Причина моей эйфории

Жизнь в Каннаме хороша тем, что ты можешь петь во весь голос и играть на пианино в час ночи, и никто не будет тебе мешать. Чонгук отыскал давно забытый блокнот и несколько ручек. Конечно, проще бы было печатать сразу на ноутбуке, но… это совсем не то. Пробежался по клавишам. Глубоко вздохнул и закрыл глаза. Что с ним произошло? Чонгук словно очнулся. Он чувствует себя живым. Он будто вновь увидел солнце. Он вспомнил, почему захотел когда-то стать певцом. Он не мог дышать, когда слушал Ви, как тот представился. Он увидел все цвета, которые были серыми. Он вспомнил родной Пусан, пляж, как там однажды поранил ногу. Вспомнил, как Намджун показывал ему леса, высоченные деревья… Что он подумал? Там, среди незнакомых людей, сидя на ужасном диванчике, злясь на все и всех? Что он ощутил, когда Ви запел? Эйфория. *** Тэхён чуть не умер, добираясь до квартиры. Дождь прекратился, но автобус так и не приехал. Несколько раз его облило грязной водой из луж, спасибо лихачам на дорогах. На одежду было жалко смотреть. Он мог бы расплакаться, но Тэхён летел, словно крылья выросли. Спасибо. Никто. Никто и никогда из слушателей не благодарил его за выступление. Он был одним из промелькнувших эпизодов в их жизни. Раньше Тэхён чувствовал себя закрытым в коробке. Он грезил о большем. Но не сидел сложа руки. Делал все, на что только был способен. Тэхён всю жизнь гнался за чем-то неуловимым, и впервые, впервые он понял, почему не позволил себе опустить руки и занимался тем, чем он хотел. Он принял душ, насухо вытерся и лег спать абсолютно счастливым. *** Чонгук снова надел безразмерную черную толстовку, кепку с колечками и маску натянул почти до глаз. На этот раз добрался сам и без Намджуна. Посетителей было не то чтобы много, но достаточно, поэтому он сел поближе к сцене. «Эйфория» в такой восторг привела PD-нима, что Чонгук опасался за сохранность своих ушей. Намджун без устали трещал, каким хитом она станет. Шуга, после того, как прослушал ее, невообразимо широко открыл глаза. Шел разгар съемок клипа, и Чонгук вырвал себе один свободный вечер. И голова снова шла кругом, и сердце снова то ли билось, то ли нет, и невообразимо больно было возвращаться из мира мечты в этот. Но теперь Чонгуку было легче. Потому что он знал, что существует Ви. А у Тэхёна едва ноги не подкосились, когда он увидел темную фигуру за первыми столиками. Тэхён был размазнёй. Тэхён испугался. Он дико боялся опозориться перед ним. После того вечера он чувствовал, что не должен подвести его. Да, Тэхён выложиться на двести тридцать семь процентов. И он выложился. Возможно, и не на двести тридцать семь, но на все сто — точно. И был ужасно доволен собой. Потому что его слушатель громко аплодировал ему.