Воздух

Я дам тебе бурю и, может быть, даже грозу.

Ради чего они вообще сражаются? Есть ли до сих пор смысл в этой бесконечной, уже давно сгоревшей войне, в смертях, в разлитых вокруг крови и страданиях? Был ли он вообще когда-либо? Кого они защищают? Кого они должны защищать? Какаши следует приказам, которые уже давно ничего не значат. Война ради войны, тогда как то, что действительно важно вот оно, прямо перед тобой — просто протяни руку.

Твое время течет со мной, как расплавленное стекло,

Вокруг тлеет мир, а рукам нестерпимо холодно. Вокруг тлеет мир, и сейчас всё это сущие мелочи.

Мои дни без тебя — далеко остались внизу, за спиной

Какаши нашел свой смысл уже очень давно, просто не мог позволить себе перешагнуть обязательства, которые сейчас кажутся не больше чем просто пшиком. Всё становится на свои места, стоит лишь приглядеться к тому, что лежит на другой чаше весов. Всё становится на свои места, стоит сжать в руке тёплую ладонь и потянуть на себя, за собой. Прочь с этой войны.

и за секунду до того, как очнуться, смотри — с твоего корабля Крысой прыгает страх, почти не касаясь бортов

Вокруг всё так же мёртво и пусто, но сейчас Обито видит только спину перед собой, уверенную, твёрдую. Чувствует только тепло сжимающей ладонь руки. Сколько раз за эту бесконечную войну он смотрел в эту спину, грел её или грелся об неё сам? Есть ли в этом ненастоящем мире хоть что-то, чему стоит верить больше, чем ей? Если она не реальна, то что реально? — Твоё предчувствие было верным, — выдёргивает из размышлений крик впереди. Какаши оборачивается, улыбаясь. — Эта война наконец-то закончилась. Важно ли, что они теперь два дезертира, бросившие давно уничтоженную деревню с давно разбитым Хокаге? Важно ли, что эта война никогда не покинет их сны? И важно ли, настоящий ли это мир, если он, наконец-то, правильный.

И ты видишь, как мимо плывет, плывет голубая Земля