сосредоточенный, серьезный, но в то же время внешне выглядит совершенно спокойным, хотя я понимаю, что ему, порой, приходится принимать очень непростые решения. Такой еще юный, а сколько силы и мощи кроется в этом парне, который сидит напротив меня. Я полностью погрузилась в изучение документов, и единственной моей задачей было выполнить так, чтобы Гааре потом не пришлось делать двойную работу, мне хотелось хоть чуточку уменьшить ему нагрузку. На данный отрезок времени я даже забыла про чувство неловкости, так как сейчас мои мысли были сосредоточены на другом, именно поэтому я не могла заметить, как Гаара изредка, но бросал косые взгляды на меня. — Курихара, сходи, пожалуйста, в архив и принеси мне те папки, про которые я тебе говорил. — Да, казекаге – сама, я быстро, — сказала я, мигом подрываясь с дивана и скрываясь за дверью.       Архив находился на первом этаже в самом конце коридора по левой стороне. Зайдя туда передо мной предстало большое помещение, полностью заставленное огромным количеством стеллажей, которые, по своему расположению, представляли из себя лабиринт. — Вот интересно, и как я здесь должна хоть что – то найти? — Как и всегда, я не удержалась от комментирования сложившейся ситуации. — Чем могу помочь столь прекрасной девушке? — Меня немного смутило такое обращение к собственной персоне, но я постаралась виду не подавать. Ко мне подошел молодой парень лет 20, с короткими светло – каштановыми волосами и большими серыми глазами, которые смотрели на меня с интересом из – под прямоугольной оправы очков. Времени здесь я терять не хотела, поэтому сразу попросила его помочь мне найти папки под номерами 334, 342 и 756.       Все то время, что было потрачено на поиски документов, сопровождалось непрекращающейся болтовней моего нового знакомого, которого звали, как я уже успела узнать из его монолога, Наоки Окумура. Он был 2 сыном в семье, любил читать, но еще больше любил философствовать и нагружать окружающих ненужной, совершенно бесполезной информацией, такой я успела сделать вывод, проведя с ним всего 10 минут и уже устав сильнее, чем от трех часов прочтения документов. В целом он казался неплохим парнем, хоть и чересчур разговорчивым, но я все же не намеревалась оставаться с ним ни минуты больше после получения таких желаемых папок, поэтому я со счастливой улыбкой поблагодарила Окумуру за помощь и тут же забрала документы из его рук, быстрым шагом направившись к выходу из архива, боясь, что он вот – вот может вспомнить какую – нибудь еще «максимально увлекательную» историю, задержав меня там минут на 30. — «Не думала, что скажу это, но я рада вернуться в кабинет казекаге. Видимо, все познается в сравнении», — думала я, попутно стряхивая слой пыли с папок. — Господи, это ж сколько времени они провалялись в архиве? Зачем такое старье понадобилось Гааре – саме? — Когда я зашла в кабинет, первое, что мне бросилось в глаза, это бумаги, а если быть конкретнее, то их количество. Меньше их не стало, а наоборот, прибавилось раза в два. — «Эй, это вообще законно? Я как бы тут стараюсь, мучаюсь, а результата не видно!» — Но, взглянув на Собаку но и встретившись с проницательными, но уставшими бирюзовыми глазами, мои возмущенные мысли моментально развеялись, зато пришло осознание, что ему такой расклад дня не в первой. Он уже привык к такому нескончаемому потоку работы, смиренно это принимал и никогда не жаловался, добросовестно выполняя все в срок, отчего степень моего уважения к его выдержке и терпению только стала возрастать. Я тихонько села на диван, ожидая дальнейших поручений, как в кабинет зашло двое шиноби, поэтому с вопросами я отложила, чтобы не мешать казекаге решить для начала более важные проблемы. И знаете, я прям заслушалась: Гаара отдавал поручения, полностью описывая и объясняя их задачи и обязанности. Голос его был ровным и спокойным, но в то же время я бы не назвала его равнодушным, даже наоборот, участливый, сам же Собаку но выглядел очень сдержанным, в нем чувствовалась властность и холодный ум. Шиноби, время от времени, задавали какие – то вопросы, в которые я не вслушивалась, и казекаге терпеливо на них всех отвечал. После того, как шиноби получили информацию в полном объеме, они поспешили покинуть кабинет. Я уже решила, что пора задать и мой вопрос, как Гаара – сама меня опередил: На сегодня можешь быть свободной, Курихара. – Сказал Собаку но, вернувшись к изучению отчета. Мои брови непроизвольно взметнулись вверх в удивлении. — Что? Почему? — То время, которое было затрачено на тренировку, ты отработала, поэтому можешь идти домой. — Меня очень обрадовала эта новость, но уставший вид казекаге , горы не разобранных бумаг и обещание, данное мною, вернули меня на землю, а сердце тревожно сжалось от чувства жалости и вновь проснувшейся совести. Поэтому я подошла к его столу, взяла одну стопку документов и вновь уселась на диван, который так и манил на нем разлечься и полноценно отдохнуть, но эту мысль я мигом отмела.       