По ту сторону любви.

Pov Ли.       Стою над кроваткой сыночка и не могу насладиться его сладким личиком. Малыш спит и, наверняка, не проснется до утра, а вот другое дело — моя маленькая крошка, которая сейчас дёргает меня за локоны, пока сосёт мою грудь с таким аппетитом, словно её не кормили весь день. Дани просыпается часто и требует внимания. Сперва её надо накормить, но потом она засыпает в основном на руках папы.       Эрик обожает наших малышей, он проводит с ними всё свободное время, и только когда они спят, нам удается побыть наедине. Конечно, очень часто нас прерывают на самом интересном, но мы не жалуемся, такова участь всех молодых родителей.       Осторожно кладу Дани в кроватку и накрываю одеяльцем, когда заходит Триша, наша новая горничная и по совместительству няня на то время, когда нам надо отлучится.       Обмениваемся парой фраз с пожилой женщиной, и я иду к нам в спальню. После душа надеваю чёрное мини платье, которое едва закрывает мне попу и соблазнительно обтягивает грудь, которая сейчас на два размера больше, чем обычно. К платью подбираю сапоги выше колена и коротенькую кожаную куртку, с прической не заморачиваюсь совсем, просто распуская вьющиеся пряди, как, впрочем, и с макияжем — только помада и стрелочки.       Лиззи встречает меня у двери их с Тоби новой комнаты, которая дальше по коридору от нашей. Она в белом платье чуть выше колен и в удобных туфельках на низком каблучке, а волосы аккуратно собраны на затылке. Никогда не думала, что девушка могла бы выглядеть ещё нежнее, чем когда я её впервые увидела, и тем не менее, она выглядит. Беременность Лиззи к лицу, она вся просто сияет. И я безумно рада за них с Тоби.       — Ли, почему у меня чувство дежавю? — спрашивает она, когда мы садимся в мою машину.       — Даже не представляю, — говорю, улыбаясь.       — Он убьет тебя. На этот раз точно, — обреченно вздыхает. — Как и Тоб меня.       — Нет, ты беременна, сможешь свалить всё на гормоны, — смеюсь. — А я кормлю малышей, так что Эрик зависит от меня, — говорю, подмигнув подруге.       — Ты права Ли, и вообще, они определенно этого заслужили, — добавляет она уже более уверенным голосом.       — Конечно, заслужили, милая, — завожу мотор. — Это будет им уроком.       Охрана клуба нас пропускает сразу, можно сказать, мы являемся вип клиентами, хотя, и приходим во второй раз. Просто не пропустить жену босса охранник не смеет, и не важно, что он обязательно тут же наберёт Тоби, не успеем заказать ещё даже заказать напитки.       Заведение пока полупустое, и мы занимаем один из столиков напротив сцены, заказываем напитки и наслаждаемся танцем двух изящных девочек на пилоне.       Отвлечённые движениями танцовщиц, мы думаем каждая о своём. Не знаю, как Лиззи, но меня в данный момент душит ревность, что мой муж предпочёл расслабиться в компании чужих девок, чем в моих объятиях.       Нет, конечно, я его понимаю, или хотя бы пытаюсь понять, ведь эти месяцы выдались, мягко говоря, утомительными. Но он мог бы поделиться со мной, вместо того, чтобы прийти сюда и, к тому же, позволить той блондинке поцеловать себя.       — Привет, девчонки, — слышу приятный голос, и подняв голову на источник, вижу ту самую блондинку. Ну надо же, легка на помине!       — Привет, — говорю, сохраняя спокойствие и безразличие. Краем глаза замечаю, как напрягается Лиззи.       — Я Карен, — улыбается девушка и протягивает мне руку.       — Ли, — почему-то не могу не улыбнуться в ответ. От неё так и веет приятными флюидами. Сжимаю её тёплую ладонь наверное дольше нужного, ведь Лиззи спешит на помощь Карен, не зная точно, почему меня заклинило.       — Я Лиззи, — протягивает руку через столик, и наконец я отпускаю девушке ладонь.       — Очень приятно, вы не против, если я ненадолго составлю вам компанию? — спрашивает, присаживаясь на свободный край дивана.       — Конечно, без проблем, — отвечаю, замечая, что сейчас она выглядит не такой распутной, как мне показалось пару ночей назад. Видимо, заметив мой изучающий взгляд, девушка наконец решает нарушить тишину.       — Послушай, Ли, мне действительно очень жаль за тот поцелуй. Но, если честно, я увидела, как ты смотришь на него, как только ты зашла в зал. И сразу поняла, что этот засранец твой. Просто, решила, дать тебе лишний повод, проучить его как следует, — напряжённо улыбается. — Прости, если перегнула со способом, но моя женская солидарность иногда может выглядеть странной, — виновато опускает взгляд на свои руки.       — Всё нормально, правда, — отвечаю спокойно. Почему-то я верю этой девушке, ведь она тогда сделала всё, чтобы мой муж сошёл сума от ревности.       — Правда? Ты не злишься?       — Уже нет, — говорю, касаясь её руки. Девушка переводит взгляд на Лиззи, словно ища у неё ответа, и та улыбается.       — Она точно не злится, — говорит подруга. — Если бы злилась, то наверняка уже доедала бы твою печёнку в тёмном переулке, — смеётся. — А вообще, она сущий ангел.       — Ну, не совсем, конечно, ангел, — теперь и мне смешно. — Я просто жду подходящего момента для мести, — продолжаю с ухмылкой, девушка тут же напрягается, и от выражения её лица я уже не могу сдержать смех.       Так проходит какое-то время, мы втроём весело болтаем, веселимся, комментируем танцующих на сцене. Вскоре музыка сменяется, и на сцену выходят двое парней. Надо признать, тела у них шикарные, как и лица, но почему-то я не чувствую совершенно ничего, никакого интереса. Конечно же это не мешает мне всунуть стобаксовую купюру парню в блестящие трусы, при этом представляя себе в мыслях образ Эрика. Довольно улыбаюсь, прекрасно зная, что он придёт в ярость, когда увидит меня здесь.       И стоит мне только об этом подумать, как тут же вижу его. Эрик с Тоби направляются к нам со стороны сцены, видимо, они вошли через другой вход. Да это и не важно. Понимаю, что Эрик в бешенстве, когда он бесцеремонно хватает меня за руку и тащит за собой.       — Куда ты меня тащишь, чёрт возьми?! — пытаюсь выдернуть руку из его железной хватки, но Эрик, даже не замедляет шага, направляется к черному входу. — Отпусти немедленно! — кричу, когда он наконец останавливается перед дверью.       — Заткнись, Ли! Просто заткнись, если, конечно, ты не хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь, — шипит муж мне прямо в губы. Он с силой толкает дверь, и прохладный воздух сразу наполняет лёгкие, как только мы выходим на приватную парковку. Эрик ускоряет шаг, всё ещё сжимая мне руку, я не отстаю, да и вырываться не пытаюсь, понимая, что это бессмысленно.       Он толкает меня к машине, и я упираюсь руками в дверь его Рама. Эрик подходит вплотную, и прежде чем я успеваю что-либо предпринять, прижимает меня своим телом к холодному металлу.       — Маленькая похотливая сучка, — шипит мне в ухо. Хватая за волосы и заставляя запрокинуть голову, он впивается грубым поцелуем в мои губы, но лишь на мгновенье. — Ты в конец охуела!       — Не понимаю, о чём ты, — шепчу, пытаясь восстановить дыхание, но его близость, его запах, и стояк, что сейчас упирается мне в попу, совсем не способствуют этому. — Мы всего лишь мило болтали.       — Мило болтали значит?! — рычит он, разворачивая меня лицом к себе и запуская руки мне под платье, больно сжав попу. — Я так затрахаю твой сладкий ротик, что ты долго ещё не сможешь говорить!       Его грубые слова и движения сводят меня с ума. От предвкушения того, что он сейчас сделает со мной, я буквально растекаюсь лужицей. Адреналин лошадиной дозой заполняет кровь, и она словно бурлит во мне, ускоряя пульс до предела.       — Любимый… — шепчу ему, когда его пальцы сжимаю клитор, сквозь тонкую ткань трусиков, причиняя боль, но и такое наслаждение, что, кажется, я сейчас могу кончить, только от этого.       — Сучка, ты ведь этого добивалась?! — Эрик приподнимает меня, и я сразу развожу ноги, чтобы сомкнуть их на его пояснице, прижимаясь к нему сильнее. Он снова целует меня, и это не поцелуй. Эрик буквально трахает мой ротик своим языком, и я могу только довольно стонать, пытаясь разобраться с болтами на его штанах. Но когда он стягивает мои мокрые трусики в сторону и вводит пальцы, замираю.       Он двигает ими быстро, совершенно не заботясь о том, что может причинить боль. Хотя, кого это сейчас волнует? Мне нужно больше, оставляю на минуту его член в покое и нетерпеливо оголяю свою грудь, стянув вниз вырез платья. Выгибаю спину, подставляя её мужу. Но он медлит, продлевая мою агонию.       — Малыш, прошу! — шепчу ему, задыхаясь. — Пожалуйста!       И наконец он делает то, о чём я практически умоляю — наклоняется и всасывает твердую вершинку. С криком наслаждения я получаю умопомрачительный оргазм, но не успеваю даже опомниться, как он толкается в меня уже стоящим колом членом.       Снова вскрикиваю от его вторжения и мысленно радуюсь, что мне не перекричать музыку, которая доносится из клуба позади нас. Но эта мысль сразу испаряется и становится неважной, когда он начинает двигаться во мне всё быстрее, вбивается в моё, жаждущее его, тело, словно от этого зависит его жизнь.       Пытаюсь сжать бёдра вокруг него, чтобы подаваться навстречу его движениям, но Эрик вдруг расцепляет мои ноги на его пояснице. Не переставая двигаться, сжимает мне бёдра, разводя шире. В этой позе его проникновения становятся глубже, а мои ощущения ярче. Спустя пару толчков, я снова разлетаюсь на миллион частичек. Кричу его имя, сжимая его член внутренними мышцами, и желая никогда не отпускать. Эрик присоединяется ко мне и с глухим стоном кончает, изливаясь глубоко внутри меня. Его горячее семя приятно растекается во мне, даря наслаждение почти наравне с оргазмом, а я уже и подзабыла как это приятно, когда…       Твою же мать! Наконец до меня доходит. Отстраняюсь от мужалджлб и перевариваю то, что он только что сделал. Pov Эрик       Ли стоит и лихорадочно поправляет платье, а я застёгиваю ширинку. Пытаюсь отдышаться, но от бешенства и после нашего бурного соития сердце колотится так, что я отчётливо слышу пульс, отдающий гулким стуком в ушах. В подобные моменты уже начинаю реально беспокоиться за свой мотор. Кажется, он скоро либо выскочит из груди, либо его просто разорвёт от напряжения.       — Эрик, ты совсем охренел?! — начинает орать на меня девчонка, едва отдышавшись. — Ты какого чёрта в меня кончил?! Знаешь же, что я не предохраняюсь!       — Вот и отлично, — рычу, глядя в стекло, как в зеркало, поправляя взъерошенные волосы.       — И что в этом отличного? — смотрит на меня, не скрывая злость. — Я уж точно пока не готова к ещё одной беременности!       — Вот именно, — резко и грубо прижимаю её спиной к машине. — Маленькая похотливая сучка, — шиплю ей в ухо, крепко сжав пальцами её подбородок. — Ты будешь у меня всю жизнь ходить беременная, чтобы твою прекрасную головку больше не посещали мысли о том, что ты можешь себе позволить подобные выходки.       — Это ты называешь выходкой?! Да я ангел во плоти, по сравнению с тобой! — говорит, испепеляя меня взглядом. — Самая безобидная, из твоих выходок, это та, когда ты позволил стриптизёрше засунуть язык в твой рот и затащить тебя на сцену.       — Ли, лучше остановись, — предупреждающе рычу, продолжая удерживать её подбородок.       — С чего вдруг? У меня есть ещё в запасе парочка историй, — не унимается мелкая заноза. — Например, как ты трахал эту тварь на моих глазах, даже не попытавшись разобраться в том, что видели твои. И та история с Шейлой… Ты и правда считаешь, что я поверила в сказку о том, что эта полоумная «Миссис Большие титьки в телефоне у Эрика» пристегнула тебя голого к кровати и просто так ушла?! И даже пальчиком не притронулась к твоему драгоценному члену?       Чувствую, как мне окончательно начинает сносить крышу от злости. На эту неугомонную, настырную девчонку, за то, что она никак не научится вовремя затыкать свой прекрасный ротик. На себя за то, что я понимаю: все до единого, сказанные ей слова — чистая правда. Грубо впиваюсь поцелуем, и сволота кусает меня за нижнюю губу.       — Сука! — рявкаю, резко отстраняясь от неё и вытирая кровь.       Продолжаю прижимать её к машине и криво ухмыляюсь. Глядя в её глаза, облизываю с пальцев красную жидкость с металлическим привкусом. Достаю из кармана штанов брелок, нажимаю кнопку, и щелкает центральный замок. Пока маленькая засранка не успела опомниться, открываю дверь за её спиной, сдвинув её в сторону, и подбросив, заталкиваю её в салон. Ли сразу падает на спину на заднем сиденье, а я вваливаюсь следом, снова щёлкнув замком.       — Даже не смей больше этого делать, — злобно шипит девчонка, пытаясь пятиться и сразу упираясь в дверь.       — Я буду это делать столько, сколько захочу, — рычу на неё, расстёгивая ширинку. — Хотя бы потому, что я точно знаю, как тебе это нравится. Ты же течёшь от моей грубости, Ли, — говорю, нагло залезая руками ей под платье и рывком стаскивая трусики. Подтягиваю её ближе к себе, и девчонка пытается упираться и сдвинуть бёдра, ещё липкие от моей спермы, стекающей по ним.       Резко их раздвигаю и закидываю её ножки на свои плечи. Толкаюсь членом в её мокрый вход, и Ли издаёт блаженный стон, а я довольно улыбаюсь.       — Я обещал тебе, что выдолблю из тебя всю твою строптивость, — хриплю, сразу начиная вколачиваться в неё как сумасшедший. — И я сделаю это… — не могу говорить дальше, только двигаюсь, не в силах отвести взгляда от её промежности.       Ли кричит, получив очередной оргазм, а я продолжаю толкаться в её горячую, пульсирующую плоть. В последний момент выхожу из неё, делаю пару движений, обхватив ствол пальцами, и с утробным рычанием кончаю в руку и на её киску.       — Эрик, ноги, — хнычет жена, давая понять, что ей неудобно.       Снимаю её ножки со своих плеч, а сам продолжаю стоять на коленях, пытаясь справиться с дыханием, которое со свистом вырывается из лёгких, вызывая при этом дикий сушняк. Ли находит в кармане сиденья дежурные салфетки и вытирает моё семя с себя. Достаёт ещё салфетку и протягивает мне.       — А сама? — криво ухмыляюсь, глядя на неё исподлобья.       — Ага, конечно, — поправляет платье, с опаской поглядывая на меня. — Не притронусь я к твоему члену. Ты потом меня вообще отсюда не выпустишь.       Вытираю руки и член, а когда поднимаю глаза, вижу, как пристально и жадно она смотрит на этот процесс.       — Если продолжишь так пялиться, точно отсюда не выйдешь, — говорю ей и она смущённо отводит взгляд. Прячу член обратно в штаны и застёгиваю ширинку. Притягиваю Ли к себе и обнимаю, зарываясь лицом в её волосы.       — Скажи, а что бы ты сделал, окажись ты на моём месте? — задаёт она вопрос и почему-то мне кажется, что речь идёт не о месте в машине или где-то ещё. — Если бы ты увидел, как я тебе изменяю.       — Наверное, я бы сошёл с ума, — отвечаю хриплым голосом и поднимаю на неё лицо. — От ревности и боли, — болезненно морщусь.       — А я, чтобы не сойти с ума, просто стараюсь не позволить себе окончательно сломаться и потерять себя, — смотрит мне в глаза и вдруг целует меня так нежно, что я почти перестаю дышать.       Приехав домой, расходимся по комнатам. Заглядываем к малышам и отпускаем горничную. Забираем с Ли в нашу спальню радио-няню.       — Скоро должна проснуться Дани, — говорит Ли, поглядывая на рацию на тумбочке. — Если Джон снова проспит кормежку, я с ума сойду, — сжимает налившиеся груди и болезненно морщится.       Не успеваю ничего ей сказать, как слышим тихое хныканье в динамике радио-няни. Приходим в детскую, я достаю дочку из кроватки, а Ли усаживается в кресло. Неохотно выпускаю из рук тёплый комочек и передаю жене. Ли снимает верхнюю часть платья с плеч, а я расстёгиваю ей лифчик, проведя кончиками пальцев вниз вдоль позвоночника, и она выгибает спину, реагируя на мою ласку.       Молча подаю ей пелёнку, чтобы подложить под вторую грудь, сажусь напротив и жадно смотрю на то, как Ли кормит малышку, не в силах произнести ни слова. Невозможно описать словами весь букет чувств, которые я при этом испытываю. Возбуждение и сильное желание вперемешку с гордостью и бесконечной нежностью. Каждый раз я буквально прихожу в экстаз от этого зрелища.       Не уверен, что моя реакция является нормальной, поэтому знает о ней только Ли. Я постоянно делюсь с Тоби своими эмоциями по отношению к малышам, с недавних пор даже начал ему рассказывать о своих чувствах к жене. Но именно этот момент кажется мне настолько интимным, что не спроси у меня тогда Ли в больнице о моих чувствах, я бы наверное не смог поделиться даже с ней.       Маленькая уже привыкла к моему заскоку, поэтому просто молча кормит малышку, не пытаясь заговорить со мной.       Спустя несколько минут Дани, наевшись, засыпает, и я беру её на руки. Провожу осторожно пальцем по её щёчке, и она улыбается во сне. От этой, пока ещё не осознанной, улыбки в груди что-то сладко сжимается.       — Ты знаешь, что она улыбается только тебе и Дени? — спрашивает жена шёпотом, дождавшись, пока я снова обрету дар речи и прижавшись щекой к моему плечу.       — Так и должно быть, — отвечаю, поцеловав её в макушку.       Ли выходит, а я ещё какое-то время хожу по комнате, прижимая к себе дочь. Наконец нахожу в себе силы положить её в кроватку и возвращаюсь в нашу спальню. Ли за это время уже успела снять платье, и сейчас стоит перед зеркалом в нижнем белье. Оценивающе смотрит на своё тело.       — Мне кажется, или моя фигура изменилась? — спрашивает, не глядя на меня.       — Ты стала ещё прекраснее, — подхожу сзади, и убрав с её шеи непослушные пряди, целую нежную кожу за её ушком. Pov Ли       Смотрим с Лиззи друг на дружку, затем снова на стройную брюнетку, что стоит в дверном проёме. Она в джинсах и черной майке, которые удачно подчёркивают её точеную фигурку. И она совершенно не похожа на нашу общую знакомую танцовщицу.       — Так, девочки, вы сами меня пригласили. Если будете так пялиться, я, пожалуй пойду, — говорит Карен на одном дыхании и собирается уходить.       — Нет, милая, — удерживаю её за руку. — Мы просто немного в шоке.       — Да, самую малость, — Лиззи берёт девушку за другую руку. — Просто, мы, как минимум, ожидали блондинку.       — Да, — киваю, подталкивая её к дивану. — А пришла брюнетка.       — Вы ещё скажите, что ждали меня в стрингах и лифе, — смеется девушка, наконец расслабившись.       — Нуууу, как тебе сказать… — Лиззи делает задумчивое лицо, от чего смеюсь и я.       Готовим кофе, и развалившись на диване, болтаем. Карен рассказывает, как решилась на эту работу; у девушки были трудности с деньгами, и ей пришлось оплачивать колледж младшей сестры, так как Карен единственный опекун девушки.       Лиззи рассказывает о своей семье, смеёмся, вспоминая их свадьбу с Тоби, и наконец наша новая знакомая остаётся в шоке от того, что у нас с Эриком свадьба по расчету. Конечно, в это уже никто из нас не верит, но, тем не менее, всё начиналось именно так.       Сквозь наше шушуканье слышу радионяню, подрываюсь с места, и Карен смотрит на меня, приподняв бровь.       — У вас ребёнок? — спрашивает шёпотом. — Я всё собиралась спросить. Увидела эту штуку, — показывает на рацию.       — Да, и не один, — бегу наверх, Лиззи тоже поднимается со мной, чтобы помочь с малышами.       Спускаемся вниз, и я сажусь на диван.       — Ты не против? — говорю ей, прикрываясь с пеленкой, чтобы покормить Дани.       — Конечно нет, — улыбается. — Я привыкла к виду обнажённой груди.       — О, это совсем другое, — Лиззи опускается рядом со мной с Джоном на руках.       — Ничего себе, — девушка окидывает внимательным взглядом нашего сына. — Он точная копия твоего мужа, — поднимает на меня взгляд. — Сколько вашим малышам?       — Три месяца.       — Постой, ты же сказала, что ваш с Эриком брак был по расчету, — удивляется девушка.       — Нууу… — не знаю, что ответить.       — Ну, — Лиззи идёт ко мне на помощь. — Они, можно сказать, из постели не вылезали с первого знакомства.       — Почти так, — улыбаюсь, а Лиззи почему-то вдруг смотрит на меня с таким виноватым лицом, что мне становится неловко.       — Прости, я не хотела, это же личное.       — Да ладно тебе, милая, это уже не секрет, что мы с Эриком занимаемся этим везде и всегда, как только выпадает шанс.       Накормив малышей, собираюсь пойти переодеться. Я вся пропахла молоком. Отдаю Дани в руки Карен, а Лиззи показывает девушке, как нужно держать малышку вертикально. Смотрю на эту картину и не могу не умилиться, думаю, нет наверное такой женщины, которой бы не подошёл младенец. После быстрого душа, переодевшись, спускаюсь в гостиную, и наблюдаю весьма смешную картину. Pov Эрик       — Эрик, ты весь день собираешься мусолить тему стрип-клуба? — говорит Итон, доставая с заднего сиденья упаковку пива. — Далась тебе уже эта стриптизёрша!       — Блять, тебе легко говорить, — отвечаю, захватив вторую упаковку. — Ты свою рыжую честно отработал перед женой, а вот, о том, что происходит в голове Ли, я не имею ни малейшего понятия, и меня это напрягает, — ставлю пиво на ступеньку и подкуриваю сигарету, которую уже битый час таскаю за ухом. — Она так запросто сидела и общалась с ней…       — Скажи честно, что тебя больше напрягает, — говорит друг, снова в своей манере залезая в мои мозги. — То, что эта стриптизёрша тебя поцеловала на глазах жены, или то, что она, по твоим словам, сделала после?       — Что значит, по моим словам? Ты сам всё видел!       — То и значит. Я нихрена не видел. Я едва на ногах стоял.       — Да пиздец! Задницу рыжей стриптизерши, значит, ты успел оценить, — говорю язвительным тоном, затушив бычок и кинув его в мусорку. — Значит, тебя совсем не парит моя личная жизнь? — делаю вид, что оскорбился. — И нахуя мне такой говно друг?.. — пожимаю плечами.       Беру пиво, и мы с Тоби заходим в дом. Едва оказываемся в гостиной, как перед нашими глазами предстаёт весьма живописная картина: на диване сидит Лиззи с Джоном на руках, а рядом с ними та самая девка из клуба, только она уже не блондинка. И на её руках моя дочь.       — О… А вот это уже и правда интересно, — говорит громко Итон, не заботясь о том, что его слышу не только я. — А ты говоришь, я не интересуюсь… Да твоя жизнь становится всё увлекательней прямо на глазах.       Слушаю язвительного засранца краем уха, продолжая стоять и, наверняка, глупо таращиться на девушек. Видимо, выгляжу весьма живописно, потому что блондинка, которая теперь брюнетка, начинает улыбаться во все тридцать два, а Ли, которая в этот момент как раз спускается по лестнице, просто смеётся в голос.       — Милый, будь добр, подбери пожалуйста челюсть, — говорит жена, поднявшись на цыпочки и поцеловав меня в щёку.       Никак не реагирую на её слова и поцелуй, отдаю пиво не в меру довольному Итону и первым делом подхожу и забираю дочь из рук брюнетки.       — Я Карен, — говорит девушка и, как ни в чём не бывало, протягивает мне руку. — В прошлый раз… — задумывается и продолжает. — Оба раза, мы так и не успели познакомиться. Девчонки решили пригласить меня в гости. Ты же знаешь, что твоей жене отказать невозможно, — смотрит на меня, многозначительно улыбаясь. — Да расслабься уже, я не по части девушек.       Не успеваю ничего ответить, да и не знаю, что именно я должен сейчас сказать. Слышим колокольчик входной двери, и в гостиную заваливает Локвуд с ещё одной упаковкой пива.       — Круто! Меня уже все ждут, — говорит громко. Подходит, поставив пиво на стол, и нахально забирает у меня Дани. — Где тут самая красивая малышка на свете?! — говорит, не сводя глаз с крестницы. Достаёт из кармана маленького резинового мишку в стерильной упаковке и наконец обращает внимание на остальных присутствующих, вернее, на Карен. — Ух ты! — только и может произнести Дени, продолжая стоять и теперь уже просто пялиться на новую девушку, не скрывая откровенного восхищения.       — Ух ты? — улыбается Карен. — Так на меня ещё никто не реагировал.       — Дени, знакомься, это Карен, — говорит Ли и устраивается на моих коленях. Сразу перестаю чувствовать неловкость и зарываюсь лицом в её волосы. — Танцовщица из клуба, ты наверняка её помнишь.       — Сильно сомневаюсь, что он помнит, — говорит Карен, продолжая улыбаться. — Агент был слишком занят тесным общением с Дарлой.       Дени сначала краснеет, но вдруг до него доходит, что девушка произнесла слово «агент».       — Откуда ты…       — Нас предупреждают, когда в зале присутствуют представители власти, — быстро объясняет Карен, кивая при этом на кобуру, которая так красноречиво красуется на поясе Дени. Краем глаза замечаю, как нахмурился Итон.       — Надо не забыть, подрезать Маркусу язык, — ворчит друг, а Локвуд кидает на него одобрительный взгляд, продолжая разглядывать девушку нахальным взглядом.       Лиззи берёт малышку и уносит обоих детей наверх, на попечение няни, а мы открываем пиво и продолжаем наше знакомство с новым членом компании. Дени с Карен явно сразу находят общий язык, и мне приходится это по душе. Наконец я окончательно могу расслабиться.