Время близилось к девяти вечера, работы, конечно, значительно поубавилось, но я все равно не рассчитывала, что задержусь так долго. — «Я и так стараюсь, как можно быстрее, чтобы закончить пораньше, но пока время меня обгоняет». — Я перевела взгляд на казекаге, склонившегося над документами и, судя по выражению его лица, он принимал важное решение. — «Сколько же времени он проводит в резиденции каждый день? У него что вообще никакой личной жизни нет? Складывается такое ощущение, что Гаара живет здесь. Не знаю, как у него, а лично у меня уже рябит в глазах от такого количества приказов, отчетов, назначений на миссии». — Курихара, я тебе уже говорил, ты можешь идти домой, — не поворачивая ко мне своих глаз, подписывая бумаги, сказал Гаара. Да, этот разговор за день уже не раз поднимался, но я уперто отвечала ему, что останусь и помогу до конца, на что он в принципе не сильно сопротивляясь, молча продолжал работать как ни в чем не бывало. Возможно, потому что он был слишком уставшим, чтобы спорить по пустякам, а может, ему и вовсе было все равно. — А я Вам уже отвечала, что уйду, когда вот этих всех документов, — я демонстративно обвела взглядом кипу бумаг, — не будет. — Курихара, они не заканчиваются, — уголки его губ дрогнули и приподнялись в слабой уставшей улыбке. Я же немного покраснела от чувства неловкости, и все же решилась сказать то, что днем мой мозг явно бы себе не позволил. Считается же, что за день человек устает и вечером, а особенно ночью не так хорошо отфильтровывает свою речь, и поэтому в это время суток разговоры самые честные. — Не, ну Гаара – сама, могли бы хоть немного потактичнее сказать, что я медленно работаю и не успеваю доделать в срок. А то я тут стараюсь, пыхчу, тороплюсь, чтоб Вам облегчить задачу, а Вы, значит, еще и подкалываете меня?       Казекаге, видимо, не ожидавший такой дерзости от меня, сложил руки на груди и молча внимательно меня слушал. По окончании моих возмущений он лишь усмехнулся, сказав: Курихара, я вообще – то имел в виду, что работа в резиденции в принципе никогда не заканчивается. Всегда остаются какие – то бумаги до следующего дня, главное – это отделить срочные от второстепенных, которые не требуют скорейшего рассмотрения.       На этом моменте я уже окончательно покраснела, осознав, что просто поняла его превратно, вдобавок еще и наехала на казекаге. — « Ну что ж, молодец Юи, выставила себя дурой перед Гаарой – самой, так держать!» — Мысленно ругала я себя. — Извините меня, казекаге – сама, я непозволительно себя повела, впредь этого больше не повторится. — Я опустила голову, не решаясь посмотреть ему в глаза, поэтому не увидела его искреннее удивление на мои перепады. Я услышала, как откатывается кресло, как Гаара – сама выходит из – за стола и направляется к выходу из кабинета. — Пошли, — лишь услышала я. — Куда? — «Мда, мы опять начали сначала: Собаку но, уходящий вдаль, и я, задающая глупые вопросы. Так мои извинения приняты или нет? Ладно, раз молчит, буду считать, что приняты». — Домой, Курихара, домой. — А как же, — я кинула взгляд на рабочий стол, на котором все еще были маленькие стопочки оставшихся отчетов. — Они подождут, я могу их и завтра просмотреть. А вот что я буду делать с тобой, если ты будешь не в рабочем состоянии? Так что давай, собирай вещи, уже поздно, поэтому я тебя проведу. — « Черт, точно, я ведь застряла здесь на неделю. И так будет каждый день?» — Да, такой расклад мне не очень нравился, хотя в этом виновата я сама, меня ведь никто не заставлял. Чертова совесть, теперь придется выполнять. — « Подождите минуту, что он там еще сказал, проводит меня?» – И мои щеки, в который раз вспыхнули, только на этот раз от такого внимания со стороны Собаку но. Мне было неловко, но в то же время и льстило, что сам глава деревни пойдет меня провожать.       Мы вышли из резиденции, и приятная прохлада окутала нас с ног до головы. На улице уже стемнело, и полная луна взошла на небосвод. Похоже, это единственное время, когда можно гулять по Суне, духота уже прошла, и воздух был свежим и чистым, так что можно наконец – таки вздохнуть полной грудью. Мы шли в полной тишине, я даже не пыталась завести разговор. Не знала, о чем стоит с ним поговорить, да и нужно ли? Гаара - сама, наверняка, тоже очень устал, зачем его сейчас нагружать пустой болтовней? Он просто как порядочный парень проводит поздно вечером девушку домой. Что в этом такого? Только я забыла упомянуть, что этот парень по совместительству мой сэнсэй, а еще, что самое важное, казекаге! Эта ситуация меня смущала, поэтому я очень ждала, когда увижу хоть издалека свой заветный балкончик. Чтобы хоть немного снизить чувство неловкости я забивала свою голову различными посторонними мыслями вроде «давай начнем считать, сколько шагов от резиденции до квартиры?» или « интересно, а где здесь находятся верблюды? Ни одного в Суне не видела». Сама же я смотрела четко перед собой, гипнотизируя в темноте невидимую точку, представляя, что это мой пункт назначения, до которого просто нужно добраться. И вот, спустя минут 20 спокойного шага, мы добрались до моего дома, я вежливо попрощалась с казекаге и захлопнула дверь прямо перед его носом